Жизнь малыша Питера

Глава 3. Я в безопасности, пока не завоют сирены

Саммари: По нашему стеклянному дому пошли трещины, Но я старался не думать об этом Так долго, что это можно даже назвать бесстрашием. Я жил без какой-либо страховки И искажал понятие веры, Чтобы оправдать свое равнодушие. «Пока не зазвучат сирены, я в безопасности». _______________________________________________________________ Питер вышел из своей комнаты, несмотря на то, что Роуди велел ему оставаться внутри. Он ждал так долго, что больше просто не мог оставаться в неведении. Осмотрев весь дом, за исключением мастерской, потому что ему не разрешалось спускаться туда без разрешения, Питер начал переживать. — Мистер ДЖАРВИС? — немного нервно позвал он. — Да, Питер? — отозвался ИскИн спокойным голосом. — Чем я могу быть полезен? — Где папа? ДЖАРВИС ответил на этот вопрос не сразу. И когда он заговорил, в его голосе можно было услышать что-то, похожее на неловкость. — Твой папа ненадолго вышел и попросил меня присмотреть за тобой. Но он скоро вернется. Питер поморщился. — Но папа никогда не уходит, не попрощавшись, — с тревогой сказал мальчик, вытирая ладошки о пижаму. И снова затяжная пауза. — Когда твой папа уходил, он подумал, что ты спишь. В какой-то момент Питеру показалось, что ДЖАРВИС ему солгал, но он не был уверен, способен ли лгать искусственный интеллект. — Ты знаешь, когда он вернется? — Об этом... трудно судить. Ноги ребенка начали подрагивать. Ему хотелось побежать в мастерскую и посмотреть, не решил ли папа над ним пошутить. Но Питер знал, что папа никогда не поступил бы настолько жестоко. — Хорошо, — тихо сказал он, шаркая босыми ножками по деревянному полу в коридоре. — Если тебя это немного утешит, — добавил ДЖАРВИС, уловив растущее беспокойство ребенка, — то я уверен, что он вернется до конца ночи. Питер уставился взглядом в пол, стараясь не выпячивать нижнюю губу, что, по словам его папы, происходило всегда, когда он был чем-то расстроен. — Я на это надеюсь, — сказал он. — Спасибо, мистер ДЖАРВИС. — Мне очень жаль, что я не могу дать тебе более подробный и четкий ответ, — с печалью в голосе сказал ИскИн. — Все в порядке, — пробормотал в ответ Питер. — Но я не уверен, что смогу снова заснуть. — Ничего страшного, — мягко сказал ДЖАРВИС. — Это естественно, что тебе сложно засыпать, когда твоего папы нет рядом. Уверен, он не стал бы возражать, если бы ты немного поиграл со своими игрушками или посмотрел мультик, пока его ждешь. — Можно мне посмотреть «В поисках Немо»? — после небольшого раздумья спросил мальчик. — Конечно. Я включу для тебя телевизор. Не хочешь взять что-нибудь из своей комнаты, прежде чем мы начнем? Питер кивнул и тихо прошлепал в свою комнату, чтобы взять мягкое голубое одеяло (оно было точно такого же цвета, что и звезда в папином дуговом реакторе) и плюшевого мишку, которого дядя Роуди подарил ему, когда он был совсем маленьким. Мишка был одет как пилот ВВС, но у него не было самолета, потому что Питер боялся летать, а дядя Роуди не хотел его пугать. Мальчик вышел в гостиную и забрался на диван, сворачиваясь калачиком под одеялом и прижимая к груди своего мишку. — Я готов, мистер ДЖАРВИС, — сказал Питер, поворачиваясь к большому экрану телевизора и упираясь спиной в спинку дивана. — Включаю «В поисках Немо». Наслаждайся мультиком, Питер, — сказал ИскИн, немного приглушая верхний свет. — Спасибо, мистер ДЖАРВИС, — сказал Питер, ведь папа учил его всегда быть вежливым. _______________________________________________________ Тони вырвался из своего поврежденного костюма, кряхтя и ругаясь так, как не ругался с того самого дня, как родился Питер. — О, Боже, как же это больно. Чертово... — Тони! — откуда-то снизу крикнула Пеппер. — Тони, ты в порядке? Старк подполз к самому краю крыши и осторожно посмотрел на Пеппер, которая стояла на парковке. — Это было чертовки больно. Но я выжил, — проворчал он достаточно громко, чтобы она услышала. Он мог видеть, как Пеппер с облегчением выдохнула, но не мог слышать ее тихих слов, потому что в ушах у