Дороже меня?

Кларисса сидела на пуфике перед туалетным столиком и наносила макияж, пока декан школы Зла завязывала галстук перед большим зеркалом в пол. За пять лет брака для них такие сборы стали уже рутиной. Доуви позволила себе счастливо улыбнуться от этой мысли. Это не было счастливым браком в представлении Вечных, но для феи-крестной все в нем было идеально, ведь все чего она когда-либо хотела, то есть Леонора, уже было у нее. Холодная, злая, грубая, она что-то затронула в душе Клариссы. Конечно же, это произошло не сразу. Сначала новый декан вызывал у нее негодование. Молодая, красивая женщина с огнено-рыжими волосами и тростью. Поначалу вам даже может показаться, что настолько прекрасная женщина не может быть новым деканом школы Зла, и что произошла какая-то ошибка. Так будет ровно до того момента, пока эта женщина не бросит на вас взгляд и не заговорит. Тогда все встает на свои места. Но шли годы и Доуви стала видеть в новом декане то, что остальные просто не желали видеть или же так толковать. Во-первых, это постоянная забота о своих учениках. Во-вторых, стремление к идеалу. В-третьих, превосходные способности во многих сферах, в чем ей могли позавидовать многие принцы, и всесторонняя эрудированность. Леди Лессо была превосходным собеседником, и декан Добра всегда искала повод завязать с ней разговор. Это началось с обычных встреч, которые Доуви устраивала под предлогом обсуждения рабочих моментов, а потом профессионально переводила тему на что-то отвлеченное и вот она уже третий час сидит в кабинете леди Лессо и слушает ее размышления на разные темы. А потом повод уже был не нужен, и фея-крестная стала появляться на пороге декана Зла с пирогом или другим печеном, что она сама пекла, каждую пятницу. Кларисса сама не поняла, как это произошло. О своей ориентации женщина знала давно, это и была одна из причин стать феей-крестной. Ее смущало, что она влюблена в Безвечного, свою коллегу, самую невыносимую женщину на Земле. Но сердцу не прикажешь и с того момента начались душевные муки декана Добра. И видимо, они были слишком очевидны, ведь леди Лессо начала откровенно издеваться над ней, постоянно заставляя краснеть, то смотря на нее так, как будто точно знала, что твориться у женщины в голове, то случайно касаясь, то подходя непозволительно близко. Все это сводило с ума и в скором времени сексуальное напряжение между ними настолько стало явным, что избегать его было уже нельзя. Первый раз был далеко не волшебный. Лессо была грубой и страстной, и Кларисса проклинала себя за то, что ей это нравится. Ей нравились следы, которые оставляла женщина на ее коже, нравилась ее сила, когда она вонзала в нее пальцы во всю длину, отчего Доуви хныкала, но просила еще. Как унизительно, но она уже ничего не могла с собой поделать. Она была полностью во власти этой женщины. Фея-крестная чувствовала себя грязно, как будто ей просто пользовались, как падшей женщиной, но все равно продолжала ночью красться в покои декана Зла, чтобы в очередной раз отдать ей свое тело и душу. Потихоньку все начало меняться. Они стали проводить больше времени вместе, снова начали разговаривать по пятницам вместо того, чтобы сразу отправиться в постель. А потом произошло то, что по всем законам не должно было произойти. Лессо предложила ей пожениться. Фея-крестная до сих пор не до конца понимает зачем женщина это сделала. Голос в ее голове кричал, что это плохая идея, что это погубит ее окончательно, что это очередной злобной план, что теперь декан Зла решила по-другому постараться ее сломать. Но разве это имело значение, когда свет луны так прекрасно освещал профиль Леоноры, пока они шли по саду школы Добра. Именно в тот момент одно единственное правильное слово сорвалось с губ Клариссы, и оно было -«Да». Конечно же, никто не знал об этом, как и до этого об их отношениях. Их свадьба была маленькой и тихой. В первую брачную ночь Лессо была очень чуткой и как никогда нежной. Это поселило надежду в сердце, которая была снова разбита на следующий день. Они начали делить общую спальню на второй год брака, когда леди Лессо поняла, что они бывают слишком усталыми, чтобы красться друг к другу, а, как поняла фея-крестная, у декана Зла была некая зависимость от хорошего секса. Она была похожа на изголодавшего зверя, который никак не мог насытиться. Иногда Доуви позволяла себе вольную мысль, что она не могла насытиться ей. Из воспоминаний ее вырывают холодные руки, что легли ей на плечи, слегка сжимая. Лессо опустилась до ее головы, так чтобы теперь их лица были на одном уровне, и смотрела в глаза феи-крестной через зеркало. Доуви нежно улыбнулась возлюбленной, на что губы Леоноры растянулись в соблазнительной улыбке. —Ты и так прекрасна. Необязательно столько времени проводить перед зеркалом,— наконец-то заговорила декан Зла и Кларисса лишь закатила глаза на издевку женщины.

