le sorcier.

      новый год, как известно, время исполнения самых заветных желаний. в этом году город был буквально засыпан горами снега, чему люди, безусловно, были очень-очень рады. улицы не очищали от сугробов будто специально, но, хоть это и было странным, прохожие этого и хотели. не льду же радоваться (было бы чему, когда летаешь буквально по скользкой промерзшей земле). несмотря на чужие прихоти, у девушки желание было иное — найти, наконец, создателя этого чертового браслета, что красовался на ее запястье ровно пятнадцать лет. пятнадцать чертовых лет, за которые ее надежда предательски не угасала. правда, девушка и сама не знала, хотела ли она встречи с ним.       украшение напоминало о диме и не пускало ни единой мысли в голову более. звучит как издевательство, наверное, но именно так и проходили последние годы ее жизни. по городу мимо нее мелькали тени прохожих, и в них ее сердце так надеялось узнать того самого. того, кто был ей так дорог, потому что обратил на нее внимание один единственный раз, но поселился в сердце навечно. за это время она, несомненно, пыталась браслет снять, забыть, побороть воспоминания. но неудачам была не физическая причина: каждый раз, когда нити не оказывалось на ее руке, она чувствовала, что теряет себя окончательно. из ее головы пропадал и образ того самого милого мальчика, чей атрибут оказался тем вечером в ее распоряжении. и, кажется, жизнь сбегала из рук.       ее ломало. отпускать образ было больно.

«он ведь обещал, что я смогу найти его!»

      в очередной раз проходя мимо домов, она устало вздохнула. куча мыслей, слов. и, кажется, ни одна из них не была о горящих дедлайнах или праздниках, наступающих с такой огромной скоростью. все мысли, с позволения читателя, были заняты только им. тем самым парнем, который так бессовестно забрал все грустные мысли маленькой десятилетней девочки и подарил хоть один веселый вечер в его компании. она на самом деле совсем не понимала, почему же так привязана к этому человеку. ведь после его ухода, даже в их относительно небольшом городе, ей так и не удалось с ним встретиться. только вот чувствовалось в нем что-то родное.

tell me something i don't know

it sits inside my mind

i feel it in my bones

      когда вспоминала его образ, в голове всплывали детские милые черты лица. и хоть иногда она пыталась представить себе его повзрослевшего, всегда получалось что-то размытое: черты лица в ее голове совсем не складывались в единую картину. она вспоминала его голос, что отзывался в голове гулко и вызывал слишком большую волну эмоций. она даже пыталась вспоминать его фразы и выражения. но все тщетно. все воспоминания были какими-то расплывчатыми и нечеткими.       а потом, как-то вечером, она услышала его в своей голове…

«встретимся на площадке»

      и что? ей нужно было бежать туда? кто-то ответит, что ей делать?       голова девушки вновь и вновь переполнялась мыслями и вопросами. нет. бросаться со всех ног она не собиралась. ровно до тех пор, пока не увидела его снова.       не помнит, почему в ее комнате оказался включен телевизор, не понимает, когда и кто переключил на тот самый телеканал, но отчетливо зафиксировала в памяти первые две секунды его появления на экране. до того момента она еще ни разу не узнавала людей не по лицу. когда на экране показался парень, что так увлеченно играл на музыкальных инструментах, ее глаза сразу заприметили атрибут, похожий на тот, что сейчас крепким узлом держался в ее жизни и на ее руке. дима, повзрослевший, глядел совсем не в камеру, но взгляд его сразу породил воспоминания. голос его вернул в тот самый вечер, а фразы показались слишком знакомыми. к тому же пазл окончательно сложился, когда о финалисте двадцатой битвы наконец рассказали все: о детстве, которое он провел в ее родном городе, о юношестве в петербурге, о его дедушке-чернокнижнике, что давным-давно прослыл у детей ее двора страшным магом, о его путешествиях по миру, о брате. все это было так интересно, так нужно ей, но оставалась одна загвоздка. информация трехгодичной давности явно могла измениться не раз, потому и искать ей было парня по-прежнему негде. даже базовой информации о том, в какой стране сейчас находился дима, у нее не было, хоть и варианта осталось всего два. шерстить его соцсети она отказывалась, гуглить тоже. считала это фанатичным поведением, а не желанием связаться с человеком, что не покидал ее мысли.       теперь каждую ночь она просыпается от снов с его участием. вот они. вместе. гуляют по той самой площадке, дима вновь и вновь повторяет одну и ту же фразу. а внутри разгорается что-то жгучее, что заставляет отбрасывать от себя одеяло уже в реальности. сбитая в комья постель путается под ногами, не желает отпускать ее из собственного ада. слова «я всегда буду ждать тебя здесь» дарят истерику за истерикой. ее психика уже не выдерживает бесконечные напоминания и мысли. на ватных ногах она сбегает из собственной спальни в ванную комнату, где забивается лицом в холодный угол. будто тут ее не настигнет «эхо». словно здесь она не начнет лить слезы. мысли и образы терзают ее душеньку-заложницу. невозможно держаться на одном месте: она чувствует каждой клеткой тела незнакомые касания.

