Попытка быть рядом

Рассматривая отражение в зеркале, Володя думал что подъём получился слишком ранним. В зеркале на него смотрело полное усталости лицо, тусклые сонные глаза, лёгкие синяки под ними, по губам белым размазалась зубная паста. Давыдов уже привык, что она достаточно отличалась от той, которой он пользовался долгое время, проживая один. Она не имела горького мятного привкуса. Юра не пользовался такой. Паста, к которой тоже пришлось привыкать, была либо с не особо ощущаемым привкусом травы, либо чего-то приятного, слегка сладкого. Можно было бы посмеяться, что жизнь изменилась вплоть до зубной пасты, но для Володи это не было бы таким смешным. Хотя может лишь от части, ведь к бытовой части жизни он привык. Той же зубной пасте, готовке или уборке. Сам Юра убирался только по "вдохновению". Он не был совсем безалаберным, ему просто для всего нужен был какой -либо лад и настроение. Особенно если дело касалось уборки. Володя же привык убираться по определённым дням. А именно по мелочи каждую субботу и генеральные уборки четыре раза в год. Так что Давыдов смирился и с тем, что даже график уборки придется поправить. Володя сплюнул белую пену в раковину и смыл остатки сна холодной водой. Снова поднял взгляд на зеркало, но особо долго на нём не задержался, зарылся лицом в полотенце, начал быстро прокручивать в голове, что ему надо будет сделать за утро. После недолго думая закинул его в стирку, прописывая в голове ещё один пункт: "повешать новое", нацепил на нос очки и дальше уже на автомате прошёл на кухню, даже не особо задумываясь приступил к завтраку. Ещё вчера Юра предложил сделать оладушки, поскольку не ел их ровно с тех пор как приезжал к Володе и получал все рецепты от Маши. Но тогда они даже готовили их вместе. Сейчас Володя не очень хотел так рано будить Юру, лишь для того чтобы вместе сделать завтрак. Поэтому взялся за дело в этот раз сам. Время за готовкой тянулось долго, муторно и тягостно. Впервые у Володи так обострилось это ощущение. Он обычно не страдал "долго идущим временем". Просто делал дела, просто думал о предстоящем и всё. Но сейчас в мыслях было слишком пусто, дело слишком скучное, бытовое. Думать о будущем он просто не мог, ведь будущего и не видел. Не знал как повернётся жизнь в следующее мгновение. Ведь примерно меньше чем пол года назад он уже превратил свою жизнь в одну большую сплошную перемену. Сменил дом, окружение, язык, зубную пасту... Тьфу ты. В носу заиграл горьковатый запах горелого. Володя это будто отрезвило, и он метнулся к сковородке снимать не очень удачную партию оладьев. — Что за напасть-то... Тихо прошипел он себе под нос и выкинул наполовину ставший угольком кусочек завтрака. Потянулся уже за тем, чтобы сделать новые, как застыл - его талию обвили лёгкие руки, сзади в изгиб шеи уткнулись и трепетно тепло коснулись губами. — Что бурчишь с утра пораньше, Kätzchen? Он совсем не услышал как вошёл Юра. Видемо совсем провалился в безмысленную бездну, что даже не услышал чужих шагов. Юра шумно вздохнул запах Володиной футболки и сильнее стиснул его в объятиях. Вообще он ждал что его тоже обнимут, но Володя быстро вернулся к приготовлению завтрака. От него словно повеяло холодом. Тесто на сковородке тем временем зашипело и Давыдов хотел было отойти к столу, но Юра не дал ему двинуться с места. — Не выспался? Робко спросил Конев, продолжая не двигаться, лишь удерживая возле себя Володю. Последний остановил взгляд на яркой стене кухни, снова встал в ступор. Именно, что же являлось причиной его рассеянности с утра? И вправду не выспался? Да сам он далеко не был в курсе, что же ему мешало быть как обычно сосредоточенным и собранным. — Наверное так. Володин голос звучал немного хрипловато и в нём можно было уловить усталость. Давыдов почувствовал как Юрин нос уткнулся ему в заднюю часть шеи, как его руки расслабились на талии, словно готовые