Ликорис

Глава 12. Специально случайно выстрелила. В глазах был словно туман, размывавший все, на что падал взгляд. Оба парня босиком, в одних лишь носках бежали по ледяным лужам и грязи, то и дело спотыкаясь о корни деревьев. Позади слышны были лишь вой мотоциклов и машин. Кусты били по ногам и рукам, царапая кожу. Все вещи были изодраны. По руке текла теплая кровь. Адреналин заставлял его не чувствовать боли. Лишь стук собственного сердца было доказательством того, что он жив. Что они живы. Виктор и Арс пересекли весь лес, трясясь от холода их шаг замедлился, но оставался все такой же быстрый. — Нам нужно… — Горло Ви было пересохшим. Превозмогая боль, он продолжил. — Нам нужно на двенадцатую линию. Домой к отцу. Там. Там мы должны быть в безопасности. — Его слегка качнуло, от чего ему пришлось опереться на дерево. — Виктор! — Арс едва успел поймать молодого парня, прежде чем тот успел упасть. Взяв его под руку, он практически закинул его на плечо. Слишком тяжелое тело давило на него. Он почувствовал сильный запах крови, которая успела уже залить его футболку. Левая рука Виктора была в плохом состоянии. Он весь был в плохом состоянии. Его бледное почти синее лицо было прикрыто кепкой. Все волосы были спутаны и в грязи. Уже ничто не могло указать на ту статность и грациозность, присущая господину Давину. Все его тело дрожало от холода и потерянной крови. Он был почти не в состоянии идти, но все же старался слегка передвигать свои ослабевшие ноги, опираясь на плечи юноши, что его поддерживал. Их ступни были изрезаны острыми камнями и палками, от чего каждый шаг становился все более и более болезненным. Время от времени он словно проваливался в сон, в котором то и дело падал и падал вниз. — Просыпайся. Тебе нужно выпить лекарства. — Он был словно под водой. Чья то неясная речь отдавалась эхом. Голову пронзила ужасная боль. Открыв глаза, Ви понял, что находится в совершенно темной комнате, лежа в постели. В тепле. Рядом на прикроватной тумбочке стоял стакан воды с различными блистерами таблеток. Он попытался глубоко вдохнуть, от чего сильно закашлялся. Предплечье пронзила острая боль. Отодвинув слегка одеяло, Ви увидел, что его рука крепко перемотана. Послышался глубокий вздох, после которого последовал уставший голос. — Ты проснулся. — Арс? Где мы? — У меня дома. — Здесь…- он слегка задохнулся, — здесь не безопасно, почему ты привёл нас сюда. — Как ты себе представляешь, если бы я нес тебя всего в крови, босиком, через весь город в квартиру к твоему отцу? Не преживай. Ты был в отключке целые сутки, и ничего еще не произошло. Я ждал пока ты очнёшься, чтобы мы спокойно уже перебрались туда. — Целые сутки… — Было даже удобно, что ты вырубился, я смог обработать твою рану и наложить швы. Пришлось повозиться конечно со всем остальным, но будешь просто должен. У меня дома мало обезболивающего и прочего, так что этот вопрос надо будет как-то решить. Виктор продолжал молчать, стараясь держать глаза открытыми. Он был еще слишком слаб, чтобы что-либо говорить, поэтому просто молча соглашаться со всем что говорит Арс. — Сейчас уже ночь. Раз ты проснулся, то по хорошему нам уже нужно уходить отсюда как можно скорее. Ты справишься? — Да. Ви попытался встать, но увидев эти жалкие попытки, Арсу пришлось помочь. В какой то степени ему было до ужаса жаль Виктора, но они оба были еще в шоке от всего, что произошло и не до конца понимали всю серьёзность ситуации. В такие моменты Арс становился чересчур прямолинейным и слегка агрессивным в своих действиях, когда происходило что-то слишком тревожащее его эмоции и душу. — Мы не можем ехать на моей машине. Такси вызывать тоже нельзя. Нам остаётся идти только пешком. Есть один автобус, который ездит ночью, думаю мы сможем затесаться там среди людей, которые едут на ночную смену. Еще раз спрашиваю, ты справишься? Дорога займёт около часа езды. Мне нужно, чтобы ты был все это время в сознании, а потом уже можешь спать хоть