Я там, где ты..

Вошедшая компания, состоящая также из трёх человек, неустанно о чём-то переговаривалась. Конкретно говорили двое парней, а девушка старалась их успокоить. — Если собрался устраивать мероприятие подобного плана, позаботься хотя бы о костюмах, особенно о платье для Коллеи. — Мужчина с длинными ушами говорил более или менее спокойно, но нотка желания была заметна. — Хочу, чтобы она была самой обворожительной на церемонии. — Как же так, наставник? — Девушка немного приуныла от последних слов ушастого. — Это же будет именно ваш праздник. Я тут совсем не при чём! Генерал Махаматра обошёл возлюбленного и приобнял даму за плечи, давая той уверенность и поддержку. — Душа моя, ты обязана показать миру, насколько ты прекрасна. Нельзя скрывать от мира такую красоту. — Коллеи покрылась с ног до головы пунцовым оттенком. Ей было ужасно неловко, но приятно от слов близких людей. — Не смущай её. В конце концов, ты уже взрослая девочка, и тебе стоит искать кавалера твоего уровня. — Лесной страж уже представлял, как будет нянчить детишек своей ученицы. — Да, Сайно? Генерал сначала посмотрел на Коллеи, а потом на Тигнари с таким взглядом, будто готов послать всех и каждого. — Нет. — В смысле «нет»? — А то это и значит! Лесной страж не стал лезть к любимому, предпочитая посмеяться про себя за ревность этого неоднозначного генерала. — Хорошо, мы тебя поняли. — Коллеи так же улыбнулась, но смущение по-прежнему оставалось на щеках. Девушка перевела взгляд на прилавки и увидела до счастья знакомые силуэты. — Это же Кавех и господин Аль-Хайтам! Юная дева побежала навстречу мужчинам, одарив тех своей доброй улыбкой. Кавех оторвался от подбора обуви, быстро расставляя руки, чтобы обнять свою подругу и в каком-то смысле дочь своих друзей. Объятия вышли тёплыми и приятными. Ребята давно не виделись, от того встреча казалась ещё более приятной и долгожданной. Коллеи не забыла и про секретаря, даря тому так же приветственные объятия. — Я так рада вас видеть вместе! Как вы себя чувствуете, Аль-Хайтам? Как ваша нога? А экспедиция удачно прошла? — Девушка повернула голову к архитектору. — А вы, Кавех, с работой всё хорошо? Вы закончили свой личный проект? Мужчины переглянулись от столь милой картины. Ведь Коллеи была по сути их первым опытом полноценного взаимодействия с ребёнком без родителей. При общих встречах они всегда одаривали девушку родительским вниманием, переживали и давали советы. Даже Хайтам проявлял интерес к истории Коллеи и сочувственно её поддерживал парой фраз, что было не свойственно его натуре. — Да, всё в порядке, Коллеи. А наш дорогой Хайтам чувствует себя превосходно, даже шутить способен. — Девушка с полной радостью в глазах смотрела на новую пару, даже не подозревая об их отношениях. — Так вы решились на поездку с нами? — Девушка достала блокнот, готовясь делать пометки. — Скажу по секрету, в Мондштадте мы собираемся сделать особый вечер, но узнаете это только по приходу туда. Коллеи ожидающим взглядом посмотрела на мужчин и, чтобы не выдать сути мероприятия, перевела взгляд куда-то в сторону. Кавех и Аль-Хайтам переглянулись и одновременно произнесли: — Свадьба! Стоило видеть лицо юной девы. Она явно позабыла, с кем имеет дело, но расстроиться себе не позволила, продолжая разговор. — Вы слишком догадливы. Даже я не сразу пришла к такому умозаключению. — Девушка почесала затылок, скрывая свою неловкость. — Так вы согласны? Вы можете не присутствовать на празднике в Мондштадте, мы не заставляем, но свадьба Тигнари и Сайно… Было бы очень грустно не увидеть вас там. Пока мужчины умолкли, Коллеи обвела их взглядом, понимая, что оба выглядят отдохнувшими и счастливыми. С прошлой их встречи оба казались закрытыми и нелюдимыми, а сейчас от них обоих веяло счастьем. Девушка только сейчас смогла в полной мере оценить всю картину: ларёк с детской обувью и детская одежда в руках секретаря. Когда до Коллеи стало доходить происходящее, она смогла увидеть за двумя высокими мужчинами маленького мальчика и сразу же ощутила стыд, что не смогла заметить его за преградой. Та решила тактично промолчать, ожидая слов от своих друзей. Подошедшие Тигнари и Сайно, не сдержав улыбок, поприветствовали Кавеха и Хайтама в своей манере. — Можешь не пытаться, Коллеи. У этих двоих сейчас