Стокгольмский синдром

Стоя на краю крыши, она все больше осознавала, что ей не страшно. Она никогда не думала, что ее сердце будет биться все так же спокойно, когда от пропасти, высотой в девятиэтажный дом, ее отделяет всего один шаг. Девушка сделала глубокий вдох: утренняя прохлада прошлась по всему телу. Напоследок она пустила бумажный самолетик, который так бережно сжимала. Его быстро подхватил ветер и понес куда-то очень далеко, так далеко, что уже через пару мгновений она перестала видеть маленький белый силуэт. -Надеюсь, он простит меня… — сказав это, девушка шагнула вперед. Она проснулась из-за сильного запаха сырости, и сразу же почувствовала сильную боль в области затылка. Но как только захотела приложить холодную руку к пульсирующему от боли месту, поняла, что не чувствует рук. Чтобы понять, где она и что происходит, девушке пришлось открывать глаза, которые невероятно сильно слезились. Перед ней все плыло, она видела только серые пятна разных оттенков. Она начала вертеть головой и медленно разбирать очертания комнаты. Справа от нее, вплотную к стенке, стоял железный, покрытый ржавчиной в некоторых местах стол. На нем была стопка пожелтевших от старости желтых бумаг, которые к тому же, были покрыты слоем пыли. Возле стола стояло много старых картонных коробок, некоторые были заполнены каким-то мусором, остальные были пусты. Над столом, на фоне серой пошарпанной стены весела железная полка в три этажа, на которой не было ничего, кроме пыли и гирлянды их порванной местами паутины. Рассматривая незнакомое ей помещение, Т/и заметила, что свет идет с ее спины. Она снова попробовала подёргать руками: на запястьях ощущалось что-то металлическое и холодное. Девушка быстро сообразила, что она прикована к холодной батарее наручниками. И так было понятно, что нет никаких шансов освободиться, но она снова слабо дернула руками: бесполезно. Наконец сдавшись, Т/и повернула голову и посмотрела прямо перед собой, и очень удивилась. Она увидела светлые волосы с голубыми прядями и фиолетовые глаза, блестевшие сквозь круглые стекла очков. Еще пару минут назад она думала, что попала в черно-белое кино, настолько в комнате все было серое и одинаковое. На развернутом спинкой вперед стуле сидел парень примерно ее возраста, возможно немного старше. Строгие красивые черты лица, одет был в обычную, для подростков, мешковатую одежду. Он смотрел куда-то вниз, совсем не замечая девушки. Т/и тоже опустила глаза чуть ниже и оторопела: в руках парень держал небольшой сенсорный телефон, и что-то листал в нем большим пальцем. Это был ее телефон. Кажется, только в этот момент девушка словно очнулась ото сна, по ее спине пробежали мурашки. Стоило ей поднять глаза, как она встретилась взглядом с этим парнем. Хитрые, злые глаза смотрели напряженно, изучающе. -Доброе утро, — с какой-то злой насмешкой прозвучал низковатый голос. Т/и смотрела на парня непонимающе, его голос слегка звенел в ушах. Она все еще изучала его необычную внешность, но в целом, выглядел он как обычный подросток. Она только сейчас заметила, что голова его была перебинтована узкой полоской, поверх нее свисали светлые пряди, и, внезапно, почувствовала точно такую же полоску у себя на голове. Она так же внезапно еще с большой силой ощутила боль в затылке, и рефлекторно поморщилась. Все это время парень изучающе смотрел на нее, но глаза его выглядели равнодушно. Прошло пару минут, как они просто изучали друг друга: Т/и своими карими, но настолько темными глазами, что они казались черными, и он, своими узкими и опустошенными. Девушке было страшно и любопытно, в каждом движении парня она искала какой-то подвох или ответ. Он же смотрел на нее холодными глазами, как на мокрого облезлого щенка. -Ничего не хочешь спросить? — с равнодушием спросил блондин и подпер лицо рукой, как будто все это молчание вызывало у него страшную скуку. Т/и было сложно сосредоточиться, а уж тем более что-то сказать. Ей казалось, что теперь все слова у нее проходили через затылок, и из-за невыносимой боли ничего сказать или даже подумать не получалось. Девушка сильно наморщила лоб и зажмурилась, а потом резко расслабилась. -Где я? — тонкий голос прозвучал немного хрипло, но очень уверенно. Т/и