Потерянное поколение

            Следующим утром, когда за столом Гриффиндора появился Ремус, Сириус наполовину уже съел овсянку. Он сел напротив Сириуса, рядом с Питером, и, поглощённый выбором джема, старательно избегал взглядов, которые бросали на него трое его друзей.       Не выдержав, Сириус стал пинать его ногой под столом до тех пор, пока Ремус не поднял голову с угрожающим выражением на лице. Проигнорировав предупреждающие знаки, Сириус задал вопрос:       — Где, чёрт возьми, ты был?       — В больничном крыле, — тихо ответил Ремус, снова утыкаясь взглядом в свой тост.       Сириус открыл рот, чтобы потребовать от него больше информации, — потребовать, чтобы Ремус точно объяснил, что с ним не так, потому что всё это выглядело странно, но Джеймс резко толкнул его локтем в ребро и одарил взглядом, который ясно выражал: оставь эту тему. Сириус раздражённо фыркнул и вонзил ложку в кашу с большей силой, чем требовалось.       Сириус ненавидел ситуации, когда он находился в неведении. Этим утром плечи Ремуса заметно поникли; он выглядел осунувшимся, его лицо — опавшим, а под глазами пролегли тёмные круги. Ремус снова поднял глаза, на долю секунды встретившись с ним взглядом, прежде чем снова поспешно отвернуться, и Сириус почувствовал, как внутри него начало расти раздражение. Он не любил секретов, особенно между друзьями, и под этим чувством негодования скрывалось другое, — словно странное желание защитить; Сириус ощутил, как переживание отзывалось в желудке каждый раз, когда он смотрел в усталые глаза Ремуса.       Чтобы отвлечься от соблазна вылить свою кашу на голову своего друга, Сириус принялся оглядывать Большой зал, пока его взгляд не упал на Снейпа за столом Слизерина. Засаленный мерзавец уткнулся носом (к сожалению, уже исправленным) в "Пророк". Сириус с удовлетворением отметил, что Регулус сидел не рядом с ним, а на другом конце стола, рядом с Нарциссой. Некоторое время он наблюдал за своим братом: Редж сидел между двумя другими мальчиками, которых Сириус знал по ежегодным собраниям чистокровных волшебников, что устраивали его родители, на которые гости обычно таскали своих сыновей в надежде, что те заведут "взаимовыгодную дружбу". Розье и Уилкис, — внезапно вспомнил он. Злобные мелкие засранцы.       — Ты ведь не беспокоишься о Снейпе, не так ли, Сириус? — громко поинтересовался Питер, заметив, что Сириус свирепо смотрел в сторону слизеринского стола. — Ну, ты типа можешь справиться с ним.       Питер находился под слишком сложным углом для нанесения удара, поэтому Сириусу пришлось довольствоваться лишь хмурым взглядом, направленным в сторону своего товарища. Питер отпрянул, опустив голову, но Ремус уже отреагировал:       — Снейп? Что там с ним?       — Ничего, — пробормотал Сириус.       — Что Питер имел в виду, сказав: "Ты можешь справиться с ним?" Сириус, пожалуйста, скажи мне, что ты не совершил какую-то глупость. — В голосе Ремуса слышалось отчаяние, как будто тот уже успел смириться с тем, что тот, конечно, совершил какую-то глупость.       — Это Джеймс первый ударил его! — Воскликнул Сириус, решив, что если он пойдёт ко дну, то его лучший друг отправится с ним.       — Ну спасибо, — мрачно произнёс Джеймс. Затем, обращаясь к Ремусу: — Не о чем беспокоиться, Ремус. Сириус вызвал Снейпа на дуэль. Вот и всё.       — Вот и всё? — Повторил Ремус. — О, ну, слава богу, а то уж на минуту я подумал, что вы согласились на что-то опасное и противоречащее школьным правилам. Ты же не собираешься всерьёз в этом участвовать, так ведь, Сириус?       — Конечно собирается, — сразу же сказал Джеймс, и Сириус бросил на него благодарный взгляд. — Ремус, тебя там не было. Снейп вёл себя как придурок. На самом деле это не так уж опасно — что сможет такого сделать Снейп? Он всего лишь второкурсник.       — Как и Сириус, — произнёс Ремус, глядя на него, — и я полагаю, ты знаешь пару вещей, не описанных в Стандартной книге заклинаний?       — Ну, да. Честно говоря, в моей семье это житейские мелочи, но, брось, Ремус, ты слишком остро реагируешь.       — Это может быть и ловушкой, — предположил Питер, отправляя в рот ещё один ломтик тоста. — Держу пари, Снейп был бы рад доставить тебе и Джеймсу неприятности, особенно после прошлой ночи.       — Вот именно! — Поддержал Ремус. — Спасибо тебе, Питер. Он посмотрел на Сириуса так, как будто это исчерпывало вопрос.       Сириус встал из-за стола с мрачным выражением на лице.       — Ну, ты не обязан участвовать во всём этом, если не хочешь. Раз тебя так сильно волнуют чувства Снейпа.       — Сириус, это нечестно, — попытался возразить Ремус.       — Всё в порядке. Притворись, что ты ничего об этом не знаешь, если это облегчит твою совесть; делай то, что считаешь нужным. Увидимся на Заклинаниях.       Сириус выжидающе посмотрел на Джеймса, который понял намёк, что его зовут, и поспешно принялся доедать остатки бекона, прежде чем подняться на ноги, бросив извиняющийся взгляд на Питера и Ремуса. Джеймс и Сириус вместе прошли через Большой зал, и второй пытался игнорировать встревоженные взгляды, которые Джеймс продолжал бросать на него.       — С тобой всё в порядке, приятель? — Спросил Джеймс. — Ты кажешься немного... напряжённым.       — Со мной всё нормально, — огрызнулся Сириус.       Он оглянулся на толпу сидящих за столами студентов; на Регулуса, со скучающим видом кивающего в знак согласия чему-то, что говорила Нарцисса; а затем на Ремуса, который уставился в свою тарелку с выражением, которое Сириусу было знакомо, — так его друг выглядел всякий раз, когда учитель задавал особенно сложный вопрос. Даже с такого расстояния он мог разглядеть, как озадаченно нахмурился Ремус, сжав дрожащие губы в тонкую линию.       Сириусу действительно не терпелось заколдовать Снейпа сегодня вечером.