него все еще звенел взрыв дугового реактора. — Спускайся, давай отвезем тебя домой, — сказала она чуть громче. — Фантастическая идея, мисс Поттс, — ответил Тони. Теперь бы еще выяснить, как это сделать. ______________________________________________________________ Пеппер высадила Тони в гараже его дома. Ей потребовалась буквально пара минут, чтобы заценить дыру в потолке, которую он случайно пробил, и машину, которую он раздавил во время своего испытательного полета, а потом она просто спокойно с ним попрощалась. — Уверена, ты хочешь привести себя в порядок и проведать Питера, так что увидимся завтра, — сказала она. — Вероятно, состоится пресс-конференция, посвященная... чему бы то ни было. Я позвоню тебе, когда узнаю все подробности. — Спасибо, Пеп, — ответил Тони, выбираясь из машины и закрывая за собой дверцу. Он понаблюдал за тем, как Пеппер выехала из гаража, и только после этого развернулся и направился через мастерскую вверх по лестнице. Оказавшись в гостиной, он был немного удивлен тем, что в ней горел свет, а со стороны телевизора доносились звуки. Должно быть, Питер проснулся. О, Боже. Питер проснулся. Как, черт возьми, он должен был объяснить все своему шестилетнему сыну? На его футболке красовалась огромная дыра, потому что из его груди был вырван дуговый реактор, он был весь покрытый потом и грязью, а еще царапинами и синяками с головы до ног. ДЖАРВИС ничего не сказал, когда Тони вошел в дом, позволяя ему самому предупредить Питера о своем присутствии. И Тони направился прямиком к сыну. — Почему ты не спишь, утенок? — тихо спросил он, наблюдая за тем, как на экране телевизора замирает картинка, потому что ДЖАРВИС приостановил мультик («В поисках Немо», как он мог судить). Питер перевел взгляд с экрана на Тони, и его большие карие глаза расширились от радости. — Папочка, ты вернулся! — сказал он, с трудом поднимаясь с дивана. Мягкое голубое одеяло, в которое он был укутан, упало на пол, а мишка-пилот, которого мальчик сжимал в руках, оказался отброшен в сторону. Ребенок широко раскинул руки для объятий. — Я скучал по тебе. Тони улыбнулся такому энтузиазму и подошел к дивану, чтобы обнять малыша. — Я тоже скучал по тебе, Пити, — сказал он, поднимая ребенка на руки. Почувствовав, как меленькие ножки крепко обхватили его за талию, Тони понял, что это объятие не будет быстрым. Поэтому он просто повернулся и сел на диван, поднимая с пола одеяло. Питер остался видеть на его коленях, не отпуская ни на секунду. Спустя какое-то время мальчик обратил внимание на внешний вид своего отца и нахмурился. — Ты в порядке? — спросил он, протягивая руку, чтобы потрогать небольшой порез на носу Тони, но в последнюю секунду передумал. — Я в порядке, орешек, — ответил Тони, чувствуя, как его грудь наполняется теплом. Он щелкнул ребенка по носу. — Просто небольшой инцидент в офисе. У тебя ведь глупый папочка, да? Конечно, эта была ложь и, возможно, преуменьшение века, но это было все, что он был готов предложить Питеру в тот момент. Он обязательно расскажет сыну настоящую историю, когда тот станет достаточно взрослым, чтобы не испугаться. — Глупый папочка, — эхом отозвался Питер, улыбаясь. — И это возвращает нас с моему первоначальному вопросу, — сказал Тони, уводя разговор в сторону от своих травм. Он снова щелкнул Питера по носу, от чего тот очаровательно поморщился. — Почему ты не спишь, приятель? Питер пожал плечами. — Я проснулся, потому что захотел в туалет, — объяснил он. — Но когда я вышел из ванной, то встретил дядю Роуди, и он сказал мне оставаться в своей комнате, — Боже, благослови Роуди, подумал Тони. — Но он так и не вернулся, чтобы сказать мне, что я уже могу выйти. Я спросил у мистера ДЖАРВИСА, и он ответил, что ты ушел, так что я не мог снова заснуть. Тони вздохнул и провел рукой по волосам Питера, еще больше взъерошивая их. — Прости, милый, я не подумал, что ты можешь проснуться, пока меня не будет, — сказал он. Слова ребенка прозвучали так, будто Питер проснулся до того, как Роуди нашел Тони в его мастерской, и это заставило Тони