Спаси меня

      Юнги вернулся в офис только после обеда. Сев за стол и открыв ноутбук, он немедля набрал по видеосвязи Чон Чонгука, того самого частного детектива и по совместительству своего друга, живущего в Йосу. – О, привет, Цианид, как дела? Ты еще никого там не убил? – поприветствовал его парень с кроличьей улыбкой.       Дело в том, что у Мина еще совсем недавно, до смерти СонМи и нервного срыва, сопровождавшего эту трагедию, был не совсем обычный для альфы сложный запах, состоящий из нескольких компонентов. Ферамоны Юнги имели запах кофе с миндальным сиропом. Но после пережитого альфой потрясения запах изменился, вернее, расщепился, нотки кофе и сладости сиропа исчезли. Зато запах миндаля стал настолько сильным, что иной раз люди практически задыхались от него. Особенно, когда Мин, внешне спокойный, испытывал эмоциональный дискомфорт: злость, неприязнь, раздражение и вообще весь спектр негативных эмоций. Тогда его запах неконтролируемо сшибал с ног всех. Юнги, во избежание подобных прецедентов, стал принимать достаточно сильные блокаторы. После случившегося друзья стали звать его «цианидом», не зло, в шутку, просто как стеб. И Мин, ворча, смирился с шуточками этих балбесов. Друзей у Юнги немного и все они проверенны временем. Он им доверяет как самому себе и поэтому не злится. – Привет, Гуки! Как дела у моря? Как твой прекрасный муж? Давно не виделись. – Ага, – хохочет Чон. – Аж семь дней!       Они созваниваются по видеосвязи стабильно раз в неделю. У Чона в Сеуле есть кое-какие дела, и Мин частенько ему помогает. – Гуки, мне нужна твоя помощь. Могу я нанять пару сотрудников твоей фирмы в качестве телохранителей? – Юнги-я, уж не знаю, хватит ли у тебя денег на столь дорогое удовольствие, – смеется тот, и тут же становится серьезным. – Что случилось, Юнги? Проблемы? – Не у меня. У моего омеги. – В смысле, у твоего омеги? – выпучив глаза, чуть ли не кричит Чон. – Ну, фактически он еще не мой. Но я очень рассчитываю, что станет. – Но как? Откуда? Когда ты успел? Кто он такой? И почему я узнаю об этом только сейчас? – затараторил Гук. – Ну, потому что я сам об этом узнал только сегодня утром. И, Гук, не отходи от темы. Все вопросы потом. Мне нужно, чтобы ты встретил омегу с ребенком на железнодорожном вокзале в Йосу и обеспечил им безопасность. – О, твой омега, да еще и с ребенком, едут к нам? – поиграв бровями, произнес Чон. – Ты что, уже и ребенка заделать успел? Омега беременный?! Хен, когда ты успел? Мы не виделись всего неделю, – вопил Чон, глядя на Мина широко открытыми глазами-блюдцами. – Блин, Гук. Нет же! Ты, как всегда, не дослушаешь и делаешь неправильные выводы. К вам едут папа и сын моего омеги. И им жизненно необходима защита, – твердо заявил Мин. – А если не секрет, от кого защита? – поинтересовался альфа. – От Кан Минхо. – О! – только и смог сказать Чон. – А этот ублюдок тут каким боком? – Омега, про которого я тебе говорил, на самом деле, омега Минхо. И он удерживал его возле себя насильно. Сейчас Чимин – омегу Пак Чимин зовут – у меня. Но мне, сам понимаешь, нужно обезопасить не только его, но и его родных. – А опять же, если не секрет, ребенок случайно не Кана? – задал вполне резонный вопрос альфа. – Нет, не его. И вообще, Минхо не в курсе, что он у омеги есть. Но может в скором времени узнать и тогда ребенок окажется в опасности.       Всё, что нарыл Намджун о смерти СонМи, Чон знал не понаслышке, потому что сам принимал непосредственное участие в расследовании. И поэтому сейчас очень беспокоился о друге. Он никак не мог взять в толк, как Мин добрался до омеги Кана, и вообще, что их может связывать. Всю аферу с похищением Юнги провернул сам, и ни Нам, ни Гук, ни даже Хо не знали о намерениях альфы. И вот теперь это, крайне запутанное дело. Чон не мог отказать другу в помощи. Раз просит, значит, надо. Спустя ещё двадцать минут альфы завершили разговор: Гук с нужной ему информацией, Мин с более спокойным сердцем. Одной проблемой меньше.