***

      Дела Сириуса не пошли в гору в течение всего этого дня. На Заклинаниях он полностью провалился при попытке поднять свой чайник в воздух; очки Джеймса слетели с его носа с невероятной скоростью и врезались в дальнюю стену, для пущей убедительности заехав профессору Флитвику по уху. Прежде чем Сириус успел придумать оправдание и настоять на том, что это не было розыгрышем, боже упаси, Флитвик и Джеймс свирепо посмотрели на него: первый снял три очка из-за проступка, а второй пнул в голень. Изнутри его съедало жалящее чувство несправедливость: почему люди всегда считают, что он виноват?       Ремус и Джеймс, предатели, не пожелали разговаривать с ним на травологии, оставив его в паре с Питером, который, будучи профаном по части растений и в лучшие времена, сейчас был вдвойне профаном, поскольку они изучали мандрагору, у которой были чёртовы зубы. Питер спрятался за ним, предлагая свою помощь с безопасного расстояния. Подняв глаза, Сириус посмотрел на Ремуса, и тот одарил его одним из своих многозначительных взглядов а-ля Я-с-тобой-не-разговариваю-потому-что-ты-задел-мои-чувства. Сириусу не нравился этот взгляд. К нему вернулось раздражение; он забыл, что должен был делать, и мандрагора тут же воспользовалась случаем, чтобы вонзить клыки в его запястье.       Положительным моментом являлся тот факт, что Джеймс счёл это забавным, — особенно когда Сириус пытался освободиться, несколько раз ударив мандрагору об стол, — а потом заговорил с ним. Ремус, однако, так и проходил с каменным лицом в течение всего дня и исчез после ужина, даже не дождавшись пудинга.       — Почему он ходит с такой кислой миной? — Потребовал ответа Сириус, наблюдая за удаляющимся Ремусом и накладывая себе в тарелку бисквит.       — Ты знаешь, как он печётся о правилах, — рассудительно сказал Питер.       Джеймс кивнул в знак согласия.       — Он весь в сомнениях, это видно по его глазам. Бедняга. Иногда я беспокоюсь за него.