всю неделю напролёт. — Да. Говорю же, все нормально. У тебя будут сигареты? — Он снова закашлялся. — Просто. Просто дай мне пару минут. — Он взял таблетки с тумбы, закинув сразу три штуки, запил жадными глотками. — Какие к черту сигареты, ты себя видел? Только попробуй уснуть. Я тебе собственноручно прострелю еще одну руку. — Идем уже. Ночная прохлада ударила им в лица. Свежий воздух был словно тем самым лекарством, что помогал успокоить мысли, а телу расслабиться. Виктор без задней мысли травил себя табачным дымом. Арс всегда держал дома пачку сигарет, на случай если к нему придет кто-то курящий. Чащего всего это был Александр. У него была дурная привычка курить, и еще более дурная — никогда не иметь при себе своей пачки. Дабы избежать не доброго взгляда с его стороны, Арс решил просто потратиться на пару пачек, чтобы без лишних слов протягивать их человеку, вышестоящему. Также он считал, что в любой ситуации сигареты могут помочь ему в переговорах. Сейчас же, он понимал, что они помогают человеку, который шел бок о бок с ним успокоиться и не чувствовать так сильно боль в руке. Они молча шли все это время до остановки, опасливо озираясь по сторонам. На них были надеты кепки и обычные спортивные вещи, как той самой ночью. Сев на заднее сидение автобуса, Виктор облокотил свою голову о стекло, слегка прикрыв глаза. Арс украдкой смотрел на него, пытаясь проследить за тем, чтобы тот не спал. Ему нельзя было спать. Слишком высокая вероятность, что он может снова потерять сознание на долгий срок. Да и ко всему прочему, когда Ви был в сознании, Арс чувствовал, что он не один. Что рядом есть человек, который поможет ему справиться со всем этим. Ему страшно. До жути страшно. Арсу действительно приходилось убивать людей. После многочисленных тестов на психику, во время его «обучения», ему дали действительно важное задание, а именно отправиться вместе с Александром за город. Так случилось, что один чиновник понял, что нарвался не на тех людей, обманув на деньги за товар, который не смог предоставить. Что именно это было и в каком колличестве никого не волновало. «Люпену» поступил заказ — они его исполняют. Этот человек часто проворачивал подобные схемы с мелкими предприятиями, которые знали, что ничего не смогут с ним сделать, ведь он куда влиятельней их. Многие знали, что он дружил с Марго, но в тот раз нашлись те, кто не знал этого, кому не понравилось, что их пытаются облапошить. Собрав не мало информации на него, эти люди хотели обнародовать их за пределами города. И тут выступила очередь Марго, защищать честь своего клиента, словно адвокат в суде. В тот день, Арс впервые спустил курок. Земля окрасилась в багряно-красный, а в воздухе витал запах металла и пороха. На его лице не дрогнул ни один мускул. Он сохранил тот камень, на котором было высечено его лицо. Он провел лишь рукой по волосам и произнёс: — Вот черт, мои белые волосы теперь грязные. Услышав эту хладнокровную фразу, Алекссандр слегка ухмыльнулся. А позже сообщил Марго о том, что нашел новый талант. Арс был действительно идеальным работником «Люпена». Без лишних вопросов. Без лишних эмоций. Все четко и в сроки. Многие парни, что пришли в тоже время даже побаивались его. Ему всего шестнадцать, а он стоит и смотрит на труп пустым взглядом, беспокоясь лишь о своих волосах. Никто и знать не мог, что по возвращению к себе в студию, он с таким же пустым взглядом ляжет на кровать, а по его щекам будут течь слезы. В душе он будет задыхаться. Снова и снова, проклиная себя за то, что отнял чью то жизнь. А сны будут наполнены кровью и глазами неизвестных ему людей, полные ужаса, отчаяния и боли. В первый год, он вздрагивал, просыпаясь в холодном поту бормоча про себя «простите, простите, простите». А потом просто смирился. Вот так просто. Ему больше ничего не оставалось кроме как смириться с тем, что он убийца. Иногда он врал сам себе о том, что совершает доброе, ведь очищает этот город от преступников, которые