Пасть

Глава 12

Пятеро миротворцев вошли в комнату, застав своего командующего возле бессознательного тела Вальца, которого связали по рукам и ногам и положили ровно возле входа. - Где вас черти носят? - раздражённо спросил Айтор. - Берите его. Сматываемся отсюда. - Виноват. - ответил одни из солдатов и показал всем остальным жестом поднять тело. Все послушно выполняли приказ и скрылись в темноте коридора. - Командир, а как же Маттиас? - С ним позже разберёмся. Мы поймали рыбку по-крупнее. - отмахнулся Айтор, подходя к двери. - Надо прислать сюда наряд. Пусть обследуют тут каждый уголок. Где-то впереди послышалась возня, потом пара выстрелов и крики. Командующий вместе с солдатом вбежали в основное помещение подвала, выставляя вперёд оружие. Они никак не ожидали увидеть такую картину. Весь пол и кое-где стены были испачканы кровью. Стоял сильный запах металла. Пара солдат неподвижно лежали, у одного не было руки, у другого была ужасная травма головы. Остальные двое прижались к стене, не в силах шевельнуться и смотрели на того, кто сотворил такое с их сослуживцами. Посередине комнаты на коленях стоял Хакон. У него на руках лежал Эйден, лицо бледное, черты разглажены, глаза закрыты, одежда испачкана, из ран всё ещё сочится кровь. Тело Вальца лежало тут же. Он всё ещё был без сознания. Айтор жестом показал команду «не стрелять» и, опустив автомат, подошёл к Хакону. Тот неподвижно стоял и не моргая смотрел на лицо парня. Миротворец опустился рядом и положил руку мужчине на плечо. Тот дёрнулся и поднял взгляд чёрных, словно пятно нефти, глаз. Сейчас в них читалась только боль. Айтор посмотрел на Эйдена и пощупал у того пульс на сонной артерии. - Он ещё жив. - сказал он, глядя на Хакона. Тот еле заметно кивнул и осторожно опустил пилигрима на пол. Айтор достал из небольшой дорожной сумки аптечку и потянулся к парню. «Зверь» резко перехватил его руку и сжал с такой силой, что миротворцу еле удалось сдержать болезненный стон. - Спокойно. Я помогу ему. - он поманил к себе стоявшего в проходе солдата. Хакон отпустил командующего, встал на ноги и подошёл к лежащему Вальцу. Со стороны стены послышались молящие вскрики. Два миротворца всё так же сидели и таращились на мужчин, боясь отлипнуть от стены. Маттиас бросил на них безразличный взгляд и наклонился к врачу. Не дождавшись никакой реакции, он со всей силы пнул тело ногой. Ладони сами собой сжались в кулаки. Вальца отбросило чуть назад и тогда он наконец пришёл в себя. Подняв глаза, он увидел своё свежеиспечённое творение и расплылся в улыбке. Во взгляде Хакона было столько ярости, только ненависти, а в мышцах столько силы, что псих сразу пришёл в восторг. Это именно то, к чему он стремился — активировать и усилить работу участков мозга, отвечающих за инстинкты и притупить речевой центр, чтобы «идеальный солдат» не говорил, не перечил, а только выполнял приказы. Но система дала сбой. Теперь «зверь» не слушал своего создателя, а ненавидел как злейшего врага. Он хотел разорвать его на миллион маленьких кусочков и скормить их заражённым. Вальц почувствовал, что что-то не так, но ему было совершенно всё равно. Главное — он смог сделать то, что задумал и ничто не могло омрачить его радости, даже собственная смерть. А она подкрадывалась к нему всё ближе и ближе и наконец достигла цели. Хакон поднял врача в воздух, схватив того за горло, и с силой сжал, раздирая пальцами кожу. Брызнула кровь, Вальц успел издать последний вскрик и замолчал навсегда. Его голова упала и покатилась под ближайший стеллаж, а тело рухнуло, словно свиная туша. Послышался хруст сломанных костей, по полу растеклась большая лужа алой жидкости. Хакон стоял, смотря на растущее озеро крови, сам при этом весь испачканный красным. Солдаты возле стены обмерли и сидели белее простыни, застыв, будто гипсовые статуи. Так творение убило своего создателя.

