Противостояние ради справедливости

- Цзинь Лин, куда ты меня тащишь? – пытался узнать молодой человек в белых одеждах. - Помолчи, - грубо отозвался другой. Спрятавшись в каких-то кустах, юноша в одеждах ордена Юньмэн Цзян прижал другого к земле. - Цзинь Лин, что ты творишь? А если нас кто-нибудь увидит? Мы же не одни на ночной охоте, - не переставал волноваться первый. - Сычжуй, не неси чепуху, - между бровей второго появилась складочка, - если ты не будешь шуметь, нас никто и не заметит. - Перестань злиться, - Сычжуй стал с нежностью разглаживать складку, - я соскучился. - Я тоже, - Цзинь Лин залился краской, хотя до этого был тверд в своих действиях. Когда Юань говорил ему приятные или смущающие слова, вся напыщенность уходила на нет. Задумавшись, паренек и не заметил, как его перевернули и нависли над ним. Белая лента ордена Гусу Лань щекотала щеку. В больших зарослях Сычжуй и Цзинь Лин слегка взволнованно смотрели друг на друга, они были еще юны, но понимали, что человек напротив каждого, это тот, с кем они хотят разделить путь самосовершенствования. Светлые глаза сияли блеском желания, хотелось смотреть на друг друга вечно, теплые губы инстинктивно приоткрылись у обоих. Во всем мире сейчас есть только они, и наконец, соприкоснувшись, неловко, аккуратно и чувственно губы подростков сплетались в вальсе вкусов и запахов. Сычжую до безумия нравился запах лотосов, который смешался с запахом его возлюбленного, а на губах всегда стоял сладкий вкус лотосовых семян. Цзинь Лину же нравился запах сандала, который исходил от тела Сычжуя. Их любовь была столь легка, чиста и нежна, а поцелуй приятнее сладкой Юэбин. Длинные руки и тонкие пальцы Юаня лежали на талии молодого господина Цзинь. В какой-то момент Жулань снимает руку Сычжуя с талии и сжимает в своей, вспотевшие ладони соприкасались и пальцы обвивались вокруг руки другого. Они целуются уже быстрее и увереннее, все еще неумело, из-за юношеской неопытности и без какой-либо синхронности, но это их не волнует. Пусть даже если их сейчас увидят, им же все равно, в этот момент их сердца бьются в унисон, а по залившимся алым румянцем лицам потекут теплые соленые капли счастья. Разорвав поцелуй, каждый из них дышит немного быстрее, а глаза устремлены лишь друг на друга. — Я… я люблю тебя Сычжуй. Хочу провести с тобой всю свою жизнь, — взволнованно бормочет Цзинь Лин и смотрит на любимого. — Тогда я отдам тебе все, что ты захочешь, чтобы мы могли бесконечно наслаждаться друг другом. Ты самое лучшее, что со мной случилось в жизни, хоть мы еще и молоды, я никогда не смогу тебя отпустить, — мягкая и теплая улыбка появляется на его губах, и, быстро приблизившись, Лань Сычжуй чмокает Цзинь Лина в кончик носа. - Я боюсь, - вдруг заявляет Жулань. - Чего ты боишься? – удивленно смотрит на него адепт ордена Гусу Лань. - Боюсь, что пройдет время, ты повзрослеешь, найдешь себе жену, заведешь семью. Ты же все-таки старше и возраст, когда ты захочешь завести семью настанет раньше чем у меня, - Цзинь Лин взглянул в глаза излюбленного и смог распознать лишь счастье. Сычжуй наклонился и поцеловал его в уголок глаза. - А-Лин, не волнуйся, я от тебя теперь никогда не денусь. В моем ордене принято, что если ты отдал свою ленту, ты не можешь не остаться с этим человеком навек. Я больше волнуюсь из-за тебя, ты молод и в будущем можешь решить, что я тебе уже не нужен, но знай, я всегда буду верен тебе. - Не смей так говорить, - насупился младший, - я никого больше не полюблю, не смогу променять, такого как ты на кого-то другого. - Сычжуй, Цзинь Лин, - послышался зовущий голос друга. - Пошли, нам нужно идти, - произнес Юань, подымая возлюбленного. - Эй, что вы там делаете? – вопросил Цзинъи. - Да я перецепился и потянул за собой Сычжуя, - смущенно произнес Жулань. - Какая же неуклюжая наша молодая госпожа. - Я… - Перестань, Цзинъи, - перебил Юань Цзинь Лина. - Ладно, ладно, Сычжуй защитник, даже поддразнить не дашь.