явно другие дела! Раз даже не могли зайти к нам после возвращения Хайтама. — Тигнари ухмыльнулся своим мыслям, но, увидев детскую одежду, так же замолчал, ведь пытался понять, для чего это им. — Колись, Хайтам, ты опять что-то удумал. Разве ты просто так стал бы лезть под землю! — Сайно единственный, кто не замолкал, продолжая смотреть в соколиный глаз. И как будто передавая тому подмигивание из-за чёлки, скрывающей один глаз. — Я думаю, что те провалы были неспроста. Поэтому предлагаю тебе выслушать мою теорию на этот счёт. Тигнари ткнул будущего мужа локтем, призывая того замолчать, чтобы юная пара созналась в секрете, что был за их спинами, и смотрел на всё с диким восторгом. — Кавех? — Тигнари скрестил руки на груди и без злобы произнёс: — Вроде в нашем мире не практикуется деторождение от мужчин. Или вы решили устроить благотворительность для детского дома? Кавех прокашлялся, бросая взгляд на возлюбленного. Тот всё также смотрел на Сайно, но они как будто общались мысленно между собой. Коллеи и вовсе пыталась не смотреть на неизвестного ей мальчика, чтобы не портить себе и другим открытие года. — Как бы тебе сказать… Всё вышло очень странно, и мы ничего подобного не планировали. Просто… — Теперь мы родители. — Хайтам с обычной уверенностью в голосе отчеканил, как отрезал, при этом отходя в сторону, показывая на свет мальчика семи лет. — Здрасьте! — Раньше очень стеснительный и неуверенный мальчик в кругу Кавеха и Аль-Хайтама за пару дней как будто и вовсе забыл о понятии «стесняться при знакомстве». Тигнари застыл от шока, а Сайно моргал через каждые пару секунд. Чего они точно не ожидали, так это маленького чуда перед собой. И лишь Коллеи подошла к Джину и самым дружелюбным тоном спросила: — Привет. Меня зовут Коллеи. А тебя как? — Её улыбка была так же по-детски доброй и милой, хотя совсем недавно ей исполнилось семнадцать. — Джин. — Мальчик осмотрел девочку и поразился вслух: — У тебя очень красивые глаза и волосы. — Спасибо, но… Твои глаза — они восхитительны. Никогда бы не подумала, что на свете есть такой цвет. Младшие из семьи нашли общий язык, явно радуясь тому, что смогли познакомиться. За время общения Джина и Коллеи Тигнари смог прийти в себя и перевести взгляд на Кавеха, полного вопросов. — Кавех, я, конечно, рад за вас, но откуда? Архитектор поднял взгляд, полный любви к своему чаду, и сказал: — Давай дома у нас обсудим. Сейчас надо заняться делами. Лесной страж мысленно согласился и так же пошёл знакомиться с мальчиком. Сайно, что только отошёл от шока, добавил: — И как вы сделали его? — Ничего более глупого генерал ещё в жизни не произносил, даже шутки были чем-то умным, чем его вопрос. Но его можно понять — только отошёл от ощущения взрыва в своей голове, при этом ему требовалось собрать все чувства воедино. Все присутствующие благополучно проигнорировали это, уделяя всё внимание мальчику. Даже продавец, стоящий всё ещё рядом, сделал гримасу, схожую с камнем. Один Аль-Хайтам посмотрел на своего друга с лицом человека, что вытянул выигрышный билет, и сказал: — Ты только попроси, и я проведу тебе целый урок по мужской анатомии и о том, откуда берутся дети. — Сайно не оценил шутку, но отмалчиваться не стал. — Когда заболит задница, ко мне с Тигнари за советом не приходи. — В обязательном порядке захвачу по приходу пару масел для твоего несчастного тела. — На том и решили. После мужчины тактично замолчали, ожидая, когда же их возлюбленные наконец освободятся. . . . Манджу и Лоран так же посетили базар этим прекрасным днём, чтобы решить пару важных моментов. Парнишка был одет в обычную одежду Академии, и привычные атрибуты для учащихся он тоже имел — большие синяки под глазами. Из-за нехватки нормальной еды в рационе, тело била мелкая дрожь. Мужчина же был одет в менее примечательную одежду, но и сам не забыл обязательный атрибут на лице юных учёных, как будто отдавая дань уважения прошлому. А всё из-за того, что Лоран втянулся в долгий пересказ своей печальной истории и причины, по которой ему нужна хоть какая-нибудь информация о Кавехе, прямо посреди ночи. Парнишка будто чувствует надвигающуюся угрозу, поэтому и спешит успеть всё и сразу. Манджу, возможно, и посочувствовал бы ему, но он сидел полусонный и слушал того вполуха, да и мало что