Твои глаза молят о прощении

Кевин не знает, что его больше всего бесит в этой ситуации: грёбанная неуверенность Натаниэля по отношению к нему, или же эта глупая разбитость из-за глубокого чувства вины в синих омутах, которая, если быть честным, была больше накрученной слишком жертвенным умом этого рыжего придурка, нежели чем-то реальным. С одной стороны, Кев и правда иногда бы хотел в трудную минуту увидеть медный блеск знакомых волос перед собой, когда его вновь мучали или калечили, но эта мысль тут же выбрасывалась в урну, ведь Веснински и так старается для него, но где-то невыносимо далеко. Кевин не знал как, не знал когда вновь сможет его увидеть, не знал, где вообще сейчас находится его неукротимый бессмертный Феникс, но брюнет был уверен в одном: пока он сам жив, а на его левом плече находится символ их контракта - такая же рыжая, неукротимая и яркая татуировка, полностью олицетворяющая Эля, - его маленький волшебник не сможет умереть, а значит, Веснински рано или поздно вернётся к нему. Только эта слепая вера в своего партнёра, своего друга, своего фамильяра была настолько сильной, что ни одна глупая мысль об какой-то там невозможной в принципе обиде не смогла переубедить Кевина в обратном. Как он может хоть немножко обижаться на человека, который отдал ему всю свою жизнь, после пожертвовав ещё большим - своей собственной безопасностью? Дэя не посвящали в тот заумный план по избеганию нерушимого правила, но он в тот же день, когда они виделись в последний раз, понял ужаснейшую опасность, которую положил на свои плечи 10-летний ребёнок… Как Натаниэль вообще мог подумать о том, что Кевин мог обидеться на него? Это ведь просто невозможно! Так и продолжая праведно пыхтеть изнутри, оборотень мягко затащил ведьмака в комнату отдыха, сразу же запирая дверь на защёлку, чтобы им не помешали эти несчастные 5 минут, что были у них в запасе. Младший всё время опускал затравленный и неукротимо виноватый взгляд на левую руку своего волчонка, видя своими глазами тот ужас, что ему пришлось пережить. Его горящая звёздочка в тот момент чуть не потерял свою жизнь, свою игру, а Веснински удерживал Ичиро, не позволяющий тут же отозваться на душераздирающий крик о помощи. Ему пришлось просто сидеть и терпеть, поедать самого себя изнутри за то, что он не способен, попросту не может оказаться рядом и укрыть своего хозяина от всех бед этого мира. Сердце словно раздирали на мельчайшие кусочки в тот момент, а после любезно прижигали кровоточащие раны пламенем, заставляя Натаниэля прямо там не умереть от ненависти к самому себе за бесполезность. Фамильяры способны ощутить боль хозяина, если удар/ранение было достаточно сильным и довольно опасным, чтобы первые сразу же могли прийти на помощь, если хозяин позовёт их. Хотя, они чувствуют лишь частицу, чтобы это не помешало им участвовать в сражении. Согласитесь, было бы крайне неудобно, если бы твой защитник мог ощутить весь спектр твоей боли, к примеру, от ножевого ранения? Непривыкший к такому фамильяр, просто не сможет защитить не то, что вас, но и себя, утонув в пучинах фантомных ощущений чьей-то жуткой боли. Хотя, если хозяин фамильяра уже будет при смерти от потери крови, он пойдёт за ним на тот свет, ведь контракт невозможно разрушить даже путём смерти. Закон один: либо хозяин жив-здоров, а фамильяр даже при выстреле в сердце не способен погибнуть из-за магической связи с ним, либо хозяин умирает, а вслед за ним и фамильяр, потеряв свой смысл существования и нужную для поддержания «бессмертия» подпитку. — Прекрати, — злостно прорычав, Кевин тут же преодолел расстояние между ними, всё ещё достаточно мягко и безболезненно впечатывая рыжего в ближайшую стену. Несмотря на свою злость на этого идиота, он всё равно не способен причинить самому близкому человеку боль ни в каком из её проявлений. Веснински секундно вздрогнул, тут же поднимая более ясные голубые радужки, вглядываясь в горящие глаза Дэя, лицо которого было слишком близко, но это никому из них не мешало. Ведьмак мог чувствовать тяжёлое дыхание друга