Foster care

      Идея сбежать с последних уроков принадлежала Юджину, который весьма пространно намекнул, что за прогул можно не переживать.       — А даже если и поймают, то какая разница? — легкомысленно сказал он, — когда Фостер узнает, почему мы сбежали, он посчитает это уважительной причиной.       — Что-то я на этот счет сильно сомневаюсь, — проворчала Кристина, послушно следуя за ним за школьные трибуны, где обычно собирались старшеклассники. План Юджи был прост — попросить кого-то из старших вывезти их в своей машине за символическую сумму. Способ был не то чтобы сильно популярный (электронный дневник обмануть было куда сложнее, чем охранника), но в ходу. Плюс приятный бонус — если за школой установлено наблюдение, то это замечательное решение, чтобы сбить с толку возможных соглядатаев.       — Ну, Лила так точно будет на нашей стороне, — с уверенностью сказал Макс, — она нас отмажет. Ей будет приятно, что мы за нее переживаем.       На самом деле дети довольно смутно представляли себе, каким именно образом они смогут выразить свою поддержку Лиле, но ни о каких уроках и речи быть не могло. Как вообще можно сосредоточится на занятиях, когда где-то прямо сейчас решается судьба небезразличного тебе человека? Впрочем, и твоя, вероятно, тоже. Переговорщиком со старшеклассниками тоже выступил Юджин, захватив в качестве моральной поддержки Эндрю. Макс с трудом сдержал улыбку, когда очкарик принялся торговаться касательно цены, смешно подпрыгивая в особо эмоциональные моменты. К счастью, Эндрю сразу же ненавязчиво вмешался, со свойственной ему дипломатичностью и тактом угомонив Юджи и успокоив начавшего раздражаться старшеклассника, поэтому уже через полчаса Фостеры ехали по совершенно другому адресу (у Юджи включилась паранойя) и мысленно прикидывали запасы наличности в карманах.       — Обязательно было просить его останавливаться так далеко? — ворчала Кейт, с помощью Макса перелезая через декоративную изгородь. Их спасало то, что была середина дня и большинство жителей были на работе, — все равно, все всё поймут, сразу же как мы окажемся дома!       — Зато мы будем знать, что утерли нос профессионалам! — с таким довольным видом ответил Юджин, что Макс подозрительно на него покосился — похоже, именно ради этого мелкий и организовал их побег, а беспокойство за Лилу стало лишь предлогом.       — Спорим, кому-то быть сегодня битым? — ангельским голоском спросила Кристина, остужая его энтузиазм.       — Не каркай! — проворчал тот, — на эшафот пойдем все, вы меня не остановили!       «Это точно…» — мрачно подумал Макс, спрыгивая на прорезиненное покрытие их собственного заднего двора. Оставалось надеяться, что Лила действительно их отмажет. Если, конечно, она еще не уехала.       Особо больше не таясь, дети гурьбой завалились в дом. К счастью, они успели вовремя. В любимом кресле Фостера скромно поджав ноги, сидела уже знакомая им ассистентка адвоката, которую тот называл Катриной. Сама Лила была уже готова — в непривычно-строгом, деловом виде. Блуза, пиджак, прямые брюки, каблуки, волосы собраны в замысловатую ракушку — совсем не похожа на привычную себя.       — Вы что тут делаете? — ахнула она, откладывая в сторону тонкую папку, которую вчера с пафосом вручил ей пухляш-адвокат. «Это наша стратегия, каждый листок здесь — на вес золота!» — патетично потрясая подбородками, заявил он, — «Ложитесь спать вместе с ней! И даже в туалете не выпускайте из рук!».       — Мы сбежали, — честно призналась Кейт и, игнорируя нетронутую выглаженность Лилыного костюма, подбежала и крепко обняла ее, — мы очень переживаем! Все же будет хорошо?       — Засранцы малолетние, — нежно выдохнула Лила, прижимая ее к себе, — ну что за глупости, конечно, все будет нормально.       — Вы всегда так говорите, — проворчала Кристина, — а потом выходит, ну в крайнем случае — терпимо.       — Я ставлю себе цель и иду к ней, — подтягивая ее к себе, сказала Лила, — и не позволяю ничему себя сбить. Особенно плохим прогнозам. А уж с такой-то группой поддержки у меня все точно будет хорошо. Вы ели?       Макс подумал, что только Лила могла готовиться к судебному заседанию и параллельно беспокоиться о том, поели они или нет.       — Я сделала сливочный суп-пюре из брокколи, он еще горячий, только гренки, наверное, еще не готовы… Они в духовке. Обязательно поешьте. Я позвоню Нилу, что вы дома, мы собирались с ним встретиться у здания суда, но раз вы тут…       — Нет-нет! Не надо, мы сами посидим! — поспешно выкрикнул Эндрю и, поймав удивленный взгляд Лилы, смущенно пояснил, — надо чтобы кто-то близкий обязательно был рядом…       — Правда, мы же дома, что с нами случится? — поддержал его Макс, — А давайте вы его попросите слать нам сообщения в процессе? Мы скрестим пальцы.       — Не думаю, что это будет разрешено, — вмешалась Катрина, — судья Приксли весьма придирчивый, иногда он просит оставить телефоны на входе. Миссис Фостер, извините, но нам уже пора.       Она ненавязчиво постучала ноготком по часам.       — Хорошо, — кивнула Лила, — полминуты… Я позвоню вам сразу же, как только станет что-то известно. Ведите себя хорошо. Поешьте и не взорвите дом.             Несмотря на шутку, напряжение не особо схлынуло. Макс не удержался и, переборов смущение перед посторонними, тоже напросился на обнимашки. Они проводили ее до машины Катрины и, только когда ее автомобиль скрылся за поворотом, вернулись в дом.       — Это глупо, но у меня такое ощущение, будто я ее вижу в последний раз, — пожаловался Юджин.       — Вот уж точно! — сердито сказала Крис, бросая на него недовольный взгляд. Но Макс был уверен, что злится она в большей степени потому, что чувствует нечто похожее.       — Идемте, — вздохнула Кети, — мы и так уже сегодня достаточно напакостили. Давайте ради разнообразия сделаем то, о чем нас просили: поедим и не взорвем дом.       — Последнее — не обещаю, — трагично вздохнул Юджин и все засмеялись.       На кухне Эндрю сразу же открыл духовку и принялся тыкать пальцем в нарезанный кубиками тостерный хлеб, проверяя готов ли он.       — М-м-м, чесночный… И что-то еще, не могу понять что… — шумно вдохнул он горячий аромат. Макс тоже принюхался.       — Пармезан, — определил он и ткнул пальцем в чесночно-сырную приправу с прованскими травами, которая стояла на полке, — хватит дразнить, закрывай…       Через двадцать минут, когда тарелки опустели, вместе с сытостью пришло и какое-никакое спокойствие. Хотя Макс скорее трактовал бы это философским смирением. Видимо, организм сконцентрировался на переваривании, поэтому на полноценное нервничание не хватало ресурса.       — Я хотела позвонить Фостеру, но он не берет, — пожаловалась Кети, ища глазами часы, — но еще же рано вроде как?       — Наверное, в дороге и не слышит, — пожала плечами Кристина, загружая тарелки в посудомойку, — не звони, они и так там, наверное, нервничают. Как вам идея приготовить ужин? Думаю, Лиле потом будет не до того, а нам все равно нужно чем-то себя занять.       — Давай, — согласился Макс, которому тоже не улыбалось маяться от неизвестности, — сейчас, только надо переодеться, а то в прошлый раз Лила выгнала меня из кухни полотенцем.       Хотя, если уж на то пошло, тот соус он перевернул на себя случайно.       — Ребята, кажется у нас огромные проблемы… — очень напряженным голосом сказал Юджи, заходя на кухню. Секунду где-то стояла оглушающе-страшная тишина осознания. Потому что в руках у него была та самая папка с документами, которую Лиле передал адвокат. И про которую она забыла по их вине...       — О нет… — ахнула Кети, прижимая пальцы к губам.       — Так, без паники! — мгновенно сориентировался Эндрю, — Макс, звони Лиле, Крис, вызывай такси. Кейт, продолжай набирать Фостера… Заседание еще не началось, они же выезжали заранее! Когда начало?       — Через сорок четыре минуты, — дотошно сказал Юджин, — даже если они сейчас развернутся на полпути, они не успеют туда-обратно!       — С ней Катрина, она может предупредить этого толстяка, чтобы они задержали начало, — убежденно парировал Эндрю. Макс знал, что тот любит по вечерам на ноутбуке смотреть всякие криминальные сериалы, а недавно прочно подсел на «Suits». Видимо, его уверенность базировалась на этом.       — Не берет! — жалобно сказала Кейт, напряженно прижимая к уху смартфон. Тирелл, который тоже уже во второй раз перенабирал Лилу, выругался, когда звонок снова переключился на голосовую почту.       — Аналогично, — мрачно констатировал он.       — Такси будет у нас не раньше чем через двадцать минут, — сказала Кристина, — движение через мост в нашу сторону перекрыто.       — Через двадцать минут это уже не будет иметь никакого смысла, — серьезно ответил ей Юджин, — мы могли бы успеть, только если выехали бы вот прямо сейчас.       Решение, пусть не озвученное пока никем вслух, пришло мгновенно. Тот самый «коллективный разум», о котором так пренебрежительно отозвался Фостер. Весьма зря.       — Запасные у Фостера в комнате, я знаю где, но она заперта, — невпопад сказала Крис.       Замки на спальнях были довольно символическими, как, собственно, и должно быть, если дверь межкомнатная. На втором этаже двери практически никогда не закрывались, а вот свои комнаты старшие Фостеры запирали всегда. Макс подозревал, что скорее всего у кого-то из них есть сейф или что-то опасное, вроде оружия, которое они прятали от любопытства своих подопечных.       — Я знаю, как вскрывать эти замки, — машинально ответил он Кристине, оглядываясь ради поддержки на Эндрю. Тот решительно кивнул, одобряя его план, даже не вдаваясь в детали, — нужны будут нож, отвертка, шило или длинный тонкий гвоздь…       — Вы же понимаете, что нас всех потом убьют? — скорее для проформы, чем действительно пытаясь отговорить, спросил Юджин. Он вытащил свой ежедневник, что-то придирчиво выискивая среди записей.       — Всех вместе — не убьют, — ответила Кети, — но если ты боишься, тебя никто не заставляет и…       — Ага, — ехидно отозвался Юджин, — посмотрим, как далеко вы уйдете, учитывая, что за домом наблюдение! Нужно придумать, как отвлечь этих парней, чтобы Крис могла выехать.       — Макс, у нас нет времени, идем, — поторопил его Эндрю, открывая дверь кладовки, где Фостер хранил инструменты.       На то, чтобы отщелкнуть язычок замка, Максу потребовалось три минуты. Все это время Эндрю продолжал названивать старшим, не столько надеясь на результат, сколько очищая совесть. Кейт же в рекордные сроки повторила тот макияж, который добавлял Кристине добрый десяток лет — девушка за рулем вызывала куда меньше вопросов, чем подросток.       — На углу за домом Полкинсонов — зеленый пикап, — быстро тараторил Юджин, пока Крис подгоняла под себя сидение, — они наблюдают за нашей улицей и домом, но это еще полбеды. Они стоят на месте. Сразу на выезде белая тойота, вот эти как раз таки и следуют за нами. Надо отвлечь и первых и вторых.       — Тогда так, — решительно подвел черту Эндрю, — вы с Максом ими займетесь, Кейт, дашь нам отмашку, как можно выезжать. И быстро, у нас полчаса на дорогу!       — Поняла, — твердо кивнула Кейт, отдавая ему злополучную папку.       — Да уж, — буркнула Кристина, — прости, Юджин, ты был прав, я действительно накаркала.       — Я же говорил, что будем все вместе огребать, — легкомысленно отмахнулся тот, — а вместе — не страшно.       Кристина, ища поддержки, оглянулась на Эндрю и пристегнула ремень безопасности. Тот, подбадривая, сжал ее ладонь, прежде чем она завела мотор:       — Вместе. До самого конца.