***

По традиции перед прибытием новых учеников в Школу, директор проводил собрание, чтобы в очередной раз убедиться, что все готово и все точно знают свои обязанности. В этом не было необходимости, лишь формальность, но пропускать его было нельзя, поэтому оба декана, так же, как и учителя обеих школ, уже были на своих местах. Директор вел повествование, как всегда: нудно, размеренно и скучно. От его голоса тянуло в сон и Лессо даже начала жалеть, что вчера предпочла провести ночь заставляя декана Добра кричать ее имя и молить о пощаде, вместо сна. Но зато эти воспоминания сейчас могли развлечь ведьму, и даже ухмылка появились на ее губах. —Леди Лессо, Вы вообще слушаете меня? — отвлек ее голос директора. —Конечно же, я слушаю Вас, — Лессо медленно перевела взгляд на мужчину, стараясь выглядеть максимально профессионально. —Значит, это новость о прибытии двух читателей из Гавалдона так обрадовала Вас? — и директор продолжил свое повествование о важности читателей для их школы. Тысяча мыслей закружилась в голове декана Зла. Читатели. Из Гавалдона. Это была катастрофа. Гавалдон… Воспоминания об этом месте у Леоноры были не из лучших, отчего ее окутала легкая паника. Она прожила много лет, старательно игнорируя все, что было до ее вступления на пост декана школы Зла, и вот прошлое снова настигло ее. Доуви внимательно слушала директора, размышляя чем может обернуться для них прибытие читателей. Больше всего ей было интересно мнение своей коллеги с противоположной стороны, именно поэтому Кларисса бросила взгляд на леди Лессо, ожидая, что, как это бывает обычно, их взгляды пересекутся. Но этого не произошло, так как взгляд декана Зла был устремлен на стол перед собой. Женщина определено была далеко в своих мыслях, не замечая ничего вокруг себя. Это было совсем не похоже на нее. —Думаю, на этом мы можем закончить. — раздался голос директора, отчего оба декана вздрогнули и посмотрели на него. Лессо поспешила покинуть комнату первой, из-за чего Клариссе пришлось ускорить шаг и буквально догонять более высокую женщину, которая, кажется, не слышала ее. Поравнявшись с рыжей, фея-крестная схватила ее за локоть. Леонора посмотрела на нее слегка испуганным взглядом, отчего Доуви отпустила ее и заговорила мягким голосом. —Мы можем поговорить наедине? — супруга лишь кивнула в ответ. Женщины прошли в один из пустых классов школы Добра и Лессо скривилась от количество ярких цветов. Казалось, что она взяла себя в руки и ее прошлое самообладание вернулась к ней. —Что случилось? — обеспокоенно спросила Доуви, сокращая между наши расстояние, но пока, не прикасаясь к декану Зла. —Все хорошо, Голубка. Просто от читателей всегда много проблем, вот и переживаю, чтобы они не нарушали мой… наш покой. — ведьма положила руки на талию Клариссы, притягивая ее еще ближе. —Просто легкая тревога, не переживай, — и женщина закрепила свои слова поцелуем.

