shooting star (i’ll always catch you).

— Сан-а, я возьму? — Уен, подойдя к парню сбоку, показывает ему маленькую упаковку чипсов и неловко переминается с ноги на ногу, прикусив губу. Ему так неловко тратить деньги Сана, но ему так хочется чипсов… — Просто… у меня зарплата еще не пришла, но я тебе потом обязательно верну! — Солнышко, конечно бери, почему ты спрашиваешь? И мне не нужно ничего отдавать, ну что ты там надумал. И ты уверен, что тебе хватит этого? — Чхве, оторвавшись от чтения состава на упаковке йогурта, поднимает бровь и окидывает взглядом малюсенькую пачку. — Она ведь маленькая. Очень. — Н-нет, все хорошо. Мне хватит. — Чон бормочет, головой качая, а после руку опускает и уходит, что в положить на место. Его совесть сожрет, если он съест эти чипсы. — Солнце? — Сан оборачивается, не видя Чона, и хмурится, а после оборачивается и видит, как младший чипсы на место кладет, нос вытирая. Снова себе что-то надумал? — Солнце, иди сюда. — Чхве ставит на пол корзинку и раскрывает руки, прижимая к себе расстроенного Уена. Тот прячет лицо в чужой груди, шмыгая носом, и старший видит, как его руки повисают вдоль тела. Сана очень беспокоит психика Уена и то, как у него скачут эмоции. Надо ему предложить провериться, вдруг это что-то серьезное? — Ты чего? — Сан бормочет, поднимая руку, и осторожно перебирает чужие волосы, пытаясь Уена успокоить. — Я не знаю… — Уен бормочет, пожимая плечами, и кусает дрожащую губу, опустив глаза. Он такой ужасный… — Давай возьмем большую пачку? — Чхве говорит осторожно, мягко, как с ребенком, и бережно гладит по щекам, смотря в глаза. Ему важно, чтобы Уен был рад, а не расстраивался. — Поедим вместе, хорошо? Чон кивает, и уже через десять минут они сидят в машине на заднем сиденьи. Чхве полусидит, облокотившись на дверь и откинув голову на стекло, а Уен лежит головой у него на плече. Сан очень загружен. Он не знает, как сказать Уену о том, что ему лучше пройти обследование, чтобы потом не стало хуже. Чон, кажется, чувствует все, и будто почти слышит мысли Сана. — Тебя пугает мое поведение, да? — Чон тихо вздыхает, щекой ложась на грудь Сана, а второй мягко накрывает голову Уена ладонью. — Немного. — Чхве тихо бормочет, осторожно прочесывая темные пряди, и оставляет мягкие поцелуи на затылке парня. — Всех это раздражает. — Уен жмёт плечами, усмехаясь, на что Сан тут же реагирует. — Ты не раздражаешь меня, котенок. Я просто волнуюсь за тебя. Была не была. — Уен-а, я думаю, что нужно проверить твое состояние у психиатра. — Чхве бормочет, а после тяжело вздыхает и поджимает губы, мягко гладя Чона по плечу. — Меня очень беспокоит твои перемены в настроении. Я давно хотел предложить, но не осмеливался. Такие перепады настроения — нездорóво. — Хорошо. — Уен тихо усмехается, подняв уголок губ, и вздыхает, чувствуя себя внезапно пустым. Наверное, это конец. Его положат на госпитализацию, и Сан уйдёт. Кто будет встречаться с психом? — Мой знакомый сказал, что он свободен в любое время, и нам лучше поехать сейчас. Ты готов сейчас? Если нет, то может съездить завтра. — Поехали сейчас. — Уен кивает, и с Сана слезает, переходя на переднее сиденье. Он знает, что вечером, ну или ночью, когда его заберут, ему будет невыносимо одному, и он будет рыдать очень много, но раз Сан говорит, что нужно, значит, так нужно. *** Уен выходит таким же, каким и заходил, и рядом с ним Хэчан, поджавший губы. Сан бледнеет, когда видит это выражение лица. Что там такого произошло…? — Сан, сядь. — Хэчан тяжело вздыхает, кивая на лавку, и Чхве непонимающе на Уена оборачивается. Чон уже понимает, что Сан, скорее всего, разорвет их отношения и это, наверное, их последняя встреча. — Циклотимия, очень близкая к биполярному расстройству, и обсессивно-компульсивное