запомнил. Помнит лишь что-то про некий обвал, жертвы и суд. Над кем он проводится? Да Архонты его знают! Манджу не сильно вникал, а вот Лоран, кажется, ещё больше проникся своим новым другом и его печальной историей. Мужчина изо всех сил старался молчать, но настырность парня была выше всяких похвал. . . . — Знаешь, не думал, что мне станет легче после того, как всё расскажу кому-то. — Лоран с помощью Глаза Бога усиливал огонь в костре. — Когда я пытался поделиться переживаниями, многие просто отмахивались, прося меня делать свою работу и не отвлекаться… Манджу приоткрыл один глаз, замечая, как парнишка приуныл. — Мой отец — он неплохой, правда. Но я не понимаю, почему все так категорично относятся к нему. Он ведь наоборот старается помочь всем, а в итоге… — Парнишка с цветными глазами затих, окончательно погружаясь в пучину отчаяния и желания поскорее всё это закончить. Рассказав всё как на духу, ему стало капельку легче, но тревога продолжала съедать изнутри. — До сих пор не знаю, виновен он или нет…? Но если так подумать… Возможно, он и не святой, как я думаю… Неожиданно в голову Лорана прилетело твёрдое нечто, и было оно в реальности, а не в дымке разнообразных мыслей. Этот фактор заставил парня прикрыть глаза в защитном жесте, ожидая следующего удара. Но его не последовало. Устремив свой взор на Манджу, Лоран увидел в его руках небольшие камушки, которые тот умело прокручивал в руках. — Я не думаю, что это безопасно. — Бам. Ещё один камушек прилетел в лоб. Парнишка уже был готов совсем расстроиться от жестокости «друга», как считал только он, конечно же. — Хватит нюни пускать. Ты уже взрослый парень, надо уметь дать отпор своим проблемам. А иначе всю жизнь будешь получать камушками в лицо. — Манджу вновь прикрыл глаза, продолжая бубнить под нос. — И не делай такое лицо. Кинул я для наглядности. Как же легко разжечь надежду в душе юного инженера, особенно после слов его «друга». Разноцветные глаза Лорана с пониманием посмотрели на Манджу, и парень радостно побежал на мужчину. Тот в свою очередь даже испугался такому неожиданному событию. — Эй! Стой, где стоишь! Тонкие и совсем не крепкие руки обняли архитектора, разжигая в нём чувство на подобие смущения, а снаружи обогревало теплом, исходящим от Глаза Бога. Было странно и в какой-то степени это было почтительным жестом для архитектора, с высоким чувством прекрасного. — Это ведь урок для меня, так? — Лоран совсем не ждал ответа, но прижимался к телу Манджу аккуратно и без каких-либо злых замыслов. — Вы мне напоминаете моего отца. Он такой же строгий дядька и вечно раздаёт нравоучения. — Я не «дядька», малой… Сон как рукой сняло, больше глаза не смыкались, и Манджу внимал словам парнишки, ожидая услышать признание на уровне Мудрецов Академии. — Но вы куда добрее и совсем не злюка. — Эти слова были тише прошлых выкриков парня и больше похожи на слова маленького ребёнка, которому пришлось пережить не самые лучшие времена. Но даже так, под треск костра, Манджу расслышал каждое слово и в какой-то мере сожалел, что не слушал его историю. — Знаете, а у меня ведь есть старшая сестра. Тоже злюка, но мы всё равно объединились вместе, чтобы помочь отцу… Я совсем не хочу её видеть или помогать ей, но по-другому никак… Лоран продолжал прижиматься к телу мужчины, особо не ища в нём поддержки, сколько надежду на лучшее. Он сам не понимал, почему почувствовал надобность обнять человека, которого видит впервые. Но его тоска… Она исходит прямо из глубины его потухших глаз… Внезапно парнишка почувствовал руку на своей макушке — большую и прохладную. Та водила по заученной траектории, вызывая у юного инженера приятные воспоминания. Лоран ясно ощутил дрожь в руках Манджу. — Моя жена была такой же эмоциональной, как и ты. Вечно ей не сиделось на месте, всё ходила куда-то. — Мысли были далеко отсюда. Единственное, что его держало в сознании, — это неаккуратно собранные волосы в косичку. Лоран, как будто видел прошлое Манджу воочию, через прикосновение.