Кулон || The pendant

1 сентября, 1994 год, — Хогвартс, Большой зал Гермиона усердно аплодировала, встречая каждого первокурсника, поступившего в школу чародейства и волшебства на Гриффиндор. Этот год обещал быть захватывающим: у неё в тумбочке спальни уже лежал план одного проекта, за который она ухватилась ещё в мае. Следовало назначить в выходные собрание, чтобы все желающие смогли присутствовать и проникнуться сочувствием к бедным существам. Последняя девочка отправилась за стол Слизерина. Аплодисменты гриффиндорского стола значительно поубавились. Наконец, Дамблдор поднялся с золотого стула и вышел к совиной кафедре. Птица расправила крылья, зажглись фитили свечей. — Студенты! — он поднял руки, заставляя всех собравшихся обратить внимание на него, — Закончена церемония распределения, и вот уже завтра начнётся новый учебный год, с чем я и весь преподавательский состав спешат вас поздравить! Со всех сторон раздавались вскрики и аплодисменты, и Гермиона поддерживала их не меньше. Улыбка не сходила с её лица. Джинни, сидящая рядом, громко присвистнула, поднявшись со скамейки. Она только перешла на третий курс, и у неё начинались новые дисциплины, что, несомненно, будоражило младшую Уизли. — Джин, перестань, — Гермиона потянула подругу вниз, схватив за мантию, чтобы усадить на место, — Распугаешь. — Кого? — прыснула Джинни, когда аплодисменты прекратились и зал утих, — Фреда с Джорджем? — Нас? — Точно? — Никогда! — хором закончили близнецы, сидящие неподалёку. Слишком громко. — Тс! — шикнула Грейнджер. Директор вновь заговорил: — Так же рад проинформировать, что мы с моим дорогим другом, директором Дурмстранга Игорем Каркаровым и уважаемой директрисой Шармбатона мадам Максим решили возобновить старую добрую традицию. По залу прошлись заинтересованные шёпотки. Гермиона едва ли не подпрыгивала на месте от радости. Она обернулась к друзьям, возбуждённо шепнув: — Я предполагала, что такое будет! Дело в том, что в конце прошлого года МакГонаглл по секрету рассказала мне о подготовке новой программы для обмена. — Ты все уши нам прожужжала, — подметил Гарри, на что Рон закивал. Гермиона скорчила другу гримасу и продолжила: — Ну так вот. Я уверена, что в этом году они решили попробовать! И я, — она с гордостью вздёрнула нос, — хочу подать заявление на перевод в какую-нибудь из школ на год, — девушка снова склонилась, — Хотя, если здесь директора Шармбатона и Дурмстранга, выбор невелик. — Кстати, что за Дурмстранг и Шармбатон? — спросил Гарри. Он, как и Гермиона, вырос в среде маглов. Но, что девушка в нём не понимала, так это то, почему Поттеру интересен квиддич, но никак не энциклопедии по истории магического мира и прочим школам, помимо Хогвартса. Будь у Гермионы очки, она бы непременно поправила их с важным видом. — Так и быть, кратко поясню, — согласилась она со вздохом, — Шармбатон и Дурмстранг это такие же школы, как и Хогвартс. Говорят, первая расположена в Пиренеях, а другая в горах, где преобладает суровый климат. Предположительно в северной Скандинавии. И... — она огляделась, заговорщицки прошептав, — Там практикуют тёмные искусства. Рон тут же скривился. — Значит, они плохие. — Не самые положительные персонажи, — согласилась Гермиона, — я как-то читала, что директор Дурмстранга служил... Ну... Ему. Глаза Гарри расширились. Он весь обратился в слух. — И почему он на свободе? Девушка пожала плечами. — Говорят, он сдал многих соратников. Это и сыграло на руку. — Вы об Игоре Каркарове? — включился в разговор Симус. — Тебе что-то известно? — Бывший пожиратель смерти, как и профессор Блэк. Только, в отличие от неё, не сидел в Азкабане, — он встряхнул плечами, — Жуть. Гермиона обернулась на преподавательский стол. Она не ожидала увидеть по правую руку от МакГонаглл сидящую профессора Блэк. За все два года преподавания она не появлялась ни на приветственном ужине, ни на прощальном. Ведьма не отличалась особой пунктуальностью, когда дело касалось чего-то, по её мнению, глупого. Но сегодня она здесь. Оглядывала зал, словно императрица на троне свои владения. У Гермионы мурашки побежали по спине, когда тёмный взгляд остановился на ней. — Интересно, что заставило королеву почтить простых смертных