расстройство, частые навязчивые мысли. Ему нужна госпитализация. Оплата будет минимальной, сам знаешь, мы ведь друзья. Лучше съезди сразу за его вещами, он здесь ненадолго, максимум на неделю. Поговорите тут пока, я за чеком подойду. Хэчан удаляется, а Сан поднимается и подходит к Уену, раскрывая руки. Чон в объятия шагает, крепко к старшему прижимаясь, и чувствует, как тот носом касается виска. Пока что нет слез. Никогда Уен не думал, что вот так он разойдется со любовью всей своей жизни. Он сломается без Сана. — Сможешь полтора часика без меня? — Чхве берет в руку ладонь Уена, мягко целуя холодные пальцы, и прижимает их к своей щеке, смотря в любимые теплые глаза. Ему жаль. — Я быстро соберу твои вещи, ладно? — Я все понимаю, Сан. — Уен бормочет, поднимая уголки губ, и тихо фыркает. — Иди. — Я быстро. *** Уен уже представляет, как надо будет снова проситься к друзьям переночевать на некоторое время, пока он не найдет квартиру. Ему надо будет найти еще работу, чтобы хоть как-то жить, восстановить связь с матерью, раз он теперь один, завести кош… — Милый, Боже, там такая холодрыга, это ужас! — Сан, распахивающий белую дверь, завозит в комнату новый Уеновский чемодан, и переобувается в резиновые тапочки, подтаскивая стул и садясь рядом с кроватью парня. — Я привез твою подушку сюда, чтобы тебе было удобнее спать. Чон вздрагивает от резкого звука, оборачиваясь, и застывает. Огромными глазами на парня смотрит не понимает, почему Сан вернулся. Он вообще нормальный…? Вернулся к своему буквально психически неуравновешенному парню. — Когда на месте врача будет Хэчан, я смогу оставаться на ночь, но это будет только три раза в неделю. Остальные дни тебе придется спать самому. Сан тяжело вздыхает, качая головой, и кладет голову на подушку, лбом касаясь Уенового. — Время быстро пролетит, солнышко. Надеюсь, ты будешь чувствовать себя лучше. — Зачем ты тратишь свое время на это всё? — Уен усмехается, поднимая уголок губ, и поворачивается на бок, касаясь пальцами щек парня, а после убирая редкие пряди со лба. Красивый, великолепный, статный… Разве больной Уен ему достойная пара? — В каком смысле «трачу», котенок? Я волнуюсь за тебя. — Сан непонимающе вздергивает бровь, параллельно стягивая куртку и вешая ее в небольшой шкаф. — Теперь ты знаешь, что я больной. Почему ты все еще здесь? — Чон хмурится, лежа под больничным одеялом, и комкает его в руках, поднимаясь на кровати. Ему действительно страшно, и он не понимает, почему Сан не ушел. Не понял? Уен ведь болен. — Почему я должен уйти? — Потому что я больной. Или ты еще не понял? — Уен как будто злится. Он шмыгает носом, легко мотает головой и всплескивает руками. Сан как будто сам не понимает! — Я больной, Сан. — И? Я тебя люблю. Любил до этого, сейчас люблю, и не перестану любить. Ты же не виноват в этом, и это не делает тебя плохим человеком. Я привык к тебе, и к этому тоже привыкну, малыш. Просто нужно будет проходить лечение. — Ты ненормальный! — Уен брыкаться начинает, когда Сан его обнимает, но безуспешно. Руки Чхве крепкие, сильные, и Уен только и может, что пытаться вырваться. Он зол. Он зол на Сана, потому что тот ненормальный, потому что беспечно относится к тому, с кем встречается. Уен болен на голову, а Сан все еще хочет с ним быть. —Уходить тебе надо, а не лежать со мной! — Уен, замолчи. — Сан рычит, не выдерживая, и к Чону в кровать залезает, прижав его к груди и не давая брыкаться. — Замолчи. Сейчас тебя полечат, а потом мы поедем домой и будем дальше жить. Ты меня понял, Уен? Чхве шипит, смотря Уену в глаза, и не дает ему отвести взгляд, и чуть голос повышает, но тут же тушуется и тяжело вздыхает, когда видит, как Уен сжимается. — Д-да… — Блять, прости, маленький. Прости. Я не хотел тебя