отпустить, но так и не смогли расцепиться. Они продолжали держаться на талии, пока Юра сзади быстро, но тихо дышал. От его дыхания, щекочущая волна чего -то приятного пронзила весь позвоночник , по шее пробежали мурашки, и он слегка дрогнул одной рукой слегка хватая Юру за запястье. — Может ну нафиг этот завтрак и пойдём ещё немного полежим? Музыкант поймал его ладонь, что была на запястье и сплёл пальцы. Оставил лёгкий поцелуй на шее и сильнее прижался к спине. — Нет, Юр. Мне сейчас надо закончить с завтраком и я хотел сегодня хотя бы зарядку сделать. Давно этим не занимался. Юра мгновенно оживился, предстал перед Володей, ясно улыбаясь. Увидев эту улыбку кажется и Володина хандра слегка развеялась, но до сих пор оставляла глубоко в душе тяжёлое послевкусие. — О, вот это уже интересно! Я с тобой! — Чего это ты хочешь физическими нагрузками заняться? Да и хотел же сегодня вернуться к заказам. Юра вспархнул своими тёмными, красивыми ресницами, сложил тонкие, но Володя точно знал что ещё и сильные руки. Как Юра был красив, когда делал такое задумчивое, но с хитрой улыбкой и блеском в глазах выражение лица. И вот его глаза снова метнулись в потолок, пальцы затараторили по локтями, а у Володи словно свело дыхательные пути от любви и восхищения. — Ну, хороший пример заразителен так сказать, и заказами я займусь сразу после этого! — Что-то ты недоговариваешь... Переняв хитрый прищур, протянул Володя. — Я-я? Я вроде всё сказал. О чём ты? — По глазам твоим бесстыжим вижу, что ты не просто пример берёшь. Володя хмыкнул, а Юра вслед за этим весело посмеялся и упёрся спиной в стол, держась руками за его край. — Эх! Раскусил! Но я не могу упустить возможность посмотреть на твой прекрасный наклон... Я его 20 лет помню! Юра снова захохотал. А Володя не мог обратить внимание ни на что кроме него. Его смех был звонким, мелодичным, он сводил с ума своей красотой и заставлял сердце ныть от переизбытка любви. — Бог с тобой... Хотя вернее стоило сказать, что чертёнок. Володя вздохнул, прикрывая глаза и поддаваясь вперёд, чтобы коснуться Юриных губ, но тот увернулся, перехватывая возлюбленного за плечи. — Сначала закончим с завтраком. Но всё же Юра мимолётно поцеловал Володю и отошёл к столешнице, начиная наливать чай при этом что-то напевая. Давыдову ничего не оставалось кроме как продолжить следить за происходящим на сковороде. Юра утаскивал очередной горячий оладушек из тарелки и запивал чаем. Володя тем временем тоже задумчиво потягивал чай, выражением лица значительно отличаясь от Юры, который с энтузиазмом говорил о том, что свяжется перед работой со своим знакомым, с которым можно встретиться и поговорить насчёт работы в Германии. Конев говорил об этом слишком просто, словно для него не существовало в этом всём никакой проблемы. Возможно это и так, ведь Юра уже когда-то пережил переезд в другую страну, тоже некоторое количество времени ко всему привыкал. Но Юра тогда был моложе, активнее, беззаботнее, если бы Володя был в его возрасте когда-то то тоже бы не особо волновался по этому поводу. Но Володя уже был зрелым человеком, за которым прижились его привычки, весь опыт который он прошел в другой стране, в конце концов у него уже даже было дело жизни, поэтому проблем было намного больше. Давыдов за всё прожитое время в Германии много раз впадал в отчаяние, с желанием снова бросить всё, уехать в свой дом, в скучный офис, но в котором главное было спокойно. Где он знал каждый предмет, каждого человека, который в нём бывал. Вернуться к собаке, ведь он так сильно по ней скучал! Всё таки она была единственной кто до появления в его жизни Юры, был смыслом вставать по утрам. Но теперь в его жизни Юра. Юра, которого он каждой своей частичкой любил. Было ли уже где-то место прекрасней, если не рядом с Юрой? Не нужен был ему приевшийся кабинет, все эти люди, которые в нём были, не нужен был его