занимаются вещами и похуже, ломая чужие жизни. Потом это перестало действовать. Его совесть изнывала, мучая его подсознание, пока в какой то момент он не сломался, став безразличным куском льда. Именно в тот момент он начал ценить свою жизнь превыше всего. Именно за себя ему было страшно, плевав абсолютно на всё и всех, стараясь спасти лишь самого себя. Увы, увидев столько грязи, никогда не захочешь в ней купаться. — Я не до конца понимаю, откуда она могла знать. — Вдруг тихо сказал Арс, слегка наклонив голову в сторону Виктора. Ви посмотрел на Арса, после чего прикрыл глаза, опустив свои черные ресницы. В его голове был полный бардак, который он пытался разложить по полочкам еще с того момента, как только очнулся. Перед глазами то и дело вспыхивали картинки прошлого раннего утра. Красные искусанные губы и темные глаза. Она казалась такой миниатюрной, такой хрупкой, выдавал лишь ее взгляд, полный серьезности и непоколебимости в своих действиях. Ничто не могло разрушить её ауру спокойствия и холодной жестокости в тот момент. Женщина глубоко дышала, стараясь справиться с нахлынувшими на нее эмоциями. После оглушительного звука выстрела, сердце Виктора дрогнуло, а осознание происходящего было быстрее той пули, что была выпущена. Дверь в его комнату резко открылась. На пороге стояла женщина, держа в руках пистолет. Она была одна в этом дверном проеме. Ви замер, когда увидел выражение ее лица. С каждой секундой оно наполнялось безумием и едва уловимым…страхом. Тем не менее, увидев двух парней стоявших перед ней, блеск в ее серых глазах становился все ярче. — Я обескуражена твоим появлением, Виктор. — Ее голос, словно обволакивал, пропитывая воздух слащавым притворством. Он пристально смотрел ее, инстинктивно выйдя вперед, закрыв какую то часть Арса. Заметив пистолет в ее руке, он не собирался действовать опрометчиво. — До меня дошел слушок, что ты собрался убить меня. Что же я сделала не так? — Она начала улыбаться, жестикулируя рукой, в которой держала заряженный глок. — Разве я так сильно тебе противна? Не думал ли ты когда-нибудь о том, что пожалеешь допустив даже мысль о подобном? Ты не сделаешь это. — Словно выплюнув сказала она. — Уверена? — Он поднял голову, смотря на нее сверху вниз. Его грудь взыдмалась. Ви давно ждал этого разговора. Его переполняла уверенность, мешал лишь ствол пистолета нацеленный на него. Он наклонил слегка вбок голову и кивнул в сторону оружия. — Это ты не сможешь сделать этого. — Дело совершенно в другом, мой милый. — Она слегка опустила пистолет, подходя чуть ближе к своему возлюбленному, не обращая абсолютно никакого внимания на Арса, что стоял в углу, около подоконника. — Ты лишь умеешь притворяться. Делаешь вид, что все не почем, но я то знаю. Даже после моей смерти я буду преследовать тебя. Ты не сможешь спать, есть. Ничего. Твоя душа станет чернее не меньше моего. Я сведу тебя сума и ты наконец поймёшь, какую же ошибку совершил. Виктор смотрел прямо в глаза женщине, что была уже на расстоянии вытянутой руки от него. Плюясь словами, словно ядом, она старалась как можно ближе подползти к нему. Обвиться вокруг и задушить, чтобы точно остаться с ним навсегда. Наблюдая за всей этой развернувшийся драмой, Арс ждал лишь подходящего момента. Сделав один широкий решительный шаг, он схватил Марго за руку, заставляя выпустить пистолет из ладони. — Быстро, окно! — Единственное, что крикнул Арс. Виктор без единой мысли о том, что стоит помочь ему, дернул за пластиковые ручки, открыв настежь окна. Ветер подул им в лицо. Занавески зашевелились. Арс продолжал бороться с женщиной, стараясь отнять оружие. — Оставь ее. — Виктор с силой дернул за шиворот юношу, от чего его рука соскользнула с запястья женщины. Ловким движением они запругнли на подоконник и без оглядки собирались прыгать. Был всего второй этаж, что невероятно радовало в данной ситуации. Арс было почувствовал легкое спокойствие, от мысли, что они смогли сбежать, как