я не хочу без тебя спать

«Я тебя люблю.

Но ты мне уже не нравишься.»

© Мейсон

⋞ ⋟ ⋞ ⋟ ⋞ ⋟

— Черт, — тянет Джисон, падая на большую кровать, — это вообще не свэг. Голова кружится, а во рту пересохло. День сегодня было очень длинным и выматывающим, зато вечер получился просто мегакрутым. Парень лениво переваливается на спину и смотрит на сегодняшнего соседа по комнате. Минхо расстегивает толстовку, небрежно бросает её на стол. Свет они так и не включали, поэтому Джисон сонно рассматривает своего нового знакомого, что стоит у письменного стола, под светом луны, струившимся из-за наполовину закрытых штор.       В бледно-голубом свете Минхо выглядит сказочно. Его тускло-фиолетовые, очевидно крашеные, волосы, разметались по лицу, он мило сопит носом, развязывает шнурки своих спортивных штанов, шуршит в темноте пару секунд, кладёт штаны на стол, и Джисон видит спортивные бедра, прикрытые длинной бледно-розовой футболкой с причудливыми разноцветными разводами на груди. Парень тянется к краям футболки, медленно подымая их вверх. «Стоп. Что?» — Эй, эй, — Хани приподымает голову с кровати, все, на что у него хватает сил, и старается смотреть в лицо Минхо, которое, как назло, скрыто в тени. — Ты собрался голым со мной спать? — Ага, — кивает Минхо и раздевается окончательно, оставаясь только в нижнем белье, — поспим на контрасте. Я - голый, а ты - в пуховике. — Парень как-то смазанно улыбается, или может у Хана уже плывёт в глазах? Джисон откидывается обратно на кровать, шумно сглатывая вязкую слюну. — Класс, — тянет он сонно, но быстро напрягается, когда Ли Но подходит к кровати и тянет одеяло из-под него, — нет, ты серьёзно? — он снова смотрит на Минхо, который стоит от него на расстоянии вытянутой руки, уперев одно колено в кровать и вопросительно приподнимая бровь. Они молча смотрят друг на друга пару секунд и отводят глаза.       Не то, чтобы Джисона смущал голый парень рядом. Он сам был парнем, и видел миллион полуголых парней, а некоторых даже полностью голых, но, почему-то от взгляда на Минхо где-то в районе шеи бегали мурашки. Он был такой весь из себя, подкаченный, бледный, будто нереальный. Джисон искренне наслаждался этим вечером благодаря Ли Но и его резким реакциям, поэтому он был очень ему благодарен. Хану давно не удавалось так повеселиться. Сынмин был очень сдержанным, а из людей, находившихся постоянно рядом, был только Ким. Все в его кругах привыкли к тому, что Хан любил целоваться. Это было для него чем-то таким же простым, как объятия.       С самого детства он был замкнутым и не особо общительный, сидел какое-то время на домашнем обучении из-за того, что не мог сладить ни с кем, а потом в его жизни появились парочка друзей, которые буквально научили младшего жизни. Сейчас Хан был общительным, весёлым, а его детская активность, в свои годы не вышедшая на волю, лезла из него в нужные и ненужные моменты. Нет, он умел быть серьёзным, но он быстро от этого уставал. Да и кому вообще нравятся серьёзные люди? Никому не понравятся ворчалы типа Минхо. Никто не любит зануд. — Чего ты так напрягся? — вырвал его из мыслей Ли, — ты же вроде собирался целоваться со мной? А теперь смущаешься того, что я разделся? — Да не смущаюсь я, — лениво протянул Хани. — Мне одеться? — Лино сел на постели. — Да, пожалуйста. Иначе я не выдержу этого сексуального давления, и точно тебя зацелую, — Хани запрокинул голову, чтобы видеть Ли Но, тот, в его глазах был вверх ногами, от чего Джисона затошнило. Минхо фыркнул и встал с кровати, направляясь к столу, где лежали его вещи. — Ого, какой послушный котик, — выдохнул Джисон, пытаясь сфокусироваться на люстре, — а так и не скажешь. — Захлопнись, — кинул Минхо, натягивает спортивки, и завязывай шнурок. — Бу-бу-бу, — отвечает Хан и пытается повернуться на бок. Его попытка оканчивается неудачей и