Кровь и пепел

Мир вампиров и оборотней, существовавший бок о бок с человеческим, уже давно эволюционировал от того приземлённого образа, который в романтических фантазиях описывали художники, сценаристы и писатели. Сейчас, с развитием новых технологий и тотального атеизма в обществе, эти существа вполне влились в обыденный ритм жизни человечества. Поэтому и потребность в непримиримой вражде отпала. Между людьми и нечистью, как принято было называть у охотников вампиров и оборотней, установился мир. Договор был подписан в 1882 году после изобретения переливания крови. Стало понятно, что добыть кровь можно и легальным путём, не убивая, а самое главное, сохраняя её в свежем виде благодаря охлаждению. Потребность в охоте, риске, или моральном выборе – отпала. Правда, оборотням пришлось сложнее: они хоть и не зависели от крови, но инстинкты дикой природы подавить могли с трудом. Поэтому из всех многочисленных кланов, существовавших до Договора на территории Китая, остался только Клан Нэ. Они единственные смогли взять верх над своей сущностью и привести своих подопечных к такому же самоконтролю. У вампиров дела обстояли лучше, хотя и не на много: кое-кто из благородных кланов просто в знак протеста погрузились в Вечный Сон – так назывался среди бессмертных суицид по средством летаргического сна и отказа от пищи, а полукровки не принявшие Договор были истреблены совместными силами охотников и благородных. Благородными именовались вампиры, которые никогда не были людьми. У которых и отец, и мать, и дед и бабка были вампирами. Те, кого обращали из людей, считались полукровками и отношение к ним было не самое приятное. Они считались более слабыми, более дикими, и более неуправляемыми. Таких было много в средние века, именно они опустошали деревни и убивали скот, вселяя в души людей суеверный ужас и предрассудки. Начиная с древности у вампиров и оборотней чистокровные семьи стояли во главе кланов, управляя своими менее сильными и менее родовитыми сородичами, контролировали обращение новичков, и боролись за территорию и влияние с другими знатными домами. У охотников тоже преобладала клановая система, где известные семьи многими поколениями изучали магию крови и природу потустороннего, и принимали под свою опеку всех желающих встать на стражу грани миров между миром людей и нечисти. Кровные представители клана обладали невероятной выносливостью, скоростью, и устойчивостью к гипнозу и ядам, они поколениями меняли свою ДНК для того чтоб иметь возможность сражаться с вампиром или оборотнем на равных, поэтому и длительность их жизни была выше чем у обычного человека: 100-120 лет в среднем. Хотя с тысячами лет вампиров или сотнями лет оборотней этого, конечно, было не сравнить. Мирный Договор, существовавший уже более двухсот лет, урегулировал жизнь и нечисти и людей, знавших о ней, а случившееся с Кланом Юньмэн Цзян поставило на грань кровопролитной войны всех, кто был в этот договор вовлечён. Полномасштабное столкновение между этими двумя мирами грозило множеством невинных жертв, разрушениями невиданных масштабов и, конечно же, вмешательством правительства стран, и раскрытия существования нечисти как таковой.