***

Тут профессор побледнел И на пистолет рядом посмотрел. Хохот не людской в воздухе повис, По стенке брызги крови растеклись.3

***

Эйден лежал на койке в той самой комнате, где Вальц сотворил своего первого и последнего «зверя». Он думал, что умер. Открыв глаза, парень увидел серый потолок и маленькую уф-лампу, которая придавала всему вокруг фиолетовый оттенок. Бок нещадно горел, рука тягуче болела. - Это Ад? - спросил он, не рассчитывая услышать ответ. Однако, со стороны послышался знакомый голос. - Нет, до курорта ещё далеко. Пилигрим повернул голову и увидел Айтора. Он стоял, облокотившись об узкий стол. Рядом стояло ещё двое миротворцев, они осматривали содержимое банки, которая прежде стояла на большом столе. - Долго же тебя не было. - продолжил Айтор, подходя к парню. - Мы уже переживать начали. Эйден попытался сесть и зашипел от боли. Вдобавок к ранам, все мышцы затекли и неприятно ныли от долгого лежания. Спустя ещё пару попыток, ему всё же удалось принять сидячее положение и размять хотя бы шею. - Что произошло? - спросил он, оглядывая помещение, в котором сейчас находилось человек семь вместе с ним и командующим. - Ты провалялся несколько часов. - пояснил Айтор, присев рядом на койку. - Много крови потерял, но тебя откачали. Пилигрим нахмурился и потёр виски. - Что с Вальцом? Где он? - спросил он. - Вальц уже не с нами. - ответил Айтор и посмотрел наверх. Эйден тоже посмотрел на потолок и понял, о чём речь только спустя секунд десять. - Вы его убили? - парень широко распахнул глаза, уставившись на миротворца. Вальц был единственной надеждой на исцеление Хакона. - Не мы. - мотнул головой командующий. - А твой дружок. - Хакон? Где он? С ним всё в порядке? - Ты бы лучше о себе подумал. - возразил Айтор. - Маттиас тебя чуть не убил, а ты печёшься о его состоянии? Недавние события обрушились на Эйдена как тяжёлая штанга. Хакон, стекло, удар, поцелуй… Пилигрим закрыл лицо руками, покрываясь румянцем. Сейчас ему было ужасно стыдно за свой поступок. Все эти приставания и подкалывания со стороны бывшего спецназовца были просто шуткой. Ведь так? - Это был не он. Вальц вколол ему что-то. - начал оправдывать товарища Эйден. Что же теперь будет? Вальца нет, где взять противоядие? - Да рассказал он, что у него мозги набекрень были. - махнул рукой Айтор. - В смысле, рассказал? - Мы нашли колбу с надписью: «Антидот. Для ЧС». И вкололи то, что там было Маттиасу. Не смотри на меня так, это была его идея. Вообще, здесь очень много интересного. - миротворец встал и подошёл к столу, взял папку с бумагами и подал Эйдену. Парень открыл её и пробежал глазами. После закрыл и посмотрел на Айтора не верящим взглядом. - Какого…? - Это договор между Мэттом и Вальцем. - кивнул в ответ Айтор, забирая папку и кладя её на место. - Наш великий командор вёл дела с этим психом. По его заказу Вальц ставил тут свои эксперименты. Скорее всего пострадало местное население, мы это проверяем. В его логове есть все записи опытов, рецепты и всякая другая дичь. Просто ящик Пандоры какой-то. Эйден переварил всю информацию и ужаснулся. Он в очередной раз разочаровался в людях. - Значит, это Мэтт сказал Вальцу создать «идеальный народ». - заключил парень. - Именно. - кивнул Айтор. - Пора сворачиваться. Вернёмся и прикончим этого сукиного сына. - Айтор. - окликнул миротворца Эйден, когда тот уже собрался уходить. - Где Хакон? - Как только он пришёл в себя, то ушёл в сторону центра. Он взял с меня слово, что я о тебе позабочусь и как сквозь землю провалился. - И ты его не остановил? - Зачем? Приказ Мэтта больше ничего не значит, он мне не нужен. Хочешь — иди за ним. Он ушёл примерно час назад. - Спасибо. - со вздохом сказал Эйден. Командующий хмыкнул и вышел. Пилигрим пошёл за ним, к люку. Оказавшись на улице, Эйден наконец вдохнул полной грудью. Бок и рука ещё болели, но это не сильно волновало. Немного размявшись, пилигрим направился к ближайшему зданию, чтобы залезть на крышу и передвигаться уже поверху — так было быстрее, безопаснее (в некотором роде) и привычнее. Судя по солнцу, был примерно полдень. Северный район наполнился жизнью, по улицам ходили жители и миротворцы, заражённых стало в несколько раз меньше, слышался гул голосов. Ветер приятно щекотал кожу, лучи