забеспокоиться о том, что его сын видел Обадайю. Но раз мальчик ничего об этом не сказал, то, видимо, ничего не видел и не слышал. — Все в порядке, папочка, — сказал Питер, хотя по маленькой морщинке между его бровками, Тони мог с уверенностью сказать, что это не совсем правда. — Мистер ДЖАРВИС разрешил мне посмотреть мультик, пока я тебя ждал. — Да, я уже понял, — ответил Тони, бросая взгляд на экран и мысленно посылая благодарность искусственному интеллекту, который успешно присмотрел за Питером, отвлекая его от мрачных мыслей и предотвращая истерику, которую в случае чего некому было бы успокоить. Тони перевел взгляд на Питера, который стал выглядеть немного сонным, несмотря на то, что все еще оставался немного обеспокоенным. — Знаешь, что, детка, папе нужно сходить в душ. Почему бы тебе не продолжить смотреть свой мультик, а я пока приведу себя в порядок. Потом я даже разрешу тебе переночевать в моей комнате, если хочешь. Это было что-то вроде взятки, но она всегда срабатывала. Глаза Питера загорелись, и он кивнул головой. — Хорошо, папочка! — радостно сказал ребенок, взволнованный перспективой того, что ему можно пока не ложиться спать и посмотреть мультик. Честно говоря, Тони не был уверен, что сможет сегодня заснуть без Питера рядом. Ему просто необходимо было видеть ребенка, слышать его и знать, что с ним все в полном порядке. И пусть Обадайя был мертв, но от одной только мысли о том, что он угрожал расправиться с Питером, у Тони в жилах стыла кровь. Так что сегодня ночью ему жизненно необходимо было присутствие сына рядом, чтобы успокоить собственные нервы. ______________________________________________________________ Тони принял душ так быстро, как только мог, смывая пот, кровь и грязь со своего тела, волос и лица... отовсюду. Дым от взрыва проник под его броню и испачкал сажей каждый дюйм его кожи. Так что вода, стекающая к его ногам, приобрела отвратительный коричневато-черный цвет. Он выбросил футболку, которая была на нем надета (все равно из-за дыры в груди спасти ее было невозможно), а остальную одежду бросил в корзину для белья, надевая на себя мягкую, пахнущую свежестью пижаму. Мультик Питера как раз закончился, сменяясь титрами, когда Тони вошел в гостиную. Мальчик поднял на него немного сонный, но определенно счастливый взгляд. — Привет, папочка, — пробормотал он, вынимая изо рта большой палец, который все еще продолжал сосать во сне (эта была привычка с самых малых лет, от которой им только предстояло избавиться, несмотря на то, что учителя и педиатр мальчика настаивали на том, что это необходимо сделать срочно). — Привет, орешек, — ответил Тони, наклоняясь и поднимая с пола медвежонка. После этого он повернулся к ребенку и протянул ему руки. — Готов ко сну, малыш? Питер кивнул и поднял руки, чтобы его можно было подхватить. — Ага, — промычал он. Тони с нежностью улыбнулся и наклонился, чтобы поднять своего сонного малыша с дивана. Он оставил одеяло на подушках (его можно было забрать утром) и передал медвежонка Питеру, чтобы мальчик мог обнять его, пока они шли в комнату, чтобы лечь спать. Оказавшись в своей комнате, Тони откинул с кровати одеяло, шутливо подбросил Питера, заставив его хихикнуть, а потом осторожно опустил его на мягкий матрас почти в центре кровати. Натянув одеяло на маленькое тело сына, он укутал его до самого подбородка. Тони склонился над сыном и улыбнулся, получив в ответ солнечную улыбку ребенка с небольшой дыркой там, где раньше были передние молочные зубы. — Сладких снов, Питер Пэн, — прошептал Тони, целуя ребенка в кончик носа. — Папа очень сильно тебя любит. — Я тоже люблю тебя, папочка, — пробормотал Питер, уже практически засыпая. Тони постоял рядом еще какое-то время, наблюдая за тем, как закрываются глаза его малыша, а дыхание замедляется и выравнивается. Вздохнув с облегчением, Тони лег за свою сторону кровати, забираясь под одеяло и устраиваясь поближе к Питеру. Он обнял сына одной рукой, защищая его от всего мира, и позволил себе провалиться в сон после самого долгого дня в своей жизни.