Потерянные письма

      Ввиду выходного дня «Три метлы» были многолюднее обычного, но место, пусть и в тоскливом уголке, для новых знакомых все равно нашлось. Впрочем, такой расклад был даже к лучшему для задушевной беседы, поскольку в самой оживленной части паба царил шум и гам с грохотом смеха, бойкой музыкой и пеленой смешанного с ароматом сливочного пива табака.       — Если не секрет, почему Имельда так обозлилась на тебя? Я думал, слизеринцы горой друг за друга.       Что-то изнутри неприятно куснуло. Змеи явно не хотели впускать ее в свой круг, если то, что говорил парнишка было правдой.       — Слизеринцы? Я тебя умоляю, у них каждый сам за себя, — пренебрежительно отмахнулась она и отхлебнула сливочного напитка.       — У них? — улыбнулся когтевранец.       — Ну, со мной не так. — Эльза вытерла с губ пену и продолжила: — Я обычно помогаю тем, кто на моей стороне. Ты так и не назвал мне свое имя, когтевранец.       — Феликс Морган. А ты Эльза Деф, я уже знаю.       — Феликс, значит, — кивнула она в ответ, отпустив рукопожатие. — Тогда буду считать тебя своей удачей в соревновании. Откуда ты меня знаешь? — Лицо слизеринки практически светилось от факта, что ее имя уже на устах.       — На дуэли с Сэллоу ты была восхитительна! Перед ней ты еще спросила, в чем была причина ссоры Себастьяна и Леандера, помнишь?       — Ах, это был ты… Ну что ж, рада знакомству.       — Взаимно. А расскажешь, как у тебя получилось разрушить его защиту? Я заметил, что ты произнесла заклинание немного иначе, чем нас учили. Это в предыдущей школе вас так обучали? Или может у тебя был личный тьютор? — Светло-карими глаза когтевранца блестели любопытством.       У любопытного юноши в запасе были тысячи вопросов, но, благо, со всех них можно было в любой момент перескочить на другую тему, поскольку собеседнику, казалось, было интересно абсолютно все на свете. Прямо-таки живое объяснение того, почему же Эльзу не определили на Когтевран.       Студенты обсуждали соревнования, полеты, учебу и даже невооруженным глазом было заметно, как новый знакомый восхищается успехами Эльзы, что той, конечно же, не могло не льстить. Беседа шла удивительно легко, но солнце потихоньку опускалось за горизонт, и наступала пора возвращаться в замок.       Дорогу немного размыло из-за прошедшего дождя, что не только придало окружению легкого озонового аромата сырости и свежести, но и стало причиной оживленности насекомых: наперебой трещали сверчки, летали светлячки и божьи коровки.       Приятной прогулке было суждено обернуться в совсем неприятную из-за двух нескладных слизеринцев, которых Эльза встретила сегодня впервые.       — Эй, когтевранская грязнокровка, тебя прошлый поход за пределы замка ничему не научил? — Долговязый задира с выделяющимся шнобелем был явно агрессивно настроен.       Второй обратился уже к Эльзе.       — Ты не знала, что он из маглов? — спокойно процедил невысокий слизеринец широкого телосложения. Из-за тонких черт лица лишний вес бы не так бросался в глаза, если бы не его худосочный друг.       Когтевранец заметно занервничал в присутствии своих обидчиков и потупил глаза в каменную тропинку.       — Я в курсе кто он, а вот кто вы, я без понятия, — надев ставшую привычной маску высокомерия, ответила слизеринка. Хотя в действительности Эльза и сама удивилась, что Феликс маглорожденный, задир она на дух не переносила.       — Ты серьезно, новенькая? Это же Дэмиан Нотт, — надменно заявил приземистый волшебник с практически прозрачными глазами и волосами. — А мое имя — Федорус Роули, — произнес он так, будто назвал имя первого министра магии.       — Тогда вы должны знать Оминиса Гонта. Сходите, расскажите моему другу о своем отношении к маглорожденным, — стараясь сойти за свою, как можно более заносчиво парировала Эльза.       — Пф, не думай, что можешь запугать меня, новенькая. — Дэмиан скривился и уже было развернулся, чтобы уйти, как вдруг Федорус легким взмахом своей белоснежной палочки взмыл когтевранца в воздух.       — Гонт назвал тебя невоспитанной девкой. Не уверен, что так говорят про друзей. Если ты водишься с Сэллоу, это еще не значит, что ты дружишь с его друзьями. — В его лице не проскользнуло ни тени эмоции. Зато лицо Эльзы после его слов исказила настолько гневная гримаса, что даже разрезанная надвое шрамом бровь истерически задергалась.       — Акселитус! — яро выкрикнула она в грубияна, отыгрываясь на нем не только за его слова, но и за слова Оминиса. Широкую шею обхватила невидимая рука удушья, отрывая свою жертву от земли. Испугавшись не испытываемого прежде заклятья, недавно вычитанного из книги по Темной магии, Эльза отскочила назад.       — Ты совсем полоумная?! Диффиндо! — Уже летящий алый луч со стороны Дэмиана перебило веревками Инкарцеро, туго обвившими худощавое тело. Не сумев совладать с балансом, юноша свалился.       Раж от внезапно выпавшей силы не позволял мыслить трезво, подпитывая бушующий ураган злобы внутри.       — Передай Гонту, что если я еще хоть раз услышу от него оскорбления за спиной в свой адрес, то превращу его в крысу, — гневно прошипела она слизеринцу, чье лицо уже начинало синеть. — Фините. — Действие удушья прекратилось и Федорус, отпыхиваясь, упал на землю. Перед тем, как Эльза ушла, он успел поднять на нее глаза: в них тогда отчетливо блеснула ненависть.       