пустой дом, который дышал одиночеством. — Он разговаривает на английском, так что ты, Володь, даже с можешь с ним более менее спокойно поговорить. Если что я смогу переводить и немецкую речь в этом... — Юр, не нужно. Если он может говорить на английском, то я уже смогу поговорить самостоятельно. — Да- да, конечно, как ты скажешь. Кажется уже смущённо пролепетал Юра и спрятал лицо за кружкой чая. Наверное он слишком давит и навязывается на Володю. Всё таки и вправду взрослый человек, может поговорить и без его присутствия. Тем более говорить о том, в чём Юра вообще ничего не понимает. Даже его немецкая квартирка совсем не подходила под стандарты Володи, который в любом подобном вопросе так хорошо разбирался. Юра сразу заметил, что до появления в его жизни Володи - никогда даже на секундочку не задумывался, что живёт как-то не так. Но тут появился он, со своей строительной компанией, любовью к современному и всему такому правильному. Поэтому изначально Юра пристыдился, что даже самую чуточку не подходит Володе в этом плане. Но чуть позже когда возлюбленный приехал к нему на неизвестное количество времени, Юра уже был не в состоянии анализировать правильно он живёт или нет. Ему и так было уже слишком плохо, чтобы ещё и убиваться по поводу того что его окружает в собственном доме. Володя приметил, что Юра как-то стушевался. Ведь сидел и придумывал как сделать эту встречу ещё более комфортной, а тут затих и скрылся. Давыдов протянул ему руку, зачёсывая по-утреннему беспорядочную чёлку назад, а Юра поднял на него взгляд. — Спасибо Сказал Володя то, что единственное крутилось у него в голове - чувство благодарности. Он и вправду был благодарен, что Юра так ему помогает. По нему было видно, что он слишком волнуется и за чувства Володи, за итоги встречи и вообще за Володину жизнь в новой стране. Он уверен, что без работы тот не протянет. Юре ведь самому знакомо это тяжёлое чувство "нахлебничества", которое мучает каждое твоё действие в новом доме. — Пойдём? Сказал Юра, отставляя пустую кружку в сторону. — Я должен увидеть то, что двадцать лет назад чуть не остановило моё юное сердце. И снова он улыбнулся, метнувшись до раковины, чтобы оставить там кружки. — Юрка- Юрка... Вздохнул Володя, перехватывая небольшую толику радости от Юры, тоже слегка улыбаясь. Перед ним ещё стояла задача хорошо позаниматься. Хотя, видемо это уже не совсем выйдет, ведь Юра явно не в том настроении чтобы всё оставлять в состоянии спокойствия. И Володя был прав, их "небольшая зарядка" затянулась на добрые пол часа. Юра каждые пол минуты хотел целоваться. А то и чаще. А кто Володя такой, чтобы отказывать в этом? Юра пару раз за всё время удивлялся, особенно в тот момент когда лёг на спину Володе и тот смог полноценно отжаться шестнадцать раз. Конечно, в жизни Конева было дело что он видел и не такое. Были более сильные мужчины, с чётким, крупным рельефом мышц. Был с ними и знаком, а порой находился ближе чем просто "знаком". В неопределённых отношениях с Йонасом, которые возымели продолжение в мести. Из-за этого жгучего, скребучего по уже вскрытому сердцу чувства Юра и сближался. И конечно он не ждал ничего от мужчин,которые были инструментом для мести. Хотя и сам ничего не хотел. А Володя это другое. Юре он нравился не смотря на то какой он, подтянутый ли, поднабравший или наоборот. Он просто тот кого он любит за всё, что в нём есть. Но и всё таки Юре конечно нравилось как его легко поднимали. Просто на руки или как сейчас, пока отжимались. Коневу перехватывало дыхание от вида как широкие плечи напрягаются, а мышцы рук становиться видно чётче. Мужская шея блестела, тёмные волосы на затылке тоже стали влажными. Этот вид стал заводить Юру, но Володя слишком быстро закончил, говоря ему о том что пора бы слезать, чтобы он мог продолжить. — Следующее что делать будем? — Я лично - собрался дальше отжиматься. А