All the Young Dudes - Sirius's Perspective

Как только стало ясно, что Лили не будет целоваться с Джеймсом до конца сентября, он потребовал продлить пари на весь год, что, по мнению Сириуса, было слишком оптимистичным сроком. Тем не менее, он согласился, будучи уверенным в своей победе и не видя необходимости торопить события. Более того, он был настолько уверен в своих силах, что предложил удвоить сумму галлеонов, поставленных на кон, отчего Питеру показалось, что его тошнит, а Ремус неодобрительно хмыкнул. Но Джеймс согласился, непоколебимо уверенный в том, что ему удастся переубедить Эванс, если только дать ей достаточно времени. Не то чтобы Сириусу нужно было продлевать спор. При желании он мог бы заполучить девушку и в сентябре, в чем неоднократно убеждал Джеймса. Эффи Сканторп всё ещё приставала к Ремусу, и он получил записки с выражением заинтересованности не от одной, а от двух других девушек. По любым показателям он был далеко впереди других мародеров. Проблема заключалась в том, что у человека должны быть свои стандарты. Сириус не собирался целоваться с первой попавшейся девчонкой, которая помахала ему ресницами. К тому же, большинство девушек, бросавших на него взгляды, были... ну, они раздражали. Он пытался понять, что именно в них его раздражало. Может быть, это простодушие, или слишком явное хихиканье, или чрезмерный румянец. Внимание было лестным, но Сириус быстро понял, что, как только девушки решат, что ты им нравишься, они начинают вести себя очень глупо. Целоваться с ними было неинтересно. В этом не было никакого вызова. Тем не менее, он никогда не отказывался от внимания, и было очень приятно осознавать, что в замке ценят его привлекательную внешность. Так сентябрь перешел в октябрь, который оказался не по сезону теплым, и Мародеры проводили большую часть своего свободного времени на улице, где деревья медленно набирали осеннюю листву, а небо было васильково-синим. Они бродили по опушке Запретного леса, перекусывали во дворе тарелками Ханидюка, валялись у озера, где Сириус пытался (и быстро бросил) научить Ремуса бросать камни о гладь озера . Месяц начался и закончился полнолунием, что несказанно огорчило Ремуса, так как это означало, что он пропустит праздник Хэллоуина и все запланированные на этот вечер торжества. Тем не менее, он хорошо переносил это, ни разу не пожаловавшись. Сириус горячо желал, чтобы им удалось добиться большего прогресса в работе над анимагией, но, хотя за лето им удалось собрать все необходимые ингредиенты, они так и не смогли приступить к варке зелья. По выходным они проводили большую часть времени на поле для квиддича - либо тренировались (Джеймс), либо наблюдали с трибуны (все остальные). Питера часто привлекали в качестве запасного вратаря, что заставляло его быть очень стеснительным и требовало постоянно подбадривать его с боковых линий, чтобы он не слишком нервничал. К сожалению, без Питера, с которым можно было обсудить квиддич, Сириусу часто нечем было заняться на трибунах. Ремус был не слишком приятной компанией - его нос всегда был приклеен к страницам книги. Иногда Мэри и Лили приходили посмотреть, как тренируется Марлин, но их интересовал только разговор с Ремусом, и Сириус дулся и чувствовал себя необычайно обделенным. Сириус был вынужден заниматься своими делами: он ходил по трибунам, вызывал Джеймса на гонки на метлах или писал на пергаменте - иногда домашние задания, но чаще - варианты тактики, которую команда Гриффиндора могла бы опробовать в своей первой игре, намеченной на ноябрь. - В этом году мы должны разгромить Слизерин, - настаивал он, - Мы должны им показать. Слизерин выиграл кубок по квиддичу в прошлом году, что несказанно разозлило Сириуса. И Нарцисса, и Регулус получили возможность властвовать над ним, и все усугублялось тем, что он даже не смог попасть в команду Гриффиндора. Нарцисса закончила школу, а Рег заменил ее в качестве ловца, и Сириус рассчитывал, что в этом году Джеймс смирит своего надменного младшего брата. - Тебе нужно больше опираться на метлу, когда ты делаешь взмах, - сказал Сириус Марлин, когда она присела отдохнуть. Она бросила на него раздраженный взгляд, волосы от пота прилипли ко лбу, щеки