shooting star (i’ll always catch you).

Минги все же просыпается раньше Юнхо. Сон жмурится, чувствуя, как бьет по закрытым глазам, и переворачивается на другой бок, носом уткнувшись в чужое плечо. С самого утра это так классно… Любимый человек под боком в кровати, никуда не нужно торопиться, можно весь день провести вдвоем. Осторожно касаясь чужого плеча носом, Сон с улыбкой вдыхает, усмехаясь, и широкой ладонью накрывает прохладную кожу, тут же слыша довольный смешок. Не спит уже? — Привет, умничка. — Юнхо хрипит после сна, и Минги готов его слушать вечно. В своей кровати ему никогда не было так спокойно и хорошо. Чон тихо усмехается, не поворачиваясь, и чуть ближе прижимается к парню, греясь о его горячую грудь. — Чего не спишь? — Не хочу. А ты? — И я. Чон ждёт пару секунд, а после переворачивается на другой бок и встречается с чужими коричневыми глазами. Они безумно красивые, особенно когда на них падает свет, и о них невозможно просто сказать, что они красивые. Это совсем не подойдет. На губах расползается мягкая улыбка, и старший, пододвинувшись почти в упор, ладонь запускает в любимые короткие волосы, широко улыбаясь и наводя на чужой голове еще больших беспорядок. От этой картины в груди щемит, потому что с самого утра это так великолепно нежно и безумно приятно… — Ты такой красивый, Минни. — Юнхо бормочет тихо, говоря тише, чем секундами раннее, и хихикает, когда Сон легко жмурится от смущения. Милашка. — Хорошо спал? Выспался? — Угу, а ты? — С тобой замечательно спится. — Чон мягко бормочет, прикрыв глаза, и пальцами до чужого уха добирается, теребя мочку пальцами. Привычка. — Пойдем в душ? Сначала на бедро младшего легла горячая рука, вроде как чуть поглаживая, вроде как — ни при чем. А следом кожи за ухом касается горячий язык. Ну естественно, как же без этого. — Юнхо, в душ, а не трахаться на всех поверхностях моего дома. — Сон тихо хмыкает, поднимаясь, и почти из комнаты выходит, как слышит, что Чон от его высказывания смешком давится и подскакивает, быстрым шагом идя за парнем, что спешно удаляется в ванную. Наглый! — Минги, открой иначе я тебе дверь выбью! — Юнхо шутливо повышает голос, ногтями скребет по дереву и скулит, когда прямо перед его носом самым наглым образом захлопывают дверь. Это что за такое, простите? Юнхо не слушаются? — Не открою. — Сон тихо усмехается из-за двери, включая воду, но Юнхо все еще скребется, пока через пару минут не слышит тихий стон своего парня. Так, это что он там без Чона делает? — Минги, живо открой дверь! — Чон облизывает вмиг пересохшие губы, прикрывая глаза, пока уши ласкает более звучный и довольный стон. Сразу по стойке смирно встает все, что только может. Минги прекрасно знает, что Юнхо с ума тут сходит, за закрытой дверью. — Быстро, я тебе сказал! — Нет, Юнх… Мм, боже… — Минги обрывается на полуслове, сжимая сосок длинными пальцами, пока второй рукой себя растягивает, и мычит, усмехнувшись. Ему слишком хорошо от осознания того, что он держит зверя на коротком поводке. От этого только сильнее сводит под кожей. — Малыш, молю, открой дверь, пожалуйста… — Юнхо меняет тактику, сжимает член через штаны, почти скуля под дверью, словно ручной пес, и натурально скребется ногтями об дверь. Минги от этого смешно, потому что Чон даже при огромном желании сюда не попадет, если Сон ему не откроет, а хочется-то пиздец как… — А может я хочу долго тебя мучать, хен? Может мне нравится, мм… Боже, как хорошо… Юнхо готов просто разорваться. Он дергает ручку, хныча, и через минуту Минги все же тянется и открывает дверь. Чон заходит тут же, рывком с себя стягивая одежду, и в душевую кабину заходит, обхватывая бедра Сона цепкими пальцами и рыча в его влажную от воды шею. Кожа на бедрах парня чуть покрасневшая, а в местах, где Чон сжимает пальцами, чуть белая. Сексуально, безумно красиво, великолепно. У него в душе буквально все переворачивается, когда он видит, как младший себя растягивает, прикрывая глаза. Чон помнит, как Минги прикусывал уголок подушки в попытках заглушить себя, когда они занимались сексом вчера утром, и это была самая горячая картина в его жизни. — Моя умничка, мой хороший мальчик, какой же ты замечательный… — Юнхо сокровенно шепчет в жилистую шею парня, тесно прижимаясь сзади, и обводит руками мясистые бедра, пока зубами цепляет мочку, прикрыв глаза. Кожа Сона гладкая и мокрая от воды, и Чон не может как следует сжать кожу на его бедрах, и это злит. Очень злит. — Да, папочка? — Минги шепчет игриво, с усмешкой, и явно не воспринимает это обращение всерьез, а Чон на такое баловство рычит, оставляя укус на чужом плече. Ему хочется, чтобы младший его на коленях умолял, выпрашивал, смотрел своими громадными глазами, но вместо этого он с усмешкой смотрит на Юнхо, совсем распоясавшись, без разрешения себя