он, с громким шуршанием, сползает на пол. Теперь он не видит Ли Но полностью, только его бледные лодыжки, которые чинно проходят мимо его головы. Скрипит постель. — Доброй ночи, — безразлично кидает Минхо. — Оставишь меня в таком полажении? — Хани перекатывается на спину. Сил двигаться попросту нет. — Почему бы и да? — Джисон не видит, но Минхо пожимает плечами, плотнее укутываясь в одеяло. — Это все потому что ты боишься со мной спать? — продолжает Хани сонно, — и шнурки завязал на штанах, будто я тебе в них полезу. Знаешь как называют людей, которые ведут себя как ты? — Джисон слушает упрямое сопение пару секунд, — латентные геи, — тянет он лениво. Его тело расслабляется, а от выпитого алкоголя очень сильно клонит в сон. Ему уже плевать, что он будет спать одетый и на полу. Он бывал и в ситуациях похуже. Не то, чтобы он был разгильдяем, но и пай мальчиком его точно не назовёшь. Может он был чуть хуже хорошего и чуть лучше плохого? Так, наверное и было. Маятник его личности летал между двумя отметками, не останавливаясь даже на середине. Для кого-то он классный друг, для кого-то отбитый знакомый. Пьяная компания прямо под их окном что-то неразборчиво пела и хохотала. Было слышно как ездят машины и воет ветер. Кому вообще хочется в такой ветер быть на улице? Разве что подросткам, с горячим сердцем и чем-то горячительным внутри. Джисон сам был таким, его не пугали ни мороз, ни снег, ни жара. Раньше он не выходил из дома, а теперь, наоборот, он там не появлялся. Если Сынмин был занят, то Джисон просто шатался по улицам, с наушниками в ушах, или писал музыку. — Для всех хорошим не станешь, — разговаривал Джисон сам с собой еле слышно, — так говорил Чак ПаАААА, — Хан не успел договорить, вскрикнув, его грубо подхватили и поставили на ноги. «Это что сейчас такое было?!» — Джисон держался, стараясь не шатается и вслушивался в гневное пыхтение Ли, осоловело хлопая глазами. Он молчал, боясь выдавить из себя даже писк. Не от страха, конечно, от шока. Он правда никого не боялся, и влипал в разные ситуации и потасовки, но, почему-то рядом с Минхо он чувствовал себя маленьким и беспомощным. Кажется, он протрезвел и весь его весёлый азарт и решительность куда-то испарились, оставив Джисона разгребать последствия в одиночестве. — А знаешь, как называют людей, которые ведут себя как ты? — Минхо держал Хана за плечи, — надоедливые задницы, — парень стянул с Джисон пуховик, — безпардонные идиоты! — следом за пуховиком на пол полетело чёрное худи, — противные, — Минхо толкнул Хана на кровать, и тот свалился на спину, округлив глаза, — мелкие гадёныши, — Минхо стянул с парня один носок, отшвыривая его куда-то в сторону, — которые вечно лезут, мешают и все портят! — Минхо гневно шипел, стягивая с Хана второй носок. — А теперь будь так любезен, закрой свой надоедливый рот, и не открывай его до тех пор, пока не наступит утро, и я не исчезну из твоего поля зрения! — Сними водолазку, — прошептал Хан, садясь на постели. Голос его, видимо, тоже решил покинуть. Парень смотрел прямо на лицо Минхо, которое было непозволительно близко. Ли Но страдальчески закатил глаза. — Трусы потом тоже снять? — Если хочешь, — серьёзно проговорил Хан, сам не понимая что плетёт его язык. — Я сниму водолазку, а ты уляжешься и не будешь меня нервировать, — проговорил Ли, посмотрев Хану прямо в глаза. Джисон был готов поклясться, он чувствовал на своём лице чужое дыхание, и запах мятной жвачки. — На тебя? — Хан мысленно отметил, что он мало того, что без голоса остался, так ещё и без мозгов. — Что? — Минхо замер, глупо хлопая глазами и глядя на Джисона. — Ну ты сказал, — начал Хани, глядя на Минхо в ответ, говорить было сложно, потому что слюна становилась вязкой с каждой секундой, и Джисону казалось, что во рту слайм, который склеивал челюсти, — уляжешься на меня и не будешь меня нервировать. — Умереть захотел? — прошипел Минхо, сузив глаза. Хан глупо хихикнул. Ли презрительно фыркнул, аккуратно подхватил края чужой черной водолазки, потянув наверх. От прикосновения его холодных пальцев, у Джисона по всему телу прошла стая мурашек. Он на секунду перестал видеть глаза Минхо, когда ткань проползла по его лицу, щелкая частичками тока; а когда горловина водолзки позволила Хани дышать и видеть, он просто подался вперёд, прикрывая глаза и накрывая чужие губы своими, бесцеремонно проталкиваясь в чужой рот своим языком.       