своим присутствием? — колко спросила Джинни, глядя туда же, куда и Гермиона. Профессор Блэк лёгким кивком указала на толкующего речь директора, а затем приложила палец к губам. Призывала молчать. — Думаю, мы скоро узнаем. — А теперь поприветствуем, — громко объявил Дамблдор, — лучших студентов Шармбатона и их директора мадам Максим! Девушка с ужасом поняла, что из-за болтовни пропустила важную речь директора. Но, как только она приготовилась ругать себя, Джинни пнула её в бок, и она подняла глаза на вход. И в её голове моментально стало пусто. Здесь было, на что посмотреть. В зал вплыли — так легко они двигались, — молодые девушка и юноша в светло-голубой шёлковой форме, а следом за ними вошла статная великанша. От Гермионы не укрылось, как Рон и Гарри с раскрытыми ртами следили за шествием до сцены. Она было насупилась, но взгляд зацепился за серебристые волосы, падающие на спину воспитанницы. Словно почувствовав её взгляд, девушка обернулась, и Гермиона не дыша уставилась в яркие голубые глаза. Но всё развеялось в один миг, когда Джинни перегнулась через стол и дала подзатыльник Рону с Гарри. — Эй вы, пубертатные! — Джинни, чёрт возьми, — Рон недовольно потёр макушку. — Меньше смотри на задницы молодых девиц, братец! — Джинни! — А что, Гермиона? Ты будто сама не видела, как эти двое слюни на неё пускали. Гермиона недовольно заёрзала на скамейке. Она увидела, как шармбатонцы поднялись на платформу к кафедре и по очереди пожали руку директору. — Ну всё, тише! Блондинка больше не смотрела на неё, и от этого Гермиона нервничала. Вот Дамблдор объявил студентов Дурмстранга, — тоже парня с девушкой. Вот позволил им выбрать каждый свой факультет. Дурмстранг предпочёл Слизерин и Рейвенкло. А она всё не смотрела. Но когда очередь дошла до неё, она выбрала стол Гриффиндора. Сердце Гермионы пропустило удар, когда она села рядом с первокурсниками. — А теперь шляпа скажет своё слово! — Не-е-е-т, — застонал Гарри, уронив голову на стол. Как бы девушка не старалась вслушиваться в слова директора и приветственную речь мадам Максим, она не смогла расслышать имени.

༺♡༻

1 сентября, 1994 год, — Хогвартс, гостиная Гриффиндора Когда в конце пира Дамблдор объявил, что будет ждать от старост списки желающих отправиться учиться по обмену в любую из школ, Гермиона не думала, что будет колебаться. Это был её шанс показать себя в другой, новой сфере, где никто не знал о её крови и статусе. А теперь она сидела в кресле перед камином, теребя край свитера, подаренного миссис Уизли и размышляла над перспективой двух разных путей. Та голубоглазая девушка сидела у окна в компании Парвати, Дина и Томаса, её сокурсников. На целый год она останется здесь, в красных и золотых тонах, которые ей, по мнению Гермионы, безумно шли. Элегантные ноги, руки, сложенные на коленях и прямая спина добавляли ей совершенства. Она была воплощением идеала, и Гермиона в который раз за вечер засмотрелась на неё. В голове Грейнджер всплыл образ Мэри Поппинс — идеальной няне волшебнице, ставшей творением Памелы Трэвес. Она случайно не её родственница? — Земля вызывает! Гермиона моргнула и приподнялась в кресле, увидев перед собой лицо лучшей подруги. Джинни плюхнулась на подлокотник, угрюмо уставившись на француженку. — Ты только посмотри на неё, — Уизли скрестила руки, — Разговаривает со всеми. Сидит так, будто у себя дома. — Ну... Хогвартс — второй дом? В ту же секунду ей прилетел подзатыльник. — Эй! — Больше нахваливай эту Делакур. — А ты я погляжу ревнуешь. Джинни раздражённо повела плечами и вздёрнула подбородок. — Ещё чего. Я уверенная в себе третьекурсница! Делать мне больше нечего, кроме как ревновать парней к француженкам. Она вскочила и, расталкивая студентов других курсов, ринулась к спальням. — Джин, ну куда ты? — прокричала ей вдогонку Гермиона, но догонять не стала. За пару лет она усвоила, что злая Джинни равняется Джинни, не идущей на контакт. Она уже хотела уходить в комнату, но услышала смех из-за спины. Смеялась та девушка, легко прикрывая улыбку, словно леди. И это был самый прекрасный звук, который Гермиона слышала за всю жизнь. — Флёр, ну подожди! Ты что-то говорила о ледяных скульптурах. Флёр Делакур. Её звали Флёр Делакур.

