Stay / Останься

      Он не помнит, как провел эти часы на работе. И вряд ли что-то полезное делал, даже уставившись в монитор, потому что перед его глазами — то сообщение, которому Мью должен радоваться, а по факту в груди такая боль, что дышать почти невозможно.              Бум интерпретирует его состояние по-своему:              — Эй, я понимаю, что ты в шоке, но что-то уж больно кислое у тебя выражение лица для такой отличной новости. Выше нос, бро! Подумай о том, как обрадуется Галф.              Хочется уронить лицо на стол и впечатать его в твердую поверхность — только бы не говорить об этом парню. А сказать-то все равно придется, потому что это касается альфы в первую очередь.              Поэтому Мью все-таки криво улыбается другу и нагло врет:              — Я рад, конечно, но мне надо время переварить информацию и немного перестроиться.              — Понимаю, — тот улыбается в ответ. — Но это прямо гора с плеч!              Пока на его плечах такая тяжесть, что странно, как он еще умудряется ровно сидеть. А еще отвратительный холод страха, который разливается по всему его телу, замораживая изнутри.              Ближе к четырем часам Бум подходит и кладет руку ему на плечо:              — Эй, хватит себя мучить! Лети уже к Галфу, обрадуй его — я понимаю, что такие вещи в сообщениях не говорят, нужно лично.              Его лицо, наверное, перекашивается, но Мью надеется, что парень этого не заметил, потому что быстро встает с места и хватает рюкзак:              — Тогда я ушел!              Еще около получаса он сидит в машине, нервно сжимая руль в руках, не в силах запустить двигатель, потому что вообще не знает, как рассказать это Галфу и как пережить реакцию альфы. А в том, что тот будет невероятно счастлив, Мью и не сомневается, поэтому он искренне не представляет, как изобразить аналогичную реакцию со своей стороны.              Но сообщение вырывает его из тяжелых мыслей: Галф скоро заканчивает. Поэтому ключ проворачивается в замке зажигания, и машина трогается с места, но еще никогда путь с работы до школы не был таким тяжелым. И, видимо, хреновый из него актер, потому что парень сперва тянется за приветственным поцелуем, но потом замирает, когда замечает, что что-то не так:              — Что случилось? Проблемы на работе?              Кривая усмешка, кажется, никогда уже не покинет его губы:              — Нет, все в порядке. Но есть кое-какие новости, правда, будет лучше, если я расскажу тебе о них дома.              Альфа рядом с ним бледнеет и хватает его за руку:              — Тебя раскрыли?!              Он не может удержаться и кладет ладонь сверху, сжимая и успокаивая:              — Нет. Новости даже хорошие, так что не переживай.              Галф смотрит на него с подозрением:              — А выражение лица у тебя такое, словно кто-то умер.              Да, умерла надежда, о которой Мью сам и не подозревал, пока не стало слишком поздно. Но вслух он все отрицает:              — Просто мне надо время, чтобы это переварить.              Альфа не выдерживает и дергает его за руку:              — Да что, блять, случилось?! Ты меня до инфаркта доведешь своими недомолвками!              Но парковка перед школой — не то место, где стоит обсуждать их тайны, поэтому он вновь заводит машину и выруливает на проспект:              — Дома, все дома.              Галф фырчит себе под нос недовольным ежиком, но больше не делает попыток расспросить. Правда, стоит за ними закрыться входной двери, как Мью тут же прижимают к стенке во всех смыслах этого слова:              — Рассказывай! Я так нервничаю, что готов придушить тебя за такую интригу!              Почему-то горло сейчас сжало так сильно, что слова не прорываются наружу, поэтому он извлекает из кармана телефон, открывает нужный чат и отматывает на первое сообщение Майлда:              — Вот.              Альфа хмурится, но тянется за смартфоном, чтобы потом изумленно охнуть, прижав ладонь ко рту:              — О боже!              А Мью жадно пожирает глазами это выразительное лицо, пока его сердце заходится от боли из-за потрясенной радости, которую он видит:              — Да, теперь есть шанс все исправить.              Галф, видимо, что-то улавливает в тоне его голоса, потому что поднимает виноватый взгляд от переписки:              — Прости, я совсем не подумал о тебе!              Он хмурится, потому что не уверен, что парень догадывается, из-за чего разрывается на части все внутри:              — Ты о чем? Ты же этого хотел.              Альфа растерянно улыбается:              — Хотел, но не ценой твоего рабства!              Мью непонимающе качает головой:              — Какого рабства?              