Покажись

             А?       — Что? — не понял Диппер.       — Раздевайся, — повторил Сайфер.       — И как это связано? — озадаченно спросил Пайнс.       Демон закатил глаз:       — Глупая Сосна. Я же сказал — стоило прочесть бумаги перед тем, как соглашаться. Я любезно предоставил тебе всю информацию.       Диппер нахмурился, снизу вверх рассматривая Сайфера:       — Я не буду.       — Читать?       — Раздеваться.       — Ты на грани нарушения условий.       — В условиях нет ничего о том, чтобы я беспрекословно тебе подчинялся.       — В условиях есть обозначение, что ты обязан способствовать поиску и устранению обстоятельства, мешающего мне покинуть купол.       — Это не одно и то же.       Выражение лица демона приобрело какой-то маниакальный оттенок:       — Самое что ни на есть оно, Сосна. Человеческая суть… Три года назад я понял, что дело не в теле. В «душе», вы так это называете. И кое-какие изыскания помогли мне приблизиться к пониманию, что же такое «суть» человека.       Он щёлкнул пальцами, и прямо напротив Диппера появился экран. На котором…       Мейбл?       — Какого… — начал Пайнс.       — Трансляция, — сообщил очевидное Сайфер. — А теперь слушай внимательно, Сосна, — голос его изменился, теряя долю человеческой живости. — В твоих условиях нет ничего о том, что я не могу заключить подобную сделку с кем-то другим. У меня было всего два варианта, и я выбрал тебя, но второй вариант всё ещё подразумевается.       Диппер наблюдал, как Мэйбл аккуратно нарезает чёртову морковь. Непослушная прядь волос так и норовила залезть ей в глаза, и сестра с раздражением её сдувала.       — Учитывая, что мои условия связывают тебя по рукам и ногам, это обстоятельство сыграет мне на пользу при предложении сделки Звезде.       Пайнс напрягся.       — Ты действительно хочешь, чтобы раздевалась она?       Сайфер издевательски склонился, явно демонстрируя, что он, чёрт возьми, абсолютно прав.       — Ты действительно хочешь, чтобы я прикасался к ней… так?       Ладонь демона цепко обхватила подбородок Пайнса и легко, без усилия, повернула побледневшее лицо к ярко светящемуся глазу Сайфера. Большой палец без промедления оттянул нижнюю губу онемевшего Диппера, как-то развязно и в тоже время легко надавил на неё, а затем…       — Открой рот, — на выдохе приказал демон.       Пайнс смотрел на него расширившимися глазами и не двигался.       — Я сказал, — очень тихо, но зло проговорил Сайфер. — Открой. Рот.       И Диппер открыл. Совсем немного, едва достаточно для того, чтобы произнести букву «эс», но демону этого хватило.       Большой палец коснулся зубов, попытался втиснуться меж них, но, не встречая никакого содействия, усилил напор, проскальзывая кончиком в щель между верхними и нижними зубами.       — Никакого вреда, Сосна, — выдохнул Сайфер. — Советую открыть шире. У меня нет таких ограничений.       Мэйбл слева на экране, кажется, была не одна: мелькало что-то светлое. Пасифика?       Пайнс прикрыл глаза и послушно опустил нижнюю челюсть.       Палец демона скользнул по языку, стараясь забраться как можно глубже. Диппер не хотел видеть его лицо.       А стоило бы.       — На меня смотри, — рыкнул Сайфер. — Давай, Сосна, это не сложно.       Он, наверное, планировал запихать всю кисть Дипперу в рот. Оснований для такого действия Пайнс не видел, но это, в виду обстоятельств, не означало, что их нет.       Большой палец огладил язык, надавил на него и переместился ко внутренней части щеки. Диппер смотрел в глаз демону и не понимал, почему тот дышит так поверхностно, а его зрачок заполняет практически всё пространство радужки, искрящей жёлтым.       — Сосна, ты задаёшься глупыми вопросами, — по тону Сайфера было понятно, что он издевается. — Если бы твой рот не был занят, ты бы их озвучил, я уверен.       Большой палец скользяще покинул ротовую полость, ведя за собой тонкую нить слюны, но его место тут же заняли указательный и средний. Они также прошлись по языку, но на сей раз извернулись, зачем-то царапнув нёбо. Глаз демона напоминал чёртово дуло пистолета во время выстрела.       