Кто ты? Учитель или раб...

Горы Тяньшань простирались недалеко, но глубокие впадины и отвесные скалы делали их опасным местом. В старом мире они имели круговое строение, в центре которого возвышалась самая высокая гора, где и занимался самосовершенствованием самый первый заклинатель. Теперь же этот район был пустынен. Лишь слабый шепот ветра в расщелинах напоминал о том, кто положил конец многовековым страданиям той земли. На месте величественных руин разросся небольшой, но странно безмолвный лесок. Ни птицы, поющие на рассвете, ни звери, шелестящие в ночной тишине, не приближались к нему. Горы, окутанные густым, почти осязаемым туманом, стояли словно забытые стражи. В один ясный день в сердце Тяньшань неожиданно загрохотало и тут же воцарилась мертвая тишина, еще более зловещая, чем предшествующий гром В следующий миг на изумрудном ковре травы, у подножия одной из скал, появился юноша. Его длинные белые волосы спутаны и покрыты пылью, а одежда – некогда дорогое ханьфу – превратилась в лохмотья, едва прикрывавшие тело. Он лежал без движения, затем медленно, с усилием приоткрыл глаза. Взгляд был пустым, лишенным понимания. Кто я? Где я? – пронеслось в еще не проснувшемся сознании.. Над ним простиралось безупречно голубое небо, о котором он так отчаянно мечтал в свои последние мгновения там, когда был еще жив. Осознание этого – небо, воздух в легких, боль в содранных локтях – ударило, как молния. Он резко подскочил, едва не потеряв равновесие. В голове пронеслось единственное, оглушающее слово: ЖИВОЙ. Но как?! Разве он не умер отдавая последние капли силы на открытие Порталa в Новый Мир! Где он? В Старом Мире? В Новом? Сколько времени прошло? Почему он… цел? Вопросы, как осы, жужжали в голове, заставляя медленно, шатаясь, подняться с земли. Он машинально попытался отряхнуться, но жест замер в воздухе. Бессмысленно. Его любимое ханьфу было не просто грязным – оно висело клочьями, обнажая бледную кожу под синяками и ссадинами. Выгляжу как нищий, которого уронили на землю и проволокли по улице на потеху толпе, таща за собой на веревке. с горечью подумал он. Отбросив тщетные попытки привести себя в порядок, он окинул взглядом местность. Взгляд упал на темный провал в скале неподалеку – небольшую пещеру. Он вспомнил: это был не просто грот, а древний, потаенный проход, ведущий из горной гряды во внешний мир. Надежда, слабая, но теплая, шевельнулась в груди. Туда. Добравшись до входа, он все же заметил первые признаки людей, увидев небольшое поселение. Оно находилось не так далеко от самого входа в гору. Но он наткнулся на преграду – толстые, грубо обтесанные деревянные палки, которые, по-видимому, служили защитой от проникновения во внешний мир посторонних из гор. Он инстинктивно попытался активировать простое заклинание рассеивания преград. Ничего. Ни вспышки света, ни привычного потока силы. Лишь слабое мерцание у пальцев, которое тут же погасло. Пустота. Он сжал кулаки, впервые ощутив леденящий холод беспомощности. Его духовная сила, некогда безбрежный как океан, было высушено до дна. Я… обычный человек? Мысль казалась кощунственной. Выхода не было. Пришлось бы ждать, пока кто-то не подойдет, или… или самому поззвать. – Эй! Кто-нибудь! – Голос звучал хрипло, непривычно слабо. Юноша успел смириться с мыслью, что он застрял здесь до тех пор, пока не сможет восстановить свои силы, как вдруг с другой стороны прозвучал мужской голос: – Кто там? Демонические твари, разве вы не знаете, что это – земли заклинателей? – В узкий просвет между дощечек резко вонзилось острие старого, но хорошо заточенного меча. Хань Лое инстинктивно отпрянул. – Я не демоническая тварь – поспешно выкрикнул он, стараясь говорить четко. – Я человек! Оказался в этих горах по неведомой мне причине и лишь хочу выбраться! Да и упоминаемые вами демонические твари разве жили не в подземном мире? – Это было больше тысячи лет назад! – от голоса старика повеяло ностальгией, будто этот человек сам когда-то изгнал этих тварей. Хань Лое почувствовал, как земля уходит из-под ног. Больше тысячи лет... – Что вы имеете виду, говоря, что прошло более тысячи лет? В каком же мы сейчас находимся мире? В просвет теперь протиснулось худое, изможденное лицо старика, покрытое морщинами и щетиной. Легкая, но недобрая усмешка тронула его губы. Мудрые, острые глаза внимательно, с живым любопытством оглядели фигуру в лохмотьях. – Сынок, я не понимаю, о чем ты сейчас толкуешь. Ты для начала хоть