Foster care

      Как Макс и подозревал, тяжелее всего переживали расставание Кейт и Юджин. Но у Юджина был рядом Эндрю, который помогал ему держаться на плаву, и необходимость сосуществовать с кучей других детей, а для многих из них слишком умный мелкий был все равно что красная тряпка для быка. Учитывая разницу в возрасте, Юджин и Эндрю жили в разных спальнях, каждый в своей группе, поэтому сначала Юджи активно организовывал себе проблемы, а потом Эндрю помогал их решать.       «Он мало того, что ведется на провокации, так еще и сам провоцирует!» — жаловался Эндрю, пересказывая, как Юджи додумался насыпать красного перца в зубную пасту одного из своих недругов (и где только достал-то?). Макс мысленно спроецировал ситуацию на себя и подумал, что ему очень повезло, что фантазия Илая и Бена не настолько богатая.       «Ты Фостеру не говорил?» — аккуратно спросил Макс, подумав, что это явный перебор. «Ты что, он же убьет меня!» — непонятно ответил Эндрю, имея в виду не то Фостера, не то — Юджина, — «Впрочем, Юджи со вчерашнего дня и без того пришибленный ходит. Не говорит мне в чем дело. Даже прикольчики свои прекратил…»       Первые дни Юджин, едва добравшись до вай-фая, бесконечно спамил сообщениями, Макс даже уведомления выключил, пролистывая чат. Юджи делился всем: фотографиями, краткими сведениями на воспитателей и учителей, возмущениями в адрес других детей и полными самолюбования победными сводками. Но да, со вчерашнего вечера поток сообщений от него значительно поредел. Сам Тирелл предпочитал выходить на связь по вечерам, когда становилось особенно скучно. Рассказывал, как прошел день, слушал новости остальных. Обычно они болтали так часов до десяти, пока Фостер или Лила не намекали, что пора уже спать. После чего дети уходили в чат без взрослых и болталка продолжалась уже там. Эндрю и Юджин «отваливались» где-то около одиннадцати, вероятно, подчиняясь местному распорядку, остальным же повезло больше.       На Кейт же смена обстановки отразилась в том, что она, будто бы, потеряла свой огонек. Она охотно делилась новостями: рассказывала, как ее приняли, что к ней относятся очень бережно, и даже познакомила через короткие видеосообщения со своими сводными сестрами, но Макс все равно чувствовал, что того внутреннего света с ней больше нет. «Эй, я не тоскую, вовсе нет! У меня все хорошо!» — говорила ее улыбка. «Заберите меня отсюда!» — просили ее глаза. Макс даже пару раз зависал перед зеркалом, пытаясь понять — нет ли в его собственном взгляде этой немой просьбы, и как это расценивать: хорошо или плохо? Почему-то всегда вспоминалась доктор Родригес, которая однажды во время одного из сеансов сказала ему, что ни Дженна, ни его родители, не считают его предателем за то, что ему нравится у Фостеров. И хотя Макс не спрашивал об этом напрямую ни у Лилы, ни у самого Фостера, ему казалось, что они тоже вряд ли обижены на него за то, что он не тоскует по ним так открыто.       Кейт теряла свое тепло, а Кристина — мягкость. Это стало заметно по резкому тону сообщений, изменившемуся взгляду, просачивающимся между строк капелькам агрессивности и раздражения. Сама Кристина это тоже замечала, но от этого закрывалась еще сильнее.       «Им дали не того ребенка. Им нужен был кто-то типа Кейт, кто оценил бы эти розовые сопли. Скоро они поймут, кто им достался, и я закрою свое бинго!» — писала она, — «Я испорчу их, а потом они вообще не захотят приемных детей. А жаль. Эти предки не самые плохие.»       Макс же наблюдал, как постепенно рушится эта выстроенная руками Фостеров надежная система, и думал, что чем дольше они находятся вдали друг от друга без этого, объединяющего их стержня, тем меньше вероятности, что они «узнают» себя, когда встретятся снова. И что, если каждый из них снова откатится к тому, что было изначально? Воришка, буллер, ботаник-зануда, герой и жертва.       — Макс? — в комнату всунулись два любопытных носа, — а мы закончили!       