❖ ── ✦ ──『✙』── ✦ ── ❖

– И в миллионный раз повторяю тебе, А-Сан, – мы не умрём! Но если ты ещё раз меня об этом спросишь, то я убью тебя сам, не дожидаясь охотников, честное слово! Активно жестикулируя и перебирая шмотки в огромном шкафу, вещал своему другу в гарнитуру Вэй Ин. Маленькие беспроводные наушники, скрытые его роскошной шевелюрой, сейчас не собранной в хвост, были совсем не заметны и создавалось впечатление, что он говорит сам с собой. – Нет, я не говорил с отцом. Он сейчас заперся у себя и никого не принимает. Да, даже маму. Да что там не понятного? Фэнмянь был его другом, они часто общались, ему тяжело это переварить! Выбравшись из недр мебели и критически оглядывая нечто задрапированное в прозрачный чехол для одежды, говорил Усянь, явно раздражаясь недогадливостью собеседника. – Да, боже ж мой, А-Сан, ну с какого перепугу ты решил, что ему всё равно? То, что он держался отстранённо на собрании – ничего не значит. Или он по-твоему должен был прийти туда размазывая тушь по лицу? Нет! Мой отец не красится, это просто выражение такое! Уффф… Эмоционально встряхнув головой и закатив глаза к потолку, юный наследник клана в очередной раз задался вопросом о том, как вышло так что они с Хуайсаном дружат? Манерный и нежный оборотень, скорее похожий на домашнего пёсика, чем на волка в которого обращается, был полной противоположностью своему свирепому брату. Из-за которого, кстати, у Вэй Ина до сих пор была психологическая травма. Как-то в детстве, когда Усянь только познавал окружающий мир и был неопытным ребёнком, клан Нэ нанёс визит в Луан Цзан – резиденцию клана Вэй, и когда Минцзюэ представили малыша А-Ина, тот не придумал ничего лучше для забавы ребёнка, как обратиться прямо у него на глазах в огромного чёрного волка с горящими яростью глазами. То ли старшему Нэ казалось, что дети любят всех зверушек, даже адских порождений тьмы, коим выглядел он в облике зверя, то ли понятия забав у оборотней и вампиров сильно отличались, но тогда об этом думать было уже поздно. Потому что когда оскалившаяся сотней клыков пасть сунулась к ребёнку, последнее о чём подумалось Усяню, это о том, что его хотят в щёку лизнуть. Результатом этого «милого фокуса» стала качественная истерика Вэй Ина и фобия собак на всю жизнь. – Слушай, ну откуда я знаю, что тебе говорить на встрече? Это тебе твой брат сказать должен. У оборотней свои интересы в договоре, и свои приоритеты. Пусть он тебе на бумажке напишет, что говорить, а ты просто прочитаешь, как в средние века делали посланцы, помнишь? А точно, тебе ж ещё и четырёх сот нет, ты этого не застал, я всё забываю…Ну да, я тоже не застал, и слава богу, ненавижу грязь, крыс, и болезни. Да, ты считай и не помнишь время до заключения Договора, вот где тёмные века были. Я был совсем маленьким, но до сих пор вспоминаю эти клановые войны и постоянное чувство опасности. Хрен я допущу, чтоб это всё вернулось! Костьми лягу, но войны не будет. Да, не твоими, Господи, успокойся, истеричка. – Вэй Ин, ты тут? Тебя отец зовёт. Из-за двери после лаконичного стука появилось лицо Вэй Цаньсэ, и парень тотчас сбросил звонок. – Да, я с Хуайсаном разговаривал, прости, ты давно зовёшь? Аккуратно уложив свою загадочную находку из шкафа на постель, Усянь повернулся к матери. – Нет, я только пришла. Смотрю у тебя прямо энтузиазм бьёт ключом, давно не видела тебя таким активным из-за дел клана. Цаньсэ мягко улыбается, касаясь волос сына рукой, и тяжело вздыхает. – Это, наверное, и к лучшему, потому что твой отец вряд ли сейчас способен будет держать лицо больше нужного, смерть Цзянов сильно по нему ударила, что бы он там не говорил, и как бы себя не вёл. Вэй Ин крепко сжимает мамину руку, перехватив её у своих волос и, заглянув в глаза, уверенно говорит: – Мама, мы отомстим за них, пусть отец не беспокоится, я приложу все усилия, чтобы узнать кто это сделал, и помогу ему чем