I'll Be Here

Алатус не мог сказать, сколько времени он уже провёл в оковах, когда Чжу И наконец вернулся. Могло пройти как несколько часов, так и нескольких недель. С уходом бога кармы, огонь в темнице погас, оставив Алатуса в кромешной тьме. Черный камень комнаты светился красным светом, едва освещая помещение, но от этого нависшая громадина и удушающая тишина были еще более очевидны. Он слышал только звон цепей и паническое дыхание, которое уже не казалось ему собственным. Это было почти облегчением - больше не быть одному. Архонт щелкнул пальцами. Цепи отпустили конечности Алатуса. Он рухнул на пол, задыхаясь от прилива крови к рукам. Вдох. Выдох. Чжу И смотрел на него сверху вниз, как на незначительное препятствие, которое просто оказалось на полу. — Ты сильнее этого, — мягко сказал он. — Со временем ты привыкнешь. Алатус косо уставился на черные бронированные ноги архонта. Плечи болели, и холодный пол приятно холодил спину, когда якша перевернулся. Он тяжело выдохнул, дыхание наконец стало ровным. Вдох. Выдох. — Ой, да ладно, — Чжу И закатил глаза и скрестил руки на груди, постукивая одним пальцем по тыльной стороне перчатки. — Я хочу взять тебя сегодня на улицу, но я не смогу, если ты не перестанешь драматизировать. Глаза Алатуса расширились, и он сел прямо, упираясь кулаками в пол. — Я смогу выйти на улицу? — он выйдет наружу. Он снова увидит небо. Он может убежать. — Да! — Чжу И улыбнулся, и выражение его лица было почти добрым, но затем он вызвал маску Алатуса, покрутил ее в пальцах, как он любил это делать, и мгновенно разрушил все надежды Алатуса. — Я уже говорил тебе, Алатус. Я могу научить тебя тому, о чем ты и не подозревал, и показать тебе, насколько ты силен на самом деле. Тебя сдерживали, и ты сдерживался, но я могу помочь тебе узнать, где твои пределы на самом деле. К этому моменту покалывание ужаса в позвоночнике Алатуса было почти привычным, но он смотрел на архонта с огнем и ненавистью в глазах. — Я не собираюсь это делать. Я не буду делать ничего, что ты мне прикажешь. И мне все равно, если ты заставишь меня, потому что не важно, что ты прикажешь делать моему телу, я не смогу достичь своего "потенциала", или как ты там говоришь, если не буду стараться, — он заставил свои ноги встать и с вызовом вскинул подбородок. Лицо Чжу И покраснело от раздражения, но улыбка не исчезла. — Это для твоего же блага, Алатус. Чтобы выжить, ты должен быть сильным, — он сделал непринужденный шаг вперед, и Алатус заставил себя не вздрогнуть. — Подумай о своих товарищах-якшах. Вспомни, как они говорили, что без тебя не справятся. Разве это не справедливо, что они так сильно полагаются на тебя? Как бы стары и медлительны они ни были, разве ты не выиграешь от того, что станешь сильнее? Разве ты не сможешь лучше защищать их? Алатус покачал головой. — Я достаточно силен. Я не нуждаюсь в тебе или в том, что ты хочешь со мной сделать, — он сопротивлялся желанию протянуть руку и оттолкнуть архонта от себя. Чжу И холодно смотрел в ответ. Он больше не улыбался. — Тебе пора кое-что понять, ты, невинное, глупое и наивное ничтожество, — он придвинул свое лицо ближе к лицу Алатуса, так близко, что тот мог почувствовать смрад горелых волос и гниль в дыхании бога. — Я не жестокий хозяин. Есть много архонтов и даже людей, которые могли бы обращаться с тобой гораздо хуже. Ты бы предпочел, чтобы я отдал тебя им? — его глаза вспыхнули, мелькнув красным в черной бездне. — Я могу вспомнить о богах, которые заставят тебя стоять в огне, пока твоя плоть не обуглится до костей, или держать тебя под водой, пока твои легкие не начнут молить о воздухе, или найут другие, более... личные... способы использования твоего тела… — Он протянул руку и кончиком стального ногтя провел линию по лицу Алатуса. Алатус отпрыгнул в сторону, сердце колотилось, кожу покалывало там, где его касалась холодная броня, шок и отвращение пронеслись по его телу на новом уровне ужаса. Чжу И легко преодолел расстояние между ними и схватил Алатуса за лицо, сжав его челюсть большим пальцем и остальным. Его ногти впились в мягкую плоть щеки Алатуса. — Ты бы предпочел быть с этими богами? — он шипел, и запах горящих волос становился все сильнее. Алатус покачал головой, и ноготь проткнул его кожу. Кровь начала вытекать, но Чжу И все равно надавил сильнее. — Многие задаются вопросом, каково это - покончить с тобой, таким могущественным