Весенний дождь бабочки смерти

- Ты точно в порядке, Шиноа-тян? - уже в сотый раз прозвучал этот вопрос из трубки телефона. - Да, тренер Ямомото, я в порядке. - И все же, сегодня не приходи на тренировку. - Тренер… - Нет, это не обсуждается. Тем более вы с Тецуро-куном хотели пойти на ярмарку, сегодня последний день весенней ярмарки, следующая будет уже только в июле. - грозный голос старика звучал странно, словно он старался смягчить тон, но это ему удавалось плохо. - Шиноа-тян, повеселись, получи от жизни удовольствие, пока можешь. Хорошо? Девушка закатила глаза и тяжело вздохнула. - Хорошо. - Мне пора, а то Ойкава-кун и Ран поубивают друг друга. - быстро проговорил тренер и сбросил звонок. Чиоме откинулась на спинку дивана и уставилась на телевизор, где шел многосерийный сериал. Он не был ей интересен, сюжет был скуден, а игра актеров оставляла желать лучшего, но сериал был единственным, что отвлекал девушку. Она невесомо коснулась пальцами груди, словно это могло облегчить тяжесть и усмехнулась. На телефон пришло уведомление: « Сегодня в два, помнишь? » - оно было от Куроо. Чиоме мгновенно напечатала: « да ». Следом пришло еще одно уведомление от парня: « Как ты? Несколько дней не отвечала на звонки и сообщение, ты в порядке? » И снова короткое: « да ». Чиоме вышла из дома, яркое солнце приятно ласкало в последнее время бледное лицо. Девушка замерла, увидев Ойкаву, что стоял у ее дома. Он поймал ее взгляд, губы растянулись в самодовольную ухмылку и он помахал ей. - Волшебно выглядишь, бабочка. - его карие глаза блуждали по телу, на котором были сиреневая юбка-шорты и такого же цвета блузка в завязку, что открывала взору вырез, где красовалась цепочка с бабочкой из белых нефритов. - Крайне неприлично, что твой взгляд не поднимается к моим глазам. - надула губы девушка и склонила голову набок. - Они что, столь неинтересны? Парень усмехнулся и посмотрел в серебристые глаза. - В мире нет ничего более интересного и прекрасного, чем твои глаза. И волейболист говорил правду, он никогда не видел настолько красивых. Да, глаза ее матери были такими же, но у Чиоме они были глубоки и скрывали в себе очень многое, они были холодными и от этого сказочными. Чиоме издала легкий смешок и улыбнулась. - Что ты здесь делаешь? - Я подслушал, когда вы с тренером говорили по телефону и решил тоже пойти. - он огляделся. - И где же Куроо? Ай-ай-ай, нехорошо заставлять девушку ждать. - Он уже на ярмарке. - Видишь, как хорошо, что я пришел, а то тебе пришлось бы одной добираться туда. Можешь не благодарить. - И правда, Ойкава-сан, чтобы я делала без тебя? Первой реакцией Куроо на появление на ярмарке вместе с девушкой волейболиста было удивление, второй — размашистый и точный удар в челюсть. Чиоме усмехнулась и молча наблюдала за разыгрывающейся перед ней сценой. Тоору коснулся лица, оно горело от удара и с легкой улыбкой произнес. - Признаю — заслужил. - Благодари всех богов, что Шиноа-тян здесь, иначе на этом не закончилось бы. - ехидный взгляд прошелся по лицу волейболиста. Злость и обида переполняли Тецуро. Он думал, что они друзья, а Ойкава просто взял и ушел никому ничего не сказав. Пусть, это не столь бы злило парня чем то, что волейболист оставил Чиоме, то что она перенесла за этот месяц одна. Это он не мог простить ему. Но Тоору и не извинялся, он не чувствовал вины перед парнем. В карих глазах блеснул озорной огонек и губы тронула самодовольная ухмылка. - Я неверующий и не исповедую ни одну из религий. - волейболист бросил многозначительный взгляд на девушку. - Но верю и готов поклоняться одной