Ист-Грейвс

      Эндрю приглашает его прогуляться, но отлипнуть от шеи Нила оказывается просто непосильной задачей. Миньярд водит кончиком носа по слегка загорелой коже Нила, осыпает её мелкими поцелуями, коротко облизывает след своих зубов, и пытается отстраниться, но тело не слушается — ещё теснее прижимается к Нилу, впечатывая его спиной в стену, и зажмуривается. — Нужно помириться с Кевином. — повторяет Эндрю, пытаясь убедить себя в том, что это — задача первостепенной важности, что это важнее, чем вылизывать шею только что спасенного от лоботомии Нила Джостена. — Кевин… надо найти Кевина… — шепчет Эндрю, жмурясь и прячась в изгибе пахнущей теплом шеи. — М-м-м… — он болезненно стонет, всхлипывая, потому что не хочет становиться с Нилом раздельно существующими людьми. Он хочет приклеиться к нему, врасти в него, пришить себя, чтобы всегда быть рядом. — Нил, помоги мне. — просит Эндрю, зарываясь лицом ему в шею, оголяя ключицу и зарываясь в неё тоже. — Что мне сделать? — спрашивает Нил, смыкая теплые руки на талии Эндрю. — Оттолкни. Скажи «нет». — шепчет Эндрю, оставляя на тонкой коже его ключицы розовый засос. — Зачем? — Потому что иначе я не смогу тебя отпустить. — говорит Миньярд и оставляет рядом с первым засосом ещё один.       Руки Нила сильнее сжимаются вокруг него. — Почему ты уверен, что я хочу этого? — спрашивает Джостен едва слышно, но повинуется просьбе. — Эндрю, пусти.       Миньярд отскакивает от него, как резиновый мячик от стены, — быстро, громко и неуклюже. — Нил, — зовёт Эндрю надломленным голосом, — не касайся меня, ладно? Не уверен, что смогу контролировать себя… — он шумно сглатывает, а Нил иронично вскидывает брови. — Я серьёзно. Если сорвусь — мы на месяцы застрянем в таких нишах. — заявляет Эндрю. На Нила это не производит должного эффекта. — На твоей шее не будет живого места.       Джостен вздрагивает, машинально дотрагиваясь до следа укуса. Эндрю видит, как дергается его кадык, слышит, как Нил томно вздыхает… Он смотрит на горло Нила и облизывается. …Это выше его, Миньярда, сил.       Нил гордо вскидывает голову, мягко приподнимая медные брови, ковыряет носком кроссовка облупившийся уголок стены. — Я не считаю, что это плохо, — сообщает он тихим голосом, пряча руки в карманы спортивных штанов, — носить твои метки.

