я не хочу без тебя спать

Иногда надо делать маленькие странные вещи просто потому, что они маленькие и странные, и так — хорошо.

©Франц Вертфоллен

⋞ ⋟ ⋞ ⋟ ⋞ ⋟

      На удивление солнечный день радовал. Блондин сидел в большой, хорошо освещенной столовой университета и лениво перебирал в своих руках сложенную салфетку, повернув лицо к солнцу, что грело через толстое стекло большого окна.       Солнце любило его лицо, иначе как объяснить бесконечную россыпь веснушек на бледной коже…? Рыжие пятнышки, будто звезды на небе, притягивали взор. Да, вообщем-то, сам по себе обладатель веснушек притягивал на себе многочисленные взгляды. Это был высокий худой паренёк, большие карие глаза, перекрыты плотным голубыми линзами, щурились, от чего маленький аккуратный носик морщился, а пухлые губы растягивались в сдержанно улыбке. Каждый второй в универе знал его имя, и просто мечтал затащить Ли в кровать. Парень был красив, талантлив и умен, говорил на нескольких языках и замечательно готовил. Разве возможно было не обратить на него внимание? Помимо всего прочего он был добрым, компанейским и просто солнечным человеком. — Хей, Феликс, — рядом с блондином сел кареглазый парень. Феликс лениво обернулся на знакомый голос. Это был Хван Хёнджин. Ли улыбнулся, разглядывая приятеля. Высокий парень, с светлыми волосами, собранными в тонкий хвост и две милые косички, обрамляющие бледное, аккуратное лицо. Пухлые алые губы растянулись с игриво улыбки, от чего выразительные карие глаза Хёнджина казались уже, а родинка под левым глазом приподнялась вверх. Его длинные пальцы лежали на столе, перебирая брелок на чёрной сумке, а жилистые руки были спрятаны под рукавами рубашки, закатанных по локоть. Почему-то их с Феликсом часто путали, хоть и Хёнджин был значительно выше Ли. Хван был его неотъемлемой частью. Это был талантливый раздолбай. Так его называл Феликс. Хёнджин все свое время уделял танцам и хореографии, а когда наступало время учёбы, он будто знал темы наизусть, хотя на некоторых даже не присутствовал. Он был крайне харизматичен и отлично флиртовал. Некоторые молодые профессора ломались под натиском его обаяния, что уж там говорить об учениках? — Танцевал? — улыбнулся Феликс, поправляя чужую прядку волос, выбившуюся из общей причёски. Хёнджина выглядит очаровательной, и Феликс, без особой конспирации, позволял себе очаровываться. — Да, перерыв, — Хван перехватил руку друга, поцеловав тыльную сторону чужой ладони, поместил в неё свою щеку, наклонив голову набок. Руку Феликса он не отпускал, поглаживая указательным пальцем мягкую кожу друга. — Мы с Минхо ставим новый номер. От хореографии можно умереть. — Вздыхает кареглазый. Феликс подаётся вперёд, через стол, и заправляет тонкую косичку за ухо друга. — От нас сейчас умрёт половина столовой, что пялится сюда, — прошептал Феликс, откланяясь назад и ловя боковым зрением чужие взгляды. — Пусть умирают, какая мне разница? — проговорил Хван, перехватывая вторую ладон Ли, и пряча в его маленьких руках свои тёплые, влажные губы. Парни замирают. — Ёнбок… — Хёнджин смотрит на друга из-под ресниц. — М, да? — Фелик улыбается, обнажая белые зубы. — Выходи за меня? — Хёнджина поднимает глаза на друга и целует его ладони. Наступает молчание. — Нет, ну это уже слишком, — Феликс выдергивает свои ладони из чужой хватки, — ащ, как же ты реалистичен! — начинает смеяться Феликс, и поворачивает голову в зал столовой, откуда каждая пара глаз устремлена на них. Хёнджина громко смеётся, запрокинув голову. — Я был