Слева на экране что-то происходило. Какое-то движение, которое сложно было распознать боковым зрением.       — Ах, да. Тут такое дело, Сосна… — Сайфер осклабился и вытащил наконец пальцы изо рта Диппера. Тот, не дожидаясь команды, сомкнул челюсть, отчётливо и громко сглатывая. — Познакомься с новыми для себя проявлениями дружбы.       Жест демона в сторону экрана дал понять, куда стоит обратить своё внимание. Пайнс повернул голову.       Две секунды ему понадобилось на то, чтобы вернуть её обратно:       — Выруби!       Демон тихо смеялся.       — Это же моя сестра!       Сайфер разогнулся и откровенно уставился на экран.       — Твою мать, прекрати это!       — А они ничего, да?       Пайнс автоматически опять глянул на экран и окончательно вспыхнул:       — Сайфер, хватит! Это… это же…       — Что? — демон снова навис над ним. — Что? Личное, да? Их дело?       Пайнс кивнул.       — Так ты сам можешь это прекратить. Не заставлять меня присматриваться. Просто разденься и слушайся, и всё. Не сложно же, а, глупая Сосна?       Диппер опустил голову.       На самом деле он был согласен ещё до того, как демон обратил внимание на… Пасифику и Мэйбл.       Потому как не пережил бы, случись такая ситуация с сестрой, тем более по его вине.       Хотя в его нынешнем положении никто кроме него тоже не был виноват. Даже Сайфер.       Демон в человеческом теле. Не трудно сложить «два» и «два», чтобы понять, чем он руководствуется. Правда, момент с «сутью» так и остался прикрыт завесой непонимания.       — Я согласен, — тихо проговорил Диппер.       — Ну вот и молодец, — издевательски протянул демон. — Утри слёзы поруганной чести и, будь добр, начни уже снимать с себя одежду.       Экран слева погас и исчез с тихим хлопком.       Пайнс поднялся, смотря в пол. Сайфер не собирался отходить. Потянувшись руками к вороту свитера, Диппер исподлобья глянул на демона:       — Прямо тут?       — А тебе комната отдельная нужна? — поднял бровь Сайфер.       Пайнс закусил губу.       — Хотя да, ты стеснительный. Я всё думал, когда же ты из кустов вылезешь, чтобы поговорить с той рыжей девушкой. Но куда там, — демон усмехнулся. — Ублажать себя с её именем на губах — это пожалуйста, а подойти и поговорить — нет, слишком сложно для хрупкой и нежной Сосны.       — Ты… — Пайнс задохнулся. Только вот не понял, чем — возмущением или жгучим стыдом.       — Я, я, — кивнул Сайфер. — Смотрел. Многое видел. Чаще всего — скуку смертную, ты уж прости, Сосна.       Диппер стянул свитер через голову, едва не утянув вслед за ним зацепившуюся футболку.       Сайфер смотрел.       — Но вот с топором ты неплохо обращаешься, это да, — голос его казался задумчивым. — Любо-дорого было наблюдать, даже не смотря на то, что ты рубил дрова часами.       А.       Он занимался этим чаще всего днём, когда стояла жара. Снимал с себя всё, что выше пояса, отчего пару раз спалил кожу на плечах и мучался потом несколько недель, не в состоянии нормально надеть хотя бы майку.       — Усыпляло: ты так размеренно действуешь, когда занимаешься чем-то, что не требует особого ума.       Пайнс хмуро стянул с себя футболку. К поясу штанов прикасаться не хотелось.       — Чего не скажешь о твоих вечерних приключениях, — продолжал Сайфер. — Вот скажи, зачем ты по полчаса сидишь с рукой на члене и ничего не делаешь?       Диппер сжал зубы и потянулся к ремню.       — Да не стесняйся, Сосна. Ты сейчас — напомню — раздеваешься не для того, чтобы я с тебя картины писал.       — Придумываю, — еле слышно проговорил Пайнс. Пряжка ремня звякнула.       — О, а что?       Молния вжикнула как-то истерично.       Хрена с два он станет рассказывать.       — Я вопрос задал, Сосна, — тон демона слегка похолодел. — Не будь дураком, отвечай.       Диппер зажмурился и потянул вниз пояс штанов. Те уже давно были не новыми, поэтому с готовностью спали с бёдер, превращаясь в кучку несвежего вида ткани у ног. Пайнс подумал, что шнурки кроссовок следовало развязать раньше.       — Сосна, — демон протянул руку и резко подцепил подбородок Диппера, чуть ли не закидывая тому голову назад. Взгляд Сайфера был на грани между бешенством и предвкушением. — Ты, вероятно, посчитал, что я тут шутки шучу. Но ты ведь прекрасно знаешь, что это не так, м?       