смотрела на собеседника большими чистыми глазами и послушно ждала ответ. Но искорка интереса в глазах юноши, которая появилась во время попыток девушки вымолвить хоть слово, мгновенно погасла. Он выпрямился, сложив руки на спинке стула, и оглядел комнату, как будто видел ее первый раз. -Ты и сама можешь ответить на этот вопрос, — он все с тем же оскалом посмотрел на нее. Девушка поняла, что задала вопрос неправильно, и мигом исправилась: «Как я сюда попала?» — И на этот вопрос ты тоже можешь ответить сама», — скучающе отозвался парень. Т/и была очень удивлена, она совершенно не понимала, почему он не хочет ничего ей рассказывать. — Ну же, попробуй вспомнить последние двадцать четыре часа, и, думаю, вопросов у тебя больше не останется, — блондин явно издевался над девушкой, ему нравились ее бесконечные мучения в попытках что-то вспомнить. — Напряги голову. Однако все еще плохо соображающая Т/и не понимала прозрачных насмешек, поэтому прикрыла глаза и попыталась нарисовать картину из прошлого. «Последние двадцать четыре часа, да? — думала девушка. — Что же могло случится за это время?» -Я ударил его правой, потом левой, там защитился! Спереди двое, и я чувствую: сзади какое-то движение. Я на рефлексе вырубаю двух, оборачиваюсь, а там — Баджи! Клянусь, никогда я так не был рад его видеть, думал, что мне конец! А он меня со спины прикрывал… — яростно рассказывал и показывал невысокий парень. Острые, но в то же время аккуратные черты лица. Всю картину дополняли бесконечные бинты и пластыри, которыми парень пытался скрыть ссадины и синяки. Изумрудные добрые глаза, светлая, немного растрепанная прическа, и блестящее кольцо в одном ухе. -Ты вообще слушаешь меня?! — парень обращался к девушке, сидящей перед ним за партой. Длинные прямые и белые, как снег, волосы, струились по ее плечам. Тонкая шея, красивые черты лица. Темные глаза, светлые ресницы. Веки опущены, из-за чего взгляд кажется равнодушным и загадочным. Девушка что-то листала в телефоне, медленно водя пальцем по экрану. Читала. -Да слышу… Баджи, там ударил, тут ударил… — вяло произнесла она. Чифую досадно поджал губы. Затем обошел парту и аккуратно навис над девушкой. -Что читаешь? — живо поинтересовался парень, заглядывая к ней в телефон. Т/и придвинула телефон чуть ближе, чтобы обоим было хорошо видно. — Пытаюсь понять, где этой ночью был мой отец. — сухо ответила она. Первым в глаза Чифую бросился заголовок, написанный крупным шрифтом: «Утром 9 сентября была содержана очередная наркогруппировка.», — далее шел более мелкий текст: — «В последнее время в Токио участились случаи распространения наркотиков. Много мелких группировок сейчас есть почти в каждом районе. Обычно просто закладчики, но большинство употребляет самолично. По данным полиции задержанные банды — просто «пустышки», по сравнению с теми, кто стоит за всем этим…», — дальше парень читать не стал. Поднял голову, осмотрел просторный светлый класс и еле заметно вздохнул. Потом отодвинул стул и сел рядом с девушкой. Т/и выглядела очень серьезно: подпирая голову, она никак не могла оторваться от напряженного чтения. И чем дольше она читала, тем больше мрачнела. Бросив взгляд на парня, она заметила, что своим поведением и его ввела в легкую депрессию. Ей стало стыдно, она поспешно погасила экран. — Прости, я не хотела опять ввязывать тебя в свои проблемы… — но на парня поднять глаза ей смелости не хватило. — Ты никогда не ввязывала, — бодро отозвался тот. Повисла тишина, но ее нельзя было назвать неловкой. Эти двое так много времени проводят вместе, что даже когда они молчат, сидя рядом, чувствуют себя абсолютно комфортно и спокойно. Но сейчас разговор напрашивался сам собой, поэтому Чифую напряженно думал, как его начать, смотря куда-то за девушку. — Слушай, — наконец начал он, — не хочешь на выходных сходить со мной на разборки с другой группировкой? Ребята из Тосвы что-то не поделили с ними, и, кажется, что-то да намечается. — Чифую широко улыбнулся. Девушка посмотрела на него, скептически сложив брови домиком, мол: ты серьезно? Парня это позабавило. — А что, если тебя одеть в нашу форму и волосы за кепку спрятать, никто ничего и не поймет. — Ты намекаешь на то, что я плоская? — Я этого не