Часть 64
30 октября 2023 г., 12:00
С ощущением, что он отправлен не в комнату, а в тюрьму строгого режима, Макс поднялся за остальными в спальню. За окном еще было светло, ни о каком сне не могло быть и речи, а всеобщее молчание создавало и без того угнетающую атмосферу. Макс открыл было рот, чтобы спросить, в чем смысл, но Эндрю поспешно приложил палец к его губам, а потом указал на открытую дверь спальни.
«А зачем?» — одними губами спросил Макс. Эндрю на это пожал плечами, а Юджи, взяв маркер, написал на одном из стикеров: «В тишине думается эффективнее».
«О чем тут думать? Мы же и так знали, что ничем хорошим это не кончится…» — подумал Макс, осторожно укладываясь на кровать. Может Фостер хотел, чтобы у них было время, чтобы придумать извинения подостовернее? Хотя вряд ли, он не из тех, кто упивается чувством собственного превосходства, когда перед ним слезно просят прощения. Но зачем-то же он отправил их сюда думать?
Тирелл скосил глаза на других ребят. Эндрю, подложив подушку под грудь, тоскливо-рассеянным взглядом смотрел в окно. Юджи механически повторял пальцем узор на покрывале. Не похоже, что их мысли заняты анализом ситуации, скорее наоборот. Может, весь смысл в том, чтобы они тут страдали и изнывали от скуки? Макс печально дернул уголком губ в невольной усмешке. Робу такое наказание бы понравилось. Он постоянно отправлял его «думать о своем поведении», обязательно перепроверяя, чтобы Макс не занялся ничем интересным.
«Вы рисковали своей жизнью — раз, предали мое доверие — два…» — интересно, а существовал ли способ выкрутиться из ситуации, не вляпываясь вот так капитально? Макс поморщился, пытаясь устроиться поудобнее. Лежать на животе долго он не привык, а даже свернуться в позу эмбриона сейчас было больно. Выпоротая, ноющая задница тоже как-то не располагала к размышлениям.
Раз уж Юджи вычислил наблюдателей, можно было бы к ним подойти и попросить о помощи? Вряд ли бы они, конечно, не послали их далеко и надолго, но при должной настойчивости? А что бы это дало? Предположим, Фостерам удалось бы кого-то из них убедить, парни первым делом попытались бы логично дозвониться до Лилы. И они опять возвратились бы к тому же, откуда начали — мост в их сторону был перекрыт, вернуться Лила бы не успела.
«Но ведь эти парни, которые на тойоте, они-то могли бы поехать? Они же рванули за джипом! Папку могли отвезти они? Или это тоже нарушение инструкции?»
Ну вот, куда не пойдешь, везде тупик. То есть решения не было? Макс обреченно опустил голову на руки, крутя ситуацию со всех сторон. Почему события сложились так неудачно? Пробка, отсутствие времени, не берущие трубку взрослые? Хотя, конечно, если быть действительно честным даже исключительно перед самим собой, Макс в глубине души скорее был бы раздосадован, если бы Нил или Лила все-таки ответили.
Неожиданно Эндрю резко привстал на руках, невольно привлекая к себе внимание. Его глаза расширились, рот приоткрылся, вечно растрепанные волосы создавали ассоциацию с Эйнштейном. Макс вопросительно вскинул брови.
«Адвокат!»
«Что?»
Эндрю на мгновение прислушался к происходящему вне комнаты, затем, морщась, аккуратно спустился вниз и на цыпочках прокрался к столу, где Юджин оставил маркер.
«Адвокат оставил свою визитку на холодильнике!»
В сгустившейся тишине Юджин оглушительно громко шлепнул себя ладонью по лбу. Макс несколько секунд смотрел на надпись, а затем уронил голову в подушку и застонал. Идиоты! Какие они идиоты! На визитке был телефон как самого Луиса, так и его юридической фирмы. Даже если бы он сам тоже не взял трубку (что вряд ли, потому что такого совпадения, что и Лила, и Фостер, и даже их адвокат оказались одновременно не на связи просто быть не могло), то в юрфирме обязательно бы кто-то ответил. А там — либо сообщили бы самому юристу, который смог бы задержать начало процесса, либо придумали бы что-то еще.
«Либо сказали нам, что эти документы — копия и мы можем не переживать…»
Когда решение было обнаружено, ожидание стало совсем невыносимым. На комнату медленно опускались сумерки, Макса понемногу клонило в сон, но боль не давала окончательно расслабиться и отрубиться. Тирелл даже немного позавидовал Юджину, у которого переживания высосали все силы, и ему удалось задремать. Время тянулось до отвращения медленно, поэтому, когда внизу раздался легкий хлопок входной двери, он невольно подскочил, как на пружине.