Пайнс судорожно вдохнул.       — Губы, — очень тихо произнёс он. — Вэнди. Вокруг…       — Вокруг? — Сайфер пристально смотрел в лицо Диппера. — Продолжай, Сосна. Вокруг… чего?       — Моего члена, — выдохнул Пайнс. И был тотчас отпущен, из-за чего без промедления опустился на всё также стоящий позади стул.       — Вот так бы и сразу, — скалясь, проговорил демон. — А то всё недомолвки да заикания. Но на сей раз прощаю.       Диппер как-то отстранённо принялся развязывать шнурки кроссовок. Пальцы… жили своей жизнью. Точнее, не жили. Дохли, как фонарь — не слушались и периодически замирали.       — Младшая Колдрой, скажу тебе, вообще из себя ничего не представляет, — послышался смешок. — Ты только зря ладони стираешь, Сосна. К тому же, твои надежды тщетны: она предпочитает кого-то по типу меня.       Это Диппер ещё давно понял. По всем её парням до событий шестилетней давности.       — Если ты внезапно нарушишь условия и безвременно почишь, то я, быть может, и её включу в список кандидатов.       Пайнс замер с почти развязанным шнурком второго кроссовка в пальцах.       — Не смей, — тихо процедил он полу. — Слышишь?       — А это от тебя зависит, глупая Сосна, — Сайфер снова скалился. — В твоей власти сделать так, чтобы и жители были освобождены, и я никогда более не смог причинить кому-либо вред.       И в этом он тоже был абсолютно прав.       Диппер поднялся, ногами выныривая как из кроссовок, так и из ткани штанов. Подумав, и носки стянул, быстро и даже не покачнувшись. Но взгляда от пола не отрывал, не желая даже осознавать, что на него могут смотреть… так.       Как на еду.       Только почему-то очень редкую.       Вспомнилось мороженое.       — Я бы и сам от мороженого не отказался, — протянул Сайфер. — Человеческое тело периодически удивляет желаниями.       Пайнс молчал.       Демон щёлкнул пальцами. Стулья и стол исчезли, создав слабую волну воздуха, ощутимо прошедшуюся по не скрытой одеждой коже Диппера.       А всё-таки. Какое отношение имеет его нагота к «человеческой сути»?       — Неполная нагота, Сосна, — раздалось совсем близко. — Но и я ничего не говорил про «полностью раздевайся», так что твои действия обоснованны.       Диппер вдохнул и поднял глаза на демона. Тот стоял чуть впереди, буквально в шаге от него, и осматривал — поэтапно, снизу вверх, прошивая глазом всё, что попадало в поле обзора. И скалился. Только теперь как-то менее долбануто, с тем изгибом губ, который можно было бы назвать «широкой улыбкой», если бы не явно выделяющиеся клыки.       Сайфер сделал несколько шагов, обходя начавшего переминаться с ноги на ногу Пайнса.       Поворачиваться вслед за ним Диппер смысла не видел.       — Этот шрам, — пальцы неожиданно коснулись старого рубца на спине. — Откуда? Я не видел.       — Первый год, — тихо ответил Пайнс. — Я ещё не умел колоть дрова. Из леса выпрыгнул мутант. Я замахнулся на него, но не смог удержать равновесие. Топор улетел назад, и я за ним. На сук прямо.       Демон ладони от шрама не убирал.       И вдруг шагнул вплотную, обвивая грудную клетку руками и буквально впечатывая Пайнса в себя. Ухо обожгло дыханием:       — Вот что, Сосна. Условие про откровенность помнишь?       Диппер кивнул, опасаясь издавать звуки.       — Замечательно. Говори всё, что чувствуешь. Прямо с этой секунды. Начал.       Пайнс вытаращился перед собой. Для того, чтобы не лгать, нужно хотя бы более-менее осознавать, что он чувствует. А это… сложно.       — Мне… — неуверенно начал он. — Неприятно. И немного страшно.       Рука Сайфера огладила живот.       — Щекотно. И всё также неприятно.       — Почему? — демон задел губами ухо. Диппер поёжился.       — Я… только я там касался. Никто больше. Это… кажется неправильным.       — Что именно? — Сайфер намеренно приникал губами к ушной раковине. Волоски на внешней стороне предплечий встали дыбом.       — То, что руки — мужские, — сдался Пайнс. — Так не должно быть.       Демон хмыкнул, зачем-то зарываясь носом в волосы у уха Диппера:       — Ты всегда так тщательно моешься, Сосна.       