Через замочную скважину

      Она слышит пьяный голос Нотта сквозь дрёму. Смех Забини и ворчание Рона. Недовольство Пэнси и цоканье Джинни, а потом грохот от падения стула и вздох Гарри. Именно из-за этого Гермиона приоткрывает глаза и дёргается. Все в гостиной затихают, а она испуганно отрывает голову от тёплой груди Малфоя.       — Сами разберутся, — говорит он, и его рука соскальзывает со спинки дивана к её талии. — М? Ещё болит?       — А? — Гермиона вроде не говорила, что чувствует себя не очень, но, кажется, Драко ещё может её удивить. — Почти нет, — отвечает она и укладывает голову обратно.       — У меня ощущение, что после них, — Блейз откидывается на спинку кресла и указывает рукой с бокалом на Малфоя, — акция «Отношения без срачей» закончилась.       — Пф, напомнить, что было до? — закатывает глаза Джинни, пока Драко хмыкает. Гермиона выдавливает из себя улыбку, ютясь у него под боком.       А что было до?       — Ты придираешься, — хохмит Забини.       — Отстань от неё, — пихает его в колено Тео. — Просто Поттер ссыкует перед Пэнс.       — Ничего подобного, — фыркает Рон.       Они спорят без напряжения, хоть Гермиона немного переживает. Драко попивает огневиски, и она чувствует лёгкое головокружение. Гермиону клонит в сон, но боль и спазм не отпускают. Живот скручивает. Странное ощущение. Она вслушивается в разговоры друзей, пытается запомнить их лица, но чем дольше смотрит, тем сильнее хмурится.       Этого ведь не может быть?       — Отдыхай, — голос Малфоя мягкий, добрый, приятный, точно окутывает в махровый плед. — Спи.       Спи.       Ничего странного, но… почему ей так тревожно? Она слышит, как Джинни начинает спорить, встаёт с места и что-то доказывает Забини, грозясь на них с Драко пальцем. Он настороженно обнимает её крепче, но Гермиона не чувствует… прикосновения.       — Она не должна! Мы не должны!       И Гермиону дёргает за пупок, становится больнее, и хочется кричать, но она… не может. Мерлин! В этот раз Гермионе не удаётся даже пошевелиться. В груди ноет, бьёт током, и паника нарастает.       — Хватит спать! Мы уходим! Давай! — Джинни налетает на них с Драко, но ровным счётом происходит ни-че-го.— Гермиона!       — Грейнджер, очнись! Не спи, твою мать! Грейнджер! — Злой. Раздражённый. Гнев. Гнев.       Драко!       Гермиона подрывается с места, хватая ртом воздух. В горле сухо, режет, стягивает. Она тут же кашляет, не владеет собой, дезориентирована и напугана.       — Слава Мерлину! — как под толщей воды, на самом дне она слышит голос Джинни.       — Всё, тихо! — Гермиона дёргается, вырывает руки, когда чувствует тяжёлую хватку на кистях.       — Малфой, полегче, она еле оклемалась после этой херни! — наезжает Рон, но Драко плевать. Он даже не слушает его.       — Посмотри на меня, котёнок, — он говорит тише, другие не слышат, зато Гермиона реагирует — до слёз. — Грейнджер, посмотри.       — Драко. — Она наконец-то вздыхает полной грудью и расслабляется. — Драко!       Всё будто становится на свои места: вот её реальность. В ней нет вечерних посиделок, нет дружбы между всеми — дай Мерлин сохранить то, что осталось. Война. Везде война.       Гермиона падает ему в руки, но дышать ещё тяжело. Он гладит её по спутанным волосам, спине, а она сжимает чёрную кожу его куртки.       — Выпей воды, — просит он, подавая стакан. — Станет немного легче.       — Её нужно показать колдомедикам, — предупреждает Рон.       — Малфой её осмотрит, — спокойнее говорит Джинни. — У нас пока нет возможности вернуться ни в штаб, ни тем более в Мунго.       — Что произошло? — хрипло спрашивает Гермиона.       — Ты надышалась испарениями с какой-то волшебной примесью. — Уизли подходит ближе, но сохраняет дистанцию, словно Малфой держит барьер. — Что ты чувствовала?       — Дурман какой-то, — Гермиона облизывает губы, — и… вы… как во сне. — Жмурится, сглатывает и льнёт к Драко, словно у него куда удобнее, чем на диване.       — Надо сказать об этом Тонкс и Люпину, — предлагает Джинни. — Мы пойдём. — На что Малфой кивает. — Дайте знать, когда присоединитесь.       — Но… Джин! — кривится Рон.       — Идите, — соглашается Гермиона. — Гарри нужна помощь, и не только ему…       Гермиона чувствует себя лучше через час. Может, больше. Но уже ясно соображает и двигается ровно. Она выходит из гостиной в прихожую, упираясь взглядом в спину Малфоя. Он напряжён и держит палочку наготове, точно вот-вот прилетит залп.       — Знаешь, что показалось мне странным во сне? — спрашивает она, и Драко поднимает руку, чтобы Гермиона нырнула к нему под бок. — Ты был слишком мягок.       — Хн, — Малфой усмехается, — удивительно, что пришлось быть таким, чтобы натолкнуть тебя на эту мысль.       — И ты не называл меня котёнком. — Она не может не улыбнуться, а щёки сразу краснеют.       — Ты вынудила, Грейнджер, — выдыхает Драко и прижимает к себе крепче. — У тебя не было пульса в какой-то момент. Поэтому, если тебе не хватает мягкости, это можно исправить. — Он разворачивается вместе с ней, крепко сцепляя пальцы на её пояснице.       — Меня всё устраивает, а дальше посмотрим. — Гермиона смотрит на его губы, и Малфой наклоняется ближе, опаляя горячим дыханием. Грейнджер нежно целует его в ответ и вдыхает полной грудью.       В ней нет тревоги. Только горячие удары сердца — её реальность.