Галф кивает на экран телефона:              — Ну тут же сказано, что тебя эти люди хотят к себе в команду. А что это, если не бессрочная кабала? Или ты думаешь, что из таких организаций так просто уйти?              Об этом он вообще не думал, если честно, потому что все его мысли вертелись только вокруг альфы:              — А ты? Ты что об этом думаешь?              Парень растерянно смотрит на него:              — А что я могу думать? Конечно, я счастлив, что такая возможность появилась. Я и мечтать об этом не мог!              Мью осторожно уточняет:              — Ты хочешь только стереть нас из Программы или?..              Глаза напротив горят безумной надеждой:              — Да, я и представить не мог, что когда-нибудь смогу снова официально назвать себя альфой! И перестать скрываться в страхе, что это когда-нибудь обнаружится. Моя семья будет в безопасности — это ли не счастье?              А ему стыдно, безумно стыдно, что он — такой эгоист, потому что думал только о том, как ему будет плохо без Галфа, но не возникло и мысли, что есть еще и другие люди. которые тоже от этого могут пострадать. Поэтому Мью старательно растягивает губы в очередной натужной улыбке:              — Я сделаю все от меня зависящее, чтобы у нас все получилось.              И задыхается от неожиданных объятий и слез, которые заставляют его футболку намокнуть:              — Спасибо, спасибо тебе!              Его руки осторожно ложатся на дрожащие плечи, чтобы обнять, возможно, в последний раз, и осторожно провести ладонью вдоль спины:              — Я же обещал, что тебе помогу. Как видишь, хакер из меня не очень, поэтому обучение бы затянулось на годы, но этот вариант выглядит вообще отлично.              Кроме того нюанса, что теперь у него в груди кровоточащая дыра.       Потому что еще утром он был безумно влюблен и счастлив, а теперь ему придется отпустить того, кого хочется удержать изо всех сил.              Но его руки бессильно опускаются, стоит только Галфу чуть отстраниться, чтобы взглянуть ему в глаза:              — Но опять за все расплачиваться будешь ты! Это тебе нужно будет работать с ними, чтобы рассчитаться за мою свободу!              “Горькая ирония, правда?” доселе молчавший внутренний голос как-то сдавленно хрипит в его голове.              У него нет сил, чтобы попросить заткнуться, потому что все его внимание сосредоточено на парне перед ним, для которого надо постараться сделать вид, что все в порядке:              — Считай это компенсацией за то, что ты перенес за эти годы, будучи омегой в глазах общества, — его ладонь почти касается темных волос в ласке, но потом падает вниз. — Мне это кажется справедливым.              “Если любишь — отпусти? Очень дерьмовая установка, милый мой. Если любишь — борись”.              Но у него нет сил на то, чтобы сражаться со своими внутренними демонами, поэтому Мью забирает свой телефон, чтобы напечатать в чат:              “Я в деле. Майлд, договоришься о контакте с этими ребятами? Нужно обсудить условия”.              Потом показывает сообщение Галфу:              — Я тебя не могу добавить в чат ради твоей же безопасности, но буду держать в курсе, когда будет какая-то информация.              И ему хочется выйти в окно из-за благодарности, что горит в глазах напротив:              — Спасибо!              Мью с трудом кивает:              — Пока не за что. Я не думаю, что все это решится очень быстро, но надежда есть.              Пиликает сообщение от Майлда:              “Бро, не вопрос! Я дал им твой адрес на протоне — они к тебе сами постучатся”.              Он растерянно поднимает глаза на альфу:              — Они мне сами напишут, Майлд дал им мою почту. Теперь ждем.              Видно, что Галф очень переживает: по нервным движениям рук, по заломам на лбу, по дрожащим губам. Поэтому Мью откладывает телефон в сторону и кладет ладони на напряженные плечи:              — Эй, все в порядке. Ничего еще не случилось.              И вновь задыхается от слез в этих красивых темных глазах:              — А если не получится? А если…              Он потом упрекнет себя за слабость, но сейчас притягивает альфу к себе, укутывая в объятия, чтобы успокоить:              — Если не получится — найдем другой способ. Я, в конце концов, не совсем тугодум: научусь сам взламывать их базу — и тогда ты будешь все равно свободен.              Трясущиеся пальцы комкают футболку на его груди, пока его плечо мокнет от слез, а он гладит Галфа по волосам подрагивающими ладонями, желая забрать всю боль себе:              — Все будет хорошо, поверь мне. Все будет хорошо.              “Осталось еще себя в этом убедить”.