пугать. — Сан тяжело выдыхает, обнимая парня за плечи, и гладит по голове. Он прижимается губами к чужой макушке и бережно гладит по шее, согревая теплом. Твою мать. Он, блять, повысил голос на своего парня. Он сам чаще всех говорил друзьям, чтобы не ругали Уена ни в коем случае, а в итоге сам проебался. — Я просто так волнуюсь за тебя… Прости. — Все в порядке, Сан-а. — Почему ты никогда не ругаешься на меня? — Чхве бормочет, с сожалением смотря Чону в глаза, и бормочет, гладя по щеке. — Почему ты не кричишь, не говоришь ничего, когда тебе что-то не нравится? Я ведь обидел тебя сейчас, повысил голос, почему ты не ругаешься? — Ты ведь будешь злиться на меня. — Маленький, нет! Я ведь обидел тебя. Почему не говоришь, что тебе обидно? — Я не знаю… Я не могу так. Мне легче перетерпеть. — Уен жмёт плечами, устраиваясь щекой на чужом плече, и гладит Сана по груди. — Он не давал мне выражать эмоции, все время затыкал, когда я пытался возразить, а теперь я не могу сказать, что мне не нравится. Знаешь, как будто барьер, и я не могу через него переступить. Я знаю, что ты не осудишь меня и не будешь смеяться, если я поделюсь чем-то очень сокровенным, но я все равно не могу. Я чувствую себя очень хуево из-за того, что ты мой самый близкий человек и тебе я доверяю больше всего, но все равно не могу рассказать то, что меня по-настоящему тревожит. Если я начинаю переступать себя и рассказывать свои тайны, то мне становится отвратительным сам этот факт. Как будто я слабак. — Я понимаю, солнышко. — Сан бормочет, поворачиваясь на бок, и гладит Чона по голове, убирая с лица темные пряди. Он представляет, как его мальчику тяжело. — Я понимаю. Ты не обязан мне рассказывать что-то, если сам не хочешь этим делиться. С тобой поработает психолог, с ним можно всем поделиться. Он может тебе помочь с выражением эмоций. — Я постараюсь, Сан-а. Я правда… я и сейчас стараюсь. — Уен шмыгает носом, вздыхая, и к чужой груди прижимается. Сан тут же обнимает парня за плечи, чтобы тот чувствовал себя защищенным. — Ты умничка, мой хороший. Мне главное, чтобы ты чувствовал себя комфортно. Ты не должен мне ничего доказывать, ладно? Если ты что-то говоришь, я тебе верю, маленький. — Чхве водит ладонью по чужому затылку, улыбаясь, и целует парня в лоб. — Я люблю тебя. — Пожалуйста, не бросай меня здесь. Я вылечусь и все будет нормально… — Уен шепчет, к старшему прижимаясь, и обнимает поперек корпуса. Ему страшно быть одному. Он за Сана держится, как за спасательный круг, и в шею веснушчатую утыкается носом, выдыхая судорожно. Он так боится остаться один. — Я не уйду, малыш. — Чхве улыбается мягко и крепко обнимает Уена за пояс, гладя между лопаток. — Все будет хорошо, маленький, все будет в порядке. То, что ты чем-то болеешь, не поменяет наши отношения. Просто нужно будет лечиться и ходить к психологу и психиатру. Отдохнёшь от работы годик, восстановишься, а потом посмотрим, что дальше делать. — Годик? Ты сдурел что ли, Сан? — Уен подскакивает, поднимая брови, и на парня смотрит как на сумасшедшего. — А как мы жить-то будем? — В каком смысле? Ангел, я, вроде бы, достаточно зарабатываю, чтобы спокойно обеспечить нас двоих. — Чхве смеётся тихо, смотря на чужое шокированное лицо, и улыбается. — Малыш, почему ты так смотришь? Что в этом странного? Многие люди так живут. — Так ведь… нельзя! Сан, я ведь могу работать! Мне не трудно… — А я не хочу, чтобы ты работал. Я хочу, чтобы ты радовался жизни, отдыхал и посвящал себя своим хобби, хорошо? — Чхве ловит чужие руки, мягко расцеловывая, и гладит по пальцам. — Просто отдыхай. — Сан, я… — Малыш, я понимаю, что ты чувствуешь вину, но тебе правда ничего не нужно делать. Если у тебя будут силы, можешь убраться или приготовить, но тебе не обязательно это