***

      Ремус либо спал, либо притворялся спящим, пока Сириус и Джеймс готовились ко встрече со Снейпом. Питер прошептал "удачи", когда они уходили, но у Сириуса возникла мысль, что храп, доносящийся с кровати Ремуса, звучал явно наигранно. Они стали красться вниз по лестнице; гостиная казалась на удивление пустой, но Сириус не обратил на это внимания, думая, что после событий этого дня удача, наконец, повернулась к нему лицом.       — Добрый вечер, джентльмены.       Сириус ощутил, как Джеймс, стоящий рядом, замер на месте. Они повернулись практически одновременно и увидели Минерву Макгонагалл, сидящую в самом удобном кресле; её руки были аккуратно сложены на коленях, глаза, глядя поверх оправы очков, сверлили их обоих.       Твою ж мать.       — Профессор, — произнёс Джеймс своим самым приятным голосом, быстро приходя в себя. — Ну и ну, какой сюрприз. Не ожидал увидеть вас здесь.       — Это взаимно, Поттер, хотя, к сожалению, должна сказать, я не сильно удивлена. Не соблаговолите ли сказать мне, куда вы с мистером Блэком направляетесь в столь позднее время?       Она знает, подумал Сириус. Каким-то образом Макгонагалл, кажется, всегда всё знает. Он дёрнулся, искоса бросив взгляд на Джеймса. На вид тот был таким же настороженным. Они оба знают Макгонагалл; её всевидящие глаза уже сосредоточенно смотрели в их сторону, и Сириус знал, что он уже в ловушке. Солгать, рискнув заработать ещё большие неприятности, или сказать правду и страдать от неизбежно последующих задержаний на протяжении недель? Оба варианты не очень хороши.       Сириус предпочёл вообще избежать любого последующего вопроса.       — Кто вам рассказал? Держу пари, это был Ремус, не так ли?       Макгонагалл неторопливо поднялась на ноги, демонстрируя грациозность кошки, которая разворачивается из позы клубка.       — Уверяю вас, мистер Блэк, у меня целый легион разведчиков, но вы ошибаетесь, обвиняя мистера Люпина. Не имеет значения, кто именно рассказал мне. — Она непоколебимо смотрела на них обоих сверху вниз. Сириус пытался выдержать её взгляд; Джеймс уже смотрел себе под ноги. — А теперь я намерена снять по пятнадцать баллов с Гриффиндора за ваши действия. В Хогвартсе, как вы знаете, не допускаются проведения дуэлей, равно как и прогулки после комендантского часа. — Сириус открыл рот, чтобы возразить, но Макгонагалл предупредила: — На вашем месте, мистер Блэк, я была бы благодарна, что всё этим и ограничилось, и что я подоспела вовремя. Знаете, я бы хотела выиграть кубок Хогвартса в этом году. А теперь, мистер Поттер, я попрошу вас вернуться в свою постель. С вашего позволения, я хотела бы переговорить с мистером Блэком наедине.       Джеймс на секунду замер в нерешительности, глядя на Сириуса широко раскрытыми глазами. Однако под пристальным взглядом Макгонагалл у него не осталось другого выбора, кроме как вернуться в спальню, оставив Сириуса с ней наедине. В комнате повисла тишина, когда Макгонагалл бросила на того оценивающий взгляд; Сириус старался не слишком съёживаться. Помни, не показывай ей свою слабость.       — Почему бы вам не присесть? — Спросила Макгонагалл.       — Э-эм. Что?       — Присядьте, мистер Блэк, — резко сказала Макгонагалл. — Или вы предпочтёте стоять, нервно подёргиваясь?       Настороженно, Сириус присел на подлокотник ближайшего кресла. Макгонагалл вернулась на своё прежнее место и направила волшебную палочку на пустой камин; когда разгорелся огонь, общую комнату наполнили свет и тепло.       — Так-то лучше, — произнесла она. — А теперь, Мистер Блэк...       — Знаю, знаю, — сказал он, чересчур громко вздохнув. — Наказание, так ведь? Боюсь, это возможно будет только в субботу, профессор; до тех пор я уже наказан из-за очков, которые прилетели в профессора Флитвика и за сотрясение мозга мандрагоры.       Макгонагалл приподняла брови.       — Я сделаю вид, что не слышала этого, мистер Блэк. Я не хочу, э-эм... добавлять часы к вашим внеклассным занятиям.       — Вы... вы не хотите? Э-э, ладно, тогда лучше забудьте, что я сказал про очки и мандрагору.       — С радостью, — ответила Макгонагалл внезапно уставшим голосом, как будто ей хотелось оказаться в постели. Она сняла очки и потёрла переносицу, делая глубокий вдох, прежде чем продолжить. — Я хочу поговорить с вами о вашей деятельности здесь, в Хогвартсе. Вы очень умны, мистер Блэк, в этом нет сомнений — я просто чувствую, что вы могли бы достичь гораздо большего, если бы сосредоточили свои способности на... академических занятиях и уделяли бы меньше времени... что ж, ситуациям на уроках, подобных тем, которые вы только что описали, и о которых я, конечно же, уже забыла.       Сириус заёрзал на подлокотнике кресла. Макгонагалл указательным пальцем поправила очки и бросила на него пронзительный взгляд.       — Главная моя мысль состоит в том, мистер Блэк, что я бы посоветовала вам не позволять людям втягивать вас в мелкие неприятности, особенно с потенциально губительными последствиями. Соперничество между домами и здоровая конкуренция — это всё хорошо, но не следует доводить эти дела до крайностей. Вы когда-нибудь думали о том, чтобы заняться квиддичем?       Сириус молча кивнул. Он не раз был свидетелем, как Джеймс практически с пеной у рта бегал по Хогвартсу всякий раз, когда приближался матч, и проводил всё своё свободное время на поле, готовясь к их следующей игре; Питер поддерживал команду, и даже Ремус бывал на матчах, но Сириусу не разрешали играть, когда он был моложе. Катание за мячиками не для Блэков, часто говорили ему, когда он видел местных детей, играющих в парке, в тех редких случаях, когда его гувернантка всё же брала его с собой в парк. Поощрялась верховая езда, прививалось фехтование, но квиддич Вальбурга Блэк считала слишком весёлым занятием для своих детей.       И Сириус задумался о том, как отреагирует мать, если бы он попадёт в команду.       — Я подумаю над этим, — серьёзно сказал он Макгонагалл.       — Отлично, — оживленно отозвалась она. — И помните, мистер Блэк, иногда можно даже дружить со студентами из других факультетов, какой бы странной эта дружба ни казалась. В конце концов, члены вашей семьи учатся в Слизерине — вашего младшего брата распределили туда только в начале этого года, не так ли?       — Да, — ответил Сириус. — Реджи. Он, если что, неплохой.       — Для слизеринца? — Лукаво улыбнулась Профессор Макгонагалл.       Губы Сириуса расплылись в ухмылке.       — Для младшего брата. — Он внезапно задался вопросом, не навлёк ли Регулус неприятности на свою шею из-за сегодняшнего вечера, и спросил: — Кстати, кто рассказал вам о сегодняшнем вечере?       Выражение лица Макгонагалл было непроницаемым.       — Вы прекрасно знаете, что я не собираюсь вам говорить, мистер Блэк. — Она поднялась, разглаживая переднюю часть своей мантии, а затем потушила огонь. — Уже поздно. Вам следовало бы быть в постели. Я скажу Вейну, чтобы он ждал вас на тренировках по квиддичу в эти выходные. Спокойной ночи, мистер Блэк.