༺♡༻

7 октября, 1994 год, — Хогвартс, Чёрное озеро — Я всё ещё считаю, что ты поступила невероятно глупо, Гермиона, — Джинни надулась и пнула листья в её сторону. — Всё возможно, но... — Никаких «но»! Какой идиот отказывается от учёбы по обмену ради какой-то... — Джинни всплеснула руками, — А, точно, её же зовут Гермиона Джин Грейнджер и она втюрилась во Флёр Делакур! — Молчи! — Гермиона рванула на подругу и зажала ей рот рукой, оглядываясь вокруг, — Не надо кричать об этом повсюду. Ещё месяц назад Гермиона решила, что останется на этот год в школе. Ей казалось, что друзья должны были поддержать её решение, но она столкнулась с негативной реакцией и непониманием. Гарри окидывал её тяжёлым взглядом, Луна сказала что-то о временном парадоксе и разрыве мира при принятых решениях, а Джинни не упускала возможности подколоть подругу при каждом удобном случае. Единственным, кто поддержал её, оказался Рон. Он был рад, что Гермиона никуда не уехала и делился с ней печеньем гораздо чаще. Девушка считала это милым. — О, не надо? Правда? — Джинни! — прикрикнула Гермиона, заставляя младшую Уизли сбавить пыл. Она спрятала руки в карманы мантии, двигаясь дальше, — Может, и глупо. Я не могу объяснить, почему так. — Очнись, Гермиона! — Джинни щёлкнула у неё перед носом пальцами, как любила это делать, — Она околдовала тебя своими способностями вейлы! Гермиона ощетинилась. — Она вейла? — Её бабка. А в палочке у неё волос бабки, — Джинни съёжилась, — Это дикость. Да и мне кажется, это заговор. Немыслимо! Как Джинни могла такое говорить про Флёр? — Кто тебе такое сказал? Допустим, она и правда вейла. Но зачем бы ей очаровывать именно меня, скажи? Не найдя что ответить, Уизли замолчала и отвернулась. — Вот и я не знаю, — замешкавшись, Гермиона легко дотронулась до плеча подруги и приобняла, — Джин, я понимаю, что делаю, обещаю. — Очень на это надеюсь. Я переживаю за тебя. — И я ценю это. Но будь добра уважать мои чувства и решения. — Ладно, ладно. Гермиона чмокнула Джинни в макушку, на что Уизли улыбнулась. Только девушка почувствовала, что подруга расслабилась, как навстречу им из-за деревьев вышла Флёр, окружённая студентами Хаффлпаффа. Темноволосый парень предлагал ей свой шарф, на что Делакур мягко отнекивалась. Она определённо пыталась уйти. Гермиона сощурилась, наблюдая за разворачивающейся сценой. Ей это не нравилось. Поджав губы, она двинулась вперёд, игнорируя окликающую её Джинни, и уже через несколько секунд оказалась перед компанией. — Хей, Флёр! — позвала она девушку. Та обернулась, тут же захватывая в плен своими большими голубыми глазами, от которых у Гермионы всегда перехватывало дыхание. Она застыла на месте, как вкопанная. — Грейнджер, ты чего тут? Флёр забегала глазами между компанией и Гермионой, словно не зная, что делать. Это придало девушке решимости. — А... Я... Флёр, помнишь, ты мне обещала помочь с кое-чем? Пойдём, — она взяла девушку под руку, намереваясь увести прочь от компании. Темноволосый парень потянулся к француженке. — Флёр, не бросай же нас! — Mes favoris, я найти вас позднее, не не'вничать, — Флёр с обворожительной улыбкой прижалась ближе к Гермионе и сама пошла в сторону, на прощание махая студентам рукой. Приобнимая её за