all of the time we wasted feels like a life ago

if i failed you, then you're better off alone

      пытается подниматься, подходит к раковине и открывает кран с мерзлой водой. с шумом струя пускается по белоснежно-блестящей керамике; она льет холод себе на лицо, шею, плечи. дорожками по ребрам плывут капли ледяной воды, восстанавливающие нормальную температуру тела. еще бы они так целительно действовали на нервную систему и ментальное здоровье.       даже после этой «перезагрузки» перед глазами всплывает один и тот же образ. улыбающийся, радостный парнишка, вновь и вновь, как тогда, в детстве, складывает руки перед лицом. заставляет девушку опуститься на холодный кафель, обнимать свои ноги, уткнувшись в колени лицом. уже нет вариантов, кроме как вернуть ему его же вещичку. может быть хотя бы так он перестанет ей мерещиться в каждой тени?       мир перед глазами плывет за пеленой слез. сил ненавидеть человека за то, что он не смог продолжить общение с ней, попросту не было. она хрипло шепчет раз за разом пресное «уходи, уходи, прошу, уходи» и залипает в синюю стену напротив. как бы не хотелось сейчас плакать, но соленые дорожки чертились по щекам сами собой. она закрывает глаза и перед ней снова темнота и тот же силует, будто ничего и не изменилось.

i still see you in monochrome

you're all i see

you're haunting me

— я больше не могу так, хватит! — кричит она в пустоту, когда в очередной раз слезы заливают ее лицо. руки на автомате накрывают глаза, стирают реки с кожи, — ты ведь можешь уйти, ну же, сделай это для меня, еще раз, последний.       веки с огромным трудом открываются; она опускает взгляд, и ее глаза находят его. будто он тут, напротив нее. тянет ее руку на себя, нежно гладит, стараясь успокоить. только вот она понимает, что он просто в ее голове, что тут никого кроме нее самой и ее звенящей одинокой тишины. — я не могу, прости, — шепчет она, — прости, я просто схожу с ума. я не знаю, где ты, не знаю о тебе ничего.       он кивает, будто согласен. она видит, как он улыбается, как пытается ее успокоить, как будто бы он здесь, рядом, а она может коснуться его рукой.       да не может, блять. не может прикоснуться к нему. она только смотрит на него, а он — смотрит на нее.       ее будто прокляли и играли теперь с ее сознанием.       выгоняет. из головы, мыслей, квартиры, жизни. откуда только возможно. а после выходит из дома и сама.       перед ее глазами площадка. та самая, на которой она ждала его лет десять назад вечерами напролет, не переставая надеяться на его появление.       проходит в самый центр, к любимой своей карусели. стоит до металла холодного только докоснуться, как сразу в ушах знакомая «песня»: мама зовёт на обед с улицы, вокруг детвора криком кричит, будто сейчас и не ночь вовсе, да и площадка не запустевшая совершенно. приходится долго вглядываться, чтобы понять, что вдали скучающее облокачивается на конструкцию горки какой-то молодой человек, уткнувшись в свой телефон. на раздумья — подходить или нет — уходит всего полминуты. ноги сами двигаются в нужную сторону и несут ее к незнакомцу.       тот нехотя поднимает глаза, и кажется, на какое-то мгновение ему становится неловко. он прячет телефон в карман, а потом снова вытаскивает его, дабы посмотреть время. глядя куда-то в сторону, в темноту, он старается сделать вид, что здесь кого-то ждет. в этот момент он кажется очень одиноким и потерянным. — привет, ты чего тут так поздно шатаешься? — девушка заговорила первая, — ждешь кого-то?       парень, наконец, оборачивается к свету фонаря и дает рассмотреть его лицо. в чертах этих явно прослеживалось что-то знакомое. — да. брата жду, — он был немногословен. кажется, не хотел знакомиться совсем, — а ты чего? темно, вдруг поймают за углом? не боишься?       девушка слегка нахмурилась и отвела взгляд, будто что-то вспоминая. — пожалуй, я просто бегу от своих мыслей. не хочу погружать незнакомца в свои проблемы, конечно. но, наверное, лучше бы меня поймали за углом и убили, чем мне каждую ночь снился один и тот же человек, — она вздохнула и подошла чуть ближе. — брат говорил, что причина прихода людей во снах — мысли, либо приворот, либо порча, — парень смеется, снова глядя на часы, — он у меня «магичит» иногда, не удивляйся. весь в деда пошел. мама в шоке была, когда услышала из его комнаты начитки чернокнижные.       девушка не придала его фразам значения и только смеялась вместе с ним. вот почему они не встретились раньше? вполне себе могли подружиться, а то и лучшими друзьями стать. но судьба распоряжалась по иному. — а я тебя не мог нигде видеть? твое лицо мне кажется знакомым. ты же тут живешь, да?       она оглядела его внимательнее: точно нет. с ней за все время разговаривал только дима и пара одноклассниц. она помотала головой. — тут тем более. хоть и живу здесь всю жизнь, на меня никогда не обращали внимания. — знакомая ситуация. ну, не у меня правда. мне рассказывали, — парень увлеченно отвечал кому-то в мессенджере, — ладно. может быть еще увидимся, пойду брата встречать. а то он у меня нервный иногда бывает.       девушка лишь кивнула и направилась к своей карусели. ничего не меняется даже с течением времени в ее жизни. она снова одна глубокой ночью кружится, рассматривая двор вокруг нее.       опять скучнее некуда. только вот выбора особо нет. возвращаться в квартиру, пронизанную глубоко воспоминаниями и ее болью вообще не хотелось. высокие бетонные дома скрывали от нее небо черное, будто обступив по кругу. одно за одним сменялись окна в сумасшедшем круговороте карусели. через одно горел свет — люди только возвращались с работы, а кто-то и вовсе не хотел ложиться в такую рань. девушка им завидовала. ей спать хотелось очень, но встречаться со своими кошмарами вновь ей было совсем не в кайф. и хоть тут она могла кататься днями и ночами, сегодня аттракцион громко и неприятно скрипел, резал по ушам и никак не давал отвлечься от шума города. только это ей не помешало опустить на поручень голову и ненадолго сдружиться с неглубоким сном. пока она находилась в этой фазе, сновидений не было, а значит и никаких «дим» там быть не могло.