***

      Эндрю выглянул в окно: Кевин снова был в шаговой доступности от баскетбольного кольца — сердитый и мрачный.       Это всё от недотраха, — доверительно сообщил Ники, глупо хихикнув и покраснев. — Нельзя остаться в своём уме после того как переспал со своим горячим французом, а потом месяц его не видел.       Эндрю мысленно согласился. Насчёт «недотраха». Хотя и «горячий француз» был, и правда, чертовски горячим… Миньярд был бы таким же, если бы не встретил Нила Джостена — нервным, запертым, ждущим. Готовым сорваться. Готовым сделать это с любым. Сбрендил бы совсем, если бы не целомудренные прикосновения Нила, нежные взгляды, едва ощутимые поцелуи и облизывание прядки волос над ухом.       Миньярд оглянулся на своего спасителя через плечо: Нил шёл за ним след в след, не вынимая рук из карманов треников, как и просил его блондин. Эндрю остановился, и Нил нечаянно врезался ему в спину. Не оборачиваясь, Эндрю нашёл его правый локоть и медленной лаской скользнул вниз, к карману. Нил сперва сжал кулак, но расслабил его, как только пальцы Эндрю проникли в карман штанов, поглаживая и нежничая. Миньярд проник пальцами меж пальцев Нила и вытащил его руку из кармана. Коротко сжав, он поудобнее перехватил руку Нила своей и двинулся по коридору, держась с Джостеном за руки.       Когда они спустились со ступенек в обнесенный сеткой двор, Эндрю сказал, выпуская кисть Нила из своей: — Дай мне минуту. — Я побросаю мяч. — Джостен кивнул и подобрал чуть сдутый мяч, перемазанный землёй.       Эндрю направился к Кевину, и тот ощутимо напрягся. — Дэй, мы можем поговорить? — Не о чем. — отрезал Кевин.       Эндрю нужно было собрать всю нежность, чтобы Кевин расслабился, поэтому он сделал как бабушка из сказки «Колобок» — по коробу поскрёб, по сусеку помёл, и набрал нежности пригоршни две. — Кев, — Эндрю заставил свой голос смягчиться, — я хочу извиниться.       Поза Кевина говорила лучше его самого — он готов был слушать, но при том делая вид, что он чертовски зол на Эндрю. Тот вздохнул, наступая на горло своей упёртости, подошёл к Дэю, сцапал за локоть и повёл ко входу в больницу, чтобы Нил, начавший ленивое ведение мяча, не видел и не слышал их.       Легко подтолкнув Кевина к стене, он замер в шаге от брюнета. Дэй сложил руки на груди и тяжело уставился в сторону, избегая смотреть в лицо Миньярду. — Кевин, — снова позвал Эндрю, привлекая внимание Дэя к себе, — прости, что накричал на тебя. Я был не прав.       Дэй хранил молчание. Напряженности этой тишине добавляли редкие удары баскетбольного мяча. — Кев, прошу, — Эндрю почувствовал в уголках глаз закипающие слёзы, — хотя бы посмотри на меня. — Я смотрю. — прохрипел Дэй, встретившись с ним тяжелым взглядом. — Ты спас мне жизнь. — Я знаю. — Спасибо, Кев. — На этом всё? — нетерпеливо спросил Дэй. — Я хотел… — он указал взглядом Эндрю за спину — туда, где сейчас забрасывал мячи в корзину Нил Джостен. …Нет, уже не Джостен. Эндрю прислушался к частоте ударов мяча и понял, что Нил ушёл, дав Монти погулять и насладиться последними сравнительно тёплыми осенними деньками. — Прости меня. — прошептал Эндрю. — Прости-прости-прости… — он отчаянно тёр глаза, чтобы избавиться от слёз. — Эндрю… — В зеленых глазах теперь не было злости и обиды — они уступили место нежности и доброте. Кевин раскрыл руки для объятий. — Иди сюда.       И Эндрю сделал шаг, утопая носом в его белой футболке. Миньярд поднял голову, мягко коснулся подбородка Кевина и потянул его голову к себе. Робко дотронувшись губами до веснушчатой скулы, Эндрю снова извинился. Горячие крепкие руки Дэя сомкнулись на его лопатках, распространяя по телу приятное тепло. — Ты был прав, Кевин. — снова шепнул Миньярд. — Если бы не ты, я бы умер.       Кевин не ответил. Лишь зажмурился и теснее прижал Миньярда к себе, защищая от прохладного ветерка. — Я извинюсь перед Нилом. — вдруг произнёс Дэй. — Спасибо. — мягко сказал Эндрю, заглядывая в верделитовые глаза своими — янтарными, покрасневшими.       Кевин утвердительно кивнул. — Позовёшь его?       Эндрю редко ударял мячом об асфальт с выщерблинами и напряженно смотрел на парней — рыжего и брюнета. Они говорили так тихо, что Эндрю не мог уловить даже обрывки фраз. Поэтому лишь смотрел, чтобы вовремя вмешаться, если того потребует ситуация. Кевин до сих пор был против, что Нил живёт в одной комнате с ними, хоть Джостен и не проявлял никаких признаков агрессии к Монстрам. Ночные интимные выходки Натаниэля не в счёт — они задевают только тело Эндрю, и тот никому не рассказывал о них. До того дня, когда Александр попытался задушить Эндрю, Нил выглядел безопасным в глазах Монстров. Но теперь Кевин боялся, что Веснински или Александр могут вернуться и сделать больно одному из них.       Миньярд вглядывается в лицо Дэя, ища в нём страх перед Нилом, но успокаивается, не находя его. Нил тоже выглядит довольно расслабленным, общаясь с Кевином.       Интересно, о чём они говорят?.. — Эндрю ненавязчиво подбирается ближе и слышит баскетбольные термины, которыми перебрасываются Джостен и Дэй. Снова прислушивается. Нет, не Джостен и Дэй. Де ла Круз и Дэй. Что ж, может, это и к лучшему. — Нил? — робко зовёт Кевин и инстинктивно выдерживает паузу, ожидая, когда Монти уступит ему место. — Прости меня. — За что? — удивляется рыжий. По почти неуловимо изменившемуся голосу Эндрю понимает, что Монти позвал к пятну Джостена. — Я испугался за Эндрю и несправедливо обвинил тебя. — он поднял взгляд и упрямо посмотрел на Нила. — Не стоило мне говорить, что это ты сделал… Извини меня.       Нил издал удивленный вздох, Эндрю моргнул, а в следующую секунду Нил уже заключил Кевина в «извинительные объятия». Он применяет их, когда от переизбытка чувств не может ничего сказать. Кевин с облегчением выдыхает и смыкает руки у Нила за спиной, притягивая его чуть ближе.       Эндрю ощутил дрожь облегчения во всём теле, и медленно выпустил воздух из лёгких. Теперь всё наладится. Он уверен.