смогу. Мы не допустим войны и казним виновных. В серых глазах мелькают алые всполохи, и в голосе звенит несгибаемая сталь уже почти взрослого вампира, благородного, будущего главы клана, и Цаньсэ, не сдерживаясь обнимает сына, прижимая к груди. – Какой же ты у меня смелый, А- Ин, я так тобой горжусь. – Ну всё, всё, я уже не маленький, пошли, отец ждёт. Усянь выбирается из материнских объятий и, скрывая смущение, первым покидает комнату. Резиденция Клана Вэй – Луан Цзан, не похожа на другие жилища вампиров, устроенные под землёй во избежание солнечного света, хотя довольно большая часть её всё же уходит под землю. Со стороны это современный загородный дом с множеством веранд, балкончиков и террас, украшенных плетущимися растениями и декоративной резьбой по дереву, но при более детальном рассмотрении окажется, что все окна в доме тонированные и имеют функцию плотных жалюзи, которые опускаются как по нажатию кнопки, так и вручную. Большие светлые комнаты отделаны в традиционном китайском стиле: там много дерева и керамики, мягкие ковры и большие диваны, всё дышит уютом и теплом, несмотря на то что сам дом находится довольно высоко в горах. На одной из крыш находится вертолётная площадка, а в подземном гараже есть с десяток машин, но всё это не предметы роскоши, а элементарная необходимость, ведь в доме живёт множество людей. Персонал, который убирает, готовит, и ухаживает за садом живёт при доме, и регулярно должен добираться в город и обратно, плюс есть ещё охрана и секретари, которые тоже живут при Луан Цзан неотлучно. Менее именитые представители клана тоже иногда гостят подолгу в особняке, поэтому комнат и всякой утвари в Луан Цзан в изобилии. Большинство вампирских семей не позволяют людям приближаться к себе, но Клан Вэй пошёл против устоявшихся правил, чем возмутил в очередной раз весь вампирский мир, и набрал персонал исключительно из людей. Чанцзэ считал, что мир людей и вампиров должен взаимодействовать, что они не должны строить стены между видами и наоборот учиться понимать друг друга, поэтому дал возможность своей семье и своему наследнику, осознать – почему люди – это не еда и не ущербная раса, а просто другой вид, который тоже имеет право на существование. Правда, эта философия не была популярна среди их сородичей, но Вэй Чанцзэ это не смущало, он говорил, что рано или поздно они к этому тоже придут, вот как оборотни, которые по сути оказались ближе к людям чем кто-либо другой. В подземной части особняка находились хранилища и спальни хозяев, там же был и рабочий кабинет главы клана, и именно туда направлялся сейчас Вэй Ин. – Отец? Усянь проскользнул в большой отделанный красным деревом кабинет и замер на пороге, поскольку на большом плазменном экране виднелось хорошо знакомое лицо. – Проходи, ты как раз к самому интересному успел. Чанцзэ машет рукой и указывает на стул перед своим рабочим столом. – Итак, Лань Ванцзи, ты говорил, что среди останков не было обнаружено никаких частиц ДНК пригодных для опознания кого-либо из нападавших? Но золотистый взгляд Лань Чжаня застыл на устроившейся в кресле фигуре наследника и казалось утратил осознанность. – Вэй Ин. Глухо проговорило изображение с высокоточного монитора и пару раз моргнуло. – Привет, А-Чжань, рад тебя видеть, жаль, конечно, что при таких обстоятельствах. Усянь, приветливо улыбается и старательно давит в себе желание покинуть комнату. – Да, жаль. Глава клана Вэй, вы что-то спрашивали? Отрывая наконец-то свои необыкновенные глаза от Вэй Ина, интересуется Ванцзи. И Чанцзэ повторяет свой ранее заданный вопрос, списывая всё на стресс младшего Нефрита, побывавшего на месте бойни. – Всё верно, я обнаружил около двадцати пяти убитых вампиров, но это те, которых я смог разобрать по форме куч пепла, остальных могло и развеять уже давно. Тела оборотней были забраны после нападения, а места их убийства зачищены, так что никаких