на своей коже, всем телом и сознанием чувствуя его злость, что только сильнее заставило Эля сжать губы в тонкую полосочку, нерешительно отводя взгляд в сторону. Верно, Кевин должен на него злиться… Это было правильно… Он не должен прощать его… — Прекрати! — вновь молниеносно прочитав очередные загоны во, вроде, умной, но и в то же время тупой голове этого глупца, прорычал Дэй. — Нат… Нет, Эль, прекрати думать о том, что сейчас написано у тебя на лице, — тут же понизив агрессию, волк с осторожностью обхватил ведьмака за щёки, стараясь всеми силами вновь вернуть желанный взгляд к себе. Он так скучал по этому маленькому вихрю, а Веснински сам же и отталкивает себя от хозяина, убедив себя в чём-то, что быть в его голове не должно. Как его мозг вообще мог накрутить себе подобные глупости и так безоговорочно им следовать? — Как ты так можешь… — упрямо не сводя взгляд с покрытия пола рядом с ними, разбито хмурится Нат, сжимая свои руки в кулаки, с огромным усилием удерживая их прижатыми к бёдрам. — Как ты можешь так относиться ко мне? Я столько лет не появлялся, столько раз игнорировал твои мольбы о помощи, столько пропустил в твоей жизни… Кевин, я виноват во многом, и безумно понимаю, насколько же я провинился, не исполнив свой долг, как должен был, поэтому было бы совершенно не удивительно, если бы ты хотя бы злился на меня! Так почему… — голос надломился, словно хрусталь, вдребезги разбиваясь где-то внутри его голосовых связок. — Потому что я знаю тебя! — с силой дёрнув опущенную ниже плинтуса голову Веснински, с уверенностью утверждает оборотень. — Сколько бы десятилетий не прошло, ты - это ты. Тот самый глупый мальчишка, который что-то заметил во мне, постоянно влезая в какие-то очередные ссоры со старшими, если они затрагивали меня! Тот самый мальчик, что искренне мне улыбался, утаскивая под трибуны, где я впервые получил подарок в виде простой тёмной шоколадки! Тот самый неудержимый Феникс, что показал мне звёзды, когда мне было трудно в день смерти мамы, хотя после получил от своего отца за задержку! Ты, чёрт бы тебя побрал, всего себя отдал мне, прекрасно понимая, что с такой властью над тобой я смогу приказать тебе всё, что угодно, и ты должен будешь безоговорочно это выполнить, но ты верил в меня, в мои успехи, в мои искренние чувства, не сравнивая со всеми вокруг, позволяя развиваться в том темпе, который был удобен мне! Ты жертвовал своей жизнью ради того, чтобы просто принадлежать какому-то глупому мальчику всего на 2 года старше тебя, когда мог послушно стать фамильяром лорда Ичиро! Ты всегда выбирал меня! — не сдерживая крика, в попытке достучатся до этого придурка, выкрикивал Кевин. Его руки несколько подрагивали на щеках Веснински, пока глаза отчего-то стали чуточку более влажными. Натаниэль смотрел на запыхавшегося парня с тихим удивлением, ни на секунду не отводя взгляда от той решимости в зелёных глазах брюнета. Будь это другая ситуация, то ведьмак бы даже не скрывал своего восхищения от такого Кевина. Хотя любой Кевин заслуживает восхищения… Он такой идеальный, такой прекрасный, а Нат просто… — Эль… — моляще протянул Дэй, пока та убедительность быстро рушилась, открывая Веснински скрытую боль в самой глубине блестящих зеленью глаз. Вставшие ранее уши вновь отчаянно прижались к угольно-чёрным волосам, словно умоляя прислушаться к нему, понять его, а не вновь зарываться в ужасных мыслях. Ладони же соскользнули со щёк на плечи, пытаясь хотя бы физически помочь фамильяру удержаться в реальности, тут, рядом с ним спустя столько лет мучительного расстояния. Рыжий не мог вынести такой печали на лице своего волчонка, ладонью тут же прикасаясь к его горячей щеке, по которой вот-вот может прокатиться совершенно чистая, невинно прозрачная слеза, в которой можно было увидеть лишь тихое: «Прошу, останься со мной. Не уходи. Больше никогда не уходи». Большим пальцем тут же смахивая ненавистную жидкость со слишком прекрасного личика его хозяина, Эль проследил за тем, как Кевин прильнул к его ладони, накрывая её и своей, тем самым не позволяя