<center>

</center>****       Юнги и себе не мог объяснить, что за порыв им овладел: он сам поехал в торговый центр, сам выбрал омеге удобную домашнюю одежду, чтобы тому было максимально комфортно. На его памяти это впервые, чтобы он так о ком-то заботился. Даже с СонМи подобного не было. Она, как всегда, звала его с собой по магазинам, а он, тоже как всегда, отнекивался, ссылаясь на занятость. А тут такой энтузиазм, что сам в шоке. Юнги выбирал одежду тщательно, как себе любимому. Несколько удобных и обязательно симпатичных на его взгляд футболок, красивое и очень приятное на ощупь худи светло-сиреневого цвета с глубоким капюшоном, такие же только чуть светлее спортивные брюки. Купил и классическую красную в клетку пижаму – брюки и рубашку с длинным рукавом. Почему-то альфе показалось, что Чимину должна понравиться эта одежда. Он даже зашел в отдел нижнего белья для омег, чего с ним вообще никогда не случалось, но выбирать постеснялся, просто попросил продавца выбрать ему несколько удобных, мужских, омежьих трусиков и несколько пар носочков. Ему почему-то жутко хотелось для Пака всего уютного и комфортного.       В «In red» он несся в приподнятом настроении. Ему так хотелось увидеть реакцию на свою заботу, что он даже нарушил несколько правил дорожного движения, чего опять же с ним вообще никогда не случалось. Из-за того, что ему слишком рано пришлось повзрослеть и стать во главе огромной корпорации, он начал ограничивать себя в эмоциях, старался быть максимально сдержанным. А сейчас они просто зашкаливали, грозя вылиться наружу неконтролируемым потоком. Он пронесся через холл с пакетами в руках, сияя лицом, забыв поздороваться с омегами на ресепшне. Мира чуть не взорвалась от ярости. Ее душили обида и злость. Как же так: она вся такая красивая, не то что этот замухрышка, а Мин несется не к ней, а к нему, не замечая ничего и никого на своем пути. Она строит этому альфе глазки уже второй год, не обращая внимания на запреты Чона, практически в ноги ему каждый раз падает, а результат нулевой. А этот, неизвестно откуда взявшийся омега, добился всего, чего так желала она, не пошевелив даже мизинцем. Бесит! Бесит! Бесит!       Юнги подошел к двери, немного потоптался перед ней в нерешительность, успокаивая так не вовремя забившееся в предвкушении сердце. В предвкушении чего? Мин в растерянности. Он никогда так не реагировал на омег. Даже в отношениях с СонМи все было ровно и спокойно, никаких тебе пресловутых бабочек в животе. Просто уютно, комфортно. За четыре года совместной жизни они притерлись и попросту привыкли друг к другу. А тут он несется к, по сути, не известному ему омеге так, как будто от этого зависит его жизнь. А может, все-таки зависит?       Мин, испытывая неловкость, тихонько стучит костяшками пальцев в дверь и в этот раз слышит: – Войдите.       Сердце замирает на пару секунд, а затем заходится в бешеном ритме, норовя пробить грудную клетку. Он входит, практически крадучись, замечает стоящего возле окна Чимина. Тот смотрит на Юнги немного растеряно, видя в одной руке у альфы кучу пакетов, а в другой стаканчик. Потом принюхивается и невольно подается вперед, чувствуя восхитительный аромат кофе с миндальным сиропом. Во рту скапливается слюна. Кажется, он сейчас заплачет от восторга. Альфа ставит пакеты в изножье кровати и жестом указывает на них, так и держа заветный стаканчик со столь желанным Чимину лакомством в другой руке. – Я принес вам более удобную одежду. Но, боюсь, как бы не прогадал с размером. Примерьте, пожалуйста. Вам в ней будет комфортнее, а мне спокойнее. Омега при этих словах не сдвинулся с места, продолжая сверлить взглядом стаканчик. И Юнги, вспоминая, что хотел угостить Чимина кофе, протянул ему емкость с напитком. – Ох, забыл. Это тоже вам. – Спасибо, – с сияющими глазами ответил омега, протягивая крохотные ладошки за желанным угощением.       Все еще не сводя глаз со стаканчика, едва касаясь своими пальчиками Миновых, Чимин поднимает взгляд и тонет в шоколадных глазах альфы. Они стоят так несколько минут, позабыв и о кофе, и о новых вещах, теперь уже утонув в глазах друг друга. Затянувшееся волнительное молчание прерывает внезапно зазвонивший телефон. Юнги резко одергивает руки, а Пак еле успевает схватить покрепче стаканчик с кофе. Краснея от стеснения, отворачивается.       Пока Мин разговаривал, омега, стоя к нему спиной, закрыв глаза, смаковал любимый напиток. Закончив разговор, Юнги подошел к Чимину: – Ну, что? Примеряете их для меня? – указал ладонью на ожидающие своей очереди пакеты.       