Ист-Грейвс

      Эндрю скрестил руки на груди и демонстративно отвернулся. — Очень тебя прошу. — защебетала Грейси, сложив руки в молитве. — У него панические атаки.       У меня тоже. — Очень сильные. Его трясёт. Ему страшно. Эндрю, присмотри за ним, умоляю! Только до тех пор, пока он не освоится здесь. — А если этого не произойдёт? — грубо бросает Миньярд. — Дай ему месяц. Если ничего не получится, просто перестанешь приглядывать за ним. — Три недели. — Три с половиной. — Что я получу? — Буду приносить тебе шоколадки с фундуком. — Чертовка. — Эндрю ухмыляется. — Вьёшь из меня веревки. — Брось! — весело отмахивается Грейси. — Тебе нравится. — Что именно? — Миньярд изгибает бровь. — Нравится быть тьютором. Я помню первые дни Ники в Ист-Грейвс. Он всё время проводил, прячась под кроватью. Но ты вытащил его, помог освоиться. И посмотри на него теперь — ему комфортно среди пациентов, он не боится докторов, охотно посещает занятия по арт-терапии. Он выздоравливает. Благодаря тебе.       Эндрю принял решение уже в середине разговора. Конечно, он возьмёт его под своё крыло. Ему просто было интересно, что скажет Грейси, если он заупрямится. — Как, говоришь, его зовут? — Кевин Дэй. — Он будет в моей палате. — произносит Эндрю не терпящим возражений тоном. — Спасибо тебе, Дрю. — Грейси искренне улыбается, заправляя за ухо прядь волос.       Кевин Дэй был высоким. Очень высоким. Настолько высоким, что Эндрю рядом с ним чувствовал себя не слишком комфортно. Настолько, что у Эндрю затекала шея, когда он смотрел на него. — Кто ты? Ты мой сосед? Как тебя зовут? Я — Кевин. Мне семнадцать, а тебе? — он вытаскивал вещи, бросал их на матрас и говорил так быстро и возбужденно, что Эндрю не успевал воспринимать слова. — Мой знак зодиака — рыбы, а твой? Когда твой день… — Миньярд подлетел к нему, зацепился пальцами за вырез белой футболки и дёрнул Кевина на себя. Как только лицо с нежной россыпью веснушек оказалось в зоне досягаемости, Эндрю зажал ему рот ладонью, прерывая поток слов. — Дай мне хоть на один вопрос ответить. — медленно проговорил Эндрю, надеясь своим спокойствием угомонить бурлящий внутри Кевина котёл. — Да, я твой сосед. Меня зовут Эндрю, мне шестнадцать. Я понятия не имею, какой у меня знак зодиака. Я родился четвертого ноября. — договорив, Эндрю осторожно отнял ладонь от теплых губ. Кевин помолчал минуту и спокойно произнёс: — Скорпион.       Он отвернулся к свободной кровати и стал неспешно вытаскивать из большой спортивной сумки свои вещи. Миньярд поразился изменениям скорости его движений. Эндрю перевёл взгляд с ровной спины на свою ладонь, что минуту назад закрывала рот новичка. Кожа помнила тепло, словно Эндрю всё ещё прижимал руку к пухлым губам Кевина. — Я буду присматривать за тобой, пока не освоишься. — объявил Эндрю и плюхнулся на свою кровать. — Или пока ты мне не наскучишь. — Эмм, что?.. Будешь моим наставником? — Типа того. — Круто. Мы станем… — Мы введём правила. — вскинул руку Эндрю, призывая к молчанию, чтобы не слышать дебильную фразу «станем лучшими друзьями». Он не планировал заводить тут друзей. Друзей в психушке заводят только психи, а он не псих! У него справка есть! — Правило первое — я тебе не подружка, с которой можно без конца болтать о мальчиках и плести косички, поэтому, когда скажу заткнуться, ты заткнёшься. Правило второе — я не жилетка, в которую можно плакаться, я не стану выслушивать плаксивую историю твоей жизни — избавь меня от этого. Правило третье — не произноси при мне слово «пожалуйста». — Почему? — Правило четвертое — не задавай идиотских вопросов. — Извини. — Правило пятое — не смей ко мне прикасаться. — Я и не собирался. — отозвался Кевин, не оборачиваясь. По изменению в голосе Эндрю понял, что Дэй произнёс это с брезгливостью и презрением.       Натурал. Одной проблемой меньше, — мысленно выдохнул Миньярд. — Правило шестое — тронешь моего брата, и я тебя убью. — У тебя есть брат? — Кевин перестал вытаскивать вещи из сумки и обернулся к Эндрю. — Как его зовут? Он живет в этой палате? Какого цвета его глаза? Какой у него диагноз? — Закройся. — рыкнул Эндрю и Кев тут же замолчал. — Его зовут Аарон. Остальное — не твоё грёбаное дело. — Ты прав. Извини. — Кевин пристыженно опустил взгляд, затем вовсе отвернулся от Эндрю и стал по одной брать вещи в руки и складывать. Футболка, джерси, толстовка, шорты, спортивные штаны и так по кругу. Движения его были какими-то рваными, резкими и обрывочными. — Стоп. — резко произнёс Миньярд. Кевин замер, бросил взгляд через плечо. — Какой у тебя диагноз, Дэй? — ОКР и паническое расстройство. — Сейчас ты паникуешь? — Нет. — Врешь. Что тебя пугает?       Кевин скомкал футболку и бросил на кровать. — Мне здесь не нравится. — Ещё бы тебе здесь нравилось! — усмехнулся Миньярд. — В психушке в Кентукки. В Кентукки, блять! — А тебе? — вдруг спросил Дэй. — Мне нравится мой психиатр. — Как её зовут? — Кевин присел на край своего матраса. — Грейси. — ответил Эндрю. — Когда я выйду, заберу её отсюда. Нечего ей тут делать. — Эндрю спустил ноги на пол и подался вперёд. Заинтригованный, Кевин сделал так же. Эндрю приложил ладонь к губам и громко зашептал: — Тут кругом одни психи!       Кевин шутку не оценил и помрачнел. Эндрю лег на кровать, положил руки под голову и прикрыл глаза. — Ты сказал, что будешь присматривать за мной, пока я не освоюсь. Что будет, если этого не произойдёт? — Четвёртое правило, Дэй. — напомнил Миньярд, не размыкая век. — А если ты устанешь от меня? — Первое правило. Заткнись?