Пайнс стиснул зубы.       — Особенно здесь, — рука демона исчезла с живота, и Диппер неконтролируемо дёрнулся вперёд, когда пальцы скользнули под резинку трусов, слегка царапнув кожу правой ягодицы, поднырнули ниже, настойчиво, но легко проникая в ложбинку между напрягшимися мышцами места, которое, по мнению Пайнса, должно использоваться исключительно для того, чтобы сидеть на нём.       — Стоять, Сосна, — вторая рука крепче прижала спину Диппера к груди демона. — Не двигайся, — Пайнс судорожно выдохнул. К одному пальцу прибавился второй, слегка раздвигая ягодицы. — Так почему? Ты настолько чистоплотен?       Ну. Да, вообще-то.       — Мыла давно уже нет, — слегка пересохшими губами начал Диппер. — Травами не добиться эффекта… чистоты.       Демон усмехнулся прямо в ухо Пайнса:       — И перед походом сюда ты полтора часа намывался только из-за этого?       Только из-за этого.       Пальцы безапелляционно двинулись глубже.       — Н-не надо, — Диппер удержал себя от очередной неконтролируемой попытки избежать прикосновений к достаточно интимным местам.       — Описывай, — снова рычаще приказал Сайфер.       — Страшно. Хочется убежать, — быстро проговорил Пайнс.       — Отчего же не бежишь, а, Сосна?       Демон тронул нежную кожу между ягодиц, шипяще выдохнул в ухо Пайнсу - кажется, даже сквозь зубы, - а затем вытянул руку, мимолётно огладив кончиками пальцев место у резинки трусов.       — Куда? — еле слышно произнёс Диппер. — И незачем. Я не единственный, кто подойдёт на эту роль, так ведь?       — Так, — демон снова скалился. — Умнеешь, Сосна.       Сайфер продолжал прижиматься сзади и водить руками по коже, и делал он это… странно. Огладил плечи, слегка отстранившись, склонился, проведя носом по месту у выпирающего шейного позвонка, снова прижался, положив руки поверх грудной клетки. Замер — буквально на миг — а затем аккуратно, подушечками пальцев обеих рук тронул соски.       Диппер дёрнулся, от чего-то холодея. И вспомнил, что нужно… описывать.       — Приятно, — упавшим тихим голосом пробормотал он.       Демон повторил жест, на сей раз оказывая легкое давление на небольшие чувствительные участки. Пайнс сглотнул от непонятного ощущения, начинающего накручиваться где-то в низу живота. Оно не походило на возбуждение, но было… томительным. Тянущим.       — И так тоже приятно, — уставившись вперёд, проговорил он.       — Подробнее, — хрипловато послышалось сзади. Сайфер, кажется, дышал ему в макушку.       — Ощущение… при прикосновении. Не острое, но чувственное, — Диппер прикрыл глаза. — Хочется, чтобы повторилось.       Похоже на ласку. И было странно осознавать, что её не хватает до такой степени.       Волосы сзади слегка шевельнуло потоком воздуха.       Сайфер переместил вторую руку ниже, провёл кончиками пальцев по дрогнувшему животу, а первой ощутимо сильнее сжал ближайший к ней сосок: Диппера прострелило аж до тихого подобия стона сквозь наспех сомкнутые губы.       Полностью не сдержал он и желание тела выгнуться.       — Сосна, — глубоко и со смешком раздалось сзади. — Ты сдерживаешься. Не нарушай условия.       Пайнс не успел додумать мысль о том, что речь-то там шла о словах, как Сайфер склонился к его плечу и заставил вздрогнуть от контраста прикосновения прохладных губ с отчего-то ставшей горячей кожей. Демон оглаживающе провёл от рёбер до тазовой кости, зацепив оную ногтями, что отозвалось всполохом приятных мурашек у живота. Вторая рука Сайфера играюще дразнила чувствительный сосок, с каждым прикосновением делая ноги Диппера всё более ватными.       Пайнс всхлипнул.       Демон замер на мгновение, как-то медленно оторвался от плеча и очень хрипло произнёс, ероша дыханием волосы у уха:       — Сделай так ещё.       И резко сжал сосок.       Диппер застонал, подаваясь назад и откидывая голову.       — Потрясающе, Сосна, — пальцы Сайфера внезапно сомкнулись на плечах Пайнса. — То, что нужно, — он резко развернул успевшего немного прийти в себя Диппера и уставился тому в глаза с выражением, которое Пайнс предпочёл бы никогда и ни у кого больше не видеть.       Потому как в нём буквально читалось: это ещё не всё.