ты, Конев, что -то совсем ушёл от зарядки и бездельничаешь. Упрекнул его Володя, но без капли настоящего зла или возмущения. Просто забавно было то что Юра всегда говорил "мы", а как итог упор лёжа принимал только Давыдов. Юрка либо находился рядом и время от времени тянулся за поцелуем, либо как до этого выполнял роль утяжелителя. Хотя тёмноволосый был и не против этого. А на лице как раз таки Конева от такого заявления появилась гримаса какого-то шока, с оттенками разочарования и возмущения. — Я бездельничаю? Товарищ, что вы такое говорите? Я вообще-то как ваш супруг, всё курирую и помогаю! — Хорошо... А сейчас делать будешь что? — Я-я... Задумчиво протянул музыкант, игриво улыбаясь и придвинулся чуть ближе, заглядывая в прекрасные глаза возлюбленного. Володя тем временем терпеливо ожидал продолжения. — Я лягу под тебя... Володя присвистнул. — Я думал ты хотя бы дождёшься вечера... — О чём ты таком думаешь, развратник?! Деланно возмутился Юра, ложась на пол и притягивая за руки к себе Давыдова. — Вот так теперь и отжимайся. Конев установил Володины руки по обо стороны от себя и слегка приподнялся, оставляя короткий, словно пробный поцелуй на его губах. — И целовать не забывай. Юра провёл большим пальцем по своей нижней губе, слегка задерживаясь на краешке. У наблюдающего за этим Володи, встал ком в горле. Какой же он... И Давыдов опустился на руках прижимаясь к тому, что так привлекло его внимание в последние секунды. И он бы мог продолжить, если бы его не ткнули в грудь, напоминая что нужно ещё и подниматься. Да, выполнять упражнение таким образом было странно, оно получалось не совсем полноценным, следовательно пользы не особо приносило, но Володя уверен что это был один из самых приятных моментов, который происходил с ним во время этого занятия. Точно решил то, что вытаскивать Юру на совместную зарядку стоит почаще... Время шло к вечеру и Володя по командованию Юры стал быстро собираться. Честно говоря, не понимал к чему такая спешка. Там настолько занятой человек что он может уделить так мало времени? Но тогда на такие разговоры стоит выделить другой день, чтобы времени было больше. Но Володя не успевал вставить вопроса, потому что сам Юра быстро оказывался то в одном углу дома, то в другом, то... Куда он на этот раз пропал? Давыдов встал перед зеркалом, поправляя воротник белой рубашки с галстуком и сильнее натягивая синий пиджак. Одет с иголочки, а вот на голове кавардак. Поэтому он метнулся в сторону ванной комнаты, за расчёской и как раз таки там столкнулся с Юрой, который выходил с наполовину мокрой головой. Конев поднял на него расстерянный взгляд и быстро смущённо улыбнулся и снова убежал. Володя лишь вздохнул, проходя в комнату. Юра выглядел взволнованным, его бег по дому больше напоминал бессмысленные тревожные метания, нежели быстрые сборы. Кажется он сам терял мысль по пути за чем-то и в итоге снова забывался и путался: что, куда и зачем пришёл. Более спокойный Володя собрался куда быстрее, чем будто застанный врасплох Юра. Конечно, сам Давыдов тоже волновался. Но куда меньше, ведь всё таки они через эту встречу решат проблему, а не соберут новых. Тем более он будет разговаривать о том, о чём знает достаточно, и Володя давно уяснил что о своём деле со знающим человеком достаточно приятно говорить. Можно разобрать какие-то проекты, обсудить общее впечатление о нём. Такие разговоры были обычно когда участвовал в разного рода встречах и выставках. Володя был достаточно уверен в том, что всё должно пройти хорошо. Если уж Юрин знакомый,значит человек не плохой, согласился показать и рассказать как устроено дело в Германии значит грамотный и хороший специалист. Так что сейчас Володю беспокоило только поведение Юры. И вот в открытую дверь он снова уловил Юрину макушку и окликнул его. Шаги затихли, словно тот кого позвали сомневался либо в своём имени, либо что зовут