растягивает и смеётся старшему в лицо, когда тот рычит. Совсем страх потерял! — Ты совсем страх потерял, Минги? — Чон хрипит в чужое ухо, хлестко шлепнув младшего по бедру, и грубо оттягивает его голову за волосы, оставляя багровый засос на плече. — На колени. — А еще чего? Размечтался. Сейчас сам встанешь на колени передо мной, хен. — Юнхо от такой наглости аж в ступор впадает, знатно обалдевая, а Минги на это ухмыляется, разворачиваясь и давя на чужой затылок. Юнхо с затуманенным взглядом покорно опускается, смотря на чужие сладкие губы. Минги обожает, когда Чон подчиняется беспрекословно. — Поработай ртом. Ты ведь умничка, хен? — Теперь Минги перенимает роль Юнхо, сыпя всяческими прозвищами, и Чон буквально желает заскулить от того, насколько это горячо. — Д… Д-да. — Юнхо почти блеет, заломив великолепно красивые брови, и чужой член обхватывает ладонью, тут же накрывая головку губами. Чон старается. Размеренно двигая головой, старший незаметно надрачивает в такт своей голове, скрываясь, чтобы Минги не увидел. Ему катастрофически сильно нужно прикоснуться к себе, иначе он отключится. И Сон специально не говорит ничего, хотя увидел сразу же. Ему нравится издеваться. Сон запускает ладонь в чужие русые волосы, перебрав между пальцами пряди, и легко тянет ближе к себе, заставляя член скользнуть глубже в чужое горло. О боги, в Юнхо горячо. Очень. — Сегодня снизу будешь ты. — Сон довольно усмехается, тут же мыча, когда Юнхо чуть ускоряется. А что он думал, что Минги ему вечно будет подчиняться? Хер там плавал. Чон уже почти доходит до пика, как вдруг слышит строгое «я не разрешал тебе кончать». От этого только сильнее в животе сводит, и парень все же спускает себе в ладонь, рыча и посылая вибрацию по чужому члену. Минги грубо, жестко отстраняет старшего, потянув за волосы на затылке, и легко хлопает по щеке, буквально заставляя Юнхо скулить, смотря на Сона снизу. Этот покорный, открытый взгляд заставляет чуть ли не кончить на месте. Минги давит на чужой подбородок большим пальцем, заставляя открыть рот, и хмыкает, бормоча хриплое «высунь язык, хен». Это горячо, и Юнхо послушно высовывает язык, принимая горячую сперму, которая толчками выплескивается на влажные щеки, язык и подбородок. — Вот так, Юю, — Сон мурчит, усмехаясь, и смазывает сперму с губ своего великолепного парня большим пальцем. Умничка. *** — Минни, ну долго там еще? — Юнхо, когда они все же отлипают друг от друга, обнимает младшего поперек живота и недовольно бурчит, когда тот снова еду на сковороде накрывает крышкой. Сон на это лишь терпеливо вздыхает, качнув головой, и хмыкает. — Юнхо, ну только десять минут жарится, чего ты как маленький! — Минги стряхивает сок с лопаточки в сковороду, закрывая крышку, и после мягко головой качает. Юнхо правда как будто никогда не готовил. — Это же мясо, а не овощи. — Ну прости, я же не знаю, я готовить не умею… — Чон мурлычет в любимую шею, легко пробежавшись пальцами по ребрам, и с улыбкой вздыхает, опустив Сону подбородок на плечо. Какой же он замечательный… — Не надо злиться… — Да не злюсь я. — Младший вздыхает, головой качнув, а после кладет лопаточку на подставку и к Юнхо поворачивается. Тот дует свои сладкие губы, гладя Сона по животу, и языком играется с мочкой, заставляя Минги прикрывать глаза и тяжело дышать. И как им жить спокойно? — Юнхо, не надо есть меня вместо завтрака. Иди лучше заправь кровать. — Минни, ну не бурчи, иди ко мне…— Старший довольно урчит, по-хозяйски обнимая парня за пояс, и целует сладко, тягуче, прижав тазом чужие бедра к тумбе. Он уже соскучился, ему хочется трогать Минги бесконечно. Губы скользят по чужим вечно сухим и колючим, и от этого по спине снова бегут мурашки. Руки сами опускаются на бедра Минги, а зубы легко прикусывают нижнюю губу парня. — Ты такой великолепно красивый, умничка, я схожу с ума. Почему я не могу любоваться тобой каждую секунду своей жизни, скажи мне? — Чон улыбается, бормоча негромко, и совсем тихо слышно, как хрипит его голос, потому что Минги брал его вчера очень много и хорошо. — Таблетку выпей, любователь, хрипишь весь. — Заставишь меня охрипнуть окончательно, умничка? — Юнхо игриво шепчет, довольно урча, и забирается под широкую футболку длинными пальцами, парня за талию притянув к себе. Тазом к чужому прижимается и снова в поцелуй затягивает, Минги нагло хватая за задницу. Не дает отстраниться, жадно кусает сухие губы Сона, ладонями шарит от бедер до лопаток, и ближе приникает, не давая Минги даже вздохнуть. Наощупь сдвигает с плиты сковороду, чтобы ничего не дай бог не пригорело, и ее выключает полностью, следом возвращаясь обратно к общупыванию своего парня, но в итоге просто крепким рывком тянет его на себя и спиной идет к ближайшей лежачей поверхности, утягивая Минги за собой. Ему хочется еще.