Муж гладит жену по длинным волосам, пока та с наслаждением вчитывается в книгу про фантастический мир с маленькими существами. Ощущая неясную печаль, парень неожиданно для себя стал проливать слёзы на одежду Манджу. — Простите… Я чувствую вашу боль и утрату, и я знаю, что прошёл год после тех жестоких событий… Навряд ли я смогу вам чем-то помочь, но… — Парень отстранился от тела, смотря в потухшие глаза. — Я верю, что вы обязательно вновь найдёте своё счастье. Главное — не сдавайтесь. Чувства внутри Лорана разрывали его от боли и тоски за своего нового «друга». Он желал облегчить его страдания, но разве обычный инженер способен что-то предпринять? Парень искренне проливал свои слёзы и произносил эти слова. Манджу так давно не встречал подобных: чистых, ярких и добрых людей. Ему правда захотелось извиниться перед ним за то, что даже шанса не дал высказаться. Архитектор редко позволял себе слабость, но почему-то перед этим мальчишкой хочется извиняться. Между ним и его умершей женой есть сходства… Доброта и чуткость. Мужчина не может относиться к этому мальчику плохо… Просто не может себе позволить этого. У Лорана явные проблемы с социумом, раз так нагло лезет к чужому человеку. — Извини, если где-то недопонял тебя. Я, эх. — Манджу собирался с мыслями, но в голову шло лишь одно лицо и одно сладкое имя на устах, что отдавало горким послевкусием. Как давно её уже нет? По ощущениям — десять лет, но прошёл всего лишь год… — Пойми, как минимум странно похищать человека и заставлять его говорить про бывшего друга. — Ой... Прости! Тогда просто вернёмся назад в город. Думаю, я и вправду поспешил. Про вас много рассказывали, думал клин клином смогу информацию узнать. — Лоран вытер слёзы и высморкался в белоснежный платок. Будь мужчина в настроении, он бы точно сделал замечание за такую жестокость к белоснежной ткани. — Я рад, что мы смогли понять друг друга… И ты всё же расскажешь про Кавеха? Мне правда нужно знать о нём как о человеке. Как же переменчиво настроение Лорана. Стоит поменять тему, как он сразу же переключается, отдавая все силы в другое русло. Возможно, это не так плохо. Но более сентиментального человека трудно встретить. Благо Манджу понял это, и больше у него нет ощущения, что его держат за идиота. — Давай потом. Лучше напомни, что ты собрался делать? — Манджу не мог поверить, что идёт на уступки буквально первому встречному. — Ты вроде говорил, что не будешь этого спрашивать. — Я знаю, что я говорил! — Раздражение быстро вернулось к мужчине. — А теперь по пунктам повтори всё, что ты надумал. Может, я и сделал для тебя исключение, но ты по-прежнему ведёшь себя как чёртов сталкер, и моё отношение должно быть соответствующим. Удивление и восторг смешались на лице Лорана. Но, взяв руку Манджу, парень довёл того до стола, где были механизмы. Этот мальчик ещё тактильный… Будто кот. — На самом деле я не собирался вообще никому рассказывать обо всём происходящем. Меня за такое бы засудили пожизненно. — Ближе к делу. Прокашлявшийся Лоран восстановил свою шляпу, возвращая её на место, при этом добавляя уверенность в свои слова. — Я, Лоран из семьи, что управляет всеми гостиницами в Фонтейне. Те передаются уже как в третьем поколении, и я имею честь учиться в Академии Сумеру — самом престижном училище во всех регионах. — Сколько же напыщенности… — Звучало это не так тихо, но инженер будто бы и не слышал этих слов. — Учась тут, я стал достоин отправиться на практику в гробницу для изучения древней письменности около месяца назад. И какое совпадение — именно в тот день случился обвал, и нас вызволяли оттуда несколько часов. — Мужчина приподнял брови, припоминая тот случай. Большой фигурой в этой истории стал… — Аль-Хайтам! Многие описывают его как гениального человека, а я скажу больше! Он способен превзойти Архонта Мудрости в знаниях, а моего Архонта — в справедливости! Когда он появился, на тот момент я уже знал о нём совсем немного, но я сразу понял, что он прибыл не просто так и обвалы были его рук дела! Присев, Манджу осознавал, что история начинает принимать интересный поворот. На самом деле архитектор ждёт не дождётся развязки всего этого. Такая тяга к чему-то давно не присутствовала в нём. — Да ну? — Да! Я нашёл механизм странного происхождения под завалом камней. Очень логично, кстати. Хочешь спросить почему? — Нет. — Потому что, будь этот механизм в более удобном и доступном месте, все нашли бы его и сразу же начались поиски того, кто жаждал нас завалить. Но я больше склоняюсь к версии, что господин Хайтам просто хотел повода, чтобы