убрать, хотя рыжий и не пытался, да и не собирался, в общем-то. Комната погрузилась в несколько давящую, но отчего-то столь уютную тишину. Откуда-то доносилось тиканье настенных часов, а издали доносились отголоски многих голосов. Скорее всего, «Лисы» наконец пришли в себя после столь неожиданной встречи и собирались пойти в душ после изнемогающей тренировки. — Волчонок, я… — начал было Натаниэль, но тут же закрыл рот, будто рыбка, с лёгким удивлением и шустрыми мурашками, бегущим вдоль позвоночника, словно сотни разрядов электричества, чувствуя мягкое прикосновение чужих губ к своей ладони. Кевин не хотел больше слушать совершенно неправдивые и если честно, совершенно абсурдные доводы Веснински, желая потратить последние минуты на что-то более необходимое для них прямо сейчас. Брюнет нуждался в ведьмаке, а Эль нуждался в уверенности Дэя, чтобы, наконец, окончательно понять, о насколько глупых мыслях он думал всё это время. Раз младший не понимает словами, можно убедить его по-другому, действиями. Медленно сжав ладонь Ната, парень провёл ею от своей скулы к губам, тут же оставляя маленький поцелуй прямо в центре ладошки. Услышав тихий удивлённый выдох, Кевин с желанием посмотрел на удивлённое и слегка покрасневшее лицо Веснински, в котором совершенно не было испуга, либо неприязни, скорее искреннее мимолётное изумление и явный вопрос на лице, покрывшемуся лёгким румянцем. Оборотень видел лишь бесконечную веру в голубых глазах, где фамильяр ни на секунду не сомневался в том, что Дэй не способен причинит ему хоть толику вреда. Плавно наклонившись лицом к рыжику, Кевин в последний раз заглянул в сверкающие сапфиры, пытаясь найти отказ, прежде чем с диким желанием прильнуть к чужим губам, тут же ловя слабый тягучий звук на подобии ошеломления со слабыми нотками удовлетворения, удовольствия, желания. Он не знал, что именно подвигло его на такой смелый и несколько необдуманный поступок, и он честно не знал, как будет всё происходить дальше, после такого не взвешенного решения, но сейчас волк чувствовал всем своим нутром ответную реакцию на поцелуй, чувствовал бурную отдачу в виде табунов мурашек по всей доступной для его изучения коже с чертовски сладкими мычаниями, когда брюнет проскользнул язычком между не слишком плотно замкнутых губ рыжего, приступая по началу нежно, а потом более настойчиво и страстно исследовать чужой, чертовски возбуждающих во всех смыслах, рот. Его язык блуждал по ребристому нёбу, периодически сливаясь в страстном танце с горячим языком своего фамильяра, пока тот лишь тихо стонал от волн удовольствия. Веснински тут же опустил свои ладони на плечи оборотня, сжимая их в своей крепкой хватке полной надежд, просто удерживая себя в равновесии, пока ноги неимоверно сильно хотели подкоситься от столь неожиданного, но где-то в душе всегда желаемого поступка Кевина. Опора в виде простой стены была настолько хлипкой, что держаться за самого виновника было куда лучше, да и во много раз приятнее ощущать тепло его тела сквозь тонкую спортивную форму. Словами не описать, как покалывали его пальцы от возбуждения и жара, источаемого им самим и Дэем. Оборотень нерешительно опустил свои большие ладони на бока парня, нежно поглаживая выразительные изгибы, скрытые под тканью, после чего углубил их поцелуй ещё сильнее, совершенно не ощущая хоть малейшего сопротивления, скорее полную отдачу и ответные действия, который заставляли кровь под кожей буквально бурлить, кипеть. Натаниэль старательно пытался отвечать на их несколько неуклюжие попытки стать ещё ближе. Пальцами одной из рук он на ощупь пробираясь сквозь влажные пряди волос к чертовски чувствительным и пушистым волчьим ушкам, чтобы мягко провести по ним подушечками пальцев, пока второй рукой обхватывал шею и ласково касался более коротких волос на затылке. Кажется, его волчонку это понравилось, ведь даже на расстоянии можно было ощутить его возбуждённый трепет и тихое едва не мурлыкание, а тот, на минутку, ни коим образом не относится к семейству кошачьих. Они никогда бы не подумали, что