Пак улыбнулся совсем робко, смущенно, кивнул еле заметно головой, взял в руки покупки и скрылся за дверью ванной комнаты. Здесь он стянул свою шёлковую блузку, негромко зашипев, потому что задел ещё свежие следы кановой страсти. В последний раз Минхо изрядно разошёлся. Его разозлили какие-то проблемы с конкурентами, и весь свой гнев он, как обычно, выместил на Паке. Поэтому кожу омеги уже, который день, и далеко не впервые, «украшали» следы ярости Минхо. Глянув на себя в зеркало, Чимин поморщился от отвращения. Он и так не считал себя красавчиком, а тут еще все тело изуродовано фиолетовыми свежими и зеленовато-желтыми, уже сходящими синяками, следами подзаживших и свежих порезов и укусов.       Омега закрыл лицо руками, потер ладонями, гулко выдохнул и взял новые вещи. Надел спортивные брюки, футболку и худи, натянув по привычке рукава до самых пальцев. Заглянув во второй пакет, обнаружил нижнее белье и премилые носочки. Он выбрал желтые. Почему-то самые обычные носки грели душу и казались очень нежными. В третьем пакете была та самая, красная, клетчатая пижама. «Боже, какая прелесть!» – тихо простонал Пак.       Вся одежда была очень нежная и по цветовой гамме, и на ощупь. Никто и никогда прежде не проявлял по отношению к Чимину столько заботы, сколько сегодня этот малознакомый альфа, ожидающий теперь в соседней комнате. Нет, папа конечно, старался дать Чимину все, что только мог – любовь, тепло, внимание, но ведь это папа…       Еще раз, оглядев себя со всех сторон, омега поправил волосы и вышел в комнату. Мин в это время опять разговаривал по телефону, отвернувшись к окну, держа одну руку в кармане брюк. Услышав хлопок двери, резко обернулся и замер, приоткрыв рот, перестав слушать собеседника на другом конце провода и даже дышать.       Чимин стеснительно опустил глаза и ждал вердикта. Альфа по непонятной ему причине молчал. Не дождавшись ответа, Пак поднял взгляд на Мина и, увидев ошарашенный взгляд, стал нервно себя оглядывать: – Что-то не так, господин Мин? – испуганно спросил он       Мин отмер, понимая, что своим поведением напугал мальчишку. – Нет, все нормально. Просто… вы выглядите шикарно даже в такой непритязательной одежде.       Комплимент очень смутили омегу, и он снова покраснел, стеснительно отводя глаза. Хотя слышать такие слова в свой адрес от этого человека было очень приятно. Да, ему не раз отвешивали комплименты на званых и деловых вечерах. Но чаще это была обычная лесть. А если говорили откровенно, то при этом пожирали пошло-слюнявыми взглядами. Причем Минхо, казалось, получал от этого удовольствие, и все чаще таскал омегу по таким мероприятиям. Чимину не раз приходило в голову, что если бы конкуренты так сильно не боялись Кана, то наверняка нашелся бы тот смельчак, который предложил Минхо поделиться омегой. И Пак считал, что Кан бы не отказал. Но таких отчаянных пока не было. И омега этому только рад, потому что даже представить себе не может, как бы он это пережил. Отвлекаясь от невеселых мыслей, парень робко улыбнулся альфе. – Чимин, у меня к вам предложение, – сказал Мин. – Если вы не против, конечно. Раз уж мы оказались в такой неоднозначной ситуации, давайте перейдем на «ты». – Я не против, – отвечает Чимин. – Отлично! Кстати, я принес вам, ой, прости, тебе, планшет. Здесь нет телевизора и компьютера и тебе, наверное, скучно. А с планшетом ты можешь читать книги или смотреть дорамы, все на твое усмотрение. Да, и еще, в телефон, который тебе принесли, уже вбит мой номер, так что звони, если что-то понадобится. – Огромное спасибо, – опять краснеет Пак. Он вообще очень стеснительный и его проще простого вогнать в краску, а тут столько откровенной заботы. И все ему одному. – Тогда я пошел. Мне еще в офис надо, – зачем-то говорит Юнги, и, тоже смущаясь, выходит за дверь.       На работе все спорится, хоть мысли и улетают периодически в одном ему известном направлении. Улыбка не сходит с его лица. И все в компании удивленно на него оглядываются. Персонал уже давно не видел господина Мина таким. Легким, улыбающимся.       Телефон звонит уже в который раз за день. Это нормально, сейчас опять идет подготовка к очередной сделке. Агентство Чонгука проверяет нужную информацию обо всем, что связано напрямую, и не только, с контрактом и фирмой оппонента. – Слушаю – не глядя, кто звонит, отвечает Мин – Привет, Юнги-хен. Как поживаешь? Что-то ты зачастил в мое заведение, – с насмешкой говорит позвонивший. – За последние три дня приезжал четыре раза, а ко мне даже не зашел. Обидно, знаешь ли. – И тебе не хворать, Хо. – Мне тут птичка на хвосте принесла, что у тебя завелась омега и ты скрываешь ее от нас, – не давая вставить и слово, смеется Хосок. – Не ее, а его. И он пока не мой омега. – О, пока! Значит, есть надежда! А не тот ли это милый мальчик, которого ты давеча привез ко мне? Это к нему ты так зачастил? – игриво уточняет друг. – Хосок, это не телефонный разговор. – Я тебя услышал, хен. Тогда жду тебя сегодня, на рюмочку бренди. – Договорились. Мне все равно нужно будет с тобой серьезно поговорить.