прийти. — Правда? — Ага! Слушай дальше! — Лоран совсем забылся и стал обращаться на «ты» к Манджу, но старший не придал этому внимания, а иначе парнишка бы расстроился, что ему мешают говорить. — Когда я нашёл причину обвала и при этом узнал о будущей экспедиции под рукой Хайтама, всё сразу же стало на свои места. — То есть это как-то связано. — Ну конечно!!! — Голос парня становился всё громче и громче, что било по ушам Манджу. — После я смог доработать механизм и сделать его по-другому. Навряд ли мне удастся перепрыгнуть умения господина Аль-Хайтама, но я хотя бы попытался. Его голос стал затухать на последнем предложении, и Лоран наконец сделал паузу, садясь рядом с мужчиной. Тот в свою очередь взял тот самый механизм, из-за которого Лоран так надрывался. — А это уже другой. Вполне возможно, его «брат». Мне удалось его найти, когда я спустился в провал недалеко от гробниц. — Он совсем малюсенький. Разве он может создать огромные дыры? — Этот нет. А первая его функция была именно такой. Раньше он был большим, но мне удалось найти только этот небольшой кусочек. Очень жаль. Манджу всё больше поражался изобретательности этого юноши. Буквально из ничего парень создал нечто подобное тому, что и Хайтам. Хотя секретарь тоже поражал своими умениями и знаниями. И всё же архитектор в глубине души подозревал что-то неладное во всех этих дырах. — Мы можем опробовать его. Что скажете? Прокрутив в руках ещё раз маленькую конструкцию, больше похожую на пилюлю размером с мизинец, Манджу произнёс: — А давай. Лоран на радостях подпрыгнул, взял стакан с водой и внедрил в него ту механическую пилюлю, что была в руках архитектора. Наблюдая, как происходит абсолютное ничего. В ушах стало отчётливо слышно, будто что-то стучит. Вполне возможно, это было сердце. Манджу и сам не заметил, как ждал чего-то великого от всего этого мероприятия. Ведь он и правда смог прочувствовать уважение к юноше, который даже не достиг возраста для употребления алкоголя. — Ну, так и… Не договорив начатое, стакан задрожал, вода разлилась в разные стороны. От неожиданности мужчина отпрянул, обращая внимание, как земля понемногу дребезжит. Но провалов, как новость кричала вокруг и всюду, не было. Стакан продолжал оставаться целым, а дрожь перешла в тело, щекоча полость рта и живот. — Выключай! Лоран застыл, смотря на стакан. — Оглох что ли?! Выключай! — Взгляд парня приковался к одной точке. Он действительно наслаждался процессом, и невозможно было оторвать его от дела лишь парой фраз. Всё вокруг казалось пустым и бесконечно тихим, а нарастающий шум из стакана начал пробуждать панику в теле Манджу. — Лоран! Это небезопасно. Если прилетит в лоб, так просто не отделаешься! Только успел он схватить парня за плечо, как послышалось странное щёлканье от механической пилюли. Резко уклонившись вместе с парнем, Манджу прикрыл его всем телом, прижимаясь к земле. Резкая тишина. Боли не последовало, но и спокойствия не пришло. Понимая, что вокруг стало на несколько градусов теплее, да ещё и прибавились звуки, схожие с голосами людей. Осознание! Точно. Кто-то громко пел заученную до дыр песню про моряка и русалку — очень пошлую и некультурную, если быть честным. Не слишком ли громко для пустыни? Песня резко стихла, и голоса смешались с выкриками удивления. Приоткрыв глаза, Манджу оглядел место, где теперь оказался вместе с Лораном, всё ещё находившимся в его объятиях. И точно — это то же самое место, откуда его забрал парень. А люди пели, потому что хорошо проводили время за выпивкой. При этом рядом сидели люди из Бригады тридцати. Да ещё и Ибрагим с парой других патрульных были сильно удивлены всей ситуацией. Ведь именно они пытаются разобраться со странной личностью, что должна разгуливать по городу. А парень в руках Манджу был именно таким: странная причёска, взгляд и одежда. Всё говорило о том, что эти ребята могут быть замешаны в нехорошем. — Чего вылупились, недоношенные? Людей никогда не видели?! — Мужчина поднялся, помогая Лорану прийти в себя, при этом не забывая закрыть его своей спиной — уж слишком странно на него поглядывали. Манджу быстрее повёл своего попутчика перед собой, чтобы забыть об этой ситуации как о страшном сне. Но услышал за спиной: — Куда намылились, утырки?! — Держите этих ублюдков! Вздохнув и с тяжёлым