раскраснелись. - Я попадаю в бладжеры девять раз из десяти, - огрызнулась она, пытаясь перевести дыхание, - десять раз, в моих лучших играх. Даже Малсиберу это не удается. - Не пытайся быть лучше соперников, - наставлял Сириус, повторяя одну из любимых фраз Джеймса, - Тебе нужно победить только себя. - Слушай, Блэк, если ты считаешь, что можешь добиться большего, то во вторник мы проводим отбор на охотников. Сириус покраснел и отвел взгляд. - Нет, - он старался говорить непринужденно, - ты меня победила, честно и справедливо. - Два года назад. Он ничего не ответил, чувствуя себя раздраженным и смущенным. Через некоторое время Джеймс позвал Марлин, и она, пошатываясь, поднялась на ноги и рысью направилась обратно к полю. Сириус облокотился на барьер, пытаясь сосредоточиться на тренировке, но слова Марлин беспрестанно повторялись в его голове. Он знал, что во вторник они будут испытывать охотников. Джеймс уже рассказывал ему об этом, пытаясь убедить его попробовать, но он отказался. Это было бы слишком... жалко - снова пробоваться, когда ему уже отказали. Слишком отчаянно. Люди узнают, как сильно он этого хочет, и ему придется сменить имя и скрываться - может быть, у родителей еще остались документы из Дурмстранга, - если он не попадет в команду во второй раз. Лучше не думать об этом. К сожалению, Ремус, похоже, считал иначе. - В команде по квиддичу есть два охотника, знаешь ли. Сириус не потрудился повернуться, продолжая смотреть на тренировку.- Черт возьми, Лунатик, - проворчал он, - Четыре года, и ты наконец-то научился хоть чему-то в этой игре. Ремус лишь пробурчал что-то себе под нос, до странности напомнив Сириусу мадам Помфри, - Ты знаешь, в чем твоя проблема? - Расскажи. - Ты гордый. Сириус рассмеялся. - А ты нет? - Может быть. Но из меня получилась бы дерьмовая колотушка, не так ли? Сириус не знал, что на это ответить. Когда он ничего не ответил, Ремус вздохнул и закрыл книгу, засунув ее в сумку. - Слушай, ты потом будешь себя ненавидеть, если не попробуешь еще раз. Ты так и будешь сидеть здесь и болеть за Джеймса еще три года?- Он встал. - Я замерз, пойду в библиотеку. Увидимся за ужином? -Да, увидимся, Лунатик. Оставшись один на трибуне, Сириус задумался над словами Ремуса. Ты будешь ненавидеть себя потом, если не попробуешь еще раз... Проблема заключалась в том, что Ремус был прав. Он был прав, и он знал, что прав, и Сириус знал, что он знает, что прав. Проблема была в том, что он умел свести все к самой сути и просто констатировать факты, как отрывают пластырь, без всякого сочувствия. Джеймс уговаривал, подталкивал, умолял, успокаивал, но никогда просто не скажет Сириусу, что тот ведет себя как кретин и делает себя несчастным только потому, что слишком горд для своего же блага. Сириус вздохнул, провёл рукой по волосам и пожелал, чтобы Лунатик не был таким раздражающе умным. Во вторник он принес свою метлу на испытания Гриффиндора. Джеймс выглядел воодушевленным, отчего у Сириуса только нервно скрутило живот - он представлял, как будет разочарован его друг, если не попадет в команду, и живо представлял, как Джеймс будет пытаться скрыть это разочарование. Сириус решил, что если он провалит испытания во второй раз, то бросится в озеро к гигантскому кальмару, а не будет следующие два месяца выслушивать от Джеймса, что это совершенно нормально, что он не попал в команду, и что всегда есть следующий год! К несчастью для гигантского кальмара, Сириус был в отличной форме. Он разбил все бладжеры, которые попадались ему на пути, обошел всех остальных претендентов на победу в гриффиндорской команде по квиддичу и стал явным фаворитом. Через два часа после выхода на поле он стал новым охотником Гриффиндора. Сириус был в восторге, гудел от адреналина, наслаждаясь обретенной славой, которая длилась чуть менее двадцати четырех часов, до тех пор, пока ему не сообщили расписание тренировок. - Проснись и пой!