богине смерти. Чиоме закатила глаза и фыркнула. - Тебе лучше не лезть к ней. - приблизился почти вплотную к волейболисту Куроо. Усмешка на лице Тоору приобрела нотки угрозы. Он выпрямился и посмотрел парню в глаза, в его собственные сгущались тени. - Тебе лучше не лезть не в свое дело. - бархатный голос звучал твердо, без привычного ему лукавства. - Разве? Ей сейчас не до твоих игр, помимо твоих эмоциональных качелей у нее еще много проблем. Не ты был с ней весь этот месяц, когда она погрузилась в ад и остро нуждалась в ком-то. Не приближайся к ней, ты ей не нужен. - Она сама решит кто ей нужен. - Да и я буду с ней рядом, как весь этот месяц, когда тебя не было. Я не позволю кому-либо обидеть или причинить ей боль. - Я скорее умру, чем причиню ей боль. - Ты уже причинил, когда оставил ее одну бороться со своей болезнью. Девушка коснулась локтей волейболистов и оторвала их друг от друга. Она встала между ними и скрестила руки на груди с дружелюбной улыбкой на фарфоровом лице. - Может перестанете говорить обо мне так, словно меня здесь нет? - вежливый тон выдавал раздражение. - Или мне покинуть вас, чтобы вы продолжили, смотрю вам весело и вдвоем. Тоору сжал кулаки, напряженное тело расслабилось под взглядом серебристых глаз. - Ее болезнь начала отступать, все только начало налаживаться. Если ты расстроишь ее, то я буду драться. Я выбью из тебя все дерьмо, Ойкава. - серьезно произнес Куроо и потрепал свои волосы. Непонимание отразилось на лице Тоору, волейболист вопросительно взглянул на девушку и она слегка покачала головой. Тецуро не знал всей правды. Ойкава шумно вдохнул и улыбнулся, разглядывая ярмарку. - Куда хочешь пойти, бабочка? Чиоме усмехнулась. - Вы будете хорошо себя вести? - снисходительно поинтересовалась девушка, наклонив голову вбок. Тоору и Тецуро с большим усилием и не хотя кивнули. - Не слышу. - Да. - тихо сказал Куроо и нервно потрепал голову. - Да. - ухмыльнулся волейболист. - Теперь будьте паиньками и пожмите руки, в знак перемирия. - в мелодичном голосе Чиоме проскальзывало веселье. Тецуро закрыл глаза и глубоко вдохнул. Через несколько секунд он протянул руку. Ойкава взглянул на протянутую ладонь и хмыкнул. - Ну...? - взгляд серебристых глаз поймал в плен парня. Он вздохнул и протянул руку в ответ. Оба крепко сжали ладони с такой силой, что казалось сломают кости друг другу. - Временное перемирие. - стиснул зубы в подобие улыбки Куроо. - Да, временное перемирие. - с такой же улыбкой произнес Тоору. - Ну и позорище, даже попасть не можешь. - фыркнул Тоору, подходя к Тецуро и забирая у него дротики. - Отойди, сейчас мастер покажет, как надо. В нескольких метрах от них стояла большая дощечка с шариками. Лопнув десять штук, они могли выиграть приз ( плюшевую игрушку в виде котика ), который понравился Чиоме. Куроо сумел лопнуть всего три шарика, что явно далеки от шанса на получение игрушки. Ойкава преподнес к глазу красный дротик, задержал дыхание, прицелился и бросил. Шарик лопнул. Парень снова отправил в полет дротик и снова попал по цели, потом снова. Осталось семь шариков. Тоору прицелился и кинул, но он отскочил от шарика. Следующий попал в цель. Усмехнувшись, парень бросил дротик, но совершенно мимо, как и следующий и последующий. Тецуро злорадно расхохотался. - Мастер, ага. Где-нибудь преподаешь? Хотел бы записаться к тебе на уроки меткости. - Заткнись, придурок. У меня больше попаданий, чем у тебя. - Всего на один шарик. - Не всего, а на целый шарик. - Позвольте и мне попробовать. - слегка улыбнулась Чиоме столь нежно, что парни застыли в изумлении. - Вы