талию, Гермиона чувствовала чужое напряжение. Только когда они оказались у воды, она отпустила француженку и отстранилась, не совсем понимая, что следовало сказать. — Ну... Флёр указала на неё пальцем. Она так обворожительно улыбалась... — Тебя 'Е'миона зовут? — она сморщилась. Раньше ей определённо не приходилось произносить таких сложных слов на чужом языке, — 'Е'миона 'Ейндже'? Я наслышана о тебе. Она слышала обо мне... Пресвятой Годрик. — Д-да, это я. А ты... — Гермиона заправила прядь за ухо, зацепившись за особое произношение, — У тебя проблемы с английским? — Я с т'удом могу что-то сказать, но у меня неплохо получается. Что скажешь? — Скажу, что у тебя красивый голос. Флёр удивлённо приподняла брови, а затем звонко рассмеялась. — Ты оча'овательна, — сказала она, и Гермиона расплылась в довольной улыбке. Кажется, уши покраснели, а девушка это ненавидела, потому незаметно попыталась прикрыть их волосами, — На самом деле, я должна сказать тебе спасибо, — Делакур обернулась на то место, откуда увела её Гермиона, — Они п'истали ко мне и не хотеть отпускать. Ты очень вов'емя. — Стараюсь, — посмеялась Гермиона, не без удовольствия впитывая внимание голубых глаз, — Слушай, ты бы не хотела позаниматься со мной английским? Как вижу тебе нужна практика, и я могла бы помочь тебе... Неожиданно Флёр бросилась Гермионе на шею, крепко обнимая. Девушку окутал свежий аромат жасмина. — С этим, — договорила она, застыв словно статуя. — О, 'Е'миона, ты не п'едставляешь, что это значить для меня, — Флёр отпустила её плечи, не переставая улыбаться, — Конечно, если тебя не зат'уднит данное п'едложение. Я связаться с тобой, ладно? Прежде, чем уйти, она прикоснулась губами к щеке Гермионы. Словно ветерок пролетел, а пустил электрический ток по позвоночнику и мурашки по рукам. Грейнджер безумно улыбалась, держа руку на щеке, провожая француженку взглядом. Со спины к ней, присвистнув, подошла Джинни. — Ну ты даёшь, Гермиона.

༺♡༻

27 ноября, 1994 год, — Хогвартс, туалетная комната для девочек Она рухнула на пол, чувствуя, как дрожат колени. Частое дыхание сопровождалось громкими всхлипами. Гермиона схватилась за горло, пытаясь предотвратить то, чем бы это ни было. Но перед глазами цепко стояла картина тел с искривлёнными конечностями. Тех душ в неволе, пленённых ужасной смертью. Убитых. Не надо. Я прошу вас, не надо... Запах крови. Она не замечала, что кровь была её собственной. Что руки были изодраны, и теперь на них красовались грубые царапины, оставленные ногтями. Они молили её о помощи. Пожалуйста, пожалуйста, не сейчас... — Грейнджер? Не сейчас! — Уходите, — выдавила из себя девушка, ещё сильнее обхватывая голову руками. Рядом послышалось шуршание юбок. Аромат кедра и цитрусов добрался до ноздрей. Тёплые руки настойчиво взяли её за предплечья и потянули вперёд, заставляя открыть заплаканное лицо. Гермиона не сопротивлялась лишь потому, что не было сил, но она необъяснимо сильно дрожала. — Грейнджер, что стряслось у тебя? Сказать это вслух... Невозможно. Внутренности переворачивались в один миг от одного только воспоминания о непростительных проклятиях, использованных на животном. Глаза профессора Блэк расширились, и она слегка отпрянула от девушки, которая уже