говорил. — Чифую нахмурил брови: даже здесь она нашла повод обидеться. Но девушку позабавило его поведение. Она никогда не отличалась красивыми девичьими формами, но и не страдала от этого. Телосложение Т/и было очень худое и аккуратное, и ей нравилось, как оно выглядит. — Нет ну правда, — не унимался парень, — я бы тебя прикрывал, а меня бы прикрывал Баджи… В конце концов, не зря же я тебя учил драться! Тут же в памяти девушки всплыли яркие воспоминания. Как они, еще будучи в классе седьмом, слонялись по дворам после школы. Последний урок отменили, но идти домой никто не собирался. Для Т/и прийти домой пораньше означало сесть пораньше за уроки, и другого исхода и быть не могло. Строгие родители не дали бы и минутной задержки. Поэтому Чифую, который и так постоянно слонялся по улице от безделья, был рад составить девушке компанию. Они веселились на турниках позади школы, насколько это позволяла юбка Т/и. И тогда Чифую ни с того ни с сего предложил ей подраться. Конечно, это все была шутка, и парень поддавался. Но в какой-то момент он всерьез стал поправлять девушку: в стойке, в ударе и во всем остальном. Начал показывать, как нужно делать. И хоть девушке и казалось, что эти знания бесполезны, она с удовольствием слушала и старалась повторить. Вспомнив это, Т/и немного улыбнулась. Чифую был доволен произведенным эффектом, и тоже улыбнулся. А ведь совсем недавно, Т/и сама предложила ему подраться, тоже в шутку, но попросила не поддаваться. В первые же секунды обе руки девушки оказались заломаны, и она тщетно пыталась их освободить. Конечно, в интересах Чифую не было причинять подруге боль и уж тем более ломать руки. Он почти сразу же освободил ее и извинился, хотя это и была ее идея. Именно в тот вечер девушка поняла, насколько большая разница в силе между ней и Чифую. А ведь парень был всего на пару сантиметров выше нее, и крепким телосложением не отличался. Такие мысли ее очень пугали, ведь, по сути, она понимала, что абсолютно беззащитна. И если даже Чифую с легкостью может сломать ей руки, что говорить о тех, кто намного выше и старше ее? И Чифую тоже прекрасно это понимал. Поэтому в последнее время возобновил тренировки с девушкой, но на этот раз забавой это не было. И пусть Т/и все равно думала, что это бесполезно, Чифую не уставал твердить: враг может недооценить ее из-за хрупкого внешнего вида, а это вполне себе шанс выбраться из тяжелой ситуации. Трудно представить, но еще пару лет назад эти двое были злейшими врагами, а теперь вся школа не может понять: почему они не встречаются? В редких случаях Т/и и Чифую можно увидеть по отдельности. Если девушка еще послушно и отсиживала уроки, то парень, придя в класс и не увидев подруги, а уж тем более прочитав сообщение «меня сегодня не будет», разворачивался ровно на сто восемьдесят градусов и шел домой. Все началось года три назад, когда милый светловолосый мальчик, лет двенадцати, перевелся в элитную школу Токио. У парня была мечта: стать пилотом, и ради ее выполнения он был готов учиться добросовестно до самого выпуска. Но в первый же день с ним случилась неудача: он выбрал место за партой, которое пустовало, последняя парта на третьем ряду от окна, но вот сосед пустого места был крайне недоволен. Одиночество его вполне устраивало. Этим соседом была девочка маленького роста, с очень взрослыми для ее лет глазами. — Я не собираюсь сидеть с проходимцем вроде тебя, — с этими словами она демонстративно перенесла портфель парня в другой угол класса. А ведь он был далеко не самый легкий, но маленькая Т/и, гордо пыхтя, все-таки справилась с этой задачей. Однако, Чифую, непривыкший к такому отношению, оставлять все так не собирался. Он быстро подметил, что девочка, хоть и выглядела мило, вела себя чересчур высокомерно. Он взял ее портфель и без особого труда, точно так же отнес в угол, заодно прихватив свой. — А я не собираюсь сидеть с пиявкой вроде тебя, — гордо произнес парень. Нужно было видеть, как покраснела от злости Т/и, да и все дети, которые были в тот момент в классе, были потрясены. Еще никто не решался перечить девчонке со столь пугающим, надменным взглядом, и столь влиятельными родителями. А Чифую, как ни в чем небывало, сел за то место, которое он