Макс оторвался от меланхоличного разглядывания весьма угрюменького пейзажа за окном (снег все никак не хотел выпадать) и обернулся к бурундучкам. Бурундучками он стал мысленно называть Илая и Бена, случайно застав их за игрой в Чипа и Дейла, потому что на Спасателей они не тянули. Илай прыгал по кровати в ковбойской шляпе отца и меховом воротнике, отцепленном от пальто матери, накинутом на манер боа. Бен бегал в гавайской футболке, правда зеленого цвета, хотя, если быть честным, Макс бы поменял их местами — спокойный Бен куда больше походил на рассудительного Чипа, чем Илай.       — Врете, я за вами наблюдал через окно, — тут Макс немного слукавил. Сначала он зубрил параграф по географии, сидя на подоконнике, а потом задумался, залипнув взглядом на слабо качающимся верхушкам деревьев. Однако, во-первых, в сознательность бурундучков мало верилось, а во-вторых, уж больно хитрый был вид у Илая и тревожный у Бена.       Мальчишки переглянулись. Голос совести и разума (один на двоих) убедил все-таки признаться, потому что один раз их Макс уже обломал.       — Тетя Риа сказала, что уже поздно, на улице темнеет, и чтобы мы шли домой, — отчитался Бен. Макс подозревал, что как они впятером вычислили, что парламентером к Фостеру лучше отправлять Кейт, так и бурундучки подстраивались под него.       — А то вы не знали, что так будет, — фыркнул Макс, подозревая, что вряд ли запала Илая и Бена хватило надолго, при учете, что мотивации в виде самого Макса рядом не стояло, — ладно уж, завтра пойдем вместе, а сейчас — вот.       Предварительно он наведался в комнату к мальчикам и выбрал из книжного шкафа две самые незачитанные книги (выбор был сложный, потому что практически все, что стояло на полках, выглядело так, будто в руки их брали всего один раз — в магазине).       — Читать? — у Илая разочарованно вытянулось лицо.       — Ага, — кивнул Макс, вручая одному «Чарли и шоколадную фабрику», а другому «Робина Гуда», — помните я вам рассказывал про Юджи? — пожалуй, знай Юджин, в каких красках расписал его Тирелл, его самомнение достигло бы границ стратосферы, — он мне эту загадку и посоветовал. Прорабатывает внимание, аналитику и логику. Так вот, читаете книгу, в процессе находите обведенные буквы. Затем собираете их в вопрос. Если книгу прочитали внимательно, сможете дать ответ. Как будете готовы — приносите мне ответ, если он будет правильный, я обменяю на него еще одну часть карты.       — А сегодняшнюю? — Илай с любопытством косился на подоконник, на котором сидел Макс. По его мнению, все остальные части карты с сокровищами Тирелл хранил именно там. Тот, кстати, не исключал, что бурундучки только и ждут возможности облазить его комнату вдоль и поперек.       — А сегодняшнюю не заслужили, — проворчал Макс, но тем не менее вытащил из кармана схематичный рисунок-план. Бен и Илай тут же склонились над ним, пытаясь сообразить, что там изображено.       — Папина мастерская! — ахнул Илай, и мальчики, оглушительно топая пятками по деревянным ступенькам лестницы, умчались вниз. Макс мысленно извинился перед мистером Демпси, благо тот совершенно не возражал, чтобы дети в кои-то веки заглянули в его обитель. Увы, ему так и не удалось заразить своих детей интересом к работе с металлом (Макс, когда увидел горн, тоже слегка оробел и обходил его по широкой дуге), но он не оставлял надежд, что или хотя бы младший сын, или племянник, когда-нибудь продолжат династию. Несколько секунд Макс прислушивался к происходящему внизу, а потом снова достал телефон. Фотография от Эндрю, где с помощью горошка и сосиски на картофельном пюре изображена сердитая рожица. Диалог Кристины и Кейт, в котором они с упоением пытались друг другу доказать, чья школа хуже, фотки от самого Макса с картой, шифром и целый альбом со страничками, где были обведены буквы (чтоб потом не потерять и не забыть) и только Юджи со вчера молчит.       «Юджин. Ты где потерялся?»       