Грубая нежность

Слышу его запах парфюма, слышу его сбитое дыхание, чувствую руки на своей талии, от всего этого ноги непроизвольно раздвигаются, позволяя Матвееву стать еще ближе. Мое платье и его пиджак, что был одет на голое тело, давно затерялись где-то в углу однокомнатной квартиры, находившейся почти в центре столицы. Стоя лицом к стене, бедрами чувствую его готовность, чувствую его желание, его влечение. Тихий стон вырвался из моих уст, как только Дима дотронулся до моего горла, слегка сжимая его. Поворачиваюсь лицом, поднимая глаза и вижу его нахальную улыбку, словно он понял, что я в игре. Словно осознал, что я никуда не уйду. Словно знает, что он мой единственный. Словно уверен, что я навсегда останусь с ним.

Я тоже поняла. Тоже осознала. Я тоже знаю. Тоже уверенна.

***

      Дурное ведение преследует меня недели две после нашей последней встречи, именно в тот день он остался на ночь. Как и обещал — выпил чаю да лег спать. Странно. Чего Матвеев от меня хочет, чего желает, о чем мечтает. Дабы отвлечься от глупых дум, я пригласила Влада в гости. — Он вообще странный после испытания, суккубы да инкубы на уме. Бесит пиздец. — Возмущенно размахиваю руками. — Ну а чего ты хотела? Баба красивая, с формами. Трахнуть хочет тебя. Вот тебе и суккуб. — С удивительно спокойным лицом произнёс Череватый, попивая чай. Будто ответ был на поверхности, а я лишена дара виденья не вижу элементарного. — Ты че ебать прикалываешься? Какой трахнуть? Угомонись. — Хмуря брови, рыкнула я. Ответ Влада мне не понравился, но заставил задуматься. Дима, действительно, очень много уделяет мне внимания. То подвезти после съемок, то украсть погулять, то кофе, то случайные касания, ой, у тебя тут волосы упали неровно. Бред полный. Не нравится мне все это. — Смотри сама, я свое мнение высказал. — Дернув плечами, закончил разговор Влад.

***

По стенам квартиры растекается музыка известных исполнителей, заставляя бедра двигаться в такт. Кроваво-красный закат украшает уютную комнату со свежим ремонтом в светлый тонах. Я поддалась настроению и разрешила себе бутылочку вина, что затерялась в глубине холодильника, наливая в бокал ядерную жидкость прозрачно-желтого цвета, от которой наутро станет отвратительно плохо, зазвонил сотовый. — Да, Дим? — С удивлением для самой себя я ответила с теплотой в голосе, словно мы женаты много лет и у нас двое детей. Смотрю на зеркало, что идет в пол, и вижу худую девушку. Ужасно черные волосы чуть ниже плеч, короткая чёлка, что открывает вид на серые брови. Кошмарно бледная кожа, отвратительно искусанные губы алого цвета. Вздернутый, тонкий носик, что стал чуть краснее от алкоголя. Взгляд опускается ниже. Белая футболка длинной по бёдра, которая закрывает вид на давно зажившие шрамы. — Не будешь против прогуляться со мной? — Некая надежда промелькнула в его голосе, что заставила меня хмурить брови и закатить глаза. — Против, Матвеев, очень против. — От моего ответа на другом конце провода протянулся тугой выдох. — Но можешь приехать ко мне, на порог пущу только с бутылочкой вина. — Улыбнувшись себе в зеркало, продолжила я, подходя к окну. — Закат встретим. — Еду. — Очень кратко. Еще бы не приехал. Бегает за мной почти месяц. Даже если бы я позвала его с крыши спрыгнуть за руку держась, он бы услышал только за руку держась и со всей любовью в глазах стоял рядом. Правильно ли я делаю, что позволяю Диме становиться ближе ко мне? Правильно ли я поступила, разрешив остаться на ночь в тот день? Ведь его футболка серого цвета, которую он нахально закинул в машину для стирки со словами не против? конечно, против, ебанат не против все еще у меня.       Странно, но я жду приезда Димы, непривычное чувство трепета поселилось где-то внутри.       Стук в дверь. Сломя голову бегу открывать, сломя голову копаю себе яму в бездну, из которой нет выхода. — Привет. — С самой нежной улыбкой проговаривает Матвеев, крутя в руках две бутылки зловещего напитка, от которого моя жизнь поделится на до и после.

***

Не помню в какой раз мы сходили в магазин за бутылкой белого полусухого, не помню момента, как стала сидеть на нем, не помню причину, по которой он снял футболку. Не понимаю почему сердце бешено стучит, не понимаю почему не могу оторвать глаза от его татуировок, не понимаю почему в комнате стало резко душно. Не знаю зачем снимаю свою футболку, под которой ничего нет, не знаю почему он трогает мое тело, не знаю почему его руки вызывают у меня мурашки. Знаю лишь одно мне это нравится