убедителен? — он искренне широко улыбается, тоже поворвчивая голову в зал. Девушки за соседним столом застенчиво прячут камеру и опускают глаза. — Эй, вы снимали же? Скиньте мне потом видео, — смеётся Хван и смотрит на Феликса, который роется в своей сумке. — Герой любовник. Нас и так уже весь универ шипперит. Хочешь смерти нашим фанатам? — голубые глаза блестят, довольная усмешка не сходит с лица. — Ну, бэйбиии, — тянет Хван, вытягивая губы трубочкой, — почелуешь меня? — Прекращай, — Феликс довольно смеётся, глядя на то, как девушки за соседним столом снова тянутся к телефонам. — Ладно, ладно, — Хван тоже смеётся, громко и бесзастенчиво.       Они всегда были такими. Были одними из самых популярных старшекурсников универа. Девчонки все время на них засматривались, но ещё больше всем нравилось, когда Хван и Ли строили из себя драматичную парочку. Актёрами они, к слову, были просто божественными. Весь универ гремел слухами о том, что эти два блондина не просто друзья. Парни уже привыкли. Они любили придуриваться, играть на «скрытые камеры», которые они прекрасно видели. Им нравилось поиграть на нервах своих воздыхателей, а после, вечером, сидя в их общей двухкомнатной квартире, читать о себе в новостях универа, заливаясь смехом. Феликс даже читал фанфики по ним. Всё эти люди, писавшие вымышленные рассказы, были талантливы, нужно сказать. Это умиляло Феликса.       На самом деле, они с Хёнджином и правда были близки, но это была совсем другая близость. Они не были друзьями, но и любовниками их можно было назвать с трудом. Это был тот сорт близости, о которой они сами не говорили, это было на уровне душ. Феликс однажды читал один фанфик, и там писалось о соулмейтах. Это было очень похоже на них. У них будто была одна голова на двоих, и одно сердце тоже. Они любили одни вещи, понимали друг друга без слов, а шутки в голове друг друга будто могли передавать через взгляд, от чего иногда глупо смеялись, лишь глядя друг на друга. Эмоции они тоже делили пополам, чувствую друг друга, понимая. Словно вскрытая коробка, бери, что хочешь. И они брали; тепло, нежность, поддержку. Феликс был очень рад, что в его жизни есть Хван. И он знал, Хёнджин чувствует тоже самое. Между ними будто и впрямь была прочная красная нить, что нельзя было ни разорвать, ни разрезать. Они были неделимы. — Эй, смотри, — Хван задел локтем руку Феликса, привлекаяя его внимание, — там твой мистер Потерянный принц пришёл. Феликс повернул голову в сторону, куда смотрел Хёнджин, и удивился. Он не ожил увидеть этого парня в столовой универа. За этим незнакомцем Феликс наблюдал уже больше года.       Ли был солнцем, и ему было важно, чтобы вокруг всем было тепло, поэтому, заметив в коридорах универа одинокого ученика, с соседнего потока, Ли заинтересовался им. Почему он один? Почему рядом никогда никого нет? Феликс лишь однажды заглянул незнакомому парню в лицо, но этого единственного раза хватило, чтобы Феликс заметил в тёмных глазах мучительные отблески тоски. Он знал, что незнакомцу плохо, ведь точно такой же взгляд был у самого Феликса, когда тот только переехал в Корею. Загнанный, маленький, без друзей, в чужой стране, толком не знающий языка. Это теперь он популярный австралийский мальчик, с милой улыбкой и толпой фанатов и фанаток в тик токе и инстаграме, а раньше был лишь он и пустота, страх. Именно тогда в его жизни появился Хван, который раскрыл объятия для солнечного мальчика из Австралии, который учил его языку и смеялся с забавного акцента. У Феликса был Хёнджин, и им