***

- Лань Чжань, а что А-Юань любит? Мужчина задумался, оба шли по лесу в невидимом облике. Ванцзи знал, что сегодня у молодых адептов была запланирована ночная охота, поэтому и привел своего Вэй Ина сюда. - Тебя. - Что? – не понял Вэй Усянь. - Он любит Вэй Ина. - Правда, что ли? – обрадовался Небожитель. - Мгм. Все эти годы он защищал твое имя перед другими адептами, поэтому и попадал в драки, - объяснил Бог Жизни. - Ничего себе, - удивился такому заявлению Старейшина. - Может он еще что-то любит, ну, кроме меня, - Бог Мертвых хотел залиться смехом, но пока держал его в себе, лишь хитро улыбаясь. - Игру на гуцине. - Ты научил его играть? - Да, - кивнул Ванцзи и после небольшой паузы продолжил, - когда он был меньше, всегда интересовался тем, что я делаю. - Лань Чжань, - протянул Вэй Ин и обнял того, - ты просто чудо, самый лучший отец в мире. - Мгм, - произнес Небожитель, его лицо оставалось невозмутимым, но уши налились краской. - Цзинь Лин, куда ты меня тащишь? – послышался обеспокоенный шепот. Спрятавшись в каких-то кустах, юноша в одеждах ордена Юньмэн Цзян, прижал другого к земле. - Ого. Лань Чжань, это же Цзинь Лин? А тот мальчишка А-Юань? - Мгм. Пошли, потом с ним поговоришь. - Нет, нет, нет, Лань Чжань, я хочу посмотреть, - осек он боготворимого и задорно улыбнуля. - Неправильно, - отрезал Ванцзи. - Ну я немного, пожалуйста. Небожитель лишь выдохнул и подошел ближе к наблюдающему. - Цзинь Лин, что ты творишь? А если нас кто-нибудь увидит? Мы же не одни на ночной охоте. - Сычжуй, не неси чепуху, - между бровей второго появилась складочка, - если ты не будешь шуметь, нас никто и не заметит. - Сычжуй его второе имя, - объяснил Лань Чжань. - «Вспоминать и тосковать», - произнес Вэй Ин, на что его собеседник кивнул, - из-за меня? - Да. - Перестань злиться, - Сычжуй стал с нежностью разглаживать складку, - я соскучился. - Я тоже, - Цзинь Лин залился краской, хотя до этого был тверд в своих действиях. Задумавшись, тот и не заметил как его перевернули и нависли над ним. - Ого, какой у тебя решительный сын, - удивился Старейшина. - Наш. - Что? - Наш сын, - ответил Ванцзи, - пошли. - Ну, Лань Чжань, давай еще немного посмотрим, - Усяня тащили, но он уже не упирался, так как был закинут на плечо возлюбленного. – Ну и ладно.