именно его. Но быстро кажется пришёл в себя и подошёл к Володе. Теперь уже Юра был в какого-то пастельного персикового оттенка рубашке и белых брюках. Приметив их Володя уже было хотел указать на то, что погода явно не для них сейчас. Но и так вымотанное выражение лица, не дало ему ещё сильнее давить на Юру. — Was ist passiert? Переход на немецкий заставил теперь расстеряться и Володю. Вот так встретились лицом к лицу два потерявшихся в происходящем человека. — Was? Неловко протянул Володя, словно сам забыл что хотел сказать и искал ответ у Юры. И повисла неловкая пауза, во время которой было не понятно, либо они оба сейчас сгорают со стыда, негодавания или напряжения. Им показалось что какие-то секунды сейчас растянулись на минуты. Оба смотрели в глаза друг друга и искали хоть какую-то зацепку, чтобы понять что вообще происходит. — Думаю нам... Э-э... Нужно перевести дыхание. Неловко пролепетал Юра, отлипая от косяка, который за время молчания словно стал его частью. — Отвлечься? — Да-да, я об этом... — А мы разве не опаздываем? — Мы опаздывали? — Ты носишься уже минут двадцать по дому как ошпаренный. — Да? Я просто... Не думал что это выглядит так... — Юра, что случилось? — Я-я... Ох, mein Gott... Вздохнул Юра и снова упал телом об косяк, опуская голову и хватаясь за неё рукой, взъерошивая волосы. Володя подошёл к нему ближе, переманивая к себе в руки. Погладил сначала по затылку, потом по скрытой шелковистой тканью спине, уткнулся носом в самую макушку и зашептал, действуя на суматошные мысли в голове как успокоительное: — Юр, что случилось? Ты выглядишь будто встревоженным. Обычно ведь я так себя веду. Усмехнулся Володя, продолжая движения рукой по затылку Юры. Сам Юра чувствовал что будто бы он этой рукой закрывает его от всех проблем и переживаний, но некоторые противные писки плохих мыслей до сих пор звинели в голове. — От тебя ничего не укрыть. С нотками грусти смеётся уже Юра. — Я вправду сильно беспокоюсь за встречу. — Почему? По-моему беспокоиться больше должен я. Юра ненадолго замолк, сильнее вжимаясь лицом в Володину шею, будто он вообще пытается уйти от ответа, но больше наверное он искал уверенности, чтобы произнести то, что должно было объяснить его поведение. — Сейчас главное не надумай ничего лишнего или плохого. Просто... Просто я боюсь, что ты поймёшь что жить в Украине тебе намного проще и уедешь от меня. Я понимаю что сейчас всё это давит на тебя и от части ты чувствуешь то, что чувствовал я в Харькове. Я не хочу расставаться со тобой. Мы уже и так много времени провели вдали друг от друга. Я так боюсь за нас. Мне ведь не нужно ничего кроме тебя, Володенька. Юра до боли стиснул возлюбленного в объятиях, словно хотел стать с ним чем-то единым. Чтобы в точности показать насколько хочет быть с ним рядом. Володя так же сильно сжал его руками. Нужные слова было слишком тяжело подобрать. Ведь каждая следующая мысль кричала громче другой и все они были о том, что Володя никогда не пожалеет что приехал к Юре, что никогда и ни при каких обстоятельствах его не бросит. И как часто бы он не думал о том, что его новая жизнь слишком тяжёлая, он не хотел никуда из неё уходить. В ней был Юра. Его Юрочка, который одной своей улыбкой с утра освещал всё его существование, который отдавал ему собственную душу, посвещая музыку, который так страстно и так искренне его любил. И сам Володя с удовольствием отдавал ему всё то что имеет, в особенности самого себя. Да, не самого идеального, со своими загонами, принципами и привычками, но у Володи никогда не будет другого себя. Для Юры он был готов меняться сам и менять свою жизнь. — Я никуда от тебя не уеду. Будешь терпеть мою ревность всю жизнь. Юра глухо посмеялся, на мгновение ещё сильнее стискивая возлюбленного в объятиях. — Люблю твою ревность. — А я люблю то как ты волнуешься за меня. Только не делай этого так часто. Это не