начали бы целоваться при долгожданной встрече, и уж точно не задумывались об истинном желании, что испытывали друг к другу уже явно слишком давно, но сейчас всё это было совершенно неважно. Им нужно было ощутить друг друга, нужно было убедить себя же, что другой - реален. Что они, в самом деле, рядом. Хотелось бы продлить этот момент на целую вечность и ощущать друг друга так близко до самой смерти. Словив губами мурчащую вибрацию от Кевина, когда Эль ласково поглаживал его чувствительные уши, Веснински всё же послабил хватку на шее парня, медленно оторвавшись от влажных и горящих губ брюнета, уже чувствуя мучительную нехватку кислорода. Громко выдохнув первый клочок воздуха в немного покрасневшую кожу, фамильяр хотел посмотреть в глаза Кевина, понять его мысли, его чувства к этот момент, но Дэй ещё немного наклонил свою голову, с закрытыми глазами прижимаясь своим лбом ко лбу младшего. Они оба просто пытались восстановить своё сбывшееся дыхание вместе со слишком громко стучащим сердцем, так же пытаясь осознать произошедшее сумасшествие в их отношениях. Старая дружба была только что жестоко оборвана просящим о понимании и желания стать ближе поцелуем, который поверг старое понятие их взаимоотношений на быстрый конец. Им теперь нужно либо же подниматься, решая начать что-то новое, вместе, либо же постараться вернуть старое, безопасное, более знакомое. — Прости, — шёпотом выдохнул Кевин, начиная немного виновато жмуриться, словно провинившийся щенок, от понимания своего поступка. — Я такой дурак… — Волчонок, тише… — Натаниэль, который всё это время наблюдал за красивыми чертами лица брюнета, только сильнее прильнул лбом к парню, пальцами зарываясь в короткие чёрные локоны на его затылке. — Всё хорошо. Между нами всё хорошо, просто мы должны будем обсудить это позже, ладно? — слегка изменив их позу, Эль оторвался ото лба парня, потеревшись щекой об его щёчку, прежде чем опустить его голову к себе на плечо. — Ты уйдёшь? — боязно шепчет оборотень в плечо рыжего, скользя своими руками за спину младшего, чтобы крепко обнять и не выпускать больше никогда. Его инстинкты выли только от одной мысли, что Нат уйдёт, на этот раз даже не попрощавшись. — Нет, что ты, — откинув голову назад, упираясь своим затылком в прохладную стену, Веснински пришлось немного выгнуться, чтобы Кевин со своими 180+ (чёртов уличный фонарь) смог прижаться к нему всем телом. — Я дам тебе свой номер, ты поедешь в общежитие, ведь Миньярд тебя ждёт. Скорее всего, поговоришь с ним, если он решит разузнать побольше - а я уверен в этом, - и подождёшь меня. Я же поговорю с Ваймаком, решу, как смогу видеться с тобой, а после поеду к тебе, — медленно пересказывая свой небольшой план, Веснински прикрыл глаза, пальцем продолжая играться с волосами Кевина, стараясь огибать чувствительные ушки. — Я буду тебя ждать, — спустя несколько секунд раздумий, бормочет брюнет, пока своей щекой потёрся об шею Веснински, по-волчьи оставляя свой запах на фамильяре. Правда, кроме других чувствительный на нюх существ, это мало кто заметит. Дэй не спеша стал выпрямляться, наконец, посмотрев на совершенно расслабленное лицо ведьмака, который лишь слабо, но довольно улыбнулся ему, прежде чем убрать руки с волос, отпуская. Кевин же никак не мог собраться. Его брови сомкнулись на переносице, выражая как своё полнейшее негодование от новой разлуки, так и скрытый страх, поселившийся в хрупком сердце оборотня. — Вот, — достав из кармана джинс листочек с номером, Эль протянул его брюнету, вырывая из уж точно не самых радужных мозговых штурмов. — Ты всегда можешь мне позвонить или написать. Я отвечу сразу, если не буду очень занят, так ты сможешь убедиться в моей реальности, — прочитав на слишком эмоциональном лице парня большинство тяжких дум, добавил Веснински. Волк, уставившись на аккуратный клочок бумаги с быстро написанными цифрами шариковой ручкой на ней, всё же выпустил рыжего из своих рук, правда, его недовольство от этой ситуации красноречиво выражало дёрнувшееся ухо. Он тут же взял за эту, такую