представься.. Имя назови. – Меня зовут Хань Лое. Наступила тишина. Потом старик фыркнул. Потом захихикал. И наконец, громкий, раскатистый смех, от которого он схватился за живот, заполнил пространство перед пещерой. Хань Лое замер, ошеломленный. Никто. Никто и никогда не смеялся над его именем. Даже в те дни, когда он был безродным щенком при дворе Императора Цзунь. Тогда были шепоты, презрительные взгляды, открытая вражда... но не смех. Никогда смех. /Значение его имени и фамилии было таким: Фамилия Хань (韩) относится к одной из наиболее распространенных фамилий в Китае. Имя Лое (落伊) – Падение. Упадок. Закат./ Мать, давшая ему это имя, словно предвидела судьбу. Весь род Хань был истреблен вскоре после его рождения. И с детства на него лились упреки и проклятия: "Проклятый!", "Несущий гибель!", "Уничтожитель рода Хань!" Это прозвище – "Уничтожитель Рода" – стало его второй кожей. И вот теперь... смех. Грубый, искренний, от всего живота. Он не знал, что чувствовать. Гнев? Унижение? Или... странное, щемящее облегчение от того, что хоть кто-то не видит в его имени проклятья? – Старик, ты чего тут один смеешься? – К ним быстрыми шагами подошел молодой парень, коренастый и крепкий. Он еще не заметил Хань Лое в тени пещеры. Хань Лое сделал шаг вперед. Луч солнца упал на его лицо, заставив зажмуриться. Молодой парень вскрикнул, отпрыгнув назад, глаза округлились от ужаса. Он уже открыл рот, чтобы закричать тревогу, но старик ловко ткнул его рукоятью меча в бок. – Тихо ты, Сунь ! Не пугайся. Это человек, не демон. Хань Лое поймал повторное упоминание демонов. Неужели демоны вырвались из-под земли и попали в этот мир? Мысль была кошмарной. Но если это другой мир, за тысячу лет... все могло измениться. – Старший, – обратился он к старику, стараясь говорить уважительно, – прошу, помогите мне выбраться отсюда. Мне нужно с вами поговорить. У меня... много вопросов. Старик кивнул молодому парню: – Сунь, принеси топор. Поживее! – старик обратился к молодому юноше к который судя по обращению “Сунь” был его внуком. Тот все еще бросая настороженные взгляды на незнакомца, кивнул и побежал прочь. А старик повернулся к Хань Лое, – Так кто же ты на самом деле? Хань Лое напряг лицо в раздумьях, не понимая, что имеет виду этот старик. Он думает, что Лое врет? – Я назвал свое имя. Хань Лое. Почему вы, достопочтенный старший, сомневаетесь в правдивости моих слов? – По двум причинам, парень, – голос старика стал холодным, как горный ветер. Он резко поднял руку, указывая пальцем в небо, жест напоминал древнее клятвенное заклятье. – Во-первых, род Хань пал более тысячи лет назад, в Старом Мире. Вырезан под корень. Никто не носит этой фамилий. Во-вторых... – старик наклонился ближе, его шепот стал шипящим, – ...почему ты осмелился назвать себя Великим Богом этого мира? Творцом Порталa? Хань Лое?! Хань Лое опешил, искренне не понимая, что за чушь говорит этот старик. Великий Бог? Его? Глупость какая-то! Он был могущественным заклинателем, да, но богом? Лое вспомнил последний момент своей жизни, когда он израсходовал всю свою духовную силу, чтобы открыть портал в новый мир. А потом тьма. Будто часть последних воспоминаний была стёрта из его памяти… – Что вы имеете ввиду под Богом этого мира? Этот мир создан для всех культиваторов, чтобы избежать ошибок прошлого! Чтобы не было тирании богов или императоров! Даже боги не имеют здесь исключительной власти! – Да, это правда.Открывший Портал был Хань Лое. Он принес нам спасение. Поэтому народ возвел его в ранг Великого Бога-Основателя. А что до тебя... – старик презрительно оглядел его лохмотья и немощную позу, – ...ты не бог. Ты даже не заклинатель. Я не чувствую в тебе и искры духовной силы! "Не чувствую духовной силы..." Эти слова жгли сильнее любого оскорбления. Старик был прав. Его внутреннее море было пусто. Он был пуст. Хань Лое хотел крикнуть: "Но это я! Я открыл Портал! Я пожертвовал всем!", но сжал зубы. Они не поверят. Сочтут безумцем. Или хуже того... Мысль о том, что его могут принять за самозванца, оскверняющего имя Великого Бога, была страшнее насмешек. Нужно выбраться. Узнать правду. И пока... скрыться. – Меня зовут... Шань, – выдохнул Хань Лое. Ирония имени "Гора" показалась ему сейчас горькой, но уместной. Он возродился среди гор. Культиватор подумал, что это будет прекрасное имя для начала его новый жизни. Да и к тому же, он и вправду как-то связан с горой, раз воскрес в этом месте. - Фамилию... родители не дали. Старик заметно смягчился, удовлетворенно хмыкнув. – Вот это уже куда правдоподобнее, Шань. Но смотри, – предупредил он, – придумай себе фамилию или найди боевую школу, что возьмет тебя под свое знамя. Иначе... – его голос стал серьезным, – ...