Было тихо, где-то громко тикали часы, в комнате было темно и душно. Губы Минхо были обветренными и сухими. А самое главное - они были ужасно горячими. В носу стоял запах мятной жвачки. Кажется, Джисон сошёл с ума, и призраком его сумасшествия теперь навечно будет запах мятной жвачки и сладко-жгучий привкус на кончике языка. Это длилось всего пару секунд, Джисон показалось, что его сердце бьётся в такт с тиканьем часов. Он резко отпрянул от Минхо, глядя тому в глаза и хватаясь за свои губы ладонью. Минхо, смотревший на него в ответ истерично хихикнул, округлив глаза. — Оё-й. Это нихера не свэг, — ляпнул Джисон первое, что пришло в голову, и отодвинулся на кровать, зачем-то силясь снова надевая водолазку. Руки путались в ткани, она казалось колючей и неподдатливой. Минхо какое-то время смотрел в пустоту, а потом сфокусировал взгляд на Хани. — Ещё какой свэг! — проговорил он истерично, и, залезая на кровать, сел сверху Джисона, прижимаясь к чужим бёдрам своими. Хани сдавлено пискнул, а потом нелепо ойкнул, когда Минхо надавил на его грудь, прижимая его спиной к спинке кровати. Если бы Хану сказали, что он будет однажды сидеть в незнакомой квартире ночью, и целовать какого-то еле знакомого парня, Хан бы долго смеялся, но сейчас ему было как-то не смешно. Джисон сминал чужие податливые губы своими, прикрыв глаза. — Хён, можно тебя за талию взять? — прохрипел Хан, тяжело дыша. — Что? — Минхо оторвался от чужих губ, разрыва медленный и не уверенный поцелуй, — хён? — он похлопал глазами, глядя на Джисона, — да делай что хочешь, — проговорил тихо и запустил свои холодные руки под чужую водолазку. Джисон издал сдавленный стон, по коже снова забегали мурашки. Но это все от холода, не от Минхо и его прикосновений, нет, сэр. Он поднял руки вверх, когда Ли требовательно замычал ему в губы, и его водолазку скользнула куда-то на пол. Наконец-то. Хан задыхаться, углубляя поцелуй. Голова идёт кругом, а по пальцам рук идёт какой-то шум. Он уверенно запускает руки под чужую футболку, руками оглаживая подкаченные бока, и стягивает ненужную ткань. Наверное, их верхняя одежда была точкой невозврата, потому что ровно с момента, как они оба оказались оголенными и сопрекаснулись кожей к коже, Джисона начало мазать. Он вообще перестал соображать. Кожа, в местах соприкосновения, обжигала, а в голове не было ничего, кроме белого шума и влажных звуков поцелуев, которые наполнили комнату. Минхо держал руки на его плечах, и сминал их, тяжело дыша. Джисон сдавленно промычал, пряча стон, когда Ли прошёлся пальцами по шее, зарываясь в волосы Хана. Это уже не было похоже на шутку. Все, что происходило было абсолютно реальным. Джисон понял это, когда, подхватывая Минхо за талию и переворачивая, уложил того на лопатки, разорвав поцелуй. Ли выглядел взбудоражено и больше походил на пьяного, чем Хан. Парень хлопал глазами, а его грудь часто-часто подымалась вверх. И, к слову, он был чертовски хорош. Было темно, и Хан это знал, но ему казалось, будто он отчётливо видит лицо лежащего перед ним парня. Ему же разрешили делать все, что ему хочется? Хан прочистил горло, в котором сейчас, от частного дыхания, была пустыня, и поцеловал Минхо в косточку ключицы, прикусывая кожу и оставляя после себя алый влажный след. Святые