обыкновенную, но и одновременно очень ценную вещь, пронзая её взглядом. Теперь, даже будучи на расстоянии, пока что не способный использовать телепатию правильно, Кевин сможет связаться с ним. Осознание этого заставило его взять последние здравые мысли с не сломленной верой в обещание ведьмака собраться воедино вновь, надеясь, что теперь навсегда. — Я напишу тебе, как только доберусь до телефона, — кивнув скорее своим мыслям, озвученным вслух, вымолвил Дэй. — Напиши, когда закончишь со всем, — в зелёных глазах читалась просьба, которую Веснински, конечно же, исполнит. — Тебе пора, — сделав шаг вперёд, наконец, оторвавшись от стены, Натаниэль быстро пробежался пальцами по ещё немного розоватой щеке нападающего, прежде чем и самому направиться на выход. Желания тратить драгоценное время отпуска на что-то кроме Кевина не было вовсе, но нужно было решить вопрос своего допуска к общежитию, и может стадиону, да и жильё нужно бы поискать, а то как-то неудобно будет ездить час туда - в Колумбию - и обратно, где в отеле фамильяр решил оставить свои шмотки на первое время, пока решит все проблемы. В коридоре была ещё компашка из трёх человек: Даниэль, потом парень повыше, которого, вроде, именовали Мэтью, и тёплая на вид Натали. Они явно собирались в сторону железной двери, пройдя через которую смогут добраться до последнего парковочного места, где и парковались «Лисы» с персоналом. Они, заприметив рыжего, слегка приостановились, с нескрываемым любопытством наблюдая за вполне расслабленной и небрежной походкой Веснински, который шёл в противоположную сторону от них - в фойе, где они и встретились. Заприметив их, эта грёбанная знаменитость лишь приветливо улыбнулся, прежде чем посмотреть на табличку «Дэвид Винсент Ваймак», прикрученную к бедной двери металлическими шурупами. Постучав три раза в дверь, Эль взялся за ручку, заходя в чужой кабинет без надобности в каком-то приглашении. Мужчина, вновь же привыкший к различному роду неуважения к себе от этих трудных подростков, лишь поднял уставший скептический взгляд на слишком радостного на вид парня. Дэвид, конечно, не знаком с ним, но всем своим звериным нутром чуял, что это либо маска с примесью честной реакции на воссоединение с Кевином, либо же чистейшая фальшь в присутствии такого же незнакомого человека. По крайней мере, Ваймак уже видел искренностью на лице этого ребёнка, когда тот смотрел с мнимой нежностью на второго номера их команды. — Что надо? — не церемонясь, громоздко вздохнул мужчина, начиная теперь болящие от длительной работы с бумагами глаза пальцами. — Как грубо, — наигранно презрительно фыркнув, Эль всё же подошёл к рабочему столу Дэвида, полностью закиданного различными бумагами. Ведьмак молчаливо удивился тому, как мужчина вообще понимает, где тут что лежит, но решил вернуть свой взгляд к лицу оборотня, осторожно присаживаясь на свободное напротив вожака место. — Я всего-то хочу обговорить с вами возможные варианты моего легального пребывания на территории университета, общежития и, может быть, стадиона. Ни более, — закинув ногу на ногу, полностью перенимая позу его старого друга - главы мафии - спокойно, но серьёзно озвучивая своё требование. — И смысл мне тебе помогать? — нахмурившись, интересуется Дэвид, складывая свои большие на вид руки на груди. Татуировки в виде языков пламени были слишком выделяющими, поэтому не зацепиться за них Эль не смог, но всё же быстро вернулся к дальнейшему разговору. — Всё просто, — разведя руки, начал Веснински. — Кевин является моим хозяином, уверен, что вы прекрасно осведомлены о том, что фамильяр имеет полное право быть рядом со своим хозяином абсолютно везде, даже на парах. Но я так же человек, так ещё и на половину ведьмак, так что по закону не могу находиться на чужой территории. Но что получается, из-за того, что я полукровка, суду будет крайне сложно определиться: наказать меня за нарушение закона, либо же помиловать, ведь мой хозяин так же был там и мог контролировать ситуацию. Ни вы, ни я не желаю этой волокиты, верно? Зачем нам лишний