Stay / Останься

      Тяжесть наваливается на его плечо, из-за которой то скоро явно онемеет, но Мью даже не обращает на это внимания, потому что понимает, как Галфу важно быть в курсе происходящего, поэтому позволяет парню вот так почти улечься на себя, пока переписывается с теми, кто готов им помочь:              “Как я буду уверен, что вы все сделаете так, как мы договаривались?”              Человек с ником Saint тут же ему печатает в ответ:              “Никак, пока все не будет сделано. Я точно так же работаю на доверии, что ты нас не кинешь, когда мы почистим базу”.              И правда дилемма.       Потому что они оба не верят друг другу, но вынуждены положиться на честное слово.              “Может, давайте встретимся?”              Он, кажется, слышит смех в следующем сообщении:              “Вот же ты наивный! Я не буду светиться ради того, чтобы ты почувствовал себя увереннее. Вся наша команда работает дистанционно и под никами, чтобы в случае, если повяжут одного из нас, остальные были в безопасности”.              Шепот возле уха заставляет его вздрогнуть:              — Это звучит разумно.              Мью поворачивает голову, чтобы встретиться с серьезными и немного испуганными глазами:              — Галф, нет никаких гарантий, что они нас не кинут.              Тот кивает:              — Как и для них, поэтому тут все рискуют.              Мью вздыхает и печатает ответ:              “Я так понимаю, что вы можете обратно внести изменения в базу, если я вас обману?”              “А ты сообразительный парень! Да, это и будет страховкой на тот случай, если ты решишь нас кинуть”.              Прижатое к нему тело каменеет, но он тут же успокаивающе поглаживает дрожащую руку:              — Не переживай, я сделаю все, что потребуется, чтобы они исправили записи по тебе.              Это же Мью и пишет в ответ, при этом уточняя:              “Я готов сразу приступить к работе, но учти, что хакер из меня никакой: я только учусь обходить системы безопасности”.              “А это от тебя и не требуется. Нам нужен опытный бэкендер , который впряжется в наши проекты. Мы не только ломаем старое, но и строим новое, чтобы помогать людям, увязшим в Системе. Конечно, доступ на весь проект я тебе не дам: сначала поработаешь над правкой имеющихся функций, а потом будет видно. ТЗ я сброшу тебе чуть позже, когда мы удалим запись о вашей паре. После тестового периода, когда мы убедимся, что ты честен с нами — твой альфа станет альфой уже официально. Рекомендую к этому заранее подготовиться”.              — О чем это он? — Галф непонимающе хмурится.              Мью нервно поджимает губы:              — Я думаю, что имеется в виду, что тебе надо оборвать все связи с людьми, которые знают тебя как омегу.              Парень бледнеет:              — А семья?              Он бережно берет дрожащую влажную ладонь в свою руку:              — Не так радикально, конечно. Просто надо убедиться, что никто из них не проболтается о том, что было раньше. А вот с работы придется уйти и не контактировать с коллегами и с теми, с кем ты, например, учился.              Альфа хмурится:              — Я не знаю, как быть с дальними родственниками, но родители и сестра точно меня поддержат. А из школы придется уйти, видимо.              На лице напротив — тревога и грусть, и Мью понимает, как Галфу сейчас непросто, поэтому даже уходит на задний план его собственная боль, когда он обнимает взволнованного парня:              — Ничего страшного, работа — дело наживное. Возможно, у тебя появится шанс получить еще одно образование и работать там, где ты всегда хотел.              Огонь надежды тут же загорается в этих красивых глазах:              — Я об этом и не подумал!              — Конечно, у этого пути тоже есть свои сложности: надо будет придумать правдоподобную легенду, почему альфа пошел в преподаватели. Но…              — … но это куда легче, чем всю жизнь притворяться омегой и бояться, что тебя раскроют, — Галф заканчивает фразу за него. — Спасибо за беспокойство, я что-нибудь придумаю с этим.              Дышать становится невыносимо сложно от волнения, когда он предлагает:              — Ты можешь пожить у меня, пока все не наладится. Я знаю, как непросто выживать, когда ты без работы и почти без денег. Если ты, конечно, захочешь… остаться.              Парень грустнеет еще больше:              — Я не могу так тебя напрягать. Думаю, что поживу пока у родителей.              Ну вот, и еще одна надежда разбилась с хрустальными брызгами, оцарапав и так израненное сердце. Мью старательно изображает улыбку:              — Поступай так, как тебе удобно. Но мое предложение остается в силе: ты меня вообще не напрягаешь.              