существом, но я единственный, кто этого не делает. Я единственный, кто может уберечь тебя от них. Теперь я твой защитник, и ты будешь делать то, что я скажу, — он толкнул Алатуса обратно на пол и стряхнул кровь со своей руки. Кровь якши слетела с ногтей и брызнула на камень в нескольких дюймах от руки Алатуса. Алатус раньше получал и гораздо более серьезные раны, но слова архонта попали прямо в ямку его груди и взорвались там. Что может быть хуже огня? Что может быть хуже утопления? Он не хотел этого знать, ни сейчас, ни когда-либо еще. Как ему стать достаточно сильным, чтобы быть уверенным, что с ним никогда не поступят подобным образом? Он почувствовал, что его мозг начинает вращаться в черепе, и опустил голову на руки. Здесь достаточно воздуха, чтобы ты мог дышать. Ты не бессилен. Это не может происходить. — Что же ты предпочтешь? Позволишь ты мне учить и защищать тебя, или ты хочешь, чтобы тебя использовал и надругался кто-то другой? — спросил Чжу И. Он все еще крепко держал маску в одной руке, и Алатус чувствовал его хватку словно вокруг своей собственной души. Когда Чжу И вышел из комнаты, Алатус последовал за ним, склонив голову. ◊ ◊ ◊ Просторы замка Чжу И из черного камня впечатлили бы любого прохожего, но вид звезд в ночном небе был самым прекрасным из того, что мог увидеть Алатус. Он вдыхал свежий ночной воздух, словно не мог насытиться им, жадно смотрел на небо, как будто умирал от голода, и чувствовал, как теплый ветерок ласкает его огрубевшую кожу и покрывает ее мурашками. Кислород наполнил вены, и он почувствовал, как энергия Анемо поднимается в его крови. Как прекрасно, подумал он, снова оказаться снаружи. Я больше никогда не хочу быть вдали от неба. Но затем он застыл. В его сознании пронеслась полоса паники. Я не узнаю эти звезды. Более ста лет изучения звездных узоров должны были охватить все возможные виды неба. Он оглянулся вокруг. Местность была незнакомой и скалистой в худшем смысле этого слова. Звезды, как бы ни прекрасны они были, тянулись бесконечно долго в вихрях молочно-фиолетового и тилового света. Он чувствовал запах соли, водорослей и металла, как от старых монет моры, которые он вытаскивал из моря, но воды вокруг не было. В его мозгу пронеслись отдаленные мысли людей, но он не мог понять их язык. — Где мы? — требовательно спросил Алатус. — Хм… — Чжу И хмыкнул, задумчиво глядя на звезды, словно не знал ответа. — Тейват - это мир, который был перевернут с ног на голову. У нас есть карманные измерения, субдомены и прочие всевозможные необъяснимые вещи. Даже карма, по всем определениям являющаяся всего лишь словом, на самом же деле имеет цвет и текстуру. И все же ты задаешь мне такие вопросы как "где", — он покачал головой. Красные бусинки на концах его длинных волос нервно скреблись о доспехи. — Мы в безопасном месте. Достаточно далеко, чтобы никто из твоих якшей не нашел тебя, но и не так далеко, чтобы тебе не на ком было тренироваться. Алатус сжал кулаки. В его груди поднялся жар, но он подавил свои эмоции. — Они найдут меня. Они не успокоятся, пока не узнают, где я, и тогда тебе не позавидуешь. Чжу И наклонил голову и ухмыльнулся. — Ты так уверен? Это мы еще посмотрим, — он положил свои холодные руки на плечи Алатуса. — Давай начнем с чего-нибудь простого, хорошо? — Что ты имеешь в виду? — Алатус отмахнулся от непрошеного прикосновения. — Тебе ведь уже приходилось убивать хиличурлов, не так ли? — архонт вытянул руку перед замком, и из каменистой земли поднялся тотем. Чжу И выстрелил в него огненным болтом, воспламенив его энергией Пиро. Появилась небольшая толпа хиличурлов, хрюкающих и кричащих так, как они это всегда делали, периодически ударяя дубинками о деревянные щиты. Алатус попятился назад, но руки Чжу И легли ему на спину и подтолкнули его вперед. — Вперёд. Здесь нет ничего, что бы ты не делал раньше. — Это не то же самое! — запротестовал Алатус. Над головой клубился туман, заглушая свет звезд и отбрасывая серые тени на землю. — Эти хиличурлы ничем не одержимы. Они даже не нападают на нас. — Это не имеет значения, — Чжу И призвал копье, обычную черная кисть, и вложил его в руку Алатуса. — Они нападут через мгновение. И если ты не хочешь, чтобы твоя гибель произошла из-за нескольких хиличурлов, ты убьешь их. Сейчас же. Последнее слово было приказом. Алатус приготовился к вынужденному движению, которое, как он был уверен, должно было