будешь считаться беспородным. Рабом. /Беспородными (无姓者 - Wúxìng zhě) или рабами (奴 - Nú) здесь считались те, кто не имел родовой фамилии с рождения либо был изгнан из семьи. Любой без фамилии был бесправен, почти вещь./ Рабы? Хань Лое почувствовал, как холодная волна прокатилась по спине. Неужели в этом Новом Мире, мире его надежд, снова существует рабство? Он открывал Портал, мечтая о свободе, равенстве шансов для всех, кто ищет Путь! Жажда узнать, что же пошло не так, вспыхнула в нем с новой, жгучей силой. С другой стороны преграды застучал топор, посыпалась щепа. Сунь усердно работал, освобождая проход. Хань Лое молча прислонился к прохладной скале внутри пещеры, наблюдая за падающими щепками. Ожидание свободы теперь смешивалось с горечью и тревогой. . *** Спустя время, за которое сгорела одна благовонная палочка, проход был достаточно расчищен. Хань Лое – теперь Шань – поклонился вспотевшему Суню, откладывавшему сломанные палки. Старик, внимательно разглядывавший его в солнечном свете, с явным сочувствием покачал седой головой. /Одна благовонная палочка (一炷香时间 - Yī zhù xiāng shíjiān) – традиционная мера времени, примерно 20-30 минут./ – И как же тебя, сынок, угораздило до такого состояния дойти? Пойдем за мной. Найдем тебе что-нибудь приличное, а то видок... хоть в поле пугало ставь. Выбора не было. Шань кивнул и последовал за стариком, который прихрамывал, опираясь на свой меч как на посох. Хань Лое движимый врожденной вежливостью и состраданием к немощи, слегка поддержал старика под локоть, направляя его к деревне. Доброта, – подумал он. Пусть первое, что я явлю этому миру, будет доброта. Деревня предстала перед ним во всей своей убогой наготе. Защитная стена из почерневших, подгнивших бревен местами проседала. Дома, сложенные из необожженного кирпича-сырца или грубого камня, выглядели ветхими. Кое-где виднелись и вовсе разрушенные жилища, их остовы поросли бурьяном. Картина была до боли знакомой. Так выглядели деревни Старого Мира в конце долгой войны, когда не было серебра ни на ремонт, ни на еду. Но почему здесь? – терзался Шань. – Это же Новый Мир! Мир, рожденный для мира и процветания! С момента пробуждения не прошло и трех часов, а его прекрасная мечта уже трещала по швам, обнажая суровую, непонятную реальность. Но с момента его пробуждения не прошло и пары часов, как Лое осознал, что его ожидания сильно отличаются от действительной реальности. – Старший, – осторожно начал он, – что случилось с вашей деревней? Почему боевые мастера вам не помогают? Старик тяжело вздохнул на вопрос бывшего культиватора и остановился у небольшого каменного осколка, грубо вросшего в землю в центре деревни. Осколок явно откололся от склона ближайшей горы – Были времена, когда жили мы небогато, но спокойно Но после того, как этот мерзкий демон Чэнь Хуо расколовший единый континент нашего мира на два враждующих …дела в нашей деревне пошли не очень. И все из-за этого проклятого осколка горы! – Старик с ненавистью плюнул на камень. – А потом этот мерзавец выстроил свой черный дворец всего в двух днях пути отсюда. И уже больше как двести лет ни один заклинатель, ни один посланник боевой школы не переступил порог нашей деревни. Нас забыли. Бросили на произвол судьбы и демонов, что рыщут в горах. – Вы снова говорите о демонах... и о рабах... Старший, прошу... расскажите. Что произошло за эту тысячу лет? Я... – он сделал вид, что потирает висок, – ...я, кажется, сильно ударился головой там, в горах. Помню обрывки... а цельной картины – будто пелена. Совсем ничего не помню. Ложь далась ему легко. Сказать правду – что он и есть тот самый "Великий Бог", проспавший тысячелетие? Его сочтут не просто сумасшедшим, а опасным безумцем, осквернившим святыню. Или того хуже – пособником демонов. – Старик посмотрел на него с внезапной жалостью и кивнул, усаживаясь на плоский камень у подножия злосчастного осколка. – Ну что ж... Когда Великий Бог Хань Лое открыл Портал, первые переселенцы хлынули сюда. Сотни лет мы строили новый мир, основывали кланы, боевые школы, ордена... Цветущее было время. Но я и сам уже не помню, в какой год он появился. Точно! ...спустя двести лет после Открытия... в этот мир явился Он. Демон. Чэнь Хуо...