пойдёт на пользу. Володя положил ладони на лицо Юры, пальцами мягко оглаживая виски. Музыкант припал к чужим губам в нежном, почти что невинном поцелуе. Будто он собирался сцеловать всю любовь и поддержку. Но конечно прекрасно понимал, что целовать придется бесконечно долго, чтобы забрать всё. — Ну так сколько у нас ещё до встречи? — Ммм... Протянул Юра, анализируя сколько времени прошло, чтобы придти к ответу. — Часа полтора. — Полтора часа?! Юра! — Ну да-да. Я видемо слишком сильно переволновался. Мне вправду казалось что мы можем не успеть. Смущённо проговорил Юра и услышал то как Володя вздохнул. — Теперь всегда обязательно говори об этом со мной. В оставшееся время Юра работал, а Володя отвлёкся на переписку с Машей. Та писала о том, что уже так скучает по ним, что здесь в Харькове ей не с кем особо поговорить, Дима продолжает общаться лишь с Толей, так что даже собственный сын не уделяет ей внимание, но всё же за мальчиков она была рада. Даже ещё и написала, что они достаточно хорошо смотрятся вместе. Как же люди меняются... - Вздыхал Володя. Хотя эти изменения были и к лучшему. Если бы его в таком возрасте приняли таким какой он есть, то это помогло бы избежать многих проблем. Но что же. Общество есть общество. Постепенно Маша тоже заинтересовалась темой Володиной работы в Германии. И один за одним отвечая на вопросы, в голову Володи начали закрадываться тревожные мысли. Конечно, не великой проблемой была встреча. Проблемой больше было то, что работу надо начать, а Давыдов прекрасно знал что это ух как не просто. Тем более в новой стране где он пока ни бе, ни ме, ни ку-ка-реку. В общем, никуда не вписывался. Постепенно от темы работы они отошли и Маша продолжила о своём материнском. Читая обо всех этих проблемах Володя быстро забылся, даже забыл поглядывать на время. В итоге зависшего в переписке Володю оторвал Юра, который немым жестом показал то что у них уже время поджимает. Так что Давыдов быстро попрощался с Машей и вместе с Юрой вышел в коридор. Снова обратил внимание на то, что Юра выглядит слишком зажатым. До сих пор волнуется. На это ещё и указало то, что Юра всё поправлял и так ровный Володин воротник. Зеленоглазый заглянул в его лицо, обхватывая своими руками Юрины, излишне задержавшиеся на его рубашке, притянул к своему лицу и с трепетом поцеловал каждый палец. Конев расслабил до этого сжатые губы, опустил напряжённые плечи и направил взгляд в пол. — Я не могу перестать переживать об этом. — Юра, что бы ты сейчас себе там не надумывал - я больше никуда от тебя не уеду. Я уже не смогу вернуться к жизни без тебя. Ты - самое дорогое что есть у меня. Юра не говорил ни слова, словно ждал чего-то ещё. По его лицу было видно, что часть тревоги в нём осталась. И по большей части он сам не понимал почему. Володя вздохнул оставляя последний поцелуй на Юриной костяшке. — Я думаю после всего этого мы должны куда нибудь вместе сходить. Хочешь в ресторан? — Можно конечно. Но мы даже выпить не сможем, за рулём ведь. Пожал плечами Юра, вытягивая свои руки из Володиных и ведя ладонями по плечам и ниже по груди возлюбленного. — Так хочешь выпить? Володя спрашивал с неохотой. Ведь после всего что произошло он не особо любил когда Юра выпивал. Да, теперь у музыканта была мера и пил он лишь для удовольствия и чтобы расслабиться, а не убежать от проблем. Так что выпивка ничуть его не угнетала. Но конечно, так легко что произошло не забудется. Поэтому бутылка в руках Юры всегда нагоняла неприятные воспоминания. — Да, сегодня я бы не отказался от стаканчика рома. — Тогда наверное выпьем дома. — Тоже будешь? — Так уж и быть, обмоем мою первую встречу по работе в Германии. Володя рассматривал знакомые улицы через окно машины, ведь встреча должны была состояться в кафе, в котором они уже даже пару раз были. Юра, находящийся за рулём активно рассказывал Володе, что его знакомый, с