так намного легче.

      сквозь полудрем пронеслись отрывки чьего-то вопроса, вероятно адресованного ей. переспросив, что нужно тому самому неравнодушному гению, что потревожил ее и без того беспокойный сон, она нехотя поднялась с железной конструкции, попутно разминая затекшее тело. — а что, дома теперь не спится? только карусель-колыбель спасает? — рядом с ней присаживается все тот же парнишка, что ушел встречать своего брата с полчаса назад, — может тебя до дома донести, принцесса? ну, чтобы сон твой не разгулять, вдруг потом не уснешь.       она поднимает на него свой взгляд, пытается отнекиваться, отшучиваясь, мол, просто надоело вертеться на карусели, да и не спала она вовсе. хоть и внешний вид ее говорит об обратном. все растрепанная, как птичка, выпавшая из гнезда, она смотрит на него уставшими глазами. — встретил брата? — девушка переводит тему, — ты же вроде поэтому тут стоял?       он поднимается и подает ей руку, помогает слезть с качающейся карусели. сам же кивает в сторону, призывая обернуться в противоположную сторону. обращает ее внимание на парня, стоящего к ним спиной, чей силуэт лишь отдаленно был похож на парня. особенно в темноте, особенно в длинном плаще. заметь его до этого, она точно приняла бы его за девушку. с его худощавым телосложением, плавностью движений, и некороткими волосами, что свисали перед его лицом.       что-то взгляд так и притягивало к нему. будто, он колдун какой-то, приворожил ее бедную, а сам теперь преспокойно при ней ведет себя, ставя себя выше всего этого.

«мне нравится, что вы больны не мной,

мне нравится, что я больна не вами,

<…>

мне нравится еще, что вы при мне

спокойно обнимаете другую…»