делать, ладно? Просто отдыхай. — Я… постараюсь. — Поговори об этом с психологом, хорошо? Возможно, он сможет чем то помочь. — Мне самому нужно это проработать… — Он поможет, солнышко. Хотя бы сможешь поговорить с ним, если не хочешь об этом говорить со мной. — Сан-а, я хочу! — Уен поднимается на постели, активно жестикулируя, но Сан слышит, как его голос дрожит. — Я хочу, я очень хочу поговорить с тобой об этом, просто… я не могу. Я просто не могу через себя переступить и от этом поговорить с тобой, хоть и очень хочу. Я— — Маленький, я понимаю. — Сан мягко парня перебивает, видя, как в глазах Уена собираются слезы, и осторожно гладит пальцем по щеке, следом касаясь своим лбом чужого. — Прости, что перебил. Я понимаю, солнышко. Я не обвиняю тебя в том, что ты не можешь со мной что-то обсудить. Просто говорю, что это стоит обсудить с психологом, если не можешь со мной. Такое бывает, маленький, я никогда в жизни не буду тебя винить за это, и уж тем более давить, чтобы ты мне все рассказал. Ты сам взрослый человек, Уен-а, я не имею права на тебя давить. — Я тебя люблю… — Уен шепчет, всхлипывая, и лицом зарывается в крепкое плечо своего парня, взвывая и сжимая в кулаках черную футболку Сана. Ему так тяжело… Он хочет отпустить прошлое, но оно оставило столько шрамов, что теперь все эти проблемы будут с ним постоянно… — И я тебя люблю, солнышко. — Чхве шепчет, крепко обнимая парня, т покачивает в теплых объятиях, давая проплакаться. Уен действительно очень много переживает, ему нужна помощь, чтобы не стало хуже. Сан вздыхает, а после и сам чуть не плачет, утыкаясь в макушку Чона. Младший отстраняется, когда Сан шмыгает носом. — Ты-то чего ревёшь, дурак? — Уен смеётся сквозь слезы, поднимая руки, и с чужих щек стирает крупные капли слез, на что Сан так же смеётся, пока новые капли бегут по уже пролившимся мокрым дорожкам. — Я тебя люблю, котенок. Просто… Я не смогу словами выразить, насколько я тебя люблю, солнышко. — Сан шепчет, из его глаз льются новые слезы, и Уен осторожно его голову склоняет к своей груди, мягко улыбаясь. Он тоже плачет, но… все хорошо. — И я тебя люблю, Сан-а. Очень очень. — Чон шепчет, обнимая парня за шею, и его волосы становятся мокрыми от слез Уена. Младшиймягко парня гладит по спине, шмыгая носом, и смаргивает слезы с глаз. — Я тебя люблю. *** После первого сеанса с психологом Уен выходит спокойным, но после второго он за двадцать минут до конца выходит настолько зареванным, что у Сана, кажется, случается сердечный приступ. Старший с лавки подрывается, подбегая к Уену, и тот тут же Сану в грудь утыкается носом, буквально рыдая. Он обливается слезами, соплями, тяжело дыша, и цепляется за плечи Чхве, почти на него залезая, и Сана это до трясучки пугает. Он мягко, осторожно младшего обнимает за пояс рукой, чтобы не душит, и бережно гладит по голове, оставляя на взмокших висках поцелуи. — Солнышко, как я могу помочь? Может водички? — Сан бормочет, осторожно прочёсывая волосы парня пальцами, а тот головой мотает. Цепляется за Чхве, а по его щекам буквально текут ручьи слез. Ему так тяжело без Сана… Он не зависим от него, но когда дело касается слез, ему необходимо, чтобы Сан был рядом. Он не может плакать один. Ему нужно уткнуться носом в грудь своего парня, ему нужно, чтобы его крепко обняли, погладили по голове, поцеловали и сказали, какой он хороший человек. Уен шмыгает носом, вытирает лицо рукавом, а после отстраняется и собирается обратно уйти, но Сан его за руку тормозит. Мягко притягивает обратно к себе, приподнимая его голову за подбородок, коротко целуя в лоб. Они оба не особо любят поцелуи в губы. — Все в порядке. — Уен бормочет, прижавшись лбом в ключицам парня, и шумно вдыхает его запах, крепко обнимая. — Мне просто нужно было