которым у них назначена встреча тоже там бывает и даже больше, там работает его супруга. Конев ещё и ответил на немой вопрос Володи о том как жена не "маленького" бизнесмена вообще работает. Она просто не особо хотела отсиживаться дома, поэтому работала в кафе. Но, женщина уже подумывает о том, чтобы завести собственный небольшой бизнес подобного рода. Володя, который привык к другой стране, где женщине только в радость сидеть дома, с ребенком в каждой руке - лишь немо удивлялся. И, кстати, про детей - оба даже пока не планировали их заводить. А мужчина был вроде не слишком сильно младше Володи. Новая страна всё больше удивляла его. Перед тем как выйти из машины, Юра притянул Володю к себе и оставил долгий поцелуй на щеке уже увереннее полуулыбнувшись. А кафе как обычно встретило их своей уютной атмосферой - тёплые жёлтые, коричневые тона обрамляли всё вокруг, свет был повсюду, но ничуть не раздражал мысли. Свежести кажется добавляли большие цветы в горшках. Честно говоря, Володе они не совсем нравились, по его мнению слишком выбивались из общей картины. Но кажется именно от них в помещении дышалось легче. Симпатичные официантки и официанты, ходили вокруг в кофейных фартуках. Юра, сразу как заметил нужного им человека метнулся в сторону столика, вырвав своей резкостью Володю из лёгкого оцепенения. - Guten Abend! С улыбкой на губах проговорил Юра, сразу же протягивая руку для рукопожатия. Володя повторил за ним, только повторив немецкое приветствие слегка потише. - Jura, das ist dein Freund aus dem Ausland, oder? Ich bin froh, dass ihr endlich zusammen seid! ¹ Кроме того что обращались к Юре, Володя мало что понял. Слишком уж сложно и быстро звучало то о чём говорил мужчина. И судя по тому, что Юра после слов сразу же просиял и ответил лишь: "Ja, Danke" говорили нечто приятное. Но Володя надолго без внимания не остался, ведь мужчина, одного с ним роста, с темно блондинистыми волосами, круглым лицом и глубокими синими глазами повернулся на него, дружелюбно улыбаясь, демонстрируя ряд белых зубов. Володя слегка засмотрелся на него, ведь для Германии он выглядел не слишком примечательно. Самый обыкновенный внешний вид, ничем не выдающий в нём именно Европейца. - My name is Bernd. And how can I contact you? Ловко перешёл на английский мужчина, внимательно следя взглядом за тем, как Володя сел перед ним, предварительно пропустив вперёд себя на диванчик Юру. - I'm Vladimir. I am very glad to meet you. - Me too. I take it you're moving in with us for good? Tell me what you used to do. Сначала разговор шёл самым обычным образом. Бернд очень удивился узнав, что Володя уже имеет компанию, большой опыт работы соответственно. Давыдов даже чувствовал себя неловко, что в начале его словно собирались воспринимать не так серьёзно. Но немец слишком быстро его затянул в более интересные разговоры, о новых стилях и прочем. Как оказалось их обоих зацепил один похожий проект. Поэтому слова текли рекой, пока они сначала его комментировали, а потом даже перешли к точному описанию плана всего строительства и что бы хотелось учесть. Как же долго они это обсуждали, но для обоих время бежало стремительно быстро. Даже не заметили как им принесли три кружки. Они оба тонули в одной теме, которую можно было всё развивать и развивать. Позже в разговоре Бернд упомянул то над чем работает сейчас, Володя попросил показать, и собеседник нашел пару фотографий для него на телефоне. И снова одна сплошная речь на английском, в которой теперь мало что понимал Юра, может в английском слегка он и разбирался, но вот то о чём говорили Володя с Берндом было слишком сложным. И в большинстве своём непонятным для Юры, который лишь когда-то в кабинете Володи рассматривал какие-то книжки и полочку уставленную красивыми наградами. Сейчас музыкант безумно рад от того, что у Володи теперь есть с кем поговорить о деле своей жизни. Юра