выбрал. С того дня началось противостояние не на жизнь, а на смерть. Каждый раз приходя в класс, Чифую видел свой портфель в углу, и каждый раз он решал этот вопрос заменой портфеля. Иногда в угол приходилось тащить и Т/и, которая упорна держалась за свою вещь, но все равно проигрывала. Девочке становилось очень досадно: так унижаться перед каким-то нищим она не привыкла. Тогда появились и другие пакости: подсказка неправильных ответов, например даты или в примере. Но это все на что она была способна: «хорошее воспитание» большего не позволяло. Парня забавили ее проделки, для него эта была игра капризной девчонки, в которой он выигрывал даже не принимая участия. Шли месяца, пакости превратились в соперничество во всем, в чем можно было представить. Оценки, спорт, кто быстрее поест в столовой, кто быстрее выйдет из школы, кто больше всего поможет учителю, кто прочитает больше книг — все это стало для обоих жизненно важным. Однажды с девочкой случилось несчастье: когда все бегали на физкультуре, какой-то парень нарочно толкнул Т/и, та упала, и сильно разбила колени. Но человек гордой породы ни за что не покажет свои слезы, поэтому, пока еще кровь не проступила на ткань штанов, она попросилась выйти. Уже сидя где-то в углу туалета и тихо плача от боли, девочка услышала шаги. Дверь тихо приоткрылась, и в небольшую щель она увидела Чифую: белая помятая футболка, шорты до колен и какие-то потрепанные кроссовки. Т/и мгновенно стала вытирать рукавом слезы: не хватало еще, что бы он увидел, как она плачет. — Уходи отсюда, это женский туалет! — как можно грознее сказала она. — Я пластыри принес, и перекись, — сказал тот. — На раковину положу, ладно? — тонкая рука протиснулась внутрь, и в следующее мгновение на бортике белой раковины лежала пачка пластырей и мутная белая бутылочка. — Не волнуйся, тот парень больше тебя ни за что не тронет! — весело отозвался голос Чифую, и мальчик тут же скрылся. Удивленная Т/и осталась сидеть совсем одна в розовых лучах заката, а потом все же поднялась и приняла его помощь, что было совсем не характерно для нее. Сидя и закусывая губы от боли, сама обработала колени и заклеила ссадины пластырем. После этого случая девочке еще долго было стыдно поднять на соседа глаза, а он выглядел, как ни в чем не бывало. Зато полноватый парнишка, который ее толкнул, теперь ходил с фингалом под глазом. И конечно, Чифую вызывали к директору, но про девочку с разбитыми коленями он не сказал ни слова. Соперничество не прекратилось, они все так же пытались обойти друг друга. Но впервые Т/и начала, как бы случайно, помогать парню на самостоятельных. Он тоже в свою очередь не отставал: в точных науках Чифую всегда был чуть лучше. Непонятно как, но уже через пару месяцев они стали хорошими одноклассниками, всегда помогающие друг другу, а еще через месяц — лучшими друзьями. Т/и вернулась из приятных воспоминаний. Незаметно прошел школьный день, и вот она и Чифую уже возвращались домой. — Ты же не домой, верно? — поинтересовался парень. — Сейчас я должна идти на занятие по фортепиано, но учитель заболел и его отменили. Получается, я иду домой. — девушка грустно посмотрела под ноги. — Ты уверена, что к себе домой? — хитро прищурился парень, не сдерживая улыбки. — Нет, совершенно не уверена, — весело отозвалась та. Как заколдованные, оба повернули во двор с потрёпанными многоэтажками. Второй дом, третий подъезд, третий этаж и девятая квартира — этот код Т/и выучила наизусть. Она вспомнила, как пришла сюда первый раз пару лет назад: еще в школе были видны темные тучи, а когда она и ее друг только вышли — начался ливень. Пока еще растерянная девчонка не промокла до нитки, Чифую схватил ее за руку и бегом поволок домой. Несмотря на возмущение девочки, выбора у нее особо не было: и мама и папа до поздна на работе, до них не дозвониться, а до дома идти довольно много, кварталов семь от дома Чифую. Мальчик любезно пригласил ее внутрь, но Т/и словно окаменела: стояла на одном месте и ждала постоянных разрешений Чифую. У парня возникла неприятна ассоциация с дрессированной собакой. И ведь и правда, она все стояла в пальто, пока парень уже забежал на кухню и сделала чай. И только когда заметил, что девушка, краснеющая как