— Как ты? — даже с открытой дверью, голоса с первого этажа долетали еле-еле.
— Измотана, хочу убивать или, хотя бы, в душ. Как дети?
— Сама у них спрашивай…
Макс в досаде прикусил губу. Фостер вероятно вспомнил о том, что спальни открыты и увел Лилу на кухню. Больше ничего не было слышно. Несколько секунд Макс терзался выбором, потом решил, что хуже уже не будет, и на цыпочках выскользнул из кровати в коридор. Где чуть не столкнулся с Кристиной. Та понимающе закатила глаза и приложила палец к губам. Им пришлось опасно выйти на открытое место и почти перевеситься через перила, чтобы подслушать разговор.
— … маршалы и так пошли мне навстречу, поэтому, став Лилой Фостер, я получила права и обязанности конкретно Лилы Фостер. Меня признали виновной, но, учитывая обстоятельства, ограничились условным сроком. Луис смог убедить, что это была оправданная самооборона.
Кристина возбужденно вцепилась в локоть Макса, с трудом сдерживая эмоции. Он впервые видел, чтобы она не могла удержать ликующую улыбку. Несколько раз вдохнув и выдохнув, чтобы успокоить бушующие эмоции, Кристина на цыпочках вернулась в спальню, видимо, чтобы порадовать Кейт. Макс последовал ее примеру.
Юджин еще спал, но Эндрю нетерпеливо свесился с кровати, подзывая Макса к себе.
— Ну что? — еле слышным шепотом спросил он.
— Кажется, все хорошо, — облегченно ответил Макс.
— Ее оправдали?
— Э… Я не совсем понял, вроде как нет, но наказание условное. Адвокат смог доказать, что это была оправданная самооборона, — пересказал Макс, — иначе бы ее не отпустили, разве нет?
Эндрю задумчиво прикусил губу и в досаде оглянулся на тумбочку, где лежал его планшет.
— Надо посмотреть в интернете. Я делал закладки на статьях, но мало что понял, — зашептал он, — быть обвиненным в уголовном преступлении, значит быть лишенным части социальных прав. Убийца не может стать приемным родителем по программе Foster care.
Макс моргнул, складывая мозаику в голове. Получается, в момент, когда Лилу признали виновной, она потеряла право находиться в патронажной системе? Нет, это же бред, не складывается! В очередной раз за сегодня проигнорировав запрет Фостера, Макс решительно цапнул планшет с тумбочки. Все равно Лила и Нил сейчас разговаривают, вряд ли кто-то из них сейчас сюда нагрянет.
— Статья 35 пункт десятый, — вбивая в поиск «оправданная самооборона», прочитал он, — «Родитель, опекун или другое лицо, которому поручено заботиться и наблюдать за лицом моложе 21 года или недееспособным лицом, может применить силу…», наверное, Луис использовал этот аргумент. Это же не первый случай, раз про это есть отдельный пункт, вряд ли родителей лишали прав за то, что они спасали своих детей?
— Родителей — да, — кивнул Эндрю, забирая планшет и открывая закладку «Требования к участию в программе патронажного воспитания», — но Лила — не наша мама, она временный опекун. Теперь понимаешь?
— Да… нет… — честно признался Макс. Оправданная самооборона равно к признанию человека убийцей? И разве социальные службы не должны учитывать этот нюанс, ведь речь идет о защите детей? — не понимаю, получается, шансов остаться с Фостерами больше нет?
Эндрю печально пожал плечами, а потом ткнул пальцем вниз:
— Юджи на всякий случай не говори. Вдруг мы ошибаемся?
Макс машинально кивнул, возвращая планшет на тумбочку. Нельзя не учитывать тот факт, что Юджин иногда бывает умнее их всех вместе взятых. И если Эндрю с Максом пришло в голову заглянуть в интернет, то Юджин и подавно об этом подумает. Более того, ему хватит смекалки проанализировать кучу информации, статей и прецедентов не хуже среднестатистического адвоката, а потом сделать выводы, до которых самому Тиреллу пришлось бы несколько лет идти.
Макс вернулся в кровать и уткнулся лицом в подушку. Злые слезы жгли глаза, но ресницы оставались сухими. Вот почему все всегда через одно место? Сдержит ли Фостер слово или, если они предали его доверие, он решит забрать его назад? И как же они, получается, теперь без Лилы? Если уж на то пошло, то без Лилы Фостер значительно терял свою ценность в глазах Макса. И без остальных ребят тоже. Все или ничего? Много хочешь, Макс, мало получишь…
— Эй, арестанты… Идемте ужинать.