произойти - но в замешательстве расслабил мышцы, когда ничего не произошло. — Иа йика! — прокричал хиличурл. — Ха, — Чжу И шлепнул маску по руке. Керамика с грохотом ударилась о его железную перчатку, и он закатил глаза. — Полагаю, такой приказ недостаточно конкретен, — он вздохнул и устремил взгляд вверх. — В любом случаи, они нападут на вас через секунду. Защищайся. Верные своему слову, хиличурлы повернулись и бросились на Алатуса с громким визгом. — Нини зидо! Вес черной кисти был тяжелее и неудобнее, чем легкое нефритовое копье, к которому привык Алатус, но он прокрутил ее в руке один раз. — Поработай со мной, — прошептал он, постукивая концом о землю, чтобы почувствовать длину копья. Хиличурл приблизился, дико размахивая своей дубиной. Алатус легко уклонился от удара и ударил копьем вниз, сбив хиличурла с ног. Собственный щит утяжелил падение монстра и распался на части под собственным весом. — Не сдерживайся, — подгонял его Чжу И. — Я видел, как ты одним ударом уничтожил по меньшей мере семь хиличурлов. Не заставляй меня повторяться. Алатус стиснул зубы, но собрал энергию Анемо в стремительную атаку прямо в гущу толпы, один, два, три раза. У хиличурлов не было и мгновения, чтобы прийти в себя, они рассыпались искрами и, падая, роняли свои разбитые маски вокруг. — Потрясающе!!! — Чжу И засмеялся, хлопая в ладоши, как ребенок. — Но ты еще не закончил, — он указал на последнего хиличурла, который почему-то ничему не научился у своих собратьев и бил лапами по земле, готовясь к атаке. — Я хочу, чтобы ты показал свою атаку в падении. — Я не могу сделать это без маски, — Алатус выпрямился, задыхаясь от усилий, прилагаемых для рывковых атак, и смахнул искры с одежды, прежде чем они успели разгореться. — Не надо мне этого, — огрызнулся Чжу И, его настроение быстро менялось от радости к раздражению. — Позволь научить тебя - если ты начнешь с более высокой точки, чем хиличурл, у тебя будет время, чтобы повернуться и сделать атаку в падении. И маска тебе вовсе не нужна. ...Разве что для управления собственным телом, с горечью подумал Алатус. Он не сводил взгляда с хиличурла, выкапывающего из земли пирослайм. — Заберись на тотем и атакуй оттуда, — гнев исчез из голоса Чжу И, вновь вернувшись к снисходительному ободрению. — Ты можешь это сделать. Я знаю, что можешь. Это не было приказом, но Алатус почувствовал прилив любопытства. Пиро тотем был всего на пару голов выше Алатуса. Он никогда не пробовал выполнить атаку с такого короткого расстояния, но у него не было причин думать, что он на это не способен. Якша ухватился за каменный край и подтянулся, как раз в тот момент, когда пирослайм хиличурла ударил в основание тотема, и сделал пару осторожных пробных прыжков. От земли его отделяло всего около двух метров. Достаточная ли это высота? — Быстрее, ну же! — Чжу И нетерпеливо постукивал ногтем по красной броне. Алатус отстраненно подумал, использовал ли архонт кармы когда-нибудь эти доспехи. Он подпрыгнул с такой силой, на какую только был способен, оттолкнувшись от конца копья, развернул его так, чтобы оказаться в положении пикирующего, и закрутил копье в спираль прямо над хиличурлом. Ветер хлестал его волосы по лицу, ревел в ушах, он падал, он был слишком близко к земле, у него ничего не получалось, он промахивался... Хиличурл захрипел, когда энергия Анемо рассеялась по его телу. Копье пробило его между рогами до самой земли. Он замер на мгновение, прежде чем распасться на искры, издав последний пронзительный вопль. — Я сделал это, — выдохнул Алатус. Адреналин от прыжка все еще бурлил в нем, и он засмеялся в первый раз за, казалось, целую вечность. — Это было так быстро! Так быстро, и я не думал, что смогу это сделать, но потом перевернулся, и у меня получилось! — Я знал, что ты сможешь это сделать, — сказал Чжу И, улыбаясь. — Теперь ты видишь, на что ты способен? Алатус кивнул, забыв, где он находится, забыв, с кем он, и его естественное нежное любопытство победило весь ужас, который он испытывал всего несколько мгновений назад. — Что еще я могу сделать? — он снова рассмеялся, и сладкий звук наполнил воздух. — Столько всего… — пробормотал Чжу И, его чистые черные глаза сияли. Солнце начало всходить над горизонтом каменистой пустоши, и архонт наблюдал, как Алатус повернулся к нему лицом, вонзил копье в землю и позволил ему дематериализоваться. — Восхитительно. Какой красивый смех.