помидор, стоит одетая в коридоре, спросил: в чем дело? Только после разрешения она сняла пальто, прошла на кухню, и села за стол. Мальчик видел, что гостье очень неловко, и предложил поиграть в настольные игры. Игра быстро взбодрила и Т/и и Чифую. Оба хорошо проводили время, а потом и вовсе разболтались. Больше всего девочку удивило, что Чифую живет один. Он объяснил это и так большими убытками из-за его учебы. Рассказывал, что с мамой он общается постоянно, иногда она приезжает и помогает наводить тут порядок. Пообещал как-нибудь познакомить. Затем показал свою комнату: небольшой телевизор, больше похожий на коробку, кровать и деревянный шкаф. Тогда парень немного стеснялся своей комнаты, и считал, что кухня намного уютней. Если возвращаться к настоящему, то комната парня совершенно преобразилась, да и Т/и теперь заходила туда, как к себе домой. По середине стояла большая кровать, чуть меньше двухместной, а сразу перед ней огромный плоский телевизор с двумя приставками. Чифую много подрабатывал летом, не только смог позволить себе купить что хотел, но еще и помогать с деньгами маме. Играть в приставку девушку тоже научил Чифую. Он был так рад, когда у нее впервые начало получаться, и ему не приходилось играть за двоих. Он никогда не кричал и не ругал Т/и, наоборот, всегда подбадривал. Вот так вот сидя на его кровати, кушая пиццу и играя в приставку — только так Т/и чувствовала себя живой и свободной. Но почему-то, хорошее настроение длилось недолго. Чифую играл один, что-то бурча на ненавистных ему противников, а Т/и сидела возле и как-то механически жевала ломтик. Она все думала, что вот так у Чифую дома постоянно убегает от реальности. В конце концов, все это закончится и ее жизнь пойдёт по плану родителей: первое — разлука с Чифую их-за разных институтов. Чифую никогда не отказывался от своей мечты, а ей никогда не давали выбора. Т/и знала, хочет она или нет, но она поступит на юриста. Второе — завершение учебы, работа в престижной компании по специальности. Третье — супруг из достойной, богатой семьи. И четвертое — своя семья, дети… И конец жизнь, без права что-то изменить или выбрать. Совсем поникшая девушка уставилась пустыми глазами в одну точку. Поглощенный игрой Чифую скосил глаза, потом опять уставился в экран, а потом опять скосил. — Что на этот раз? — монотонно спросил он. — Я не хочу такую жизнь… Чифую, я не чувствую, что это моя жизнь… — это был крик о помощи, который она могла прокричать только ему. Парень отложил приставку и повернулся к ней. — Это точно твоя жизнь, я бы ни с кем больше не чувствовал себя так хорошо. — он улыбнулся. — Ну, разве что только с Баджи. Блин, как все-таки круто было бы, если бы вы познакомились! Уверен, вы бы поладили! И Т/и не сомневалась в этом. У Чифую талант собирать вокруг себя хороших людей, и она уверена, что этот Баджи, о котором парень так много говорит — хороший человек. — Нет, я верю, что в моей жизнь ты — настоящий, — она не поднимала на парня глаз, ей было неловко говорить такие вещи ему в лицо, — но все остальное: школа, родители, фортепиано, их планы на меня — это не моя жизнь, не моя понимаешь? — она подняла глаза полные отчаянья. — Клянусь тебе, — парень серьезно смотрел ей в глаза, взял ее за руки, — клянусь, что после школы мы сбежим. Ты не будешь юристом, кем угодно: доктором, учителем, садоводом, но только не юристом, — он улыбнулся. — Ты будешь тем, кем сама захочешь, обещаю. — он смотрел ей прямо в глаза, и это был самый добрый и честный взгляд, который она когда-либо видела. Она верила ему, по крайней мере, хотела верить. Ей больше ничего не оставалось, как верить человеку, единственному человеку, который слышал ее. Вечер закончился хорошо: они подрались подушками, съели еще одну пиццу и чуть не лопнули; Чифую рассказал про ту драку, про нового странного парня в их банде — Такимичи, рассказал, что он почему-то постоянно плачет. — Даже ты будешь посильнее его, — говорил он и смеялся, а потом получал по лицу подушкой. — Я уже пойду, — через какое-то время сказала Т/и, стоя в прихожей и обуваясь. — Тебя проводить? — Нет спасибо, хочу пройтись одна. Парень посмотрел за окно: горели фонари и была ранняя осень, но он заметил, как начало стремительно