шум. Поэтому, помогите мне найти способ быть легально рядом с Кевином, иначе я всё равно буду мелькать перед вашими глазами, надоедая своим присутствием, ведь уходить куда-либо не намерен. И уж поверьте, если нужно будет, я и суд могу выиграть ради простого разрешения быть с рядом с ним. Ваймак изучающее смотрел на этого ребёнка, ни на миг не собираясь прервать его уверенную речь. Он не был глуп, сразу понимая всю ситуацию ещё до того, как задал свой вопрос, ему просто хотелось послушать, что скажет ему ведьмак, ведь из этого ответа можно было узнать многое. К примеру, Винсент убедился в том, что фамильяр Кевина был чертовски верным и сильным мальцом, и уже этих фактов хватало мужчине для принятия положительного решения на просьбу. Услышав слова про «лишний шум», тренер этих бездарей так вообще чуть не закивал на автомате, ведь и так практически не спит из-за приключений его неконтролируемых детей. Подросток выглядел так, будто сейчас пытался убедить покупателя купить какой-то дешёвый, но «очень эффективный» товар, а его речь и подача своих мыслей с примесью угрозы с намёком на безвыходность ситуации в случае Ваймака уже показывали, в каком мире жил этот ребёнок. Как бы опасно он ни выглядел, Винсент всё равно видел в нём обычного ребёнка, что карабкается в этом жестоком мире, уже повидав горечь потери, так что теперь, найдя что-то безумно ценное для своего сердца, готов был пойти по головам, дабы защитить это. Натаниэль просто напуганный и сломленный своей историей подросток, который так же, как и остальные «Лисы», заслуживает второй шанс, и Ваймак был готов протянуть свою руку ему, раз это поможет и Кевину стать сильнее, окрепнуть после прожитого ужаса. — Ладно, — устало ущипнув себя за переносицу, молвил мужчина, спустя несколько молчаливых минут раздумий. — Единственное условие - не калечь моих игроков. — Будет сделано, сэр, — тем же тоном согласился Веснински, но его плечи рефлекторно опустились, наконец, расслабившись. Нет, он не врал насчёт суда, но Ичиро за ручку с Мэри явно не погладят сына/друга по головке, если он засветится в новостях в таком ключе. А гнев матери вместе со злостью Ичиро - моментальная мучительная смерть. Пытка для самоубийц, даже представлять страшно. Мужчина, больше не вымолвив ни слова, начал быстро рыться в своём бардаке на столе, из-за чего крайние листочки тут же полетели на пол. Пусть Эль и не был любителем рутинной волокиты с документами, да и не цеплялся к другим из-за их привычек, но, работая с грёбанным перфекционистом Мориямой, и проживая с британскими аккуратистами, ему было невыносимо больно наблюдать за тем, как эти бедолаги катаются по пыльному полу. Не выдержав, он встал со своего места, начиная быстренько собирать слетевшие листы А4, с которых тут же сдувал пылинки, вновь возвращая их на прежнее место. Закончив, парень с чистой душой вернулся к креслу, тут же замечая, как Дэвид опустил перед ним документ с ручкой. Заинтересованно заглянув в него, голубые радужки быстро пробегались по напечатанному там тексту, под конец, с удивлением уставившись в совершенно расслабленного Ваймака. — Вы серьёзно? — Да, — пожал плечами старший, — это самый быстрый и удобный способ. — Зашибись, — сняв с себя маску взрослого и влиятельного человека, Веснински лишь недовольно промычал из-за безысходности. Пока-прощай отдых, теперь Натаниэлю бы находить время для сна…

***

Кевин провёл полотенцем по своим волосам, прежде чем выйти из душа в гостиную комнату блока «Монстров». Эндрю уже сидел на диване с пинтой ядерно-сладкого мороженного, на злость брюнету, показательно облизывая остаток от шоколадного топпинга на ложке, прежде чем вновь занырнуть ею в медленно таящую сахарную бомбу, способную вызвать сахарный диабет у любого. По видимости, у любого кроме Эндрю. В любой иной день Дэй бы, как минимум, начал ворчать себе под нос о важности правильного питания для спортсменов, но сегодня его мозг был занят совершенно другим, и сейчас явно настал момент обсудить недосказанную часть своего прошлого с выжидающим Миньярдом. Устало