Кулон || The pendant

18 января, 1969 год, — Хогвартс, Выручай-комната — Ну давай же, давай! Облизывая пересохшие губы, Гермиона чувствовала, как пот стекал по спине и лбу, не оставляя джемперу и шанса. Она уже жалела, что решилась надеть его, но и не предполагала, что за несколько часов до встречи её затянет в отдел «Беспалочковой магии» Запретной секции, и что теперь она будет направлять ладонь на свечу в лампе, пытаясь поджечь фитиль без палочки. А ведь у неё и так проблем достаточно. Но окклюменцию она, как считала, подтянула на приемлемый уровень, и теперь энергия желала освобождения в другой сфере. Беспалочковая магия показалась идеальным решением: пора совершенствовать свои магические навыки. Дыхание участилось, уши закладывало, а силы постепенно заканчивались, но Гермиона не желала сдаваться. Она вновь вывела в воздухе нужную формулу заклинания, прошептав: — Люмус! В кончиках пальцев собралось покалывание, и Гермиона было подумала, что ей удалось подчинить магию, но в следующую секунду руки до самых локтей обожгло как огнём и свет вырвался из ладоней, опаляя лампу и пол, разрубая пополам. Гермиона взвизгнула и спряталась за стол, тяжело дыша и прижимая руки к груди. Они были горячие. Девушка выглянула из-за стола, и увиденное никак её не обрадовало. Множество осколков разлетелись по комнате. Один из них прорезал дыру в картине, изображавшей море во время шторма. У неё снова не получилось. — Чёрт! Гермиона хлопнула ладонями по столу, поджимая губы. Её грудь вздымалась, пока глаза метали молнии. Магия собралась на кончиках пальцев, и девушка мечтала не сдерживать себя. Но она проглотила раздражение и стянула джемпер через голову, оставшись в майке. Так намного легче. Собравшись, она перелистнула страницу книги на самое начало: — «Беспалочковая магия — это исполнение магии без использования палочки. Такая магия часто была трудна для тех, кто не тратил время на освоение навыка, и могла привести к неожиданным или неустойчивым результатам, если не выполнялась должным образом». О, спасибо, я заметила, — девушка закатила глаза и стрельнула взглядом в осколки на столе. Сделала вдох, пытаясь успокоиться и направила на них палочку, — Репаро! Подставка, корпус и свеча внутри вновь были целыми, и Гермиона хотела вернуться к цитированию текста, когда дверь скрипнула, пропуская внутрь человека с взбалмошными кудрями. Беллатрикс закрыла за собой дверь, и Гермиона вздохнула, предвещая бесконечное количество вопросов. — Чем занимаешься? Один из них прозвучал только что. — Тренируюсь, — девушка перелистнула страницу и со вздохом пояснила, — Хочу научиться беспалочковой магии. Выгнув бровь, Беллатрикс подошла к столу и заглянула Гермионе через плечо. Та почувствовала приближение ведьмы и прикрыла текст книги ладонью, отчего-то испытывая стыд за подобное увлечение. — Мне не хватает практики на занятиях, поэтому я решила... — она взглянула на Беллатрикс краем глаза, — Не знаю, о чём я думала. — О том, что у тебя всё получится сразу и с первых попыток? — спросила Блэк, убирая руку Гермионы с книги и вчитываясь в текст. Напротив лежал учебник по заклинаниям для младших курсов, открытый на главе «Световые чары». Грейнджер следила за её действиями, спиной чувствуя тепло, и от этого по коже бежали мурашки. — Нет, но я перечитывала этот текст миллион раз! Но что бы я не делала... — она плюхнулась в кресло и помассировала виски, — Нужна встряска. — Тебе нужна не встряска, а больше практики и терпения, — сделала вывод Блэк, прекращая чтение. — Неужели? — ощетинилась Гермиона, поднимая взгляд на ведьму. — Я сама такой была. Всего год или два назад, — сказала та, заставив девушку обратиться в слух, — Яркая, нетерпеливая, требовательная. Гермиона подметила с ухмылкой: — Ты и сейчас такая. — Но я научилась контролировать это, — демонстративно Беллатрикс убрала палочку в крепление и направила руку на лампу. Движение пальцами, и на фитиле заиграл яркий огонёк, за которым теперь завороженно следила Гермиона с раскрытым ртом, — И у тебя получится, если ты будешь стараться, проявив терпение. Ты начала со сложного заклинания — «Люмус» не под силу новичкам. Требуешь от себя слишком много, как и всегда. Гермиона отвернулась от свечи и скрестила руки на груди. — И что же ты предлагаешь? — Вспомнить заклинания первого курса. Скажем, левитационное? — Это детский сад, — фыркнула Гермиона. С едва слышным сожалением Беллатрикс сказала: — Как скажешь, я не буду заставлять тебя. В груди поселилось раздражение от правоты Беллатрикс и её дрянного спокойствия. Чёртовой собранности. Почему-то Гермиону всегда раззадоривало подобное поведение Блэк. И она не могла почувствовать удовлетворение до тех пор, пока не выбьет почву у той из-под ног. На деле она не контролировала себя рядом с ней. — Почему ты такая? Вопрос сам слетел с губ, и в образовавшейся тишине показался слишком громким. Беллатрикс вопросительно подняла бровь. — Какая? Множество эпитетов крутились на языке, но произнести их было не суждено, ведь дверь вновь открылась. Под вздох, раздавшийся сбоку, в комнату вошла Андромеда, плотно прикрывая за собой дверь и явно пыталась отдышаться, держась за грудную клетку. — Меня никто не видел, — прохрипела она, поправляя галстук, — всё хорошо. — Энди. Андромеда разогнулась и встретилась взглядом с Беллатрикс. Моргнула, будто не веря своим глазам. — Привет, Белла. Сёстры поприветствовали друг друга, и, кажется, это был первый раз за последние месяцы, когда в глазах обеих не плескались тайны, обиды и разочарование. Теперь честность и знание открыли их души друг другу, как и прежде. Беллатрикс прочистила горло, неловко опуская голову. Гермиона хотела поддержать, прикоснуться, но не стала. Вместо этого она подошла к Андромеде. — Как ты? — Нормально, спасибо. — Может, я оставлю вас на какое-то время? — Нет, — возразила Беллатрикс, и девушки обратили внимание на неё, — У нас будет шанс поговорить, — она робко взглянула на Андромеду, — Как смотришь на это, Энди? Андромеда кивнула, улыбаясь, и Гермиона отстранилась, чувствуя себя неловко. Сердце сжималось, ведь теперь всё наконец-то было хорошо: настолько, насколько это возможно. Она прочистила горло. — Ну что ж, пожалуй, пора рассказать тебе обо всём, что у нас есть. Накануне Гермиона предупредила Беллатрикс о встрече в Выручай-комнате для того, чтобы договориться о последовательности действий, разделить обязанности и в целом понять, смогут ли они втроём работать. Теперь ведьма внимательно слушала всё то, что говорила девушка, не перебивая и не вставляя колких комментариев. Для Гермионы это стало удивительным, и она не спешила расслабляться. — И вот, — она достала из сумки дневник, на обложке которого красовались инициалы, — Тот самый дневник. Мы считаем, что это оригинал. Такой же хранился в поместье Блэков, но был сожжён, — Беллатрикс едва заметно вздрогнула. Гермиона продолжила, — Там было вырвано несколько страниц. Здесь же все на месте. Пока мы постепенно переводим, и уже готово четырнадцать страниц чёткого текста. Но пока нет и речи об эльфах, впрочем, как и в другой версии. — Другая версия? — с удивлением спросила Беллатрикс, захлопнув дневник, просмотрев лишь несколько страниц. — Да, была сожжена благодаря тебе. Я читала её множество раз, так как та версия переведена. Но здесь руны, и часто встречаются те, которых нет в учебниках. Это усложняет задачу. — Не сомневаюсь. — Мы ищем взаимосвязь, — вставила Андромеда. Гермиона кивнула, подтверждая сказанное, — Опираемся о сведения, которые у нас есть. Гермиона считает, что магия эльфов связана с перемещением во времени и пространстве, и мы хотим найти в дневнике подсказку, где искать некую книгу, которая может подсказать, в каком направлении двигаться. Викки проболталась о ней, когда Гермиона допрашивала её. Беллатрикс сощурила глаза. — Я всё ещё удивлена, что Викки решилась рассказать что-то незнакомому человеку. Гермиона закатила глаза и села за стол, открывая пособия по древним рунам, а Андромеда уже тише сказала: — Я думаю, теперь она служит Гермионе, но она, — она кивнула на Грейнджер, — не хочет этого признавать. — Викки? — с недоумением Беллатрикс подняла брови, — Как тебе такое в голову могло прийти? — Ты сама знаешь, — укоризненный взгляд сказал больше тысячи слов, и Беллатрикс цокнула языком, переключаясь на работу. Она подошла к столу, где уже были разложены несколько книг. Провела по ним рукой. — Вы уже распределили страницы между собой? — По три каждому, — ответила Гермиона и забрала стопку Андромеды, соединив со своей, — Я работала над пятнадцатой, Меда над семнадцатой. Ты можешь взять следующие, например. — Может, я сперва прочту то, что вы перевели до меня? Так будет проще, не считаешь? — она взяла пергамент, который держала Гермиона, с другой стороны. На секунду девушка захотела, чтобы их пальцы соприкоснулись. Она неловко опустила глаза и отдала листы с переведённым текстом Беллатрикс. — Да, конечно. Прочти. Легко ухмыльнувшись, ведьма села за стол и приступила к изучению, пока Гермиона пыталась собраться с мыслями и заняться делом. Пока что всё складывалось хорошо. Текст приобретал черты. Гермиона решила сперва перечитать всё то, что было наработано за несколько недель, чтобы понять, пропустили ли они что-то важное для дела. Андромеда села рядом с ней и склонилась ближе, шепнув: — Всё в порядке? — Да, — сделав глубокий вдох, девушка кивнула, — Отлично.

༺♡༻

28 января, 1969 год, — Хогвартс, кабинет Защиты от тёмных искусств — Мисс Клемент, держите спину! Гермиона стиснула зубы. Мышцы были напряжены до предела. Она не могла сосредоточиться на всех аспектах, таких как движение рук и ног, заклинания, позиция, так к этому добавилась ещё и спина, которую, оказывается, она держала не ровно. Девушка встряхнула плечами, расслабив их. Но, стоило ей это сделать, как жалящее заклинание обожгло плечо. Гермиона зашипела и отошла на несколько шагов назад, давая себе несколько секунд на передышку. — Только защитные, мистер Этью, не атакующие! — раздалась новая команда с другого конца аудитории. Моника Марло, женщина средних лет из Министерства, взялась очередной раз провести практику у седьмых курсов, — Ева, соберись! — Прошу прощения, миссис Марло, — Гермиона снова встала в защитную позицию, и о щит напарника разбилось безвредное заклинание. Томас, напарник с Рейвенкло и имеющий сомнительную репутацию, дуэлировал беспощадно. Гермиона не была в восторге от своих боевых навыков, но старалась следовать всем указаниям и замечаниям миссис Марло, чтобы совершенствоваться. Но с каждым заклинанием она выдыхалась только больше, а Томас не собирался тратить время на «Распитие воды», как он выражался. Девушке это не нравилось, как и использование атакующих против правил, потому она стремилась отправить его в нокаут. Но как это сделать, если в арсенале только защитные заклинания? В голову пришла идея, и Гермиона ухватилась за неё вопреки здравому смыслу. Это начинало входить в привычку. Выбившиеся из узла на затылке волосы прилипли к шее и лбу. Она откинула их и встряхнулась, крикнув Томасу: — Атакуй! Просить дважды не нужно. Томас встал в позицию, а Гермиона собралась. Возвала к магии внутри себя, выставила руки перед собой, не используя палочку: — Проте... Заклинание ударило прямо в грудь, и Гермиона рухнула на дорожку спиной. Руки парализовало, но лишь на секунду: Томас использовал контрзаклинание, так что она могла двигаться. Но сил больше не осталось. Привкус поражения неприятно осел внутри, и хоть был неприятен, Гермиона не поднялась на ноги, а осталась лежать на дорожке, специально подготовленной для занятий. Грудная клетка едва вздымалась. — Плохо, Клемент, — сделала вывод Марло, уже в следующую секунду уделяя внимание другому студенту. — Спасибо, — саркастично прохрипела девушка и перекатилась набок. Перед лицом мельтешили ноги студентов Слизерина и Рейвенкло. Неприятно признавать, но Гермиона видела, что получалось у них намного лучше, чем у неё. Пожалуй, это была единственная дисциплина, которую она не могла довести до совершенства. Не считая полётов на метле. — Вставай. Протянутая рука показалась спасением, и Гермиона ухватилась за неё, слегка влажную. Рывком её подняли на ноги, и она смогла увидеть лицо негласного спасителя. Беллатрикс. В тренировочной форме, со стекающими каплями пота и заправленными вверх волосами она выглядела... Брутально. Беллатрикс выглядит брутально, — подумалось Гермионе, но вслух шепнула, не прерывая зрительного контакта: — Спасибо. Едва заметно усмехнувшись, Беллатрикс окинула её с ног до головы и сказала: — Задержись после занятия, нужно кое-что обсудить. Отрешённо кивнув и отпуская ладонь ведьмы, Гермиона проковыляла к бутылке с водой в том конце аудитории, где стояло несколько лавок с вещами студентов. Жадно припав к горлышку, она опустошила добрую половину прежде, чем громкий голос миссис Марло заставил всех обратить внимание на неё. — Занятие окончено! — сложив руки за спиной, женщина последовала к выходу, — Мистер Этью, за мной. Каким-то неприветливым взглядом взглянув на девушку, Томас последовал за служащей Министерства. Её это удивляло. С того самого дня, как Гермиона вернулась в Хогвартс, львиная доля студентов и преподавателей косили на неё кто с любопытством, кто со страхом. И она не понимала, что успела натворить такого, чтобы заслужить это отношение. Да, ещё в первом семестре она странно вела себя, но это в прошлом, и пора бы забыть. Возможно, дело в этом? Или в накручивании себя попусту? Отвлекаясь от мрачных мыслей, Гермиона успела привести волосы в приемлемый вид и промокнуть шею и плечи полотенцем. Не терпелось переодеться с тренировочной формы в обычную: Защита от тёмных искусств стояла последним занятием на сегодня, а Андромеда обещала отвести её в ванну старост. — Надеюсь, его накажут за применение атакующих заклинаний, — пробормотала подошедшая Беллатрикс, когда они остались одни. Гермиона обернулась, с любопытством взглянув на Блэк. — Ты видела, — утвердила она. — Трудно было не заметить твоё падение, — перемена во взгляде девушки была очевидной, и Беллатрикс серьёзно сказала, — Я не пытаюсь тебя подколоть. — Да, я понимаю, прости. Гермиона отошла, подняв свою сумку с пола и убрала в неё палочку. Шрам на спине, скрытый от чужих глаз заклинанием, неприятно зудел: так, будто на него кто-то смотрел, словно зная, что он есть. Она повела плечами и добавила: — Нужно учиться тебе доверять. Если Беллатрикс и удивилась, то никак этого не показала. Они работали вместе всего ничего, но Гермиона видела заинтересованность ведьмы и считала, что этого должно быть достаточно. Поэтому постепенно становилась уверена в чужой верности. Их работа пошла в гору, и они добрались до момента с рассказом об исследовательском походе в школу эльфов. Возбуждённость росла внутри, девушка чувствовала, что они близки к самому интересному. Это будоражило. Гермиона легко улыбнулась Беллатрикс и скрестила руки на груди, прислонившись спиной к стене. — Ты сказала нужно что-то обсудить. Грудь неприятно саднило. Пожалуй, утром следовало заглянуть в Больничное крыло, а заодно спросить о новом зелье для сна без сновидений. — В общем... — Беллатрикс прочистила горло, — С магией на практике у тебя действительно есть некоторые проблемы. Сегодня я в этом вновь убедилась... — Поэтому я и решила заняться беспалочковой. — ...Для начала, — невозмутимо продолжила Блэк, скрестив руки, — следует довести до совершенства палочковую магию и сложные заклинания. А ещё научиться не перебивать. Гермиона стушевалась и вздохнула. — Я слушаю. — И то, что я говорила о сложности «Люмуса» не означает, что следует использовать «Протего» без подготовки. Это было безрассудно. Гермиона понурила голову. Беллатрикс в который раз была права, что уже не раздражало. Скорее, заставляло разочароваться в самой себе и переосмыслить все убеждения в который раз за последние месяцы. — Как смотришь на тренировки по выходным? Только ты, я, дуэли... — заманчиво произнесла Беллатрикс. Словестная пауза заставила додумывать продолжение, и уши Гермионы вспыхнули. По телу пробежала дрожь. Она нашла в себе смелость посмотреть на ведьму. — Признаться, это меня и пугает. — Никакой пошлости, лапушка, — Беллатрикс ей подмигнула, — Подумай. Жду ответ в ближайшую неделю. Видя, как Блэк собралась уходить, Гермиона решилась. — Беллатрикс! Та обернулась уже на выходе, вопросительно подняв бровь. — Где встречаемся? Самодовольная ухмылка окрасила губы Беллатрикс. — В субботу утром. Посмотрим, какая будет погода, и уже определимся с местом. — Хорошо, — кивнула Гермиона. Беллатрикс ушла, и она уставилась в окно. Шёл снег, к которому студенты успели привыкнуть. Теперь он не мешал ходить в Хогсмид по выходным, или играть в снежки во внутреннем дворе. Усложнял задачу, да, но когда волшебников это останавливало? Есть же магия. Постепенно смеркалось. Свечи в аудитории давно погасли, и скелеты, свисающие с потолка, отбрасывали причудливые тени повсюду. Гермиона усмехнулась и прошлась под ними, вспоминая, как пугалась их на вечерних отработках профессора Блэк. Специально ли женщина назначала их так поздно? — Мисс Клемент, мне нужно закрыть аудиторию. Гермиона вздрогнула, только сейчас замечая Марло в дверном проёме. — Простите, миссис Марло, — девушка поспешно вышла, останавливаясь в коридоре от следующего комментария. — Слишком часто извиняешься. Она усмехнулась. — Вы не первая, кто так говорит. Ключи прозвенели, замок в двери щёлкнул. Затем женщина достала палочку и запечатала дверь. — Позволишь дать тебе совет, Ева? — вдруг сказала она, удивив Гермиону. — Слушаю. — В тебе есть внутренний стержень, и стоит его развить, — Марло повернулась к ней, — Он поможет тебе в дальнейшем. Чтобы это сделать — не позволяй себе прогибаться под других. Действуй, как считаешь нужным. Кто примет это — твой человек. Гермиона моргнула, пытаясь осознать слова женщины. Лицо той не выражало ничего, было совершенно нейтрально, но успокаивающий голос вселял что-то тёплое и новое. — Делай с моими словами что душе угодно, — добавила Марло, — Я только хочу направить тебя в нужное русло. В Министерстве бы оценили твой потенциал. Теперь Гермиона поняла, что это за чувство. Гордость. За себя и путь, по которому она шла уже продолжительное время. — А Вы? — спросила она в надежде услышать похвалу, — Вы бы оценили? Серые глаза внимательно изучали выражение лица Грейнджер, пока уголки губ дрогнули на секунду. Взгляд словно спрашивал: «Сама как думаешь?» Марло кивнула на прощание и обошла. — До встречи, Ева, — бросили через плечо. Ей не сказали прямо, но Гермиона научилась считывать эмоции и выражения лиц. Она улыбнулась, широко и открыто, ведь убедилась в том, что ею действительно гордятся. — До свидания. Лёгкая окрылённость заставляла её подпрыгивать по пути к ванной старост. Там уже ждала Андромеда, мерящая большими шагами коридор от стены и обратно. Только заметив её, Блэк ринулась навстречу. — Салазар, где ты была? — они приветственно обнялись, и Андромеда шутливо шлёпнула Гермиону по руке, — Я уже собралась организовывать отряд по твоим поискам! — Ещё не он, но скоро стану, а отряд не нужно, — захихикала Гермиона и улыбнулась удивлённому лицу, — Что? У меня хорошее настроение. — Поделишься? — Конечно, спрашиваешь ещё. — Ловлю на слове. Лиловые пузыри, — произнесла пароль Андромеда, и дверь в помещение открылась перед ними. Гермиона в который раз удивилась паролям. Когда она стала старостой, он звучал как «Сосновая свежесть». За спиной щёлкнула задвижка, когда Гермиона ступила на мраморный пол. — Теперь нас не потревожат. Девушка блаженно промычала в ответ, пока Андромеда с энтузиазмом бросилась к золотым кранам, коих было не меньше сотни. С витража на них смотрела светловолосая русалка, расчёсывающая локоны гребнем. Девушка приветственно ей улыбнулась и поспешила снять всю одежду, неприятно прилипшую к телу. — Ну что, рискнёшь прыгнуть с трамплина? — Андромеда старалась перекричать шум множества кранов. Бассейн в самом центре, выполненный из белого мрамора, уже почти наполнился. — Не сегодня, — крикнула Гермиона, складывая форму в аккуратной стопке и подготавливая новую. Чуть мешкаясь, она всё же сняла чары сокрытия со шрама, решив не тратить на это слишком много магических сил. Сейчас она хотела расслабиться. Горячая вода приятно окутывала ноющие мышцы, зазывая к себе. Гермиона спускалась по ступенькам, заходя осторожно и несколько стесняясь наготы. Но Андромеду, похоже, это не слишком волновало. — Поберегись! С разгона Блэк прыгнула в воду, от чего брызги разлетелись во все стороны, и через несколько секунд вынырнула, едва заметная в огромном количестве приятно пахнущих пузырьков. Гермиона оттолкнулась ногами от последней ступеньки и погрузилась по подбородок в бассейн, доплывая до бортика и облокачиваясь о него спиной. Андромеда вновь нырнула, кажется, находя себе развлечение в виде лопающихся пузырей пены. Когда она появлялась, то разгоняла их руками и дула на них, считая за врагов. Гермиона беззлобно смеялась над представшей перед глазами сценой. Иногда она забывала, что Андромеда младше и ещё совсем ребёнок. Но та зрелость и умение преодолевать трудности делали её куда взрослее своих лет, с чем спорить было невозможно. Гермиона подплыла к одной из полок со средствами для ухода, взяла своё любимое мыло, — лавандовое, — и принялась намыливать тело, очищая от грязи. Медленно провела по груди, проверяя на синяки и прочие травмы после использования грубого заклинания парализации. Рёбра слегка ныли, но она не посчитала это критичным. Внезапная мысль заставила пальцы остановиться. Что бы было, будь здесь Беллатрикс?... Она тряхнула головой, проводя мылом по рукам. А затем, отложив его в сторону, нырнула под воду, опускаясь ближе ко дну. Нелепо, Гермиона, просто нелепо. Дыхание заканчивалось, и она была вынуждена всплыть на поверхность. Встретили девушку брызгами, означающими только одно. Битву. — Защищайся! Визги заполнили купальню, и русалка, сидящая на скале в витраже, очевидно, не оценила веселья. Но девушек это мало волновало, ведь брызгать друг в друга им нравилось больше, чем плавание в мёртвой тишине наедине с собой. Смеясь до больного живота, Гермиона остановила атаку, за что была награждена порцией воды в рот и нос. Закашлявшись, она опёрлась рукой о бортик. — Прости, не рассчитала, — с виноватой улыбкой Андромеда подплыла ближе. — Всё нормально, — кашлянула Гермиона, делая чистый вдох, — Победа за тобой. — Несомненно, — горделиво Андромеда подняла подбородок и оттолкнулась от стенки бассейна, поплыв на спине, — Почему ты задержалась сегодня? Устав, Грейнджер решила остаться на месте и тоже легла на спину. Перед глазами теперь висела великолепная люстра с горящими свечами. — Сперва поговорили с Беллатрикс, затем с миссис Марло, — ответила она, вдыхая ароматы. — Миссис Марло? Это та служащая из Министерства? — Отдел авротата, — подтвердила Гермиона. — Тогда я её знаю, — раздался всплеск, — Белла часто упоминала её за последний год, и отец даже как-то приглашал её с мужем к нам на благотворительный вечер. — О? — Ничего такого, просто Белла переживает, что влияния нашей семьи и её оценок недостаточно, чтобы стать аврором, — ехидно сказала Андромеда, — А о чём вы с ней говорили? — Марло? — Гермиона задумалась, — Хм-м, она сказала, что, цитирую: «Хочу направить тебя в нужное русло». А, и «У тебя есть внутренний стержень, стоит его развить». Если честно, я горда собой, — она положила руки под голову, устроившись удобнее, — Когда она только первый раз пришла заменять МакГонаглл, я подумала, что это шутка. Но она хороший наставник. И мне, пожалуй, впервые сказали о моей ценности, мол, Министерство способно оценить такой потенциал. Всплески воды затихли, и Гермиона подняла голову, чтобы найти Андромеду. Та сидела на краю бассейна, смотря на неё с долей восхищения. — Вообще, я имела в виду ваш разговор с Беллой, но миссис Марло... — многозначительно замолчав, Андромеда зажевала губу. Гермиона смутилась. — Да, зная её строгость я тоже удивилась подобному. Но совру, если скажу, что мне не приятны такие слова. Андромеда ей подмигнула и полностью вылезла с воды, направившись к полотенцам. Грейнджер поспешно отвела взгляд. — Только не отбирай должность в авротате у моей сестры, иначе она снова попытается тебя убить. — Авротат? — переспросила Гермиона, подплывая на спине к лестнице, чтобы тоже выйти, — Беллатрикс хочет туда? — Отец пророчит ей более политическую карьеру, но Белла говорит, что терпеть не может бумажную работу, — усмехнулась Андромеда, оборачивая вокруг себя пушистое полотенце и высушивая волосы взмахом палочки. Локоны упали ей на спину изящными волнами, — Она хочет стать лицом закона. Отдел авротата был её мечтой, сколько я себя помню. А туда не берут кого попало. А Миссис Марло одна из тех, кто им заведует. Поэтому Белле выгодно иметь с ней хорошее отношение. — О... — только и смогла сказать Гермиона, промокая волосы полотенцем. Оказывается, у профессора Блэк был потенциал в юности, но, как известно, она проиграла его в личной битве с Волан-де-Мортом. Проиграла, когда присоединилась к его рядам и пытала Лонгботтомов в его честь, во славу... — Гермиона? — Андромеда тронула её за плечо, — Всё хорошо? — Нет. Но я справлюсь с этим. — Когда ты вернёшься в своё время ты сможешь выбрать ту профессию, которую захочешь, — попыталась утешить Андромеда, — Да и здесь тоже, наверняка. Я же не хотела тебя обидеть... — Меда, это очень мило, но дело не в профессии, — Гермиона убрала руку со своего плеча, сжав напоследок, — А в Беллатрикс. Прошу, не додумывай ничего. Просто оставь это мне. Кивнув, Андромеда больше не стремилась что-то сказать и ушла за ширму переодеваться. Гермиону даже умилило, что та подумала, будто бы девушке обидно из-за миссис Марло и места в Министерстве. Но дело было в профессоре Блэк, которая потеряла своё будущее из-за него. Она стремилась отогнать от себя эти мысли, но, похоже, те прочно приклеились к мозгу. И пока Гермиона натягивала гольфы, рубашку и другую одежду, то думала о разрыве вселенных на две части и том, что сделала иная Гермиона в иной линии. Спасла ли она мечты Беллатрикс, эгоистично наплевав на всё? Привело ли это к катастрофическим последствиям? Пали ли родители Невилла от рук кого-то другого, или остались живы? Пострадал ли кто-то другой, если не они? Ответов она не знала, и надеялась, что не узнает никогда. Напоследок Гермиона высушила волосы, уложив их магией: это единственное, к чему она