Проклятие кабальеро

Хорхе кажется, в его голове кузница — усталость бьётся о черепную коробку изнутри, снаружи давят песнопения, больше походящие на жалостливые животные завывания, заставляют жмуриться, будто это поможет спрятаться. Нет. Он всё ещё бредёт с командой к таверне, где вот-вот должен начаться сбор капитанов, на его ладони вокруг небольшого пореза уже запеклась кровь, неприятно стягивая кожу. Потом, потом кабальеро найдёт лекаря, сейчас дела… — Вижу, Вам снова не повезло оказаться далеко от врача, — Вильям осматривает чужую руку, всё равно продолжает улыбаться, беззлобно, так по-детски чисто, что напряжение начинает постепенно растворяться в воздухе, — кому здесь ещё нужна помощь? Сейчас мы всё организуем! Юноша возвращается в компании Тенебры, у обоих в руках многочисленные пузырьки из тёмного стекла, бинты и вата. Де Фантазма наблюдает за женщиной: она двигается осторожно, явно ощущая на себе пристальные чужие взгляды, ни с кем не разговаривает, но вслушивается в своё и чужое молчание, часто поглядывая в сторону Аделаиды. — Вы позволите? — Тенебра подходит медленно, будто ожидая от мужчины удара, и останавливается на расстоянии вытянутой руки. Хорхе молчит. Она не двигается, только внимательным взглядом пожирает окровавленную руку, как мулатки в кабаках, гадающие по линиям на мозолистых ладонях поддатых моряков. — Не нужно, — собственный голос оказывается настолько тихим, что растворяется в чужих обсуждениях. Женщина даже не смотрит в глаза, тем более не удостаивает кивком головы, а просто уходит, оставляя от себя холод кладбищенской влажной земли. За какие грехи её так наказали? Неужели заключила договор с дьяволом ещё при земной жизни, а теперь вынуждена влачить такое существование? Тенебра не проявляет никакой открытой враждебности, наоборот сейчас она источает если не спокойствие, то бесстрастие, спокойно принимая отказы и просьбы о помощи, пока бинтует кого-то или делает примочки, а Вильям живо советует, куда, когда и для чего мазать мази или менять повязки. Вновь внимание юноши привлекает де Фантазма. — Понимаю. Но она женщина умная, знает, что делать. Хотя, — Вильям бросает короткий взгляд на Тенебру, оставшуюся стоять около Аделаиды, — наверное поэтому мы и сами её немного побаиваемся. — Прошу замьетить! — слышится голос Люмьера, — мой контрабандный ром приньёс пользу и таки обьеспечил им приличную очьередь на гальюн… — Мелочи, — вставляет своё слово Китобой, — я совершил рейд на остров, где на приколе стоял два их корабль. Совершил рейд на кабаки, теперь в моём трюме два их капитан. Хорхе внимательно вслушивается в обсуждение, пока юноша ловко перевязывает его руку, но взгляд всё равно то и дело падает на Аделаиду с Тенеброй. Юная капитанша смотрит на бывалых пиратов с восхищением, искренне радуясь самому малому достижению. В её глазах живой восторг. Де Фантазма думает, что именно благодаря этому её команда до сих пор идёт своим путём и хватается за любую, казалось бы, самую безумную идею, чтобы продолжать действовать согласно плану. Кстати о плане. — Что делать с туманом и мертвецами? — наконец кабальеро подходит к столу, заваленному картами и чертежами. — Это уже наша забота. Де Очоа украл один из артефактов, которые помогут нам одолеть туман и прочее, — Тенебра наклоняется к столу, выдвигает на середину эскиз перстня. Вокруг него какие-то подписи, но Хорхе с трудом может распознать несколько слов на латыни, — не давайте его кораблю уйти, ты, — она касается плеча сидящей девушки, — защищаешь себя и остальных. Но не заигрывайся. Тогда получится забрать перстень и мы сможем уйти. — Почему тогда ты не убить Диего сразу? — Кай подаётся вперёд, с вызовом смотрит на женщину, — и как добраться? Подходить близко к кораблю не есть хорошая идея. — Он нам ещё понадобится, нужно лишь время. У Де Очоа есть ум, характер и амбиции, благодаря которым он сможет достать ещё один артефакт. Это поможет сэкономить нам время и силы: легче взять что-то у человека, чем пытаться выманить у… — она замолкает, едва заметно сжимает плечо Адель, что-то обдумывая, — да, так тебе будет легче. — И всё же, как ты доберёшься до корабля? — хриплым голосом вопрошает Том. — Завтра всё увидите, — Себастьян поднимается из-за стола, — а пока пора расходиться. Примеру Любимца волны следуют и остальные. Тёмная ночь уже навалилась на остров, едва ощутимый ещё теплый ветер невесомо ласкает уставшее лицо Хорхе. Он идёт неспешно, продолжая разглядывать пьяниц в объятиях распутных дев, вдыхая тяжёлый запах сигар. Взгляд падает на другую сторону улицы. Там Тенебра, водрузив на плечо тяжёлую на вид сумку, ловко лавирует среди людей, не обращая внимания на непрошенные комментарии о внешности. По крайней мере, так кажется из-за её выпрямленной спины и гордо приподнятого подбородка. Но де Фантазма видит, что с каждым словом её шаг становится быстрее. А ведь эти проходимцы не знают, кому говорят о безобразном лице, кому кричат непристойности, кого приглашает поработать в борделе женщина, явно помотанная нелёгкой жизнью. Почему-то становится печально из-за того, что кабальеро отказался от её помощи. А ведь все мази и настои, которыми пользовался Вильям, наверняка сделала именно она. И именно она должна подобраться к Диего. Она трезво оценивает противника, защищает Аделаиду. Она терпит все выходки в свою сторону, хотя, кажется, могла бы стереть весь остров в пыль. Тенебра останавливается у входа на кладбище и встречается взглядом с Хорхе. Конечно женщина заметила незапланированную слежку за собой. Гляделки длятся всего несколько секунд, за них де Фантазма не может уловить ничего. Женщина уходит. Сегодня Хорхе молится и за неё.