было хорошо вместе, но, кажется, у этого незнакомца, с глазами полумесяцами, не было никого, кроме тоски и одиночества. С того момента Ли каждый раз искал этого парня глазами по коридорам универа. Хван шутил, что Феликс, должно быть, влюбился с первого взгляда, раз так волнуется о незнакомце, но Феликс знал, что это не любовь, а сострадание. — Не смешно, Джини, — Феликс серьёзно посмотрел на Хёнджина и начал рыться в сумке, — он вечно один. Он даже не обедал в столовой никогда. Хван заинтересованно заглянул через сумку на баночку холодного молочного коктейля, которую Феликс достал. — Думаешь угостить его этой дрянью? — Хёнджин показательно зажал нос двумя пальцами, — он пошлёт тебя. Это для детей. Феликс нахмурил аккуратные светлые брови. — Я пошел. — Что, прямо вот так и пошёл? — Хёнджин поправил волосы, — просто подойдёшь к нему? — Джинни, это судьба! Он никогда не бывал в столовой, а сейчас он здесь. Знаешь, какое самое гадкое чувство на свете? Хван задумчиво поднял глаза к потолку. — Съесть баклажан? — Есть в одиночестве, в месте, где куча людей, — Феликс встал из-за стола, — в твоём случае, кстати, не приятнее было бы есть салфетки, которыми Минхо все время пытается тебя угостить, — Феликс поиграл бровами, понизив голос. Хёнджин драматично прикрыл рот ладошкой. — Ах, ты такой грубый, — проговорил парень сквозь тонкие пальцы. Феликс улыбнулся. — И что ты ему скажешь? — Хёнджин безразлично уронил голову на свои руки, сцепленные в замок, — привет, я Феликс! Я сталкерю тебя уже год?! — Что-нибудь придумаю, — отмахнулся Феликс и зашагал в направлении парня, стоящего у автомата с напитками. — Дурак, — выдохнул Хван, провожая приятеля взглядом.               — Хей, привет! — Феликс подошёл к парню сбоку и улыбнулся. Незнакомец никак на него не отреагировал. На его голове был затянут капюшон синего худи и он увлечённо смотрел на ассортимент напитков за стеклом автомата. Феликс нахмурился. Как-то невежливо. Он хотел познакомиться, а его не удосужили даже взглядом. Незнакомец щёлкнул кнопкой автомата, и, вытаскивая банку молочного коктейля, начал поворачиваться к Феликсу. — Ааа! — парень вскрикнул, вздрагивая всем телом и роняя банку на пол. Феликс стоял почти вплотную к нему, хмуря брови. Незнакомец схватился за сердце и согнулся пополам, тяжело дыша. — Эй, ты в порядке? — Феликс сам испугался яркой реакции. В ответ вновь молчание. Да что же за невежда такой?! Парень выпрямился. Поправляя очки, он стянул капюшон с головы и вынул наушник из уха. Наушники?! Феликс не подумал об этом… — Ты чего? — паренёк затравленно глянул на Феликса. — А? — Феликс поднял взгляд на парня и, бесцеремонно, рассмеялся. Наушники! Ну он и идиот…! — Ненормальный, что ли… — прошипел парень, держа руки у сердца и разочарованно оглядывая свою недавеюю покупку, которая белёсо-розовой лужицой растекалась по кафельному полу столовой. — Извини, извини меня, — сквозь смех проговорил Ли, — просто я хотел познакомиться с тобой, подошёл, заговорил, а ты молчал, и я подумал, что ты меня игнорируешь, — парень широко улыбнулся, протягивая руку, — я Ли Феликс. Незнакомец ещё пару секунд разочарованно смотрел на лужицу малинового молочного коктейля, растекающегося и шипевшего. — Ян Чонин, можешь звать меня Ай Эн - это мои инициалы, — Чонин пожал тёплую и мягкую руку Феликса. — Рад знакомству, — Феликс улыбнулся, протягивая Яну баночку коктейля, — это тебе. Малиновый. — Мне? — Ай Эн удивлённо принял прохладную банку из рук своего нового знакомого, — спасибо, — растерянно протянул он. — Ты тут один? Не хочешь поесть с нами? — Феликс обернулся на стол, за которым сидел Хван, тот махнул им рукой, — я тут с другом. — Ох, ну, — Ян замялся, — да, хорошо.               — Это Хван Хёнджин, — представил блондина Яну Ли, когда они подошли к столу, — А это Ян Чонин. — Солют, я Хван, можно Джинни, — Хёнджин кивнул в знак приветствия. — Я - Ай Эн, — Чонин аккуратно продвинулся по скомейке к стенке, позволяя Феликсу сесть рядом. — На каком ты направлении, Ян? — Феликс улыбнулся, пододвигая к Чонину только что раскрытую пачку сладких снеков. — Какой он миленький, — Хёнджин подмигнул Ай Эну, — у тебя есть девушка? Или, может, парень? Чонин уронил снэк мимо рта. — Ты что, давно салфеток не ел? — Феликс блеснул глазами, пиная длинные ноги Хвана под столом. Иногда Хёнджин был невыносим. — Кто-то сказал о салфетках? — на плечо Хвана упала тяжёлая рука. Хенджин обернулся и сглотнул, увидев говорившего, с стопкой салфеток в руке. — Хё-ё-ён, — протянул Хван истерично, вставая из-за стола. — Я тебя, гадёныша, жду в студии уже почти час, — маниакально проговорил парень, улыбаясь полной улыбкой. — А у нас тут друг, вот, новый! — пискнул Хван и, схватив свою сумку со стола, рванул с места к выходу. — Если ты сейчас же не очутишься в студии, то, Богом клянусь, Хёнджин-и, я засуну тебе полный рот салфеток и зажарю в духовке при ста восьмидесяти градусах! — крикнул ему кареглазый парень в догонку, оборачиваясь к сидящим. — А это - Ли Минхо, — представил Феликс улыбающегося парня в фиолетово худи Чонину, — он любит угражать Хёнджину салфетками и трогать чужие попы, — Феликс перевёл взгляд на Минхо, — а это наш новый друг Ян Чонин. — Можно Ай Эн, — Ян протянул руку Минхо, роняя очередной снэк мимо рта. «Трогать чужие попы?!» — Приятно познакомиться, — Минхо принял рукопожатие. — Если тебя опять увидят на территории универа, тебе точно запретят сюда ходить, даже в студию, — Феликс лениво склонил голову набок, обращаясь к Минхо. — Почему? — встрял Чонин. — Потому что господин Ли Минхо имеет славу трудного ученика. Всё профессора молились, когда он выпустился, а он повадился ходить в нашу приуниверситетскую танцевальную студию. — Ты прав, поэтому я сейчас же удалюсь кормить твоего парня салфетками, — поднял руки вверх Минхо. — Он мне не парень, — хохотнул Феликс, отправляя снэк в рот. — В таком случае, он сегодня поспит в духовке, — невинно улыбается Минхо. — Я не дам тебе погубить моего единственного друга, чёртов ты волюнторист! — Феликс подскакивает с места, от чего Чонин вздрагивает. — Тогда, может, пойдёшь со мной в студию? Ты тоже давненько не танцевал, Ёнбок, — Минхо уверенно разворачивается в сторону выхода. — Пойдёшь с нами? — Феликс хватает сумку со стола и тепло улыбается Яну. — А, — тормозит Ай Эн, — да, пойду. Если можно. — Конечно! — восклицает Феликс и тянет руку парню, Чонин сжимает ладонь своего нового знакомого. Так уютно. Держась за руки они выходят из столовой, под общие взгляды, наблюдавшие весь спектакль из-за своих столов. — Феликс, можно спросить? — Ян чувствует уют, проходящий током по кончиками его пальцев, которые Ли держит в своей руке. — Да? — Феликс покрепче перехватывает чужую руку и свою сумку, стараясь не терять из вида Минхо. — Почему Минхо назвал тебя Ёнбок? — Потому что это моё имя, — просто кидает Феликс, тепло улыбаясь. «Он, наверное, ничего не понимает.» — думает Феликс, ведя Яна за руку. «Вау, ничего не понятно.» — думает Чонин, и догоняет Феликса. Ровняется с ним, но не отпускает его руки.