темнеть. Затем он снова посмотрела на девушку, которая уже надевала пальто. — И все-таки я провожу, — Чифую проскользнул в коридор, сорвал с вешалки куртку и, притворяясь дворецким, открыл Т/и дверь, а затем прошел за ней. Шумный разговор сопровождал друзей всю дорогу, казалось, вот так общаться они могут вечность. Серые многоэтажки сменились шумными кварталами, все чаще стали виднеться красивые и современные дома. Стоя у одного из такого, девушка прощалась с парнем, махав тому рукой. Чифую помахал в ответ и недоверчиво задрал голову. Девушка жила на одиннадцатом этаже и даже на лифте это не очень быстро. В последнюю минуту он все-таки забежал в подъезд. — Давай я тебя до квартиры провожу, — неловко предложил тот. — Ты считаешь, что я уже и на лифте не смогу доехать? — Т/и выгнула бровь. Паранойя друга начинала ее немного раздражать. — Да сможешь, просто на всякий случай… — парень и сам не мог объяснить свою осторожность, но стоило ему представить, как Т/и будет ехать в лифте одна и к ней кто-то зайдет — волосы вставали дыбом. — А мамы моей не боишься? — ухмыльнулась девушка. Между ее мамой и Чифую отношения были, мягко говоря, «натянуты». — Да все равно, — он отмахнулся и решительно нажал на кнопку вызова лифта. До одиннадцатого этажа доехали молча, Т/и все что-то листала в телефоне. Это была новостная лента, которую она перезагружала снова и снова, надеясь прочитать где-нибудь имя отца. У квартиры друзья попрощались, Чифую решил пробежаться, поэтому не стал вызывать лифт. Мелкие быстрые шаги раздавались на весь подъезд, но очень быстро они стихли. Т/и открыла дорогую, обитую кожей дверь, и попала в самой ненавистное ей место: к себе домой. В квартире горел теплый свет, доносящийся с кухни, оттуда же шел крепкий запах жаренных грибов. И пусть мать девушки прекрасно знала, что та их терпеть не может, все равно решила «порадовать» ими дочку. Т/и медленно сняла обувь, повесила пальто в дорогой шкаф из темного дерева. — Ты опять гуляла с этим наркоманом? — донесся грубый женский голос с кухни. Как только мама не называла Чифую: оборванец, нищий, наркоман, преступник и все в этом духе. — Чифую не наркоман, — равнодушно сказала девушка, проходя мимо кухни. — Значит все-таки с ним, да? — зло процедила женщина, что-то нарезая. — А кто он тогда? Ты посмотри на него: каждый день с новыми синяками и пластырями, непонятно, где и с кем ходит, непонятно, что у него за семья вообще… И кстати, разве у тебя нет сегодня занятий по фортепиано? — Учитель заболел, — все так же под диктовку ответила девушка, не отрываясь от телефона. — Не дай бог я узнаю, что ты прогуляла, ты тогда никогда больше из дома не выйдешь… — угрожающе продолжала женщина. Девушка дослушала не очень интересную ей фразу, и наконец зашла в свою комнату, захлопнув дверь. Затем подошла к темному деревянному столу возле окна и включила лампу. Тут же увидела свое отражение в окне, от которого стало тошно. Девушка опустила темные тканные жалюзи, огораживаясь от других, окружающих ее многоэтажек. Затем переодела домашнюю одежду: широкую серую майку и шорты, и села за уроки. Только во время уроков ее скорее всего никто не будет трогать, ведь учеба в стенах этой квартиры — это святое. Однако с уроками у девушки почему-то было совсем тяжко: голова болела от страшного запаха. Она яростно соскочила со стула и открыла окно, затем села обратно, уперла ноги в край стола, и стала качаться на задних ножках. В голову Т/и лезли неприятные мысли, в основном об отце. С родителями она была совсем не близка, это были очень строгие и требовательные люди. Мама — директор крупной бизнес кампании, которая всегда выглядит на все сто, но никогда не спросит, как дела у ее дочки. И отец — прокурор, который как будто умер, потому что девушка не помнит, когда в последний раз видела его дома. Он приходит поздно ночью, если вообще приходит, а уходит рано утром. О его отцовских обязанностях рассказывать, наверное, не стоит, так как ему самому забыли о них рассказать. Т/и повернула голову вправо: бесчисленное количество грамот в разноцветных рамках. Конкурс по фортепиано, олимпиады, научные исследования — одни первые места… Девушка тут же захотела разбить все это вдребезги, да вот