***

Какие бы теплые чувства не испытывала Лессо к супруге, как декан она ее жутко раздражала. Особенно, когда она всеми силами показывала превосходство Добра над Злом. Единственным развлечением было рассматривать красиво обтянутую спину Доуви и представлять, что она собирается сделать с ней за эту выходку. Началось шоу и Лессо все не могла понять восторга декана Добра. Эти напыщенные и пустоголовые болваны ничего из себя не представляют. Движения абсолютно деревянные, нет гибкости, один даже меч свой уронил. Какой позор. Чему тут так радоваться? Декан Зла задумалась над тем, что однажды ей стоит показать Доуви как должно выглядеть настоящая драка на мечах и настоящее шоу. Больший приступ тошноты могло вызвать у Леоноры только появление этого принца, который решил драться со всеми в рукопашную. Конечно же, легко победить, когда сражаешься с кучкой неудачников. Когда один из ее учеников вышел сразиться с этим выскочкой, Лессо была только рада, а то Доуви выглядела чересчур счастливой от этого представления. Ведьма даже позволила себе уровнять их шансы, на что декан Добра лишь закатила глаза, но не выглядела достаточно недовольной этим. Видимо, её тоже от этого тошнит, что вызвало у Лессо довольную улыбку, которую она скрыла за своими словами о своей злой сущности. Следом за представлением, которое наконец-то закончилось, спасая тем самым желудок леди Лессо от опустошения, шло выступление директора, которое было прервано двумя чтицами. Ведьма была права, от них лишь одни проблемы. Благо директор смог поставить их на место и подчеркнуть, что ошибки быть не могло, что даже расстроило декана Зла, ведь это блондинистое недоразумение было ей совсем не нужно.

***

Как это и бывает в первые недели после прибытия новых учеников, деканы самостоятельно патрулируют коридоры школ пару часов после отбоя, дабы ловить новичков, которым не спится. Доуви решила потратить это время с пользой и затащила супругу в музей Школы, куда было тяжело добраться, но Доуви видимо это сейчас не так заботило, дабы поговорить о чтицах и их желании поменяться школами. Она продолжала говорить, хоть Лессо и пыталась всем своим видом показать, что лучше бы она ее сейчас пожалела, а не говорила о глупых чтицах. —И что-то правда не так, — с опасением говорила фея-крестная. —Единственное, что не так - изначальное желание директора доставить их сюда, — «и твое желание говорить об этом здесь, а не отправиться в наши покои, чтобы заняться чем-то приятным». Разговор пошел снова о работе, что не могла не бесить Лессо, особенно, когда блондинка стояла так близко, а она так соскучилась и даже ее угрозы не помогали отвлечь ее от откровенного разглядывания. Видимо, заметив голод в ее глазах и отметив близкое расстояние, Доуви обошла ее, создавая дистанцию. —Мне досталась еще одна отстающая. Софи из Гавалдона, — декан Зла вздрогнула при очередном упоминании о этой деревне. —Что-что? Нет. Что ты имеешь ввиду? — Доуви конечно же не нравилось, что супруга проигрывает, зная как для нее это важно, но ничего не могла поделать с этим. —Пф, умоляю. Зло ни в чем не побеждало уже 200 лет, —Леонора обвела взглядом карету, что стояла рядом с ними, дабы скрыть свое глубочайшее разочарование данным фактом. —Но пару раз вы были близки,— не оставляла попыток Кларисса. —Близко не считается! — взорвалась Лессо, чувствуя сильную злость по этому поводу. Фея-крестная не могла скрыть, что хоть она и чуть побаивается супругу в таком состоянии, она очаровательна, когда злиться. — Мне пришлось гонять учеников в два раза быстрее. Ведь мир, где Зло не такое мощное, как Добро — это мир, лишенный баланса. Доуви внимательно ее слушала, обдумывая ее слова. Она пообещала себе сделать все чтобы хоть как-то загладить “свою вину”. На самом деле она собиралась загладить ее прямо тут, но Леонора покинула помещение раньше, чем блондинка успела открыть рот. Декан Добра разозлившись, что ей не дали исполнить задуманное, последовала следом за женщиной из музея.