применяла её в своей внешности, иначе те становились похожи на воронье гнездо. Что крайне раздражало. Может, через пару лет они станут более покладистыми в силу возраста. Хотя ей уже девятнадцать, и с каждым годом надежда гасла. Она оглянулась на русалку. Та взмахнула хвостом, проводя гребнем по пряди. — Меда, ты готова? — позвала девушка, разглаживая последние складки на юбке, — Совсем скоро ужин. В ответ тишина. Мёртвая. Даже вода не плескалась, не издавала журчание. Теперь Гермиона ощутила мощную магию, влияющую на пространство, и это насторожило. Она сделала шаг по мрамору, но каблук не издал ни звука. Она достала палочку, сканируя взглядом помещение. — Кто здесь? Уханье совы раздалось совсем рядом, и Гермиона обернулась на звук. Но птицу не увидела, лишь два клочка пергамента, упавших перед ногами. И ничего больше. Повернувшись вокруг своей оси и не обнаружив ничего, она осмотрела окна. Те были закрыты, и это настораживало. Патронус? Они же не способны взаимодействовать с физическим миром? Опустившись на корточки, девушка подняла пергамент и развернула. Сердце гулко забилось, когда она прочла написанное. Всё тем же аккуратным почерком. «Прадед. Спроси.» — Нет, она точно издевается! — вспылила Гермиона и тут же сожгла записку в пламени. — Гермиона? С безумными глазами девушка поднялась на ноги и схватила Андромеду за ворот рубашки, чем вызвала испуг в глазах напротив. — Ты видела здесь птицу? Сову, может, ещё кого-то? — Ты меня пугаешь. Отпусти. — Видела?! — Нет! — руками Андромеда оттолкнула от себя Гермиону и попятилась, — Ты пропала куда-то на несколько минут, а теперь ведёшь себя странно! Слушай, что произошло? — Саманта! Она меня пугает! В отчаянии Гермиона подошла к сумке и достала из учебника сложенный листок пергамента, который Андромеда отдала ей ещё в последний день каникул и протянула. — Это дала мне ты. От Саманты, не так ли? — Да... — Андромеда развернула пергамент, прочла имя и непонимающе подняла глаза на Гермиону, — Скроуп. И что это значит? — Думаешь, я знаю? Возможно, я просто паникую, и я убеждала себя в этом добрых две недели, а потом попросту забыла, но кто же знал, что сегодня меня втянет в какой-то магический круговорот и передо мной упадут записки, в которых будет целых два слова! Блестяще! — она всплеснула руками и надавила пальцами на переносицу, выравнивая дыхание. — Почему не рассказала? — в голосе Андромеды слышалась обида, — Я бы послала сову в поместье, всё бы разрешилось... — Я подумала, что это глупая шутка, — попыталась оправдаться Гермиона, — И теперь она заходит слишком далеко. Ничего не происходит просто так, и мне это не нравится. Она взглянула на пепел, бывший пергаментом и достала палочку. — Репаро! За несколько секунд кусочки восстановились. Гермиона подобрала их, сев на лавку. Тёплая ладонь Андромеды опустилась ей на плечо. — Теперь у нас есть целых три слова. Скроуп, прадед и спроси. Что спрашивать, чей прадед, причём здесь Скроуп? И это малая часть вопросов, которая у меня есть к этим непонятным загадкам. И подумать только: от кого? Саманты! — Тш-ш-ш, Гермиона, расслабься, — Андромеда принялась разминать ей плечи, что напряглась за считанные минуты, — Я пошлю сову. Не воспринимай это так серьёзно. Девушка вздохнула и убрала записки в книжку, захлопнув её. — Знаешь, с такими загадками она напоминает мне одну студентку Рейвенкло. У себя на уме. Никогда бы не подумала, что Саманта одна из таких. Некоторое время спустя Андромеда помогла ей подняться, и они вышли из ванной старост. Студенты постепенно собирались в ранее пустых коридорах, гул заполнял пространство, а факелы горели ярче. А у Гермионы никак не выходило из головы то, что произошло. И вдруг осознание прошибло её. Она только что подожгла пергамент без использования палочки.