- весело прокричал Джеймс, выходя из ванной комнаты с волосами, лежащими на голове только потому, что они промокли насквозь. Сириус громко застонал, когда шторы на его кровати были резко раздвинуты. Прошла неделя после испытаний, и Сириус всерьез подумывал об убийстве Джеймса Поттера. Парень настаивал на том, чтобы вставать с рассветом и будить всех остальных в комнате, заставляя их подвергаться жестокому и необычному наказанию в виде утренних тренировок по квиддичу. - Отвали, Поттер, - проворчал Сириус, засовывая голову под подушку, чтобы заслонить проникающий свет. - Ты хотел быть в команде, Сириус, мой старый приятель. Давай, поднимайся... Левиокорпус! Все дыхание вырвалось из легких, когда Сириуса резко дернуло вверх, как марионетку на ниточке. Он моргал, прогоняя сон из глаз, и висел в воздухе вверх ногами. Джеймс напротив него истерически хохотал, выглядя совершенно счастливым. - Не могу поверить, что это сработало! Я пытался сделать это с прошлого Рождества. - Спусти меня, придурок! - Будь вежлив! - Опусти меня! - Как хочешь. Сириус тут же рухнул на пол, сильно ударившись о деревянную обшивку. Он вскочил на ноги, не обращая внимания на пульсирующую руку, на которой наверняка красовался синяк от падения. - Черт побери!- воскликнул он, не в силах сдержать ухмылку и внезапно полностью проснувшись, - Это было потрясающе! А теперь позволь мне сделать это с тобой. - Хорошо! * * * Они провели замечательные десять минут, левитируя друг друга, прежде чем Ремус начал раздражаться, прочищать горло и многозначительно поглядывать на дверь, пока все не поняли намек и не согласились спуститься к завтраку. Как только они благополучно расселись за столом, Сириус возобновил свои попытки отговорить Поттера от его квиддичного безумия. - Только один выходной в неделю, Поттер, я тебя умоляю!- Он застонал, с трудом удерживая глаза открытыми. - Это ты хочешь уничтожить Слизерин, - без тени сочувствия ответил Джеймс, весело напевая себе под нос, намазывая маслом тост. Он подвинул тарелку через стол, предлагая мир. Сириус обиженно закрыл глаза и отвернулся. Джеймс вздохнул.- И не только для тебя. Вся школа хочет видеть их побежденными. Считай, что ты вносишь свой вклад в дело войны. - А я думал, что ты вносишь свою лепту, забрасывая их проклятьями в коридорах, - услужливо подсказал Ремус. - Именно, - хмыкнул Сириус, изо всех сил стараясь задремать, положив голову на руки, - и это можно делать в разумное время. - Это единственное время, когда мы можем проводить тренировки, - сказал Джеймс, который, похоже, начал терять терпение, - Нет смысла идти после наступления темноты, по вечерам поле занято, а уроки начинаются в девять. - Даже если бы они начинались в двенадцать, тебе было бы трудно поднять Сириуса, - вклинился Питер, который говорил с набитым ртом - обычное явление, и Сириус не чувствовал необходимости открывать глаза и проверять. - Надо бы обзавестись маховиком времени, - пробормотал он, зевая, - Студентам, которым нужен сон, надо бы его выдать. - Что такое маховик времени?- спросил Ремус. Он был очень близко, его голос был совсем рядом с ухом Сириуса. - Поворачивает время вспять, очевидно. - Они незаконны, - быстро добавил Джеймс, - без разрешения министерства. И очень, очень опасны. - Я опасен, если не высплюсь, - ворчал Сириус. - Надзирательница заставляла нас всех вставать в шесть часов утра по выходным, - размышлял Ремус, откусывая от своего завтрака.- Она считала, что это полезно для здоровья, или что-то в этом роде. Правда, один из старших мальчиков как-то залез к ней в комнату и подкрутил будильник, и мы неделю валялись в постели лишние два часа каждый день, прежде чем она заметила. - Магглы изобретательны, - усмехнулся Джеймс, - но держитесь подальше от моего будильника. - Ммм, - пробормотал Ремус, погрузившись в раздумья. Сириус прищурил глаз, чтобы понаблюдать за ним - брови нахмурены, губы выпячены. Знакомое выражение. - О нет, мы его потеряли, - сказал Сириус, сухо улыбаясь.- Наверное, опять мечтает о ногтехвостах и ниффлерах - клянусь,- Уход за магическими существами - единственный предмет, который его больше всего волнует. - Оставь Лунатика в покое и ешь свой завтрак, - упрекнул Джеймс, - Я хочу, чтобы вы вышли на поле через пять минут. - Ладно...- вздохнул Сириус, опустив взгляд на свою тарелку.- Эй! Где мой завтрак? - Мне пора, - сказал Ремус, резко встав, - Библиотека. Увидимся на Зельях. Сириус повернулся, чтобы позвать его, но бессовестный воришка уже ушел.