отвернулась. — Аластор... — прошипела она, сжимая до боли девичьи запястья. Точно. Дар к леггилименции. Как же глупо я выгляжу. Жалкая, жалкая... Запястья болели. — П-профессор, отпустите... — девушка попыталась вывернуться из хватки, но женщина была непреклонна. Она покачала головой и поднялась, явно намереваясь утянуть Гермиону за собой. — Вставай, провожу тебя до Больничного крыла. Но та не шевелилась. — Ты хочешь, чтобы кто-то увид... Дверь туалетной комнаты открылась, и Блэк тут отскочила от Гермионы. Сквозь пелену девушка увидела знакомый светлый силуэт и потянулась к нему, словно это было её единственное спасение. — 'Е'миона, как же ты? — Флёр быстро подбежала к ней и утянула в заботливые объятия. — Флёр... От желанной близости всё внутри затрепетало, и от этого Гермиона затряслась в истерике пуще прежнего, не в силах контролировать себя или остановиться. — 'Е'миона, посмот'и на меня, — Делакур обхватила ладонями её лицо, слегка встряхнув, — Ну же! Гермиона замотала головой. — Фл-лёр... Это ужасно... Они ужасны! — Кто? Кто ужасен? Скажи мне. — Я в-видела их. Они хотят освободиться, на в-волю, но я не могу, не могу! Она уткнулась носом в плечо девушки, вдыхая полюбившийся аромат жасмина. По её мнению это было то, что нужно для успокоения. Нежная рука провела по спутанным волосам. — Ну же, mon chéri. Ils ne valent pas vos larmes. Кто бы это ни был. Краем уха она услышала голос профессора Блэк. — Мисс Делакур, проводите мисс Грейнджер в Больничное крыло, когда она будет готова. Гермиона почувствовала, как Флёр закивала. — Конечно, мисс Блэк. А затем звук скрипящей двери, и они остались одни. Молчание длилось некоторое время. Флёр не переставала гладить волосы Гермионы, а сама девушка восстанавливала дыхание, фокусируясь только на француженке. Это успокаивало. — Я не знаю, что ты сказала, но... — она прочистила горло, морщась от хрипоты собственного голоса, — Спасибо. — Не за что, милая 'Е'миона. Вся ситуация, в которой они обе находились, утомила. Гермиона прикрыла глаза, положив голову на плечо Флёр. Она уже устала постоянно наблюдать за ней издалека, ловить редкие взгляды и лелеять те моменты, когда они два раза в неделю встречались в библиотеке для того, чтобы попрактиковать английский. Это, несомненно, было ценно. Но ничтожно мало. — Ты ведь нравишься мне, Флёр. Откровение так легко осталось витать в воздухе между ними, что Гермиона поняла: то, что происходит, правильно, как ничто другое. — Ты не в'ёшь мне? — с долей подозрения в голосе спросила Флёр. — Я бы не смогла, — Гермиона мотнула головой, — Ты — самое прекрасное, что я видела в этом мире. Рядом с тобой я чувствую умиротворение. Если не можешь ответить тем же, лучше уйди. Но Флёр молчала, не двигаясь с места. Она только шевельнулась, заставляя девушку поднять голову со своего плеча. — Милая Миона... И в следующую секунду её встретили тёплые губы. Гермиона прижалась крепче, понимая, что чувства не остались без ответа. И это дарило те самые крылья, о которых так любили рассказывать в романах, разных фильмах... Флёр отстранилась первой, погладив Гермиону по щеке. — Пойдём. Отведу тебя к мадам Помфри. Теперь Гермиона поднялась охотно. Ноги едва держали, и Делакур позволила ей опереться о свою руку.

༺♡༻

27 мая, 1995 год, — Хогвартс, поле для квиддича Гермиона в спешке спускалась по трибунам вниз, маневрируя между студентами и, кого надо, расталкивая руками. Она увидела дорогой сердцу силуэт, и теперь бежала навстречу, забыв обо всём. — Флёр! Она налетела на француженку со спины, из-за чего обе едва не упали. Флёр обернулась со своей фирменной обворожительной улыбкой и легко поцеловала Гермиону, от чего та расплавилась в чужих руках. — Mon chéri, я счастлива тебя видеть, — нежными руками она прижала к себе Гермиону, пока ты вдыхала аромат светлых волос. Принюхавшись, она довольно замычала. — У тебя новые духи? Флёр оскалилась, накручивая собственные светлые волосы на палец. — Н'авится? — Ваниль с бегемотом! Гермиона рассмеялась Флёр в шею и отстранилась, помахав стоящей рядом малышке. — Parfum à la bergamote, Brielle, — поправила Флёр, прижав девочку к боку, — Познакомься, mon chéri. Моя младшая сестра Габ'иэль, я тебе 'ассказывала. — Привет, — Гермиона присела перед девочкой на корточки, тепло улыбнувшись, — Если бы я знала, что встречу такую прелесть, подготовила бы подарок, — и она потрепала девочку за щёку. Габриэль завизжала и забежала Флёр за спину. Её голова выглядывала из-за ног старшей сестры. — Не бойся, Б'иэль, Ге'миона п'екрасный человек и уж точно не обидит тебя. — Твоя сестра всё верно говорит, — Гермиона улыбнулась и протянула Габриэль руку, указав на верхние трибуны, — Видишь девушку в шляпе льва и с рыжими волосами рядом? Это мои подруги, Полумна и Джинни. Хочешь познакомиться с ними? Уверена, они тебе понравятся. Габриэль с сомнением взглянула на Флёр, и та кивнула, что развеяло сомнения маленькой девочки. — Хочу. — Тогда вперёд, — она приглашающим жестом указала на лесенку, — После Вас, миледи. Уже в следующий миг Габриэль бежала впереди всех наверх. — Осто'ожно, Б'иэль! — прокричала Флёр вдогонку, пока Гермиона пристроилась в её объятиях, — Смот'и под ноги! — На секунду я подумала, что ты уехала, — с грустью сказала Гермиона, чувствуя тоску, затопившую сердце. Она знала, что Флёр чувствовала её душу, а потому счастливо улыбнулась, когда девушка прижалась губами к её макушке. — Я бы не смогла оставить тебя. — Ты невероятно милая. Флёр рассмеялась и крепко поцеловала её. Они не виделись из-за экзаменов, и это расстраивало. Но всё закончилось, и теперь у них наконец-то было время, чтобы побыть вдвоём. Так быстро пролетел этот год. Сегодня не только решающий матч по квиддичу между Гриффиндором и Слизерином, но и годовщина их отношений. — Твоя речь стала лучше. — У меня был великолепный учитель, — Флёр обнажила зубы в улыбке и Гермиона не удержалась, чтобы снова не поцеловать свою девушку. На них определённо смотрели зрители нижних трибун, но по большей части им было всё равно. Гермионе уж точно. Она поймала вселенское счастье. Что могло быть лучше?

༺♡༻

15 августа, 1995 год, — дом Уизли «Нора», гостиная — Флёр? — Гермиона заглянула в очередную комнату в поисках француженки, но никого не обнаружила, — Не прячься от меня. Из кухни показалась голова миссис Уизли. — Гермиона, дорогая, ищешь кого-то? С гордостью приподняв голову, Гермиона пояснила: — Да. Мою девушку, — она расплылась в улыбке, — Вы не видели её? Они с Флёр объявили о своих отношениях семье Уизли около месяца назад, и Гермиона никак не могла нарадоваться. Она быстро привыкла к новому статусу, всегда брала Флёр за руку при посторонних и прижималась как котёнок. Она любила, и сильно. Молли покрутила головой в стороны, выискивая Делакур взглядом. Она и Джинни всё ещё были скептически настроены, но спорить не могли. Обе старались уважать Гермиону и её выбор. – Около получаса назад она была здесь, — женщина махнула ножом в сторону входной двери, — Может, ушла на улицу? Проверь во дворике. — Спасибо, миссис Уизли. У неё в планах было найти Флёр и предложить прогуляться. В обед она уходила к опушке в лесу неподалёку от дома и разложила продукты для пикника. А теперь, когда закатное солнце сверкало в небе, прикрываясь мягкими облаками, место