грели своим теплом. Казалось, что после того как не стало Вальца, всё преобразилось, стало более ярким, радостным, да и зомби не казались такой большой проблемой. Эйден шёл так быстро, насколько позволяло его состояние. Всего каких-то 8 часов пути и он уже на знакомой крыше, рядом с пятым периметром. Включив генератор, парень сел на деревянный ящик и тяжело вздохнул. Все его мысли были заняты Хаконом. Пилигрим не понимал, почему тот вдруг сбежал. Он так хотел увидеть эти глубокие тёмные глаза, прикоснуться к сильному телу, почувствовать уже родной запах табака и самого Хакона. Хотел зарыться рукой в тёмную шевелюру, прижаться всем телом и жадно впиться в чужие губы. От таких фантазий парня бросило в жар. Он постарался отогнать горячие мысли и вернуться в реальность. Эйден ведь не знает, взаимно ли его чувство, так что не стоит обольщать себя раньше времени. Сначала нужно найти Хакона и поговорить с ним, а уж потом… Пилигрим отправился дальше. Легко проскользнув мимо стражи пятого периметра, он оказался в нужном районе. Зачем вообще нужна охрана, если через неё можно так просто пройти? Найти нужную крышу не составило труда. Эйдену чудом удалось не нарваться на заражённых и спокойно дойти до своей цели. Уже родной контейнер для грузоперевозки предстал перед глазами парня. Подойдя к двери, Эйден помялся буквально несколько секунд, выдохнул и неуверенно постучал. Внутри послышалась возня. К двери подошли, но почему-то не открыли. Пилигрим чувствовал, что кто-то стоит по ту сторону. Он негромко позвал: - Хакон? - ответа не последовало. - Это Эйден. Пожалуйста, открой. Дверь медленно отворилась, на пороге стоял Хакон. Парень впервые видел товарища таким потерянным. Взгляд, теперь уже карих глаз, виновато смотрел на Эйдена. Мужчина наконец-то был полностью одетый, стоял, покусывая нижнюю губу. - Почему ты ушёл? - спросил пилигрим, сделав небольшой шаг вперёд. - Я… - замялся тот. Голос приобрёл привычную приятную тональность, сиплость исчезла. - Я боялся, ты меня прогонишь. - С чего вдруг? - не понял Эйден. Хакон опустил взгляд. - Я тебя чуть не убил. - Нет, нет, это был не ты. - сказал парень, подойдя ещё ближе. - Я всё прекрасно помню. - Хакон отступил на шаг назад. - Я помню как хотел проткнуть тебя тем осколком, помню, как ты на меня тогда смотрел, помню… - он не договорил, из лёгких будто выбили весь воздух. Он глубоко вздохнул. - Я чудовище. - Нет, Хакон, уже нет. - замотал головой парень, снова приблизившись. - Теперь ты тот, кто спас меня той ночью. - он усмехнулся. - К тому же, я тоже облажался. Хакон поднял на парня непонимающий взгляд. - Я обещал принести тебе противоядие. Лично. - пилигрим мягко улыбнулся. - Но ты снова стал собой. - А что, если нет? - возразил мужчина, опять пятясь назад. - Что, если у меня снова шарики за ролики заедут? Я снова могу на тебя напасть! - Не нападёшь. - Эйден сделал широкий шаг и оказался перед самым носом у Хакона. - Я верю. - А я нет. - горько прошептал мужчина, но дальше отходить не стал. - Я боюсь за тебя. - А я не боюсь. - решительно сказал парень и сократил последние сантиметры между их лицами, впиваясь в чужие губы. Казалось, у Эйдена остановилось сердце. Прикрыв глаза, он замер, ждя ответной реакции. Его либо оттолкнут, либо прижмут ещё ближе. Секунды показались парню вечностью. Но вот Хакон начал отвечать, положив руку ему на талию, слегка притянув к себе, так, чтобы не потревожить раненый бок. Эйден обвил чужую шею руками и зарылся рукой в тёмные волосы, углубляя поцелуй и проникая языком в желанный рот. Хакон не стал перехватывать инициативу, позволяя пилигриму вести. Они целовались до тех пор, пока в лёгких не кончился воздух. Эйден отстранился, заглянув в глаза напротив. Они наконец-то повеселели и приобрели привычный вид. Парень улыбнулся и положил голову на крепкое плечо. Хакон запустил руку в чужой ежик волос, пропуская пряди между пальцами. Он поцеловал пилигрима в макушку, обняв ещё сильнее. - Я думал, твои подкаты — это шутка. - признался Эйден, не поднимая головы. - Намёков ты не понимаешь — буду знать. - усмехнулся мужчина. Парень закатил глаза, но после всё же взглянул на чужое лицо. - Я скучал. - Я тоже, малыш. Эйден снова улыбнулся и они слились в новый, долгий, нежный поцелуй.