***

      Следующим утром Сириус стоял у подножия лестницы, ведущей в спальни девочек, не обращая внимания на испуганные взгляды, которые бросали на него первокурсницы, пробегая мимо. Затем он увидел знакомый оттенок рыжих волос, который так долго высматривал, схватил свою жертву за руку и сказал:       — Доброе утро, Эванс. Можно тебя на пару слов?       Эванс высвободилась из хватки.       — Какого лешего тебе нужно, Блэк? — Спросила она, с отвращением глядя на него.       — Просто хотел узнать, хорошо ли ты спала после того, как вечером настучала на нас с Джеймсом Макгонагалл, — объяснил Сириус.       — Хочешь, я нашлю на него порчу, Лилс? — Поинтересовалась Мэри Макдональд, которая спускалась вслед за ней по лестнице, сверля Сириуса взглядом.       Эванс хмуро окинула его взглядом, будто у него выросла лишняя голова.       — Всё в порядке, Мэри; он просто несёт всякую чушь, как обычно. — Обращаясь к Сириусу, она сказала с приводящим в бешенство спокойным тоном: — Я понятия не имею, о чём ты говоришь, так что не мог бы ты пропустить меня, чтобы я могла отправиться на завтрак...       — Ты сказала Макгонагалл, что мы с Джеймсом планировали устроить дуэль с твоим ненаглядным Снивеллусом! — Воскликнул Сириус.       — Ничего подобного не было и в помине, болван ты этакий. Зачем мне делать так, чтобы мой лучший друг оставался после уроков? Но если ты узнаешь, кто это был, передай им мою благодарность за то, что они положили конец подобному ребячеству.       С этими словами Эванс аккуратно обошла его, взяла Макдональда под руку и присоединилась к толпе гриффиндорцев, вылезавших из дыры в портрете.