***

Перед входом в Облачные Глубины Небожитель отпустил второго на землю и они приняли видимый облик, только сам Вэй Ин принял свой Божественный вид. - Знаешь, Хангуань-Цзюнь, мне понравилось у тебя на плече, вот только руки затекли. - Не нужно было складывать их на груди, - отрешенно сказал Ванцзи, но в глазах, Старейшина видел всю нежности и ласку, которую давал ему этот мужчина. - Я разозлился, так как ты мне не дал досмотреть. - Не злись. - Если ты так просишь, - Небожитель скинул свою притворную маску недовольства, и на устах сразу же заиграла хитрая ухмылка. – Лань Чжань, ты знал? - Мгм. - Так А-Юань и Цзинь Лин пара? - Да. - А как и когда это произошло? - Нельзя обсуждать людей за их спиной. - Ну, Лань Чжань, на Небесах без твоих правил ты был поприятней. - Я больше не нравлюсь Вэй Ину? – вопросил Ванцзи, а в глазах читалось недоумение. - Хангуань-Цзюнь, - протянул Старейшина и прикоснулся рукой к щеке возлюбленного, - Ты такой милый. Лань Чжань мне будет нравиться, нет, я его буду любить, каким бы он не был. Ванцзи мягко улыбнулся, и они вошли в орден. Идя по Облачным Глубинам, им встречались адепты, которые высокопочтенно с ними здоровались. - Ванцзи, - позвал его строгий голос, к ним приближался Лань Цижень со старшим племянником, и у обоих на лицах было больше беспокойства, чем злости. - Дядя, брат, - поприветствовал их мужчина. - Ванцзи, где ты был два дня? – с каким-то укором спросил учитель. - Дядя, не злись. Смотри, с Ванцзи господин Вэй, приветствую вас, - Сичэнь мягко улыбнулся и кивнул. - Здравствуйте, Глава ордена Лань и старейшина Цижень. - Здравствуйте, - заметив Небожителя, дядя Нефритов тоже в знак уважения кивнул. - Господин Вэй, что-то случилось, раз вы одолжили у нас Ванцзи? – поинтересовался Хуань, на что Вэй Усянь лишь хитро улыбнулся. - Я не одолжил, а забрал, - произнес он, а на лицах родственников отпечатался шок, - ну, скорее не я, а Небеса. Ваш Хангуань-Цзюнь пару дней тому назад вознесся, как Бог Войны и Жизни. Все перевели взгляд с Небожителя на Лань Чжаня. - Мгм, - тот кивнул. - Ваш ребенок родился под звездой Инь и Янь, - начал свой рассказ Бог Мертвых, - это означает, что сам Верховный Небожитель выбрал его еще за много веков до рождения. Лань Ванцзи, было суждено вознестись, а самой важное, что возложил на него Верховный, это то, что он должен быть тесно объединен со смертным миром и содействовать ему во всем. Ему также позволительно, как и мне, контактировать с людьми в привычном облике, но самое главное, звезда, под которой он родился означает жизнь, поэтому он является не только Богом Войны, но и Богом Жизни. А, еще чуть не забыл, он ваш покровитель, - пересказал Усянь то, что расказывала Линьвэнь. - Лань Ванцзи, это правда? – поинтересовался брат. - Да, - ответил тот. - Ванцзи, как это произошло? - Во сне, - только и ответил мужчина. - Хорошо, - Сичэнь улыбнулся, - вы останетесь сегодня здесь? - Да, - ответил Вэй Ин. - Хорошо, тогда я прикажу приготовить для вас комнату, господин Вэй. - Не надо, - послышался голос бывшего адепта ордена Гусу Лань, и все перевели взгляд на него. - И правда, не надо, - задорно произнес Вэй Усянь и прильнул под руку к Лань Чжаню, - я буду спать с Ханьгуан-Цзюнем. - Да как вы смеете? – не выдержал Лань Цижень. - Дядя… - хотел осечь того глава ордена Гусу Лань, но его перебили: - Что я смею? – удивился Небожитель. - Как вы можете так неуважительно себя вести с моим племянником? – учитель распалялся гневом. - Лань Чжань, я что, тебя не уважаю? – тот, кому задавали вопрос, отрицательно покачал головой, продолжая держать на лице отстраненный вид, - хорошо, тогда старейшина Цижень, скажите вы мне, могут ли любовники спать в одной постели? - Л… любовники? – мужчина начал запинаться, удивительно глядя на парочку. - Мгм, - ответил новоиспеченный Небожитель. - Хорошо, тогда отдыхайте, господин Вэй, Ванцзи, - Лань Хуань поклонился им на прощание и начал успокаивать дядю. Двое зашли в Цзинши и Бог Мертвