Любопытство и его последствия

— Люмин, ты дрожишь, — сказал Доктор, осторожно касаясь плеча девушки, — Тебе страшно? Люмин не могла описать это чувство, когда внутри все смешалось, и страх, и боль, и понимание смешанное с отрицанием. Дотторе же ее предупреждал, что будет больно, что будет страшно, и любовно, словно заблудшую овечку спрашивал, сможет ли она дойти до конца его истории? Новые координаты, что прислал ей на почту Второй, оказались тем местом к которому она не была готова, и девушка не уверена, что была бы когда-нибудь готова. Это... Это то, что должно оставаться чем-то призрачным, не доступным, покрытым темной вуалью и скрытым за семью замками. А Дотторе, до смешного, так просто пустил ее туда, где в принципе не должно быть никого, кроме него самого. — Не переживай так сильно, это всего лишь часть, почти незначительная, чтобы получше узнать меня, согласись, объем проделанной работы поражает? — мужчина выглядел чересчур спокойным, для того, кто решил открыться. Рука девушки находилась в ладони Дотторе, он вел ее по лаборатории, словно в танце, позволяя смотреть и удивляться. Они остановились у одной из колб с физраствором, Доктор прижал ее ладонь к холодному стеклу этого огромного резервуара, позволяя рассмотреть содержимое «от» и «до», в самых мельчайших анатомических подробностях. — Это Тау, мой самый первый сегмент, с ним я допустил несколько незначительных ошибок, что привело к мутации половых органов и некоторым особенностям психики, но в остальном, он превзошел все мои ожидания. Буду честен, я даже не надеялся на такой ошеломительный успех, — Доктор разглядывал свое творение с присущим любому создателю восхищением. Этот срез Доктора не вписывался в рамки допустимого к просмотру, как-то Люмин не рассчитывала, что он будет таким красивым и одновременно пугающим. На самом деле, девушка поначалу заподозрила, что клон мужчины и вовсе не живой, — экспонат, не более. Но когда тот повернулся к ней и медленно открыл свои алые глаза, а длинные волосы плавно отплыли в сторону следуя движению и открыли все то, что должно быть скрыто, Путешественница испытала шок, смешанный со стыдом, она невольно отступила назад, вжимаясь спиной в торс и живот Доктора. «У него их два...» — пролетела позорная мысль в голове от чего щеки покрылись румянцем, в ответ, словно прочитав ее мысли, Тау тонко улыбнулся, прижимая ладонь к ее сквозь стекло. — Он не особо общительный, предпочитает проводить большую часть времени в резервуаре в анабиотическом сне, но судя по его реакции, ты ему очень даже пришлась по душе... Это почти немыслимое событие, — мрачно взглянув на свой срез, сказал Предвестник прикрывая глаза Люмин ладонью, затем добавил обращаясь к Тау, — Либо спи, либо вылезай и одевайся. Тау вяло пожал плечами, но всё-таки поплыл вверх колбы, где находился люк выхода, мышцы на поджаром теле плавно задвигались под кожей, он планировал сегодня хорошенько отоспаться, но Прайм привел очень интересную звёздочку. Это было очень любопытно. Впрочем, не настолько чтобы участвовать лично, но вот посмотреть со второго этажа, почему бы и нет? Посетители здесь были очень редки, ещё реже были те, кто не являлись производными от Прайма. Когда сегмент Дотторе наконец выбрался из резервуара и ушел, оставив за собой влажные следы, только тогда Доктор убрал руку с глаз Люмин. — Теперь можем идти дальше... — Хорошо, — не очень уверенно произнесла девушка, желая отступить, но продолжила следовать за уверенной спиной Предвестника. Откуда-то сверху на нее упали несколько капель, подняв голову, она увидела Тау, что оперевшись на перила второго этажа наблюдает за ними, с его длинных волос продолжала стекать вода, хоть он судя по всему и пытался их выжать досуха. Как экскурсовод Доктор был действительно хорош, но вот его экспонаты... В последующих резервуарах не было ничего живого, а если и было, об этом сложно судить. Несколько голов сегментов плавали в растворе с едкой по запаху жидкостью, вызывая в желудке Люмин болезненные спазмы и позывы к рвоте, рядом находились ноги и руки, некоторые бионически модифицированы. На самом деле она не понимала, как Дотторе вообще может создавать кого-то похожего на себя и при этом это же уничтожать как нечто незначительное. Ей бы было жаль себя или своего клона, хотя бы потому что «та» она, вряд ли желала стать набором клеток и данных, которые в последствии истребят или пустят на новых «питомцев»... Не к чести, вспомнилась пересаженная роговица от одного из погибших клонов. Захотелось передернуть плечами от пробившего до костей озноба, а ещё спрятать несчастный глаз под повязку, стало жалко неизвестный сегмент, что стал невольным донором для нее. Жутковато и довольно противно, если честно. Они шли все глубже и глубже в недра лаборатории, тьма и свет флуоресцирующих камней и электрических ламп пытались соперничать друг с другом. Люмин уже просто не знала что ее могло поджидать за следующим поворотом. За каждой из тяжёлых металлических дверей что-то пряталось и это «что-то» издавало звуки, весьма неприятные звуки. Дотторе же даже бровью не повел, словно ничего не обычного. Хотя... Иногда девушка забывала где и с кем находится. Пытаясь отвлечься от собственных неутешительных мыслей, Люмин заметила на одном из постаментов с экспериментальными образцами мехов, странную банку, на вид почти обычную, но герметичную. Внутри нее билось нечто сине-черного цвета со всполохами пурпурного огня бездны. — Что это? — с недоумением спросила Люмин, подходя ближе к сосуду и пытаясь разглядеть хоть что-то из чего состоит эта бесноватая материя. — Да как тебе сказать, — задумчиво протянул Доктор, звучно щёлкнув кончиком указательного пальца по банке, «нечто» замерло внутри, а затем вызверилось восполохами огня, — Одна маленькая, но нужная деталь для моего большого эксперимента. Люмин, все ещё не понимала о чем красноречиво говорил ее совершенно отсутствующий и пространный взгляд, тогда Дотторе добавил: — Это останки, кусочек души, если угодно. Путешественница зависла на добрую минуту, постепенно пазл в ее голове начал складываться, но это было так невероятно, что она сомневалась, что это вообще осуществимо: — Это как-то связано с тем проектом, в котором упоминается «воскрешение»? — Да. Умница, — похвалил ее мужчина. — Такое разве возможно? — Конечно, — кивнул Доктор, но затем добавил, — Правда не с обычным человеком, но да, это более чем возможно, хоть и трудно выполнимо. — Какая скромность, — послышалось сверху, — Не тебе ли осталось только собрать остальные части души, чтобы «проект» был завершен? Дотторе мрачно взглянул на Тау. Не то чтобы этот эксперимент был тайной, но Люмин пока рано было о нем знать, а срез болтал лишнего. Иногда Путешественница была не к месту чересчур догадливой, поэтому не стоило ей подкидывать интересные мысли до того как появится первый результат. — Что ж, пришло время двигаться дальше, — спокойно сказал Предвестник, уводя девушку подальше от проблемной банки. Люмин пошла следом, но желание рассмотреть получше так и осталось, обернувшись она наткнулась взглядом на срез, что перемахнув через ограждение, забрал запертую сущность с постамента, игриво ей помахав, все ещё босой, с мокрыми волосами, но в черных штанах и медицинском халате на голое тело он выглядел странно неуместно в этой лаборатории, в отличии от того же Доктора, что словно сливался с ней, становясь единым организмом. Так ли она хочет знать правду?