выплеснуть эмоции, а без тебя я этого сделать не могу. — Хорошо, солнышко, я понял. — Сан шепчет, оставляя на макушке парня мягкий поцелуй, и легко похлопывает по спине, когда младший отстраняется. — Если что, я пока в магазин схожу, не теряй, если выйдешь раньше. — Хорошо. — Чон разворачивается, уже собираясь уходить, но оборачивается, пройдя всего пару шагов. Сан не отворачивался вовсе. Он видит чужие черные глаза, которые блестят от недавних слез, искусанные губы, и делает большой шаг навстречу. Уен тоже делает шаг, и носом тут же прячется в грудь Сана, крепко обняв за пояс. Судорожно вдыхает терпкий запах духов Чхве, чувствуя легкое головокружение, и шмыгает носом, а Сан вплетает пальцы в волосы младшего, массируя кожу, чтобы не болела голова. — Я рядом, солнышко. — Чхве шепчет, губами прижавшись к макушке парня, и улыбается уголками губ. — Ты умничка. *** — Сан, зайди пожалуйста. — Минхо, близкий друг Сана и Хэчана вздыхает, выпуская Уена из кабинета, и кивает парню, чтобы он зашел. Чон мягко хмурится, садясь на лавку, и терпеливо ждёт, и Сан коротко целует его в макушку, прежде чем скрывается в кабинете. — Я поговорил с ним, думаю, ты видел, как все пошло. — мужчина вздыхает, качая головой, и кладет планшет на стол. — У него большая проблема со сдерживаемыми эмоциями, ты сам, думаю, понимаешь это. Как бы страшно это не звучало, ему нужно чаще плакать, чтобы не держать все в себе. В таком состоянии для него это ужасно вредно, поэтому лучше почаще общаться с ним о его эмоциях и давать ему все выплеснуть. Это должно помочь. А еще у него тревожный тип привязанности, и ему нужно очень много внимания. — Хорошо, я понял. — Чхве кивает, вздыхая тяжело, и облизывает сухие губы. Он ужасно волнуется за Уена. — Я не могу рассказывать суть разговора, Сан, это врачебная тайна, но я просто скажу тебе, что ему не давали выражать эмоции от слова совсем, и у него блок. Скажу прямо: эту проблему решить очень трудно, и он вряд ли начнёт тебе что-то говорить даже после сеансов, у него огромные проблемы с доверием. Но он доверяет тебе, и этот блок не зависит от тебя и от вашей эмоциональной близости. Также проблема с навязчивыми мыслями, и это тоже не твоя вина. Он думал, что ты его бросишь здесь еще вчера, но ты здесь, и он считает себя недостойным. Ему нужно поднимать самооценку. Короче, будь с ним рядом и всегда поддерживай по любой мелочи, ясно? — Ясно. Чхве кивает, и выходит с чужим махом головы. Он даже не думал, что все так серьезно… Чхве поднимается, пожав парню руку, и кланяется, а после выходит и тихо прикрывает за собой дверь. Бедный его мальчик… — Как ты, солнце? Сан наклоняется, мягко гладя Уена по голове, а тот глазами хлопает, поднимаясь и ловя чужую руку. — Да я нормально… Что тебе сказали? — Что тебе нужно больше отдыхать. — Сан гладит парня по голове, улыбаясь, и тихо смеётся, когда Уен краснеет от такого пристального взгляда. — Чего ты так смотришь? — Чон лепечет, краснея всеми щеками, и смущается, голову наклоняя, а Сан только шире улыбается, подхватывая парня под бедра. Тот вскрикивает и обнимает Чхве за шею, жмурясь. — Я тебя люблю, солнышко. Ты даже не представляешь, насколько сильно я тебя люблю. — Чхве шепчет, утыкаясь носом в нежную кожу, и оставляет легкие, бережные поцелуи на шее, крепко держа за бедра. — Господи, я хочу тебя украсть и никому никогда не показывать, чтобы тобой мог любоваться только я. — Ты совсем дурачок что ли? — Уен беззлобно бормочет, тихо смеясь, и мелко дрожит от поцелуев в чувствительную шею. — Да, я вообще сошел с ума. — Сан смеётся, широко улыбаясь, а после отстраняется, смотря парню в глаза. — я тебя обожаю. *** — Солнышко, может хочешь что нибудь? — Сан бормочет, лежа на боку рядом с Уеном, и мягко перебирает