стало ещё красивее. Гермиона пока не разрешала себе думать масштабно, но отношения развивались стремительно, и она чувствовала, что пора выйти на новый уровень. Для начала пожить вместе, — решила Гермиона, спускаясь с крыльца, — Возможно, завести второго кота. Живоглот может его принять... О, нет, или кролика. Флёр любит кроликов. Она услышала какие-то звуки из гаража возле дома. Артур был где-то на втором этаже, остальные Уизли там редко появлялись, а значило, там мог быть только один человек... На цыпочках Гермиона подошла к железной двери, прислушавшись. Она хотела сделать сюрприз. Внутри послышался смех Флёр, и девушка, улыбнувшись, резко распахнула дверь. Но то, что она увидела... Флёр сидела на столешнице, ногами обняв спину Билла и запрокинула голову, открывая лебединую шею для поцелуев мужчины. Гермиона так и застыла на пороге, не в силах пошевелиться или сказать хоть слово, чтобы объявить о своём присутствии. Если они сейчас так увлечены друг другом, то её точно не заметили. На глаза навернулись слёзы, а в груди что-то надломилось. Но вот Флёр подняла голову, и её тёмные в свете помещения голубые глаза нашли карие. За секунду в них сменилось множество эмоций, вплоть до страха. Она быстрыми движениями оттолкнула от себя Билла, принявшись поправлять шорты и испорченную причёску. — Что... — только и смогла выдавить Гермиона, до побелевших костяшек сжав дверную ручку, — Что здесь... Красный след на шее возлюбленной французской вейлы окончательно вбил крышку гроба в состояние Гермионы. — Mon chéri, это не то... — попыталась оправдаться Флёр, но Гермиона перевела взгляд на Билла. — Билл... Он стоял, потирая шею и опуская глаза. — Гермиона... — Билл сделал шаг в её сторону, но девушка отпрянула. — Нет! Ты знал! — закричала она, до сих пор не веря в то, что увидела собственными глазами, — ЗНАЛ! Гермиона посмотрела на Флёр. Та стояла, поджимая губы, больше не пытаясь оправдаться. — А ты? Как ты только... У неё язык не повернулся сказать. — Миона, я п'ошу тебя... — О, теперь я больше не дорогая? — с издёвкой выпалила Гермиона и развернулась, чтобы уйти. Больше она не хотела видеть её. И Билла тоже. Сейчас она желала остаться одной. Лишь бы никого не видеть. — Ге'миона, подожди! — Что за крики? — Артур Уизли спустился с крыльца, за ним следом шёл Гарри. Флёр попыталась взять Гермиону за руку. Но Грейнджер, только почувствовав чужое прикосновение, развернулась и с размаху влепила пощёчину. — НЕ СМЕЙ КО МНЕ ПРИКАСАТЬСЯ! Делакур с криком отскочила назад, держась за щёку. Только она отняла ладонь от лица, как увидела след, похожий на страшный ожог и закричала вновь. Билл подбежал к ней, его глаза расширились от увиденного. Он бережно приобнял Флёр за плечи, перевёл неверящий взгляд на Гермиону, которая в замешательстве рассматривала свои руки. — Что ты творишь?! Как только девушка увидела ладони Билла, лежащие на голых плечах Флёр, в ней что-то вновь сломалось. Гермиона с налитыми кровью глазами задней мыслью вывела формулу Адского пламени, направляя его ни на кого иного, как на Флёр. Поднялся ветер, а огонь поджигал сухую траву, распространяясь со стремительной скоростью. — Гермиона! Через несколько мгновений она осталась отрезана от всех. Одна в горящем кругу с кровоточащей щекой, совершенно напуганная. Гермиона сейчас хотела только одного. Чтобы её возлюбленная страдала. Чтобы ощутила всю ту жгучую боль, что сейчас испытывала сама Грейнджер. Так будет справедливо, а значит правильно. Дальше девушка не видела, что произошло. Кажется, Артур и Джордж направили на неё палочки, а затем она увидела небо, выкрашенное в ярко-оранжевый. Или же это огонь? Она не знала, но точно чувствовала жар на своих пальцах и вокруг. Он окутывал её, словно одеяло, оберегая от бед и боли. И он распространялся дальше без её контроля, подбираясь всё ближе к ней. Последнее, что она увидела и услышала, навсегда въелось в подкорку сознания. Высокий женский крик и ранее прекрасные и чистые голубые глаза, в которых отражался ужас вместе с языками пламени.