— зовут тебя как, спаситель? — девушка облокачивается на его плечо и пытается получше разглядеть того самого брата в пятидесяти метрах от них. сонные глаза никак не могут сконцентрироваться и сфокусироваться на единственном объекте, окруженном темнотой, — а то стою уже, обжимаюсь с тобой, а имени не знаю.       парень улыбнулся. — миша, — услышав ее имя в ответ на свое, парень повеселел, — приятно познакомиться!       как итог, от помощи она все-таки отказалась. отпустив братьев домой, она медленно поплелась практически за ними. оказалось, что живут они в том же подъезде, что и она. и по классике жанра, было бы смешно, если бы поднимались они на тот же этаж, но, не всему же складываться хорошо, верно? они остановились на каком-то из нижних этажей. заметив, что девушка продолжает подниматься по лестнице выше, миша, бегло махнул своей новой знакомой на прощание и скрылся за дверью квартиры.       до своего дома оставалось идти еще пару этажей. и если в обычный день она поднималась туда довольно быстро, то сегодня, то ли спросонья, то ли от усталости, это было сделать быстро крайне затруднительно. прийдя домой, она сразу же, не раздеваясь, плюхнулась на кровать. и уснула она, не сняв даже обуви. ее прогулка по ночной детской площадке сильно затянулась, и часы уже показывали гребаные три часа ночи.       она очень хотела спать, но все равно не могла уснуть. в горле предательски пересыхало, на кухню идти она не решалась. там она либо увидит его, либо снова сорвется и напьется. да и не было сил даже на то, чтобы просто встать с кровати. она лежела, прикрыв глаза, надеясь, что все проблемы, малые и великие, сегодня решатся сами собой.       как это часто бывает, когда спишь, все вдруг начинает происходить с бешеной скоростью. сон тоже заканчивается быстро, не приносит никакой пользы, не дает отдохнуть ни капли.       с утра девушка проснулась с ощущением, что ей чего-то не хватает. кажется, сегодня до глубокого сна дело и не дошло, и до образов во сне ее мозг сегодня ночью не добрался. ей катастрофически не хватало отдыха от всего этого сумасшествия, ночных прогулок, закалок ночных в ванной комнате, пряток по углам комнат. в самой квартире было тихо и пусто, а вот откуда-то снизу, из соседней квартиры, на всю орала электрогитарка, разбудившая ее. не то чтобы девушка была против музыкальных увлечений ее соседей, но не с самого же утра?       из открытого окна дул морозный ветер. может быть, если бы оно не было открыто, музыка от соседей была бы чуть потише, но вроде, кроме как ее сну, она ничему не мешала, хоть и раздражала маленько. девушка выглянула в окно, ища источник своего музыкального «будильника». улица была пуста. не было видно ни одного прохожего. ни одной машины. ни одного человека. и это было странно. только с балкона на пару этажей ниже доносились восклицания двух молодых людей и потускневшая мелодия музыкального инструмента. у самого окна стоял вчерашний ее собеседник, яро споривший с братом о чем-то, и курил. — привет, миш! — девушка заставила его искать источник приветствия по верхним этажам. он, задирая голову вверх достаточно сильно, старательно выглядывал девушку по окнам, — вы че скандалите?       миша, найдя ее, весело улыбнулся, отвлекаясь от ссоры, — да ничего, просто этот дурень с самого утра мозги своими музицированиями выносит! гребаный музыкант. гордость семьи, гроза соседей!       на балконе все снова зашуршало и загремело. недовольный вопль брата заглушил всю музыку, а после поток нескончаемый отборных выражений был обращен к музыканту. тот, в свою очередь, молчать также не собирался. отвечал брату резко, словно ссорились они в поле и стесняться в выражениях было некого. дверь у соседей хлопнула, и через пару минут музыка прекратилась. миша вернулся на балкон, довольный своим авторитетом в семье. — миш, ты электричество ему отключил или что? — смеется девушка, наблюдая за их тихо продолжавшейся словесной перепалкой, — ну на самом деле, меня, да и двор он своей музыкой уже достал! я так хотела еще поспать! спасибо, гитарист, мечтала проснуться после трехчасового сна от рок-музыки с нижних этажей!       мгновение. в оконной раме появилась и вторая мордочка. — так вот кто тут такой смелый! чем тебе музыка моя не нравится, а? — брат миши смотрит на нее почти раздраженно, но сохраняет спокойствие. что еще больше ее и мишу удивляет, зовёт по имени, — я думал, ты моя фанатка главная. вроде все мысли твои украл, а ты так не рада слышать меня. я же тебя спас от сна, которого ты сама не хотела, че жалуешься?       он скрывается в глубине квартиры, оставляя их с мишей происходящему удивляться наедине. сначала оба пару минут просто молчат, переваривая произошедшее. миша не привык видеть брата таким резким по отношению к кому-то кроме себя, девушке же впервые пришлось слышать обращение по имени от человека, которого она видела, вроде, в первый раз.

или не в первый?

— не обращай внимание, он пил вчера. только вот имя твое я ему не говорил, вы знакомы? — девушка качает головой из стороны в сторону, — тогда странно. вроде, на моей памяти такого не было, имена он не угадывал.       миша куда-то торопился уйти, потому вскоре скрылся вслед за братом, громко хлопнув напоследок окном. лишь после того, как она попрощалась с парнем, она поняла, кто на глаза ее попался; кто так нелестно отозвался о ее словах, и с обидой в голосе ушел с балкона. в брате миши она узнала самого важного для нее человека.       да и глаза того парня выдали его — он тоже ее узнал.