в ушах раздался грохот очередного выстрела, за которым последовал звон, заставивший зажмуриться. Он инстинктивно схватился за Виктора, чтобы вдвоем буквально вывалиться из окна. А потом они бежали. Виктор не сразу почувствовал жгучую боль в руке. Адреналин в его крови заставлял бежать, бежать и бежать. Он чувствовал себя трусом. Он не хотел знать, что за выстрел был в первый раз. Схватившись правой рукой за цепочку, он лишь следовал за Арсом, который вел его по каким-то зарослям. «Она выстрелила в меня?» — Этот вопрос крутился в его голове снова и снова. «Она действительно посмела в меня стрелять?». Как эгоистично. Виктор был в полной уверенности, что она не сможет, но кто ж знал, что то резкое движение, когда он дернул Арса подвигло Марго случайно нажать на курок, который она не собиралась. Она бы действительно не смогла. Она убила бы Арса. Убила тетю и дядю, но точно не его. Женщина стояла возле открытого окна, на подоконнике которого красовались красные пятна крови, от простреленной руки Виктора. Ее тело трясло. Пистолет выпал из ослабевших рук. Глаза бегали то в одну сторону, то в другую, а осознание того, что она смогла навредить ему начало ее съедать. Все безумие, что теплилось в ее сердце, вся жестокость словно смыли водой, оставив лишь страх и отчаяние. Он меня ненавидит. Я не хочу чтобы он меня ненавидел. Почему? Почему он меня ненавидит. А позже наступила боль. У кого-то в сердце, от безысходности. У кого-то от открытой раны, кровь из которой все вытекала и вытекала. Как бы Арс не старался зажать ее своей футболкой, ничего не выходило. Выругавшись про себя, он принял решение отнести Ви сначала к себе домой. Протащив на своих плечах тяжелого мужчину. Его тело было все в поту и чужой крови, успевшей засохнуть, образовав коричневые пятна на плечах и спине. От бега и тяжести в виде человека без сознания, холод не чувствовался до момента, пока он не зашел в квартиру. Пальцы на руках были ледяными, от чего ему было сложнее зашивать руку Виктора. Он потратил полдня на то, чтобы кое-как его отмыть от грязи и крови. А потом еще полдня на то, чтобы отмыться самому. Он все тер и тер мочалкой свою кожу, словно пытаясь снять верхний слой, словно он так мог стать кем-то другим. Человеком в обновившейся шкуре. Арс старался не думать о том, что произошло, а особенно о том, что могло произойти. Он снова воздвиг ту каменную стену между собой и эмоциями, которые вот вот могли прорваться наружу. Он посчитал это будет правильным, пока они не будут в относительной безопасности. Сохранять трезвость ума, пока Виктор не придет в себя было главным решением за те сутки. Иначе он бы просто сошел сума. — Я могу догадываться кто это был. — Голос Виктора был словно скрипучая дверь. Арс с опаской посмотрел на приятеля по несчастью. — Ты ведь знаешь, чье имя я назову, не так ли? — Исключено. Этого не может быть. Я бы давно уже был бы мертв. — Никто другой не мог знать. Я не называл имен. Я даже лично ни с кем не виделся, общаясь лишь дистанционно. — Сила в голосе Виктора начала расти, опираясь на ту злость, что он начинал испытывать. — Нет. Он не мог. — Ты сам мне говорил, что он любил ее. Так может все еще. — Макс не мог рассказать ей о том, что мы задумали. Прекрати. Заткнись. — Арс был до ужаса зол на Виктора за его обвинения. Он воспринимал это все так, словно он сам оказался под раздачей и выслушивал, то, как именно он рассказал лично Марго о их плане. — Тогда это был ты. Но я не поверю в это, даже если твои пальцы будут держать курок. — Не думал, что ты на столько мне доверился. Разве, стоило? Из-за меня Марго выстрелила. Это была случайность. Мне стоит извиниться. — Я прощаю. — Виктор снова облокотился на оконное стекло автобуса. Пытаясь разобраться во всем, он запутался еще больше, но ясно он знал одно — чтобы ни говорил Арс, он был уверен, что Макс как-то замешан в том, что Марго обо всем узнала. Хотя…знала ли она вообще хоть что-то стоящее на самом деле.