полезных материалов добыть не удалось. Тела четы Цзян и их учеников отправлены в морг, ими занимаются местные службы правопорядка, сам инцидент классифицируется как разборка криминальных группировок. Вэй Чанцзэ сжимает подлокотники массивного кресла до хруста, и Вэй Ину видно, как проступили скулы на отцовском лице. – Что пропало из особняка? Они искали что-то? – Хранилище взломано, украдены сервера и жёсткие диски, деньги и ценности не тронуты. Реликварий тоже остался запечатан, они не смогли взломать охранное заклинание. Даже я не смог подойти к нему близко, там такой щит, что разрушить его невозможно. Вэй Ин, не выдерживая, задаёт мучающий его вопрос: – А наследники Цзян, их допрашивали органы правопорядка, есть записи их показаний? Я понимаю, что они не сказали бы никому правду, но мне кажется нам стоило бы ознакомится с этим материалом. Ванцзи снова переводит свой гипнотический взор на Усяня и медленно кивает. – Записи у меня есть, я перешлю вам их вместе со всем что сумел достать у нашего человека в полиции. – Хорошо, спасибо. Благодарит уже глава клана и, попрощавшись, отключается. Минуту отец и сын сидят в молчании, а затем Вэй Ин всё-таки говорит то, что висит между ними не высказанным. – Это было не просто нападение с целью развязать войну, им нужна была какая-то информация и то, что находится в реликварии, я прав? Чанцзэ молчит, глядя куда-то перед собой и не обращая внимания на слова сына, поэтому Усянь набирается смелости и выдаёт свою самую рисковую догадку: – И ты знаешь, что там… Старший вампир вздрагивает, как от пощёчины, он оборачивается к сыну и Вэй Ин впервые видит в глазах отца столько вины и боли, перемешанных с тоской и злостью. – Да, знаю. Но тебе об этом знать не нужно. И никому больше, ты понял? – Да, но… – Никаких – но! Вэй Ин, поклянись мне что то, о чем ты сейчас у меня спросил, и что я ответил, ты больше ни повторишь никому другому! Иначе может погибнуть ещё очень много людей, оборотней и вампиров. Я разберусь со всем, обещаю, но ты должен держать это в секрете, иначе наши враги получат преимущество и примут меры. – Хорошо, я клянусь. Но что тогда мне говорить на встрече наследникам Цзян? У нас нет никаких доказательств того, что это не мы организовали нападение, и даже свои догадки я озвучить не могу, тогда что мне делать? Чанцзэ резко поднимается из кресла и, подойдя к одной из панелей, нажимает на скрытый механизм, открывая тайник в стене. Магическая печать слабо мерцает в полутьме кабинета, но всего пара едва слышных слов и сияние угасает, позволяя извлечь из современного сейфа небольшую лакированную коробочку, чёрную с выписанными по всей поверхности сиреневыми лотосами. – Возьми, отдашь это наследнику Фэнмяня, Цзян Чэну, и даже не пытайся её открыть, это может сделать только чистокровный наследник семьи Цзян. – Но что там? Вертя в руках довольно лёгкую и незамысловатую шкатулку спрашивает Усянь. – То, что докажет непричастность нашего клана к нападению, это всё, что тебе нужно знать. Только отдашь её без свидетелей, никто не должен знать, что ты везёшь её с собой, понял? – Хорошо, как скажешь. Мысль о том, что у Вэй Ина будет повод уединиться один на один с красивым наследником охотников пощекотала нервы даже под налётом любопытства и негодования от стольких недоступных ему тайн. – Особенно, о ней не должен узнать Ванцзи. Добавляет Чанцзэ, открывая дверь и указывая сыну на выход. – А он тут при чём? Он же не едет с нами. Насторожено интересуется Вэй Ин уже предчувствуя неприятный для себя ответ. – Едет, когда он узнал, что для переговоров вызвался ты, то настоял, чтобы ему тоже позволили присутствовать. Цижэнь был не доволен, но Лань Хуань счёл разумным присутствие всех отпрысков вампирских кланов на встрече, поэтому он едет. – Бляяяяя… Только и может простонать Усянь в уже закрывшуюся за ним дверь, и съехать на пол обнимая заветную коробочку.