же сам безумно любил разговаривать о том чем занимается. И неужели он также сиял, когда Володя ради него всё больше углублялся в тему музыки, лишь чтобы поддерживать с ним просто беседы? Скорее всего и вправду всё было так, ведь понял что каждый такой раз в его глазах появлялся блеск, губы непроизвольно растягивались в улыбке, а щёки трогательно розовели. Это он замечал в отражении на экране телефона, ну и иногда одёргивал от этого сам себя. Но шёл уже час как Володя и Бернд вели разгорячённые разговоры, а Юра всё так же сидел и потягивал уже второй стаканчик шоколадного коктейля. Время от времени поглядывал в телефон, но в основном смотрел лишь на счастливое выражение лица Володи, после он перевёл взгляд на такого же его собеседника и сщурился, ощущая как в груди чем-то больно кольнуло. В голове взыграл кислый вкус странной ревности. Такой глупой, просто взявшейся из ничего. Может просто от того, что на него совсем сейчас не обращали внимания, да и он не мог сейчас даже коснуться Володи, боясь, что в такой момент отвлечёт его этим действием и заставит зажаться. Бернд знал от Юры, что Володя его парень. Он с ним познакомился на какой-то встрече, где Бернд был знакомым, какого-то ещё одного знакомого. Зацепило Юру лишь то, что у них с Володей похожие бизнесы и хотелось слегка узнать побольше об этом. Тогда Конев даже не взял номера, а для этой встречи раздобыл его снова через знакомого. И всё же эта ревность была крайне странной, ведь сам же сначала порадовался за Володю. За то что его первое знакомство в Германии идёт так хорошо, за что что Володя так весел и может обсудить то, чего не мог, был рад, что по выражениям лица обоих он видел, что во многим они сходятся в чём-то. Но всё же тяжёлое и навязчивое ощущение небольшой ревности его не отпускало. Наверное, он так привык к Володе, что стал слишком жаден до него и его внимания. Но это чувство значительно прибило Юрино настроение. И как же хорошо, что они перешли к основной теме вечера! Наконец-то, начали говорить о том как же начать бизнес в Германии. Ну, говорил в основном Бернд, Володя лишь что -то уточнял, записывая некоторые вещи в телефон. Юра отдалённо разобрал последнюю фразу о том, что они хотели бы ещё встретиться, чтобы обсудить какой-то один проект. Заслышав это, Юра быстренько распрощался с Берндом и как можно скорее вытащил Володю из кафе, лишь бы избавиться от кислого вкуса ужасного чувства. И вправду, когда сели в машину стало куда легче. — Юра, что такое? Юра заметил обеспокоенное выражение лица Володи, и его окатило неким стыдом. Ведь честно говоря, такая резкость была ничем не обоснованна и выглядела крайней странно. Не удивительно что Володя сейчас такой взволнованный. — Ничего страшного, прости. Вздохнул Юра, падая лбом на руль. Этим он слишком сильно выдавал, что там совсем не "ничего". — Я же вижу что что-то не так. Слегка грозно, как всегда сказал Володя. Как бы странно не звучало Юре она нравилась время от времени. Но сейчас он особо не обратил на это внимание. — Наверное я стал жадным до тебя. Тихо сказал Юра в руль, а после поднялся заводя машину. Сейчас ему и слишком сильно хотелось стаканчик рома. А встреча слишком сильно растянулась, поэтому стоило поторопиться ведь скоро алкоголь не будут продавать. Хорошо было то, что Володя его не расспрашивал про это, видемо сам понял что имеет в виду Юра. За ромом они успели, и таки провели вечер в компании друг друга, делясь горечью алкоголя через горячие, длительные поцелуи. Страстно и тепло обнимались, ведь по вечерам у Юры было достаточно холодно. Но сам он перестал чувствовать это с тех пор как в жизни и доме появился Володя, который грел его и своими руками, и самым обычным присутствием. Сейчас он просто утопал в ощущении прикосновений губ и не совсем понимал - так туманно в голове именно от них или от выпитого рома. В прочем, главное что они рядом.