Альфа еле заметно понимающе улыбается:              — Не хочешь лишаться вкусной домашней еды?              — Не хочу лишаться тебя, — он сначала говорит, а потом приходит осознание, накрывая его с головой холодной волной паники. — Я… Это не то, что ты подумал!              Галф смотрит на него абсолютно нечитаемым взглядом и молчит, чтобы потом отстраниться и слезть с кровати:              — Пожалуй, прогуляюсь немного. Слишком много информации надо переварить.              Мью с тоской смотрит тому в спину, а звук закрывшейся двери становится выстрелом в самое сердце, после которого он роняет лицо в ладони и отчаянно стонет:              — Вот я дурак!              “Я бы другое слово подобрал, но тут дети”.              Он бросает взгляд на Азара, который лежит в кресле возле кровати и внимательно на него смотрит:              — Что, ты тоже думаешь, что я хуже, чем дурак?              — Мяу!              Кот однозначен в своем приговоре, а внутренний голос еще сверху добивает:              “А ты не можешь сказать Галфу прямо, что ты хочешь, чтобы он остался?”              “Могу”.              “Тогда в чем проблема?”              “Страшно”.              “И чего боится этот смелый альфа?”              “Что я ему не нужен”.              Так тяжело признаваться в собственных страхах, но его альтер-эго не дает расслабиться:              “А что страшнее: сказать и потерять или не сказать, но тоже потерять?”              “Ээээ…” он зависает над вопросом.              “Подсказка: в первом случае еще есть вероятность, что такой придурочный ты по какой-то странной причине тоже ему нужен. Подумай над этим”.              Мью тяжело вздыхает:              “Я вообще не представляю, чтобы он добровольно на это подписался. В нашей стране за связь двух альф — тюрьма, а Галф только жить начинает, обретая себя и относительную свободу”.              “А, может, пусть он сам это решит? Вдруг его мнение тоже что-то значит, а не только твое? Галф же равный тебе альфа, помнишь?”              “Помню, но я…”              “А это, котик, называется причинением добра: когда хочешь как лучше, а получается как всегда”.              “И что мне делать?”              “Как минимум не засовывать язык в жопу и говорить словами через рот, что ты готов быть с ним рядом в любом случае, чтобы он ни решил. Хотя, если тебя привлекает жопка Галфа, то твой язык волен делать все, что ты хочешь”.              Его щеки и уши пылают от смущения:              “Ты что несешь?!”              “Если нести чушь, то только отборную”, этот подлец злобно хихикает, “но кто-то у нас сейчас возбудился от этих мыслей, не правда ли?”              Мью опускает взгляд и тяжело вздыхает:              “Ты же видел его задницу — это просто произведение искусства! Когда с тонкой талии руки спускаются ниже на эти изгибы…”              “Воу-воу, Ромео, полегче! Свои эротические фантазии лучше в слэш-фанфики оформи о любви двух альф. Ну или Галфу на ушко зачитывай рэпчиком, а меня во все это не надо втягивать!”              Но ответить он уже ничего не успевает, потому что хлопает входная дверь, а он сам подпрыгивает от неожиданности на кровати, чтобы затем замереть на входе в прихожую, со страхом глядя на все еще бледного альфу:              — Ты как?              Тот как-то странно смотрит на него, словно собирается с силами, а у Мью, кажется, сердце бьется прямо в горле от волнения, когда он слышит:              — Я подумал над твоим предложением.              Мысли в голове в панике скрипят заржавевшими шестеренками.              “Не руки и сердца, идиот! Он не об этом предложении!”              Он заторможенно кивает:              — И что ты решил?              — С моей стороны будет крайне эгоистично бросить тут тебя одного отдуваться. Поэтому я останусь, пока не пойму, как я могу тебе компенсировать эти неудобства.              “Компенсация — это же отличное слово! Скажи, что принимаешь ее обнимашками и поцелуями!”              Мью все еще в коматозе, поэтому бездумно повторяет:              — Принимаю компенсацию обнимашками и поцелуями.              И только по ярко-красному румянцу понимает, что только что ляпнул. Но хреновый из него кредитор, если будет менять условия договора, поэтому он решительно кивает:              — Да, именно так! Если тебя не устраивает…              Галф тут же перебивает его:              — Устраивает. Я очень хороший заемщик, поверь. И не буду задерживать платежи.              “Блять, ваши ролевые игры надо на OnlyFans транслировать, извращуги! Заодно и денег заработаете”.              А он не может отвести глаз от смущенного альфы, который почему-то согласен остаться.       Пусть и на таких странных условиях.       Пусть и ненадолго.