вздохнув, волк в последний раз протёр влажные пряди, прежде чем забросить в комнату полотенце, с готовностью к вопросам направляясь к дивану в центре гостиной. Только подойдя к противоположному месту, и заняв его, Кевин заметил второго близнеца, который с более выраженным любопытством наблюдал за Дэем и своим братом, стоя в проходе своей и Ники комнаты. — Или заходи сюда, — клацнув языком, смакуя пиздец - другого слова не подобрать - какой приторный вкус у себя во рту, заговорил Эндрю, — или слушай телефонные потрахушки Ники. Аарон, которому были адресованы эти слова, не раздумывая, пошёл в сторону парней, занимая ближайшее к ним кресло-мешок. Что угодно, но не секс по телефону от Хэммика, что, блять, угодно. — Пусть мы и многое проработали с Би, но к раскрытию ваших гейских предпочтений я не готов, упаси Бог, — развалившись на своём месте, оба близнеца теперь перевели свой взор слишком одинаковых морд в сторону Дэя. Они, конечно, могли ещё поспорить на эту тему, Эндрю точно найдёт, к какому слову придраться, но сейчас оба решили, что история оборотня будет куда занимательнее их ежедневной рутины. Кажется, лучше бы Кевин пошёл к Ники на добровольную пытку, ведь эти парни реально пугали своими кирпичными лицами. Иногда брюнету становится как-то некомфортно, когда они остаются втроём в одной комнате. В начале его проживания тут он дал простое оправдание этому странному чувству, ведь эти двое были как кот и собака - только увидят друг друга, сразу же цапаются, а с ПТСР Кевину было крайне сложно находиться в комнате со ссорящимися людьми, при этом, не словив красочную паничку. Тогда водка была его ахуенной подружкой, с которой он и спал в обнимку. Сейчас же, когда Аарон и Эндрю уже как 4 месяца посещают совместные приёмы, понемногу начиная общаться друг с другом, их отношения стали похожи на, и правда, братские. Теперь они действовали одним фронтом, часто подкалывая брюнета каким-то хитровыдуманным планом Эндрю и способностями недоделанного химика-убийцы Аарона. А если он ещё и напьётся, находясь с этими двумя наедине, то на следующий день можно было ждать цирка, в котором оборотень - главный клоун. Эти придурки его бухого уговорили устроить танец, блять, а сами снимали, после рассылая всё это в их общий чат команды. Скоро у Эндрю в телефоне будет больше компромата, чем у Ники и Элисон вместе взятых… Лишь бы Нат этого позора не увидел, Кевин точно умрёт от ёбаного стыда, пока близнецы будут корчить максимально довольные ебала. Немного поёжившись от всё ещё ждущих объяснений блондинов, нападающий с опаской опустил свои ушки. — Ну, задавайте уже свои вопросы… — прошептал он. Аарон глянул на брата, давая ему полное право руководить допросом, ведь он явно куда лучше подойдёт для этой работёнки. Эндрю же, зачерпнув ещё ложечку мороженого, прищурился, собираясь сразу же определить, когда этот чёртов Дэй будет врать. — Я думал, что ты рассказал мне всё, — начал он, с требовательным взглядом дожидаясь объяснения такой важной детали, которую волк решил просто недосказать. — Ты просил рассказать тебе историю, связанную с Рико, — упрямо отозвался Кевин. — По нашей сделке ты защищаешь меня, и чтобы сделать это, я должен был рассказать о тех, кто может мне навредить. Натаниэль - никогда в жизни даже не коснётся меня, если я попрошу. Он моя часть, моя душа, моя надежда. Если бы не он, то я бы не выдержал всего того, что было в «Гнезде»… — чуть ли не шепча, пытается объяснить брюнет. — О нет, вновь пахнет радугой, — жалобно простонав в такой не весёлый момент, промычал Аарон. — Я что, один натурал в вашей чёртовой компашке?.. — Это ещё проверить надо, — хмыкает Эндрю, так же, как и Ники, начиная постепенно подкалывать своего старшего близнеца, чувствуя себя сейчас куда свободнее в отношениях с ним. Аарон хотел возмущённо высказаться по этому поводу, но был прерван своим младшим. — Кевин, значит та татуировка - символ заключения контракта? Миньярд, сидящий на кресле, приподнял одну бровь, начиная поглядывать то на одного, то на второго. «Какая ещё