Несколько секунд сообщение просто висело, а потом снизу появились две галочки — прочитал. Вот только отвечать не спешил. Макс, как наяву увидел мелкого, хмурящегося в экран и кусающего губы: отвечать или нет?       «Кому идти зубы выбивать?» — бойко набрал Макс, — «Имя, фамилия, номер страховки? Юджин, не молчи. Что случилось?»       На секунду мелькнул значок, будто Юджи собрался набирать ответ, но, видимо, передумал. Макс терпеливо подождал минуты две, потом проверил, кто и когда в последний раз был в сети, и начал уже было набирать тревожное сообщение Лиле, когда от мелкого неожиданно пришел ответ:       «Меня хотят забрать. Отдельно от Эндрю. Завтра приедут знакомиться»       Ох… Макс растерялся, не зная, что отвечать. Посочувствовать? Порадоваться? Ему было сложно определиться с реакцией, потому что он сам объективно не видел в этом ничего особенного. Пока Фостеры не разберутся со своими проблемами, им в любом случае надо как-то жить.       «Ты не хочешь?»       «Они приедут из Сиэтла! Меня заберут в другой штат! Я решил, что сделаю все, чтобы им не понравиться! А Фостер сказал, чтобы я не сходил с ума! Он так легко отдает меня непонятно кому! А если они ненормальные? А если они меня потом не вернут?»       Макс еще больше растерялся, не зная, что писать в ответ. Ему были понятны и логика Фостера, и обида Юджина.       «Это же Фостер. Вряд ли ему кто-то сможет помешать…»       «Уже помешали.»       Черт! Макс прикусил губу, соображая, что делать, а потом на всякий случай написал Эндрю, скинув ему скрины диалога. Мало ли какая очередная глупость взбредет Юджи в голову?       «Я решил, что сбегу!»       А! Поздно! Уже пришла.       «Куда?» — вопрос «как?» задавать не имело смысла. Зная Юджина, у него уже давно был готов основной план и парочка запасных, — «Сейчас декабрь, под мостом не заночуешь. Где ты будешь спать? Что ты будешь есть? Юджин, а если с тобой что-то случится?»       «Я мог бы спрятаться у кого-то из вас. Вы бы носили мне еду и все такое. Если ты скажешь мне свой адрес, я доберусь до тебя за пару вечеров. У меня есть немного денег!»       — Идиот малолетний, — отчаянно прошептал Макс, невольно вскакивая и начиная накручивать круги по комнате. А ведь с него станется! На секунду даже представилась картинка — Юджи, прячущийся в мастерской Демпси, и Макс, потихоньку таскающий ему еду.       «Это нереально. Тебя найдут в два счета!» — попытался достучаться он, но сразу же об этом пожалел.       «Ты просто не хочешь мне помочь. Оно и понятно. У тебя теперь другие братья!»       «Юджин!»       Макс не успел набрать следующее сообщение, когда неожиданно весь их диалог исчез. А прежде, чем Макс успел сообразить что к чему, снизу появился восклицательный знак и уведомление: «Этот пользователь запретил писать себе сообщения.»       — Твою ж мать!       — Ох… Макс, будь добр, выбирай выражения! Даже если ты один в комнате! — Тирелл заполошно обернулся, встречаясь взглядом с укоризненно поджимающей губы миссис Демпси, — я уже второй раз зову на ужин! Все ждут только тебя!       — Ой, извините, — машинально ответил тот, пытаясь угомонить носящиеся в голове табуном коней мысли: написать Фостеру? Эндрю? Остальным ребятам? А если и Кейт, и Кристина ему откажут, с Юджина станется сбежать в неизвестность! С его-то талантом влипать в неприятности! — пять минут, я сейчас приду!       — Нет уж, оставляй телефон, он тебе не нужен за столом, и идем вниз! Знаю я ваши «пять минут»! Давай-давай! — миссис Демпси решительно пересекла комнату, ловко вытащив смартфон у Макса из пальцев. Тот даже опешить не успел. К счастью, у нее хватило такта даже не заглядывать в экран — миссис Демпси просто положила его на книжную полку и решительно потянула Макса за собой в коридор, — что бы там ни было, оно подождет! Уверена, за те полчаса, что ты проведешь с семьей, ничего смертельного не произойдет!       Конечно, миссис Демпси никак не могла этого знать, но, по мнению Макса, она еще никогда так не ошибалась.