небеса, это точно, нахрен, не сон! На самом деле Хану было плевать, сон это или нет. Главное, что он никогда в жизни себя так не чувствовал. Парень снова поцеловал Минхо в ключицы, а потом ниже, ниже, пока не дошёл до впадины живота. — Вот эта хрень нам вообще сейчас не к чему, — проговорил он сбитым голосом и начал развязывать шнурок на чужих спортивных штанах. Руки его не слушались, а сиплое дыхание Минхо, заставлял торопиться. Зачем? Неизвестно. Пальцы путались между собой и Хан очень на себя злился. — Ты синоним к слову безнадёжность, Хан Джисон, — прохрипел Минхо, и резко сев, начал распутывать узел на своих штанах. Хан глупо хихикнул и, дождавшись пока Минхо победно потянет шнурок, тут же опрокинул его обратно на спину, потянув за резинку штанов. Минхо приподнял бедра, помогая Хани справиться, а потом резко сел. У него закружилась голова и он на ощупь потянулся к чужой ширинке. Джисон встал на колени, позволяя Минхо копошиться с его джинсами. Молния замка издала характерный звук и Хани снова потянулся к Минхо за поцелуем, пытаясь попутно избавиться от штанов.                             В комнате стало невыносимо душно, а Минхо снова сидел на бёдрах Хана, жадно целуя его и покусывая чужую нижнюю губу, от чего Хан недовольно мычал, но это было так, для вида. Джисон уже по настоящему задыхаться, сжимая чужую талию своими руками. Минхо вычерчивал на его груди и шеи какие-то узоры, и от прикосновение его, почему-то до сих пор прохладный пальцев, Хани уходил в отлёт. Между ними не было ни миллиметра свободы, они прижимались друг к другу, целуясь как в последний раз. Необъяснимая страсть сжирала Джисона с головой, и он поверить не мог, что это с ним происходит. Он оторвался от чужих губ и начал покрывать поцелуями плечи Минхо. Хани прикусил нежную кожу и Ли Но тихо простонал.       Нет, с верхней одеждой явно был не пик. Пик наступил сейчас, когда Джисон снова и снова прикусывал чужую бледную кожу, чтобы ещё разок услышать стон Ли Но. Хан тяжело дышал, ему, кажется выключили мозг, руки сами по себе хозяйничали на теле Минхо, и услышав очередной стон, Хани инстинктивно приподнял бедра, подавшись вперёд. Ли Но глубоко вздохнул и из его рта вырвался рваный стон. Парень запрокинул голову, глубоко дыша. Они оба не понимали, какого черта с ними сейчас происходит. Этот стон стал последней каплей. Джисон почувствовал тягучее возбуждение внизу живота. И он был уверен, Ли Но его тоже почувствовал, потому что сдавлено ойкнул, поёрзав у Хана на бёдрах. Отлично! Он словил стояк на парня! Хани провел рукой по чужой груди, покрытой мурашками и спустил руки по изгибу талии, ниже, к упругим ягодицам. — Ты что меня за задницу полапал только что? — Минхо разорвал поцелуй, неверяще глядя Хану в глаза. — Сам сказал, делай что хочешь, — Джисон зачем-то улыбнулся полной улыбкой, и Минхо, завороженно глядя на него, протянул «ой». Хани сразу понял, что значило это «ой», потому что почувствовал, как это «ой» упирается ему в пах. — Черт, — протянул Минхо, — опуская глаза вниз. Хани тоже посмотрел на их тела, и, о, Боже, эту картину он никогда не забудет. Резинка его серых боксеров, Минхо, сидящий на нем, и внушительный бугорок, выпирающий из красного нижнего белья. Хани ещё минуту смотрел на все это, а потом, выдохнув сквозь зубы, перевёл взгляд на Минхо. — Снимай их. — Чего? — Котёнок, ты дурак? — Хани улыбнулся и Минхо был готов в этот момент снять все, хоть кожу, только бы видеть эти пухлые щеки и белые зубки. Хан снова перекинул Минхо на спину, устраиваясь между его ног. Минхо охнул и уставился на пальцы Джисон, которые ловко подхватили резинку чужого белья и потянул вниз. Что вообще происходит?! — Дай я, — Минхо, оказавшись полностью обнажённым, потянулся к белью Хана, от чего тот судорожно выдохнул, когда Ли Но, в потемках, задел его член, снимая