грузом на сердце, Манджу подхватил своего спутника на плечо и понёсся по ночным улицам города, пытаясь не задохнуться от непривычной нагрузки. Он старался вывернуть так, чтобы до его дома было как можно дальше. Если повезёт, его могут даже не узнать при следующей встрече. И тогда можно будет притвориться дурачком. Но сейчас надо оторваться от погони и перевести дух. Не зря Кавех говорил: для архитектора важно всегда быть в тонусе. А Манджу, как назло, почти год не следил за телом. Набрал лишние килограммы, заработал хронический кашель от бесконечного нахождения дома в непроветренном помещении. Погоня всё ближе наступала со спины. Давно забытый страх начал проникать под кожу, вызывая холодный пот с судорожным дыханием. В глазах уже начинало темнеть, а шаг становился медленнее. Неожиданно для себя Манджу оказался в совершенно другом месте и резко затормозил, почти соприкасаясь с деревом. Быстро обернувшись, мужчина ощутил резкую вспышку боли в шее такой силы, что в глазах начало темнеть. От усталости пришлось присесть на землю. Он ещё долго не сможет нормально оборачиваться, зато погони не было. Место, в котором они оказались, — окраина города. Каким же было удивление Манджу, когда перед собой он увидел дом, навевающий приятные, но в то же время гнетущие воспоминания. Горло больно напомнило о сухости от бесконечных вздохов и одышек. Голова неумолимо трещала по швам. Тело парня на плече подалось вперёд, падая на землю. Мужчина даже не огорчился, а лишь навис над телом инженера, быстро отгоняя прошлое. — Что. Это. Только. Что. Было?! Лоран оторвался от земли, оглядывая обстановку вокруг. — Ура-а-а, получилось… — Его голос, кажется, стал ещё тише. Возможно, лёжа на плече «друга», ему что-то придавило, раз у парня даже сил говорить не осталось. — В смысле?!.. — Манджу громко откашлялся, почувствовав раздражение в горле. — Как это понимать? — Я использовал свои личные телепорты, кхм… и отправил нас сюда. — Скрывая свою злобу, Манджу готов был разломить череп этого мальца, но поумерил пыл, понимая, что тот пытался спасти их шкуры. — Теперь всё будет хорошо. Правда… «Правда» — как родное это слово звучит. Не может мужчина долго злиться на этого парня: такого шустрого, глупого в некоторых моментах и неугомонного. Всё в нём напоминает Джасвиндер. Она была такой же, при этом скрывала за собой ум, но предпочла всё же отдаться семье, и это погубило её. В какой-то степени мужчина боится подпускать близко к себе людей, зная, что однажды с ними случится что-то плохое. А этот Лоран точно не отвяжется. И Манджу вновь начинает ощущать страх перед неизвестностью будущего. Собравшись с мыслями и остудив пыл, что давно не проявлялся, он подошёл к инженеру и произнёс: — Напомни, для чего тебе нужен был Кавех? Парнишка открыл глаза и устремил их свет напротив в совсем потухшие, но цепляющиеся за жизнь. — А… а… — Лоран верил, что этот архитектор в конце концов бросит попытки и забудет об этом, но не на того напал. — Моя семья сильно виновата перед его матерью. Я хотел сначала понять его натуру, чтобы было проще сообщить новость. Но сейчас… навряд ли я смогу сделать первый шаг. Меня наверняка запомнили. — Не то чтобы ты и раньше скрывался. Твоя одежда говорит сама за себя — нездешний. Лоран тихо посмеялся. — Я хотел произвести впечатление… и дать понять, что не имею злых умыслов. — Да. У тебя получилось. — Правда? — Да. Не описать то счастье, что промелькнуло в разноцветных очах юного инженера после этих слов. Ему даже дышать стало легче, а небо казалось ещё более прекрасным. Резко идиллию прервал дедушка, вышедший из дома. — Псины недоделанные! Чего расшумелись?! — На крыльце показался дедушка лет семидесяти, но двигался он уверенно даже без трости. — Вообще-то грубо, дедуль. — Манджу произнёс это с тёплой и небольшой улыбкой на губах. Дедушка Джас не изменился почти. Всё так же кроет ругательствами только в путь. Даже волосы не стали полностью седыми, что было завидным фактом. Ведь после большого горя в жизни архитектора у него начали появляться седые локоны, которые он не старался скрыть. — Батюшки, да это же Манджу! Иди сюда, милок, и этого тащи, дурня. Сейчас вы мне всё расскажите. Мужчина с подозрением посмотрел на Лорана. Тот всё так же улыбнулся, показывая, что и тут он тоже успел