В комнате ослепительно вспыхнул свет. Макс ошарашенно заморгал, Юджин сонно тер кулаками глаза.
— Лила! Ты вернулась! — радостно воскликнул он, нацепив очки на нос, — тебя отпустили, да?
— Попробовали бы они меня удержать! — самодовольно фыркнула Лила, — спускайтесь вниз.
Похоже, Максу все-таки удалось на некоторое время задремать, потому что иначе когда бы Лила успела приготовить ужин? Рис с овощами, салат с курицей… Стол уже был накрыт, правда, только на шестерых.
— А где… Мистер Фостер? — осторожно спросила Кейт. Тирелл подумал, что эта неловкая пауза вызвана тем, что Кети не решилась на менее официальное обращение.
— Он сказал, что перекусил, пока готовил, — вздохнула Лила, — так что ужинаем без него.
Так это не она готовила? Макс представил себе рассерженного Фостера в ее желтом фартуке, сердито шинкующего зелень. Дженна всегда говорила, что готовка — лучший способ сбросить напряжение. С другой стороны, Фостеру было бы более характерно уйти на дополнительную пробежку, чем готовить для них ужин.
— Он на нас сильно обиделся? — несчастным голосом спросила Кейт.
— Ну… Стулья убирать запретил, — ответила Лила. Макс бы оценил ее юмор, если бы не это тягостное ощущение, с которым хотелось как можно быстрее разобраться.
— Он же взрослый, он не должен на нас обижаться… — проворчал Юджин, со вздохом отодвигая свой стул.
— Вот уж глупость, — покачала головой Лила, — Нил очень разочарован вами. Это не то же самое, что обида. Это глубже. Поэтому вам всем потребуется больше времени, чтобы вернуть прежнее отношение.
«А его у нас нет…» — закончил про себя Макс, а вслух деловито уточнил:
— Обнимашки, я так понимаю, не покатят?
Всеобщий смех, наконец, разрядил гнетущую атмосферу. Даже Кристина не смогла остаться серьезной. Правда, учитывая ситуацию, смех крепко отдавал горечью. Как пир во время чумы.
— Может, позже, Макс, — миссис Фостер утешающе сжала его плечо, — у каждого свой способ пережить разлад.
— В ближайшие пару дней он и разговаривать с нами не захочет, — шепнула Максу Кети, — так уже было, когда мы… В общем, подрались кое с кем. Тогда он тоже сказал, что разочарован и не разговаривал с нами.
— Мы уже поняли, как можно было всего избежать, — сказал Эндрю, указав взглядом на визитку, закрепленную магнитом на дверце холодильника, — риска и всего остального.
— Хорошо, вы молодцы, — кивнула Лила, — вы допустили ошибку в самом начале, из-за чего все и пошло наперекосяк. Сначала — изучить детали. Потом — планирование с учетом рисков. И только в самом конце — не попасться. Вы же, во-первых, поддались эмоциям, а во-вторых, сконцентрировались на том, чтобы не попасться. А такие планы очень редко приводят к успеху.
— Мы боялись, — честно признался Макс, стараясь устроится на стуле с наименьшим ущербом для себя. Как назло, высокие барные стулья не предполагали, чтобы на них можно было устойчиво усидеть на самом краешке. Увы, основная нагрузка как раз-таки приходилась, на выпоротую часть задницы и бедер.
— Я знаю, — серьезно ответила Лила, — я тоже боялась, когда шла за вами в тот док. Мое решение проблемы, если уж на то пошло, ничем не отличалось от вашего. Бессмысленный риск и случайная удача. И вот, к чему все привело.
— Ох… — Кристина сочувственно перевела взгляд с Лилы на остальных, — но с нами же все в порядке! Вы все сделали правильно!
Странно, Макс даже предположить не мог, что Лила ощущала свою вину за произошедшее на гидростанции. В конце концов, она их спасала, а виноватыми были Харви и Кара.
Но Макс понял, что она имела в виду. Никто не был идеальным. И подобные эмоционально-непродуманные решения несли за собой страшные последствия. И ладно, если эти последствия — разочарование, ремень и отсутствие прощение Фостера. Куда хуже, когда из-за своих действий теряешь близких людей. Лила смогла вывести своих детей живыми и невредимыми, но ее действия запустили цепочку событий из-за которых сегодня она потеряла их всех.
«А существовало ли другое решение?»