только на шум прибежала бы мать, которую видеть ей совсем не хотелось. Всю свою жизнь Т/и сравнила с клеткой, которая росла вместе с ней. Вот только то, что она в клетке, она знала не всегда. Она не знала этого до знакомства с Чифую. Смотря на жизнерадостного и совершенно свободного парня, она вдруг заметила, что смотрит на него сквозь толстые железные прутья. Долгое время ей казалось, что двери в клетке нет, пока парень не показал ей ключ. Первый раз выходить из темницы было страшно, но повторяя одно и тоже действие снова и снова, она начала привыкать. Ключ стал для нее самой важной вещью, пока она не поняла, что дверь теперь всегда открыта. Но девушка все равно сидела в клетке когда хотела, она была нужна ей для того, чтобы поддерживать свой образ правильной дочери. Поняв, что с уроками сегодня не выйдет, девушка пошла в ванну. Просидев под горячей водой около часа, она вышла и сразу же легла в кровать. Проверив все сот сети и полистав тик ток, все-таки приняла решение пойти спать. Но и с этим не получилось. Девушка долго ворочалась, в голову лезли неприятные мысли. Чтобы как-то отойти от них, стала думать о Чифую. Думала, что может и вправду стоит познакомится с этим Баджи и Такимичи? И Мицуя вроде, не помнила она всех… Хотя, будет ли ей комфортно в окружении одних мальчиков? Да и стоит ли вообще. Может по девушке и не скажешь, но характер у нее сложный, чего только Чифую стоило пройти, чтобы сейчас вот так свободно общаться. Где-то через пару минут девушка уснула, но ненадолго. Она проснулась с абсолютно затуманенным разумом. Когда сонная Т/и немного приподнялась на локтях, дабы заглянуть в щель между стеклом и тканью, было совсем темно. Она быстро выяснила причину своего пробуждения: незакрытое окно. Лениво поднявшись, она взяла телефон и посмотрела время: три часа одна минута. Затем она залезла на стол чтобы захлопнуть окно и продолжить спать, как заметила за домами какое-то мигание. Светились по очереди красные и синие цвета, девушке не составило труда догадаться, что это полицейские машины. Судя по месту, откуда они светились, все происходящие было за дальними домами, где стояла двухэтажная кирпичная заброшка. Наверное, девушка еще не до конца проснулась, иначе бы она никогда в жизни не стала бы делать то, что задумала. Ей было очень интересно, что произошло, а еще где-то глубоко была надежда, что она сможет увидеть отца. Да, хорошим отцом он не был, но она все равно немного скучала по нему. Не теряя больше ни минуты, Т/и одела черные джинсы и серую кофту на размер больше, чем надо. На цыпочках прокралась в прихожую, быстро обула кроссовки и объемную ветровку. Уже быстро спускаясь по этажам, она застегнула ее и надела капюшон, посмотрела в темный экран телефона. И все-таки Чифую был не прав: для парня у нее были слишком нежные черты лица, но вот глаза подходили. Поэтому она подняла воротник, как можно выше, и ускорила шаг. Открыв дверь Т/и ощутила сильную прохладу, сделала вдох и повернула в нужное ей направление. Она старалась идти быстрым размеренным шагом, чтобы не сильно привлекать внимание. В конце концов ей было слишком интересно, и она побежала. Добравшись до места, она не спешила близко подходить. Стоя в тени дерева, чтобы ее не заметили, изучала обстановку: вокруг кирпичного здания с кое где заколоченными окнами стояло три полицейские машины. Возле них она насчитала человек пять, они что-то обсуждали, некоторые стояли в стороне и разговаривали с рацией, но все как один смотрели на главный вход. Скорее всего пара сотрудников сейчас находилось внутри. Т/и почувствовала, что обстановка среди работников напряженная, но отца она не увидела. Неудовлетворённая своей ночной пробежкой, девушка решает незаметно обойти здание. Насколько ей было известно, сзади есть еще один вход, и возможно, ее отец там. Аккуратно прячась в ночной мгле, она прошла мимо парочки человек. Сзади здания стояла еще одна машина, но возле никого не было. Приглядевшись, девушка увидела внутри заброшки мешающиеся силуэты. Т/и предположила, что это просто еще одно убежище наркоманов, которое обнаружили. Обычно их находят уже в состоянии эффекта, так что и бояться было нечего. Конечно, условия такой безопасности были страшно натянуты, ей