татуировка?», - так и было написано у него на лбу, но сидящие на диване решили пока что это проигнорировать. — Угу, — кивая, нападающий рефлекторно прикоснулся к татуировке, спрятанной под длинными рукавами футболки, положив ладонь к внутренней части левой руки чуть выше сгиба локтя. — Мы заключили контракт прежде, чем Элю пришлось уехать. Как он и ответил Рене - они с лордом придумали какой-то план, позволяющий им избежать заключения между ними контракта. Единственный минус: они не знали точно, сколько времени придётся ждать, прежде чем их план, наконец, осуществиться, и Нат сможет вернуться ко мне без опаски за наши жизни. — Почему тебя не посвятили в него? Ты же, вроде как, один из ключевых людей, из-за чего вся эта заварушка и началась в принципе, — вклинивается Аарон, пока что, решив не давить со своим любопытством увидеть татуировку. И как только он не заметил её, когда они переодеваются в раздевалке?.. — Как я понял, то о моей связи с Элем знать вообще не должны были. Если до меня доберутся и убьют - конец и моему фамильяру. Отцы Ичиро или Натаниэля вряд ли бы простили нам такое, так что, чтобы обезопасить меня, мне ничего не рассказали. В порыве боли я мог бы сказать что-то не то, ведь был ребёнком, так что мне и правда безопаснее всего было просто ждать, когда Эль вернётся, — поджав свои колени к груди, бормочет оборотень, сейчас чувствуя себя крайне отвратительно от накатившихся воспоминаний. Его ПТРС на данный момент уже было не таким сильным, но горечь от пережитого всё ещё било по нему тяжёлой кувалдой. — Эндрю. — М? — тут же среагировал младший близнец, сканировавший состояние Дэя. Доводить его своим допросом оба блондина уж точно не хотели. Им хватило старых паничек, из-за которых весь блок не спал. — Он не опасен для меня, полностью, а вас никогда не тронет, если я только попрошу его. Позволь мне… — закусив нижнюю губу, просит брюнет. — Позволить тебе поселить его здесь? Ошиваться вокруг нас? Этого ты хочешь? — опережает его Эндрю, равнодушно закидывая в рот ещё одну ложку мороженного «Сахарный диабет» и с прищуром разглядывая напряженного, как натянутая струна, Дэя, — Ты можешь хотеть что хочешь, но тебе стоит учесть, что сейчас именно я отвечаю за твою безопасность и этому рыжему я не доверяю, — направив свою ложку на нападающего, продолжил он. — И что мне сделать, чтобы ты поверил в его лояльность и безопасность? — выдохнув и нервно почесав затылок под пристальным взглядом, спрашивает Кевин. — О, способов великое множество, — пожав плечами, начинает Миньярд под пристальным взглядом близнеца и нападающего, которые уже чувствуют некий надвигающийся пиздец, — поездка в Колумбию - мой классический способ проверить непонятную личность. — Нет, — категорично и достаточно резко отказался Кевин, — ты не будешь накачивать его дурью и спаивать. Никакого насилия или принуждения в его сторону, — едва не рычит он, прижав уши и яростно дёрнув пушистым хвостом. Такого отношения к Натаниэлю он не потерпит ни за что и никогда. Аарон перевёл на него более заинтересованный и даже несколько удивлённый взгляд. Такого Дэя он ещё не видел. Напуганного, загнанного в угол, по смешному злого из-за экси и его брата, совершенно нежелающего играть на своей позиции, но, чтобы он был готов разорвать кому-то глотку за внезапно появившегося человека - впервые. Миньярд мимолётно кивнул своему близнецу, когда тот направил на него взгляд с немым, но столь явным вопросом. Они оба уверенны, что нападающий не позволит им и толики того, что обычно спускал с рук. — Хорошо, — спустя минуту долгих раздумий не особо довольно выдаёт Эндрю, — он может ошиваться вокруг тебя, ведь для тебя это должно быть безопасно, но в общежитие он зайдёт лишь тогда, когда я буду уверен в том, что он безопасен для всех здесь. Особенно для моих людей. Уяснил? — Хорошо, — кивнул Кевин, немного расслабившись, пока Миньярды вновь воспользовались своей «телепатией между близнецами», явно что-то задумав. Он сомневался, что они вообще спустят с него глаза, когда тот появится в их поле зрения.