Мальчик скейтер, Унсдэй, майский вечер

Андрей сидел в недоумении, молча смотрел в глаза друга, пытаюсь переварить сказаные слова. С его уст сорвалось лишь тихое: - Ч-что? - Прости, я не мог не сказать, мне было так сложно сдержаться, я так хотел признаться тебе, так хотел обнять тебя. Конечно, я не думал, что это взаимно, но надежда умирает последней, не так ли?- Андрей попытался разрядить обстановку, даже натянул улыбку, но все было тчетно, возлюбленный все ещё сидел, непонимая как реагировать. Спустя минуту, которая для Андрея растянулась в бесконечные часы, любимый всё-таки решил открыть рот: - Я-я не понимаю, как, как такое могло произойти? Мы же были лучшими друзьями, как ты мог предать нашу дружбу? Ты самый настоящий эгоист!- Андрей вскочил со стула и быстрым шагом, почти бежав, вылетел из палаты. На глазах были слезы, сопли тонкой струйкой текли из носа, мысли смешались в клубок, у которого не было конца. Он не понимал что делать, куда идти? Он даже подумать не мог, что такое могло произойти, все было так хорошо, этот день остался в памяти Андрея навсегда. Андрей, оставшийся один в палате, вновь посмотрел на потолок, глаза начали заполняться слезами и течь по вискам, на подушке медленно стали образововаться мокрые пятна. Мальчик не знал, что ему делать, зачем он сказал, зачем он испортил себе жизнь, теперь у него нет лучшего друга, нет любви всей его жизни. Он хотел умереть, убить себя прямо здесь, хотел проволиться сквозь землю, чтобы никто, никогда не вспоминал его, чтобы все забыли про его существование и жили как обычно, ведь то, что он сделал наверняка скоро узнает всё его окружение, все начнут издеваться над ним и он останется совсем один, никому не нужный, маленький, забитый в угол лжи и отчаяния, мальчик. Мысли заполняли его голову и она раскалывалась от боли, сердце бешено стучало, будто поезд по рельсам. С каждой минутой ему становилось все хуже и хуже, он начал задыхаться от страха, воздуха совсем не хватало в лёгких, он пытался вдохнуть как можно больше, но ничего не получалось, паническая атака одолевала его. Все тело начало трясти, он был уже не в этой реальности, он был где-то в другом месте, точно не здесь и точно не сейчас. От стресса Андрей отключился, ему начали снится кошмары, самые страшные кошмары, которые только можно представить. Все самые ужасные монстры, самые противные страхи и самые кровожадные маньяки заполонили разум Андрея, его телом управлял уже не он, им управлял кто-то другой. Возлюбнный Андрея медленно шёл по тротуару, смотря вдаль пустыми глазами. Ноги становились ватными, голова тяжёлой, тело совсем не слушалось, качалочь то вправо, то влево. Он плюхнулся на газон, раннее мягкий и приятный, но сейчас холодный и режущий, облакотился на дерево, одиноко стоящее рядом и начал реветь, реветь взахлёб, он кричал от боли, душевной боли, которая так коробила его. Он падал на колени, катался по газону, рвал волосы и бил землю, пытаясь утихомирить внутреннюю боль, но она становилась лишь сильнее, с каждой минутой он чувствовал себя все хуже, ненавидел этот мир, Андрея и главное себя. Зачем он сказал те слова, он мог бы и признать в том, что тоже любит Андрея, уже очень давно.