просто очень сильно хотелось увидеть папу. Она перешагнула низко повешенную красно-белою ленту, стала подходить к зданию. Заметив идущий силуэт тут же, запрыгнула по ступеньках и оказалась в темном помещении. Здесь было значительно темнее, чем снаружи, поэтому Т/и включила фонарик. Но тот ее подвел: на телефоне было не больше тринадцати процентов, свет был очень тусклым. Девушка мысленно бранила себя, за то, что уснула и забыла поставить его на зарядку. Почти на ощупь она обходила грязные кирпичные стены. Девушка никогда не подозревала, что в этом здании такой лабиринт. Впереди она уловила лёгкий свет и затаилась: в дверном проеме ходил мужчина в форме, светя под ноги фонариком. Девушка узнала в нем своего отца и очень обрадовалась. Он что-то бурчал под нос, наверное, рядом с ним кто-то был, и светил фонарем во все стороны. Во время мелькающего света девушка вдруг заметила фигуру: она находилась с ней в одной комнате, но стояла спиной, и не видела девушки. Т/и с ужасом поняла, что тонкий силуэт крадётся к ее отцу, который в упор этого не замечает. Просто наблюдая жуткую картину, в последний момент девушка хватает доску, которая была еле видна в свете фонаря. Быстро подбежав и замахнувшись со всей силы, край доски попал прямо по затылку силуэта. — Твою ж мать… — прозвучал низкий голос, звучавший тихо, но очень яростно. Этот кто-то явно не хотел, чтобы его заметили, но не получилось: свет полицейского фонаря наконец уловил фигуру, поднялся шум. Но Т/и была уже далеко от этого всего: сразу же после удара фигура начала оборачиваться, и испуганная девушка сразу же начала уносить ноги. Было трудно разбирать темную дорогу, но вот она уже стояла в паре метров от выхода. На секунду она замерла, обрадовавшаяся своему удачному побегу, но стоило ей сделать шаг, как сзади одарило что- то тяжелое. Ноги тут же подкосились, зазвенело в ушах. Виднеющийся выход стал стремительно темнеть, и девушка упала, закрыв глаза. — Зуб за зуб, да? — последнее что она услышала, прежде чем окончательно потерять сознание. Т/и с ужасом очнулась, широко распахнув глаза, и, к ее огромному сожалению, увидела серое помещение, стул и сидящего на нем парня. Несмотря на весь объем воспоминаний, прошло не больше минуты. «Не сон… — с ужасом думала она, — это не сон!» Незнакомый парень жутко ухмылялся, сжимая ее телефон. — Кажется, ты все вспомнила, — начал он, — ну что, хочешь что-нибудь еще спросить? — но девушка молчала, от страха у нее пересохло в горле. Больше она не ощущала боль в затылке, она вообще не чувствовала ничего, кроме бешенного биения сердца. — Я, кстати, полистал твою галерею, а ты, кажется, весело живешь, — парень посмотрел на телефон, вернув свою равнодушную физиономию. — Элитная школа, богатые родители, крутой телефон, что еще можно пожелать? — он саркастически выгнул бровь. — Впрочем, эта безделушка тебе больше не нужна, — одним движением он достал симку, а затем одной рукой сложил экран телефона пополам. По стеклу прошло миллион трещин. Он поднял голову, и посмотрел на Т/и самыми невинными и одновременно безумными глазами. На секунду у нее остановилось сердце: перед ней сидел настоящий монстр. Внезапно, деревянная пошарпанная дверь позади парня распахнулось, и из-за нее показался высокий парень. Он был выше, чем первый, но его отличительной чертой была его прическа: две длинные косички, темные волосы от корней и светлые на кончиках. Т/и сразу же заметила такие же холодные фиолетовые глаза, судя по всему, они были родственниками, но этот выглядел старше. — Ты симку достал? — прозвучал низкий уставший голос. — Да, только что. — Я просил тебя сразу сделать, — упрекающе отозвался парень с косичками. — Давай сюда. Парень в очках отдал мелкую деталь распахнув ладонь, второй с легкость поймал. — Тогда бы не было так весело будить спящую красавицу, — отозвался блондин, снова показывая свой оскал. Только сейчас только что вошедший парень посмотрел на Т/и. Минуту он ее изучал, она делала тоже самое. Но глаза его были все такие же равнодушные, а ее — испуганные. — Пошли, — темноволосый открыл дверь, за ним, медленно покидая свой стул, вышел и парень с повязкой. На прощание он обернулся и усмехнулся девушке, а затем захлопнул дверь.