***

      Следующим в списке жертв Сириуса значился Регулус, которого он загнал в угол по пути в Большой зал.       — Ты, должно быть, счастлив? — Требовательно спросил Сириус, преграждая путь своему младшему брату. — Я полагаю, ты думал, что это хорошая шутка — лишить Гриффиндора нескольких очков; хотя мне любопытно, сколько очков тебе стоил твой маленький трюк? Насколько я заметил, песочные часы несчастного Слизерина в последнее время выглядят не такими полными. Держу пари, твой приятель не слишком доволен тобой, независимо от того, в какие неприятности ты меня втянул.       — Я сделал это не для того, чтобы доставить тебе неприятности, — запротестовал Регулус, морща нос от негодования. — И если ты имеешь в виду Северуса, то он мне не приятель. Мне он даже не особо нравится. Он, ну, полукровка, и вечно тусуется с той грязнокровкой с твоего факультета.       — Не произноси этого слова!       — Мама и папа так говорят, — сказал Регулус, выпрямившись и став немного выше, и вызывающе посмотрел на Сириуса.       — Да, но мамы с папой здесь нет, не так ли, и это не очень-то красивое слово, Редж. Просто скажи маглорожденный, ясно? — Регулус просто пожал плечами, а Сириус вздохнул, понимая, что это безнадёжный случай. Регулус предпочитал спокойную жизнь; он всегда и во всём соглашался со своими родителями. — Тогда зачем ты это сделал? Донёс на меня? Если ты не дружишь со Снейпом, то логично было бы предположить, что тебе хотелось бы увидеть, как я нашлю на него какое-нибудь хорошенькое проклятье, учитывая твоё... э-э... мнение о нем.       Лицо Регулуса приобрело хмурый и задумчивый вид, он долго стоял молча. Как раз в тот момент, когда показалось, что он собирается ответить, чей-то голос прокричал: "Регулус, поторопись!", и тот подпрыгнул с виноватым видом, будто его застукали за чем-то постыдным. Он торопливо пробормотал Сириусу "увидимся" и проталкиваясь, прошёл мимо него, чтобы присоединиться к своим друзьям за слизеринским столом.

***

      — Чего он хотел? — Спросил Эван Розье, бросая подозрительный взгляд на Сириуса и занимая место рядом с Регулусом за столом.       Регулус покачал головой в стороны и налил себе немного тыквенного сока. Рядом с ним Эгир Уилкис делился своими мыслями по поводу Северуса.       — Видели его выражение лица? Говорю вам, он просто в ярости. Я слышал, его будут оставлять после уроков неделю. Не хотел бы я быть на месте того, кто донёс на Северуса, когда тот до него доберётся.       — То есть Слизнорт не сказал, кто ему сообщил? — Спросил Эван.       Эгир только пожал плечами.       — Вероятно, какой-то гриффиндорец; ты же знаешь, что они из себя представляют. Они ещё называют себя храбрыми. Тьфу! Карликовые пушистики и то смелее. Держу пари, это был Поттер или тот парень, Люпин; он всегда казался мне каким-то подозрительным.       — Даже немного обидно. Я слышал, Северус планировал опробовать новое заклинание, которое, по его словам, сам же изобрёл!       — Изобрёл? Второкурсник? — Эгир бросил на него скептичный взгляд. — Ну, я сомневаюсь, что это могло быть чем-то особо мощным. А ты как думаешь, Регулус?       Регулус, видевший писанину Северуса на кусочках пергамента, которые тот повсюду таскал с собой, и способный распознавать отвратительное заклинание, когда видит его, просто пожал плечами. Подняв глаза чуть поверх газеты, которую Регулус на самом деле не читал, он наблюдал за своим братом и его друзьями за гриффиндорским столом, где, как он знал, Сириус сейчас наверняка ныл по поводу того, что Регулус побежал к учителю и испортил ему всё веселье. Затем он мысленно вернулся к тому моменту, когда Северус смотрел на его брата; вспомнил нацарапанные заклинания и определённую тактику, которую Северус назвал сектумсемпра, и заверил себя в том, что поступил правильно.