с него боксеры. — Хён, если честно, — Хан ошарашено уставился на Минхо, тяжело дыша, — я с парнями до этого ни разу. Я даже не знаю что делать. — Ты думаешь я профи?! — зашипел Минхо. — Так ты не гей? — Хан, кажется, был удивлён. — Нет, конечно! — прошипел вновь Минхо, — а ты? — добавил чуть помолчав. — И я нет, — выдохнул Джисон. Почему то в этот момент стало невыносимо смешно, и парни, глядя друг на друга, рассмеялась, падая на кровать. — А говорил, что в штаны мне не полезешь, — отдышавшись после их общей истерики, заговорил Минхо. — А ты говорил, что трусы с меня снимать не будешь, — парировал Хан. — Может попробовать? — выдохнул Минхо в потолок. — Это? — Джисон спустил руку ниже и охватил член Минхо, надавливая на головку и проходясь вверх-вниз. Минхо подавился воздухом и закатил глаза. По телу прошла волна тока, заставляя Ли Но содрогнуться. — Ты издеваешься?! Умереть захотел? — Только если от твоей руки, котёнок, — Хан улыбнулся и разжал руку. — Давай просто сделаем это и все, — вздохнул Минхо, ерзая ногами по одеялу, ощущение руки Хана на его члене было настолько реальным, что ему захотелось завыть. Минхо потянулся к тумбочке и с первого раза нашёл белый маленький бутылёк с синим логотипом. Хан присвистнул. — Это что такое? — задал он реторический вопрос, делая акцент на первом слове. — Гарантия того, что твой член выживет сегодня. И мой заодно, — Минхо щёлкнул крышкой и вылил на ладонь прозрачную смазку. — А Джинни у нас не святой, — Хан взял немного смазки из руки Минхо. — Главное, чтобы он и дальше думал, что я не знаю где он хранит свои запасы, — Минхо потёр ладони и проскользил по груди Джисон вниз, обхватывая рукой его член. Джисон рвано выдохнул, издав подобие стона. Он хотел спросить откуда Минхо знает, где у Хёнджина лежит смазка, но голова стала пустой, как только рука Ли начала скользить вверх-вниз. Парень прикусил губу и на ощупь нашёл бёдра Ли Но, медленно спускаясь вниз, оставляя за своими пальцами мокрый след. — Просто как себе, только друг другу, — шепнул Минхо, сдерживаю стон и хмурясь. Громко говорить не хотелось.                      Джисон подскочил на месте, когда завыла сирена за окном. Он сонно огляделся. В комнате было светло и душно. Его вещи лежали на столе, сложенные, а пуховик висел на спинке стула. Парень приподнял одеяло, нижнее белье было на нем. «Сон?» Джисон обречённо выдохнул и интенсивно потёр лицо руками. С кухни слышались голоса, поэтому Хани наспех оделся и приоткрыл дверь. Кухня была смежной с гостиной, поэтому Джисон сразу увидел макушку Сынмина и Чонина, что сидели к нему спиной за барной стойкой. Феликс задумчиво сидел на корточках напротив духовки. — Там Хёнджин? — Хан вышел к друзьям. Феликс хохотнул. — Тебя что, Ли Но вчера укусил? Хани панически забегал глазами по лицам друзей, чтобы понять, сколько им известно. На шее? Засос? Укус? Синяк? Мысли лихорадочно крутились в голове. — Да шучу я, — добродушно улыбнулся Феликс. Духовка дзынькнула и парень, надев кухонные рукавицы, вытащил на стол форму, из которой аппетитно вылезал брауни. Ёнбок поставил форму прямо посреди барной стойки на керамическую подставку, и, сняв рукавицы, довольно улыбнулся. — Кушать подано, приборы в том ящике, чайник вскипел. Есть ещё газировка и пиво. От упоминания пива в Джисона замутило. Он показательно согнулся и заохал, страдальчески хмурясь.                      — Кстати, ребят. На этих выходных приезжают мои друзья, у них концерт. Я там буду читать рэп, — ухмыльнулся Хан, дожовывая свой кусочек сладости. — Приходите все. И Хвана зови, — обратился он к Феликсу. — И Минхо тоже, — добавил он немного погодя, не глядя другу в глаза. Ёнбок неопределенно повёл в воздухе рукой и улыбнулся, пытаясь зацепить взгляд Хана. Дело было в том, что Ёнбок сегодня спал в гостиной, где прекрасная слышимость.