Возвращаться в тишине было странно. Докучливый дождь снова заморосил, постепенно усиливаясь. Неоправданно жестокий поступок сильно напомнил Эльзе поведение своих обидчиков из прошлого. Но она-то, она ведь совсем не такая. Или такая? Может дело было исключительно в том, что прежде она не обладала такой силой? Чего утаивать, свою власть над кем-то чувствовать приятно. Мир так устроен, люди таковы. Иерархия. Теперь на вершине этой пищевой цепочки она. Кто в этом виноват?       Замок встретил не только спасительной от мороси крышей, но и согревающим светом факелов и свечей. Перед тем, как разминуться на лестнице, когтевранец поблагодарил:       — Спасибо, что заступилась за меня, Эльза, но тебе стоит быть осторожнее, злопамятности им не занимать, все-таки дети чистокровных семей.       — Все в порядке, Феликс, мне не впервой с такими сталкиваться, — мрачно улыбнулась девушка. — До встречи на занятиях.       — Удачи, рад был провести с тобой время.       — И я, — Эльза вдруг осознала, что нажила себе серьезных врагов и поспешила вернуться в гостиную до их возвращения.       Уже в подземельях, не дойдя до места назначения каких-то пятьдесят футов, Эльза заметила непринужденно болтающих у перил Себастьяна и Оминиса. Отчаявшаяся слизеринка все же решилась пойти на примирение с ребятами после появления новых недругов.       Себастьян, рассуждающе жестикулируя руками, настолько погрузился в свою речь, что совсем не заметил приближения сзади,       — В общем, я бы заключил так: у нее толстоваты щиколотки, но личико вполне симпатичное, не мешает даже шрамик на брови.       — Себастьян, она тебя слышала, — предупредил болтуна друг, и тот в застывшем удивлении развернулся к пышущей от злобы девушке.       Нервы дергались на ее лице подобно молниям, пока в один момент не застыли.       — Я думала мы друзья, Себастьян, — разочарованно выдавила она и устремилась в сторону гостиной.       — Эльза, ну стой. Ты меня неправильно поняла… — В его голосе слышалась досада и раздражение, но больше от того, что девушку задело это.       Из-за резкого разворота она чуть не сбила юношу с ног.       — Я все так поняла! — уже резче бросила она. — Я изо всех сил стараюсь заслужить уважение на факультете, а ты низводишь все мои старания. — Эльза гневно рукоплескала. — Я все не могла понять, почему все остальные факультеты так добры ко мне, а на Слизерине мне словно нет места. Чего это Гонт обращается ко мне как к твоей очередной пассии? — махнула в сторону его друга за спиной. — Почему Роули считает, что мы встречаемся? А это все твой треп, Себастьян.       На ее пылкую речь он закатил глаза и, разозленный тычком пальца в грудь, парировал:       — Ой, только не надо притворяться дурочкой, Эльза. Почему ты улыбалась мне в ответ? Почему пошла со мной в Хогсмид? Почему решила заговорить у картины? — Выжидающе ответа вскинул брови. — Ты это делала из своих корыстных интересов. Кто учил тебя заклинаниям? Кто давал тебе книги, которые просто так не достать в библиотеке? Ты пользовалась моим расположением к тебе.       — Не пытайся выставить себя самым несчастным! — из-за бушующих в груди возмущений чуть не сорвалась на крик. — Ты не просто так предложил мне поехать к сестре. Ты рассчитывал, что я смогу помочь, а как только понял, что от меня толку мало, сразу же потерял всякий интерес. Так что это был взаимовыгодный обмен… — Эльза вдруг успокоилась: рьяный взгляд упал, напряженные губы поджались. — И, тем не менее, я думала, что мы друзья: ты спас меня в Хогсмиде, я спасла тебя. Видимо, ты умеешь дружить только с юношами и своей сестрой. Удачи, Себастьян. — В разочаровании помотав головой, Эльза уже развернулась, чтобы пойти в гостиную, но напоследок кинула за спину: — И нормальные у меня щиколотки.       Возвращение подняло волну перешептываний, и Эльза даже не сразу поняла, что дело было в утренней гонке с Имельдой, о которой она совсем уже позабыла.       Первой к ней прискакала, сцепив руки за спиной, Вайолет Макдауэлл и в своей игривой манере поддержала:       — Поздравляю с победой, Эльза. Тебе удалось превзойти саму себя!       — Спасибо, Вайолет.       Следом окружили и другие ученики, среди которых были остальные соседки по комнате: Грейс Пинч-Смедли и Нерида Робертс. Ребята неожиданно радушно поздравляли с победой, а некоторые и вовсе жадно выпытывали секрет успеха. Имельда в это время поглядывала на происходящий восторг через плечо с нарочитым пренебрежением, периодически хмыкая.       Несмотря на столь душевный, ощутимый особенно тепло после серьезной перепалки, прием, в данный момент Эльзе хотелось побыть одной, вдали от назойливых глаз.       — Ладно-ладно, я все расскажу, но сейчас мне нужен отдых. Выиграть Имельду — задача практически невыполнимая. — Эльза метнула товарищеский взгляд на пораженную в попытке убить двух зайцев одновременно: сбежать и сгладить углы с капитаном сборной, однако та только закатила глаза.       Мягкая хлопковая пижама и уютная кровать сегодня ощущались исключительно желанно. Зарываясь в воздушное одеяло под потрескивание дров в печи, Эльза чувствовала, как постепенно проваливается в сон, и взяла с себя слово никогда больше не пытаться заполучить влияние змей.