волосы младшего, пока тот смотрит фильм на ноутбуке. Уен уже три дня здесь, и пока что Чхве не видит особо ярких изменений, но сам Уен говорит, что ему легче. Дай бог. — Не знаю. Хочу… что нибудь. — Чон вздыхает тяжело, притираясь щекой к чужому боку, и дует губы. — Давай я закажу роллы, м? — Давай! — Уен широко улыбается, кивая, а после ставит фильм на паузу и отставляет ноутбук на тумбу, следом забираясь Сану на бедра. Довольно мурлычет что-то себе под нос, облизнувшись, и к чужому лицу наклоняется, смотря в глаза. Что происходит? — Котенок, что ты делаешь? — Чхве тихо усмехается, кладя ладони на бедра парня, и качает головой, когда тот хищно обводит взглядом Сановы губы. Что же это? — Я соскучился. — Уен шепчет, улыбаясь, и наклоняется к Чхве, усмехаясь и довольно мурча. — Мой самый сильный, самый красивый мужчина… А еще хочу отблагодарить за роллы. — Солнце, ну тебе же Хэчан сказал, неделя покоя… — Сан-и, ну один разок. — Уен мягко бормочет, надув свои замечательные губы, и заламывает брови, зная, что Сан не устоит. Парень плавно, с оттягом трется о Сановы бедра, проезжаясь задницей по чужому паху, и с еле заметной ухмылкой ловит шумный выдох и тяжелый взгляд черных глаз. — Пожалуйста… — Уен, мы в больнице вообще-то находимся, а не дома… — Сан шипит, чувствуя, как стремительно нарастает возбуждение, а Уен только добавляет масла в огонь, облизывая свои великолепные губы. Он видит… Хотя нет, не так. Он знает, что держит Сана на коротком поводке. У него глаза темные, черные, как сама ночь, нижняя губа поджата и изнутри закушена зубами. Чон прекрасно знает, что Чхве сделает все, что Уен захочет. — Сан-и, пожалуйста, ты ведь хочешь, я же чувствую… — Уен шепчет, словно змей искуситель, и легко приподнимает футболку, заставляя Сана утробно зарычать. Чхве крепко хватает Уена за бедро, подминая под себя, и нависает сверху, строго смотря в глаза. Поднимает за подбородок чужую голову и усмехается. — Чувствуешь, ага? — Чхве говорит с напускным спокойствием, но сжатые за заднице Уена пальцы, напряженные жевалки и чернющие глаза Сана выдают с головой. Уен на вопрос кивает, смотря большущими глазами и облизываясь, и это настолько нагло, что у Чхве просто башню сносит. — Какой же ты наглый, Уен-а. — Сан рычит, перемещая ладонь на шею парня, и затягивает младшего в требовательный, горячий поцелуй, опускаясь на локоть, чтобы ближе прижаться. Чон на это тихо хнычет в чужие горячие губы, обхватив шею Сана обоими руками, и глаза закрывает, потому что так все ощущается гораздо ярче. Гораздо ярче чувствуется, как их языки кружатся вокруг друг друга, как Сан между поцелуями кусает нижнюю губу младшего, а свободной рукой забирает под чужую футболку, подушечкой пальца натирая сосок. Это заставляет Уена просто извиваться и беспорядочно хныкать. Ему хочется больше стимуляции, а Сан специально ничего не делает. — Пожалуйста, Сан-и, пожалуйста… — Уен бормочет, прикрыв глаза, и трется промежностью о бедро Сана между своих ног, выгнувшись, чтобы чужая рука лучше стимулировала чувствительные соски. — Вот зачем ты меня доводишь, Уен-и, а? — Сан вкрадчиво бормочет, пальцами скользя по животу парня, а после накрывает его член, что скрыт под штанами, ладонью. Чон закусывает губу и тут же чуть не вскрикивает, он вовремя рот закрывает, лишь шумно выдыхая, но Сан чувствует, что его мальчик очень напряжен. Чхве ладонью забирается под белье парня, чуть его приспускает и обхватывает член ладонью, тут же слыша довольный возглас. — Да, Сан-и, пожалуйста! — Чон шепчет, кивая судорожно, и вздрагивает, когда чужой палец проходится по головке. Господи, о боже. Это пиздец. Почему Уен возбуждается в самый неподходящий момент… Сан сжаливается и все же помогает Уену кончить, он ведь не изверг, правда?