Выпьем в последний раз и завяжу

Йоу, ты, плоский тип От твоих жалких понтов весь зал тошнит А меня настолько, что грежу тем, как бы не блевануть на пол рифленого пола и Можно спокойно обвинить во всем пол сего шота что В моем организме, но добрый Саня, что привел меня сюда, подтвердит, что я не знаю, что такое слово лимит А следовательно, мое высказывание верное Ты видел себя? Толстой бы не сравнил с тобой простое дерево Я забегаю вперед, но чуть позже литературы период Хотя, какая к черту кому разница, Здесь половина поддатые, а вторая — тотальный позор и несуразица Приберегу умные панчи для дяди Яновича, а ты докушай свой торт панчо, и меня послушай, как я тихо, не крича Спущу твою самооценку без особого клича Не удивительно, что ты попался в раунд именно мне Ведь, что может сказать какая-то баба, выпившая пол бара? Но, даже в моем состоянии, я выговариваю буквы лучше, чем ты, ведь логопед при работе с тобой, тоже был пьяным Его винить не за что, он простой человек Но, вот ты, так пытался выровнять свое положение, решил сделать кому то одолжение? и при всей твоей внешке записался в хип хоп Я подумала, что забыл здесь этот недопанкер, Но как только ты открыл свой рот Мне стало жаль культуру, бедные, блять, панки Они не выдержали такого осквернения жанра Ведь ты не выстоял хард рок, и уходя от них, ты даже слезы лил под «фламиного алого заката» И к чему ты нацепил всю эту груду металла, как с тебя б все не свисало, тебя даже жизнь переметала, Пережевала и выплюнула, а я то думаю, откуда этот сгнивший запах от метана Ты хотел доказать им обратное? Парень, тебе пора усвоить жизненный урок Что натура вся настолько всратая Я б бы на твоем месте уж спустила бы курок И ладно, принял бы ее, свою, но нет, ты зачем то лезешь в компанию При виде тебя здесь, я подумала, нихуя какой голубок то израненный Он явно попутал гей-клуб Не, я топлю за геев, как за винчик у Сани, но я не думала, что ты настолько глуп Решил подмазаться к кому нибудь хотя бы Как жалко то, измазаться решил в железной краске, но путь к успеху лежит там, где себя потерял ты За новым раундом, в моем организме каким-то образом оказалось уже шота два, а в руке сверкал бокал с не разбавленным виски, который я умудрилась, кажется, стащить у какого-то знакомого мне парня с мини- реп тусовки. Осознание доносило до меня факт того, что вокруг сцены собрались почти все присутствующие, еще бы, наконец глаз узрел зрелище. Но, а мои глаза, проносились мимо барной стойки и гордого выражения лица доброго Сани. Честно говоря, я понятия не имею, что я наплела дальше из всевозможных букв, но моему «оппоненту» явно было так обидно, что он расплакался после того, как была объявлена моя победа. Я бы проанализировала его рифмы и панчи, будь я немного трезвее, но сейчас, все, что я вижу -это ликующая толпа возле меня, и радостное сознание. Хотя, будь я сейчас в своем привычном состоянии, я бы спряталась за стойкой и покрыла бы всеми прелестными словами великого матного лексически-незаменимого русского языка доброго Саню. Какой-то здравый смысл пытаться протолкнуть меня и выразить что-то на подобии улыбки совершенно левым чувакам. Видимо, он сконцентрировался на этом настолько, что слабо стал отвечать за прямые допотопные функции нормальной координации, оставив мне предвкушать картину моего успешного падания на сей пол. Ну, не блевану, так упаду, то на том и сходится. Уверенна, в голове у доброго Сани пронеслись те же мысли, только в отличающиеся форме. Мои предвкушения скоропостижной боли прервало ощущение чьих то рук на моей спине, и тут уже автоматом подрались и в глаза. Ну и кто этот сраный благодетель, что забрал у меня долгожданное падение? Концентрируя все внимание, я вижу слишком уж прекрасные для этого мира глаза, что смотрят с беспокойством и каким-то удивлением в самую дыру души, была бы я трезвее, аж расплакалась бы. Глаза смотрели бездонно чисто, будто вода в каком нибудь Байкале, даже несмотря на то, что слегка отличались друг от друга, что было особо для всех незаметно. Эти глаза были мне знакомы, но не настолько явно, почему то сердце начало биться быстрее, видимо под действием осознания событий, последнее, что проплыло у меня в закромах головы — мысль о своем странном положении в данную минуту времени, но кроме этих глаз тогда не существовало ничего.