побывать. Теперь ясно, откуда он многое знает из его биографии. . . . Мужчина этой ночью выслушал переживания Лорана. Парень рассказывал о своём изобретении и о том, как установил его на платформу, сделанную Кавехом. Всё задумывалось, чтобы сорвать шествие и сделать акцент на плохой конструкции, а благодаря этому снять кучу баллов с команды Нилу. Но, увидев результат вчерашнего механизма, инженер так испугался, что даже не ложился спать. Пару раз Лоран возвращался на место взрыва и становился свидетелем поистине огромной дыры. Теперь весь его план сводился к тому, чтобы всё исправить, а на конкурс, который начнётся через неделю, смотреть уже как есть. И надеяться, что сестра займёт хотя бы место в первой десятке. Из-за больших переживаний парень через силу поспал пару часов. А после Манджу заявил: — Так уж и быть, помогу тебе добраться до платформы. Но не из доброты душевной, а лишь для того, чтобы сохранить жизни людей. Я уже молчу про то, что ты хотел навредить творению Кавеха. — Мужчина никогда не был рыцарем с чистой душой. Он знает все свои грехи и отвратительные черты характера. Но мириться с невинными жертвами и вешать на Лорана клеймо убийцы не желал. Парнишка не сразу понял смысл слов, продолжая слушать и молиться, чтобы голова не взорвалась от ноющей боли. — Платформа будет находиться на сцене театра «Зубаир». — Мужчина поднёс стакан с холодной водой парню. Тот с радостью всё выпил. — Вечером и ночью идти туда бесполезно — уже закроются. К утру мы с тобой опоздали. Остаётся надежда на обед. Он у них длинный, почти полтора часа. Покупателей в будние дни не так много, так что это наш шанс. Лоран подтянул одеяло к лицу и, шмыгая носом, утирал слёзы. — Манджу-у-у, почему ты такой хороший…? А дед говорил, что ты стал чёрствым как хлеб. — Святые Архонты. . . . Наше время. Лоран, утирая слёзы, встал с земли, приводя себя в божеский вид. Манджу же сидел на корточках, держась за голову и отсчитывая до тысячи, пытаясь держать себя в узде. — Я понял тебя! Давай заберём негодное всем творение. Парнишка стал двигаться к центру базара, подмечая для себя, что людей и вправду мало. А ведь ему получилось прикрепить механизм совершенно случайно, когда вокруг было много людей. В тот день он должен был получить письмо от сестры, потому отправился на место выдачи. По случаю он встретил огромную процессию с перевозчиками, которые везли огромный кусок древесины, похожий на основание платформы — пол. Тогда Лоран и увидел Кавеха, что руководил всем этим мероприятием. В тот момент парень понял, кого же напоминает ему этот мужчина, и страх окутал юного инженера с ног до головы. Задумавшись, юный инженер споткнулся и покатился прямо к сооружению, заваливаясь прямо под него, при этом снося с ног рабочих. Кавех чудесным образом остановил падающую конструкцию, и пока он держал её, Лоран быстро установил механизм между дощечками почти готового пола. Парень и сам не понял своего поведения, но спихнул это на шок. Поблагодарив спасителя, парень ушёл дальше по делам. Как же он тогда удивился своей удаче! Он знал, что на конкурс требуется платформа. Наверняка его сестра и её слуги подготовят её, хотя тех уже и не осталось, скорее всего… Но инженер никак не ожидал застать момент подготовки к конкурсу в таких масштабах. И встретить того, перед кем будет чувствовать непоправимую вину. Да, он осознавал, что поступил плохо, установив механизм. Но разве он может по-другому? Его сестра — абсолютная бездарность в танцах. Победы им ни за что не видать, и если не жульничать, то шансы в выигрыше на суде и на конкурсе будут ровняться нулю. Только Архонт Мудрости поможет развеять сомнения и прояснить всю ситуацию, даже не участвуя во всём этом. И тогда, возможно, у Лорана получится спасти отца от смертной казни. А правильно ли он поступает, желая спасти деспотичного отца? . . . — Лоран! — Манджу схватил парня за руку и, давая тому лёгкие шлепки по лицу, возвращал его в чувства. — Будь внимательнее. Там недалеко стоит Кавех, Аль-Хайтам и их друзья. Если бы они тебя заметили, то можно считать, что операция провалена. В голосе архитектора почти не слышалось злости и разочарования в действиях Лорана. Юный инженер обернулся и вправду заметил того, кого боялся на данный момент даже больше, чем отца и суда. Кавех