Через замочную скважину

      — Радуйся, что тебя ещё не прикончили, Малфой. — Финниган скалился, толкая Драко в спину. — Сейчас тебе очень не поздоровится.       Симус нагнулся к нему и почти сразу чуть не получил плечом по лицу. Малфой всего лишь выпрямлялся, и размах его корпуса в сравнении с Финниганом был куда крупнее. Его лицо — непробиваемая маска, но плотно сжатые губы так и сигналили о том, что ещё хоть одно слово — и Драко вмажет ему даже без чёртовой палочки.       — Финниган, заканчивай тут и срочно к Грюму, — кричал кто-то, и Симус сразу становился до жути важным, что провоцировало у Малфоя тошноту.       — Думаю, тебе понравится с нашей красоткой Дерексис. — Он смаковал на языке это неизвестное Драко имя. — Она любит ломать подобных тебе. — И распахнул перед ним железную дверь.       По серым глазам ударил яркий свет, который тут же рассеялся и стих, окутывая комнату мраком.       — Ты опоздал, Симус, детка, давно не выгребал? — Малфой не удержался от усмешки, но от девушки перед ним его тоже несказанно воротило: казалось, ненависть к рыжим теперь жила у него под кожей, отбивая ритм вместе с сердцем.       — Клацни язык, — встрепенулся он и надавил Драко на спину, сам же оставаясь на пороге. — До скорого.       Дверь за ним негромко хлопнула, и Дерексис убрала палочку в чехол.       — Всегда хотела с тобой познакомиться. — Она опиралась задницей о стол, склоняя голову набок. Кудрявые рыжие локоны спали и немного обрамляли её лицо. — Как местную знаменитость среди пожирательского отребья. А знаешь, у руководства почему-то пока что не сложилось однозначного мнения насчёт тебя.       Малфой молчал. И не потому, что был под Силенцио или ещё каким-то заклятьем. Просто слушал.       — Дементоры или, может, пожизненное в Азкабане за соучастие, хм. — Он смотрел на неё с презрением, и в серых радужках плескалось гневное пламя. — Впрочем, я думаю, из тебя можно выжать по полной программе. — Палочка материализовалась в её руках, словно так и должно быть.       И Драко не успел даже сглотнуть, как его шею что-то крепко стянуло. Жёсткое, широкое и кололо по краям. Чувствовался запах натуральной кожи, а ещё ощущалась тонким шлейфом магия этой рыжей.       Блядь. Она действительно нацепила на него ошейник?       Тонкими линиями, словно Патронус, рисовалась цепь, ведущая прямо ей в руки. Хитрая ухмылка на её лице только сильнее разозлила Драко. Он вдохнул полной грудью, стиснув челюсти.       — Приглашение нужно? — Она вскинула брови. — Подойди, — приказала и дёрнула за цепь.       Сила её рук хорошо ощущалась на его крепкой шее, вынуждая сдвинуться с места. Шаг. Второй. Через себя. А руки всё ещё скованы магией. Ничего не сделать.       — Зачем Круциатус, когда можно быть чертовски нежным?       — Финволтер. — Дверь распахнулась, ударяясь о стену. — Дорогая, я тебя везде ищу.       — Грейнджер? — Она отклонилась в сторону, выглядывая из-за спины Драко. — Чем обязана? А то я тут, видишь ли, немного занята. — Она елейно улыбалась, но, вернув взгляд к непроницаемому лицу Малфоя, перестала. Глаза сверкнули далеко не по-доброму.       — Тебя ждёт Тонкс, подробности у неё. — Прошло секунд тридцать; они стояли в тишине. — Мне повторить?       — Полагаю, нашего зверька оставляют за тобой? — Дерексис с хитростью переглянулась с Гермионой и перекинула ей в руки цепь. — Я думала, что у золотой девочки куда больше важных дел, нежели сидеть с преступниками.       — Твои предположения меня мало интересуют, иди. — Грейнджер кивнула в сторону коридора, сделав шаг в комнату.       Дерексис цокнула, поддевая кончиком языка верхнюю губу, и медленно прошла мимо Малфоя, а затем, переглянувшись с Гермионой, вышла прочь.       Дверь за Грейнджер закрылась.       — Интересно. — Она опустила глаза на зажатую в ладони цепь и слегка потянула её на себя.       Малфой развернулся к ней лицом, и шумно выдохнул.       — Я бы даже сказала — экзотика. Что она собиралась делать?       — Играть на моих нервах. — Голос Малфоя охрипший, сухость во рту.       — Я с ней позже разберусь. — Гермиона обернулась на дверь и тут же заперла её, накладывая Силенцио на помещение. — Пока что в моём расписании ты.       Он сощурил глаза, еле слышно хмыкнув. Задрав голову, Драко сглотнул слюну, и кадык плотно прижался к чёрной коже ошейника. Гермиона следила за ним, опустив глаза ниже подбородка. За ней стоило и самому понаблюдать. Как она медленно накручивала цепь на ладони, натягивая её и вынуждая наклониться. Идти к ней.       — Тебя, вижу, устраивает положение дел, — произнёс сурово, и Грейнджер даже замерла, подняв взгляд к его лицу.       — Каких именно? — Она смяла губы, вскинув брови. — Меня, наоборот, многое не устраивает. Есть кое-что очень паршивое. — Они молчали секунд пятнадцать. — Стоит передо мной.       Одно её присутствие начинало дико заводить Малфоя. Позиция Грейнджер, чёртова гордость и утрированный эгоизм, припорошенный сарказмом. Теперь его ничего не держало, кроме чёртовых магических наручников.       — Сними их, — не просил, а прямо приказывал, срывая с губ Гермионы усмешку.       — Подойди, — улыбнулась она, натягивая цепь. И взгляда от него не отводила.       Он знал эти глаза. Как хорошо он их знал. Настолько, что внутри всё переворачивалось, словно бунтовало. Ни капли подчинения. Несмотря ни на что.       — Грейнджер. — Драко вдохнул полной грудью, расправляя плечи, и Гермиона напрягла руки.       — Ты не в той ситуации, чтобы диктовать условия. — Она хитрая и улыбалась так, словно они не в допросной, а где-то на пикнике в непринуждённой обстановке. — Но мои тебе тоже должны понравиться, только не сопротивляйся.       И Гермиона дёрнула его сильнее, заставляя идти навстречу. Не спотыкаться, но сокращать расстояние между ними, пока в один миг не осталось и пары сантиметров. Она ниже ростом — подняла голову. Цепь звенела где-то у её бёдер, а Драко разрывало на части от остроты ощущений. От близости к ней. Хотелось бы проучить, заставить её искать оправдания, извиняться за то, что он до сих пор здесь. Настолько его сжигал гнев. Но стоило только на мгновение задуматься, как кисти рук освободились от магических тисков, а Гермиона продолжала смотреть ему в глаза с той же ухмылкой. Которую переняла от него самого.       — Пожалуй, оставлю этот атрибут. — Грейнджер потянула Малфоя на себя, крепко сжимая железо. — Никогда не думала, что тебе пойдёт такое амплуа.       — Какое? — выдохнул Драко, соприкасаясь с ней лбами. Удивительно, что ему ещё окончательно не сорвало крышу и он не сгрёб Гермиону в охапку.       — Быть моим пленным. — И его сорвало.       Грейнджер чуть ли не подавилась воздухом, когда он подкинул её на руки, ощущая родную, знакомую тяжесть и скрещённые ноги на пояснице. Цепь теперь надёжно зажата между ними — Малфой чувствовал, как железные кольца впивались в ткань одежды и так кстати давили у паха и её промежности.       — Стало быть, Финволтер не должна была идти к Тонкс? — спросил он Гермиону, и она неоднозначно на него посмотрела.       — Финволтер слишком много на себя берёт. — Драко прижал её к стене рядом с дверью. — Если она тебя заинтересовала, то мне придётся затянуть ошейник потуж…       Малфой затыкает её. Остервенело впивается в губы, кусает, лижет и сходит с ума от того, как Грейнджер ему отвечает. Их языки сталкиваются; Драко ласкает, хозяйничает в её рту и сдерживается, чтобы не закашляться. Гермиона бездумно тянет за цепь, ошейник давит на шею, пока её руки гладят и стаскивают одежду с плеч. Его сотрясает дрожь, он хаотично мажет губами по её щеке, челюсти, задирает серую водолазку, выправляя её из-под краев её джинсов.       — Не будем тратить время. — Грейнджер сбито дышит, пока Драко скользит по её телу руками и выдёргивает палочку из её чехла.       Они в один миг остаются без одежды; холод цепи заставляет резко дёрнуться, а Гермиона стонет. Драко касается её горячим членом, и его колотит от жара между её ног. Он ощущает его столь явно, что сносит крышу.       — Думал, что ошейник тоже пропадёт? — Грейнджер победно ухмыляется и тянет на себя, хитрость её глаз заволакивает и подчиняет.       Между ними уже давно эта цепь. И кто у кого на поводке, Малфой не знает. Он подаётся к ней ближе и толкается внутрь, дурея от узости и пульсации её стеночек. Гермиона сжимает его сильно, и он скользит в ней медленно, постепенно набирая темп. Звук шлепков, чавканья между ними заводит, заставляет её щёки алеть, и Драко ухмыляется сам. Как бы Грейнджер ни выглядела с этой хернёй в руках, она всё ещё остаётся такой же робкой.       — Что говорит Кингсли? — Он подкинул её на руках, выскальзывая и вновь проникая в раскрытое лоно.       — Он не… ох, не принял решения. — Она негромко стонала, цепляясь одной рукой за его плечо. — Но я работаю над тем, чтобы тебя оправдали.       — Уже не так плохо. — Он облизнул её губы. — Я вижу, ты очень соскучилась.       — Не сильнее тебя. — Гермиона выдохнула ему в губы. — Просто этот ошейник… Я не могла пройти мимо.       — Маленькая лгунья, — хмыкнул он, насаживая её на себя до упора и заставляя громко кричать. — Кто бы знал, что эта комната скрывает отнюдь не стоны боли.       — Посмотрим. — Судя по бешеной пульсации, Грейнджер была на грани. — Может, я тебя ещё успею придушить…