ни на что не способны. Жестокость природы пала на вас и не наделила ни умственными, ни физическими способностями. Девушка покрутили дротик и мгновенно пальнула, шарик лопнул. Каждый дротик попадал в цель, каждый раз звук лопающегося шарика, тонул в шумной ярмарочной суете. Хозяин принес большого плюшевого кота и вручил его Чиоме. Девушка обняла его и взглянула на парней. - Я боюсь ее. - проговорил Куроо с широко раскрытыми глазами. - Я тоже. - поддержал Ойкава. Шиноа рассмеялась. Ее мелодичный и переливающийся смех коснулся не только слуха парней, он затронул нечто поважнее. Губы Тоору растянулись в искреннюю улыбку, но в его глазах была грусть. Он помнил о ее болезни, помнил вчерашний рассказ о ее прошлом, он помнил ее холодный и уставший взгляд, ее голос и ее состояние, как она опустив голову, сидела на качелях в полном безмолвии. Волейболист знал, какие мучения переносит девушка в душе и знал, что несмотря на это, она сейчас искренне смеется. - Давайте купим мороженное, жарковато стало. - потрепал свои волосы Куроо и прикрыл глаза, яркое и палящее солнце уже пекло, совсем как летнее. Чиоме сидела на скамейке и смотрела игрушку у себя в руках. Тецуро с большой неохотой, но попрощался и позволил Ойкаве проводить девушку. Она устала, туфли натерли ноги и девушка решила посидеть, а Тоору разговаривал по телефону в это время. Шиноа и правда повеселилась, она провела целый день с людьми, которым была небезразлична и этот день значил для нее больше, чем все эти три года после смерти Гина. Тренер Ямомото подарил ей шанс жить, Быть менеджером команды лучших волейболистов, найти друзей и… и Тоору. Казалось таким неправильным, что она живет полной жизнью в то время, как тело Гина где-то на дне залива. Но так считала лишь она, она знала что Гин Ивасаки всегда желал ей именно этого, чтобы она смогла найти людей с кем будет чувствовать себя комфортно, чтобы она радовалась моментам, ценила жизнь. И вот, сейчас ее дни сочтены… Чиоме прикусила губу. Сердце пропустило удар и начало колотиться с бешеной скоростью. Стало невыносимо холодно. Кожа покрылась мурашками, игнорируя жар солнца. Холод исходил изнутри, он был в души, в костях, в крови. Он был частью нее. Мысли о напрасной смерти Гина, ее друга, ее самого близкого и родного, самого важного человека в жизни не давали ей покоя. Ее жизнь не стоила этого. Она не имела никакого значения и не была важна. Тоору опустила на корточки перед девушкой и взглянул в серебристые глаза. Взгляд, словно проникал в душу. - Ты — самое значимое и важное в моей жизни. - бархатный голос был низок и глубок, он заставил сердце девушки подпрыгнуть и колотиться еще быстрее. Чиоме задержала дыхание и предательская слезка скатилась по щеке. Она усмехнулась и хотела быстро стереть след слабости, но Тоору бережно схватил ладонь девушки и преподнес к губам, оставив легкий поцелуй. Серебристые глаза не могли не на мгновение оторваться от волейболиста. Парень коснулся теплой рукой щеки и стер слезу. - Я принимаю в тебе все. И не позволив девушке проронить и слова, он подхватил ее на руки и зашагал. Прохожие начали оглядываться и шептаться. Чиоме инстинктивно обняла его за шею, прижимаясь ближе и подняла на него взгляд. - Что ты делаешь? - Несу тебя домой. - ухмыльнулся парень, крепче сжимая девушку в объятиях. В его объятиях она не чувствовала вечной стужи, что крушила ее душу. Он был теплым и так нежно прижимал ее к себе. Бережно, словно боялся навредить и так крепко, словно она могла исчезнуть. И как бы Шиноа не хотела признавать, но она уже была дома. Он был ее домом.