что-то рассказывал Нилу, а та, встав, начала радостно плясать с маленьким мальчиком. Рядом так же были продавцы с базара, что радостно хлопали чему-то. При этом хваля Аль-Хайтама, а женщина средних лет, плача, обнимала юнца, что-то говоря тому. Вокруг них царила приятная атмосфера, и Лорану стало совестно за свои ужасные поступки и мысли. А его ли они? Отойдя за прилавок, парень посмотрел на своего сопровождающего. Тот внимательно смотрел в ответ, ожидая, когда же приезжий из Фонтейна аристократ успокоит свои нервы. Всё это постепенно начинало раздражать. Все выходки этого парня просто невыносимы. Сначала ведёт себя словно богатый сын своего отца, потом начинает откровенничать и обнимать. После плачет и умудряется растопить замёрзшее сердце Манджу. Истерит, засматривается в одну точку и порой вообще не соображает, что происходит. Будто это вовсе не Лоран… Хотя архитектор не знает его настоящим. Лоран ещё раз посмотрел на яркую и полную любви картину. Внутри всё разрывалось и трещало по швам — вот-вот сознание рухнет, а надежды и мечты растворятся в пустоте. В который раз увесистая рука легла на голову парня, при этом дёргая его в разные стороны, как рычаг, что заел и не желает работать. — Сколько раз мне ещё нужно повторять: хватит распускать нюни! Ты должен сам расхлёбывать свои проблемы. Никто не поможет тебе. — Юный инженер опустил глаза в землю, ощущая в полной мере всю свою ничтожность. Слёзы больше не шли — уже банально не было желания реветь. Просто хотелось обратно домой, в холодную подсобку его небольшой мастерской, где пришедшие клиенты никогда не ставят на ровне с собой. А все новые изобретения бездушно отвергаются как тупая безделушка. А вслед за ним летят слова о некомпетентности его работы и труда. Разве может у гостиничного буржуя быть грязное и портящее кровь инженерное мастерство? Только трудяги должны заниматься этим, не потомок знати. Родная сестра пытается вместе с ним, но она по-прежнему ведёт себя будто пуп земли. Бабушка Лилавати его сильно поддержала в его идеях, но… У Лорана больше нет никого. — Но это не значит, что я не помогу. Как будто услышав мысли своего юного напарника, Манджу решил не добивать его окончательно, а дать дольку надежды. Ведь что ни скажи, а от похвалы инженер начинает сиять и верить с большей силой, чем было раньше. Мальчишка изголодался по хорошему отношению к своей персоне и радостно уткнул свой взор на лицо старшего. Столько благодарности, счастья и почтения в маленьком теле, что представить невозможно. Манджу вместо своего прошлого действия — прокручивания головы в разные стороны — изменил тактику и стал гладить по волосам парня. Будто родное дитя… Тот совсем тихо спросил: — Могу ли я как-нибудь поблагодарить тебя за твою доброту и понимание после всей этой истории? — Раньше ты совсем не спрашивал меня, даже когда вешался на шею. — Я знаю. Просто мне показалось, что сейчас самый неподходящий момент, чтобы спросить об этом. Манджу выдал улыбку, полную спокойствия. Он давно не позволял себе не то чтобы улыбаться, а даже проявлять столько эмоций, сколько за одну ночь. И лишь за ночь Манджу уже готов помогать мальчику-инженеру из Фонтейна. Зная, что у его отца большие проблемы и он задолжал Кавеху какую-то тему для разговора. Возможно, архитектору хотелось чего-то нового в его скучной жизни. Люди и вправду странные существа. Всего лишь от одной истории дедушки Джасвиндер, Лоран был готов бежать к Манджу и кланяться тому в ноги за его стойкость перед тяготами жизни. Но в итоге сам же не смог справиться с давлением и ждал помощи и невидимую руку поддержки. В новом регионе Лоран уже обосновался. Его почти перестали тревожить мысли о прекращении учёбы после неудачного ответа на уроке. Даже сдружился с однокурсниками, которые были на пару лет младше Лорана. И юный инженер правда ожидал, что, возможно, у него появится друг, который поддержит и не будет обижать морально, как мать. Да вот сдружиться за ночь почти с тридцатилетним мужчиной парень никак не ожидал. А ведь они оба похожи: Манджу потерял детей, а Лоран бьётся на суде за отца. Хотя даже если глава не сядет за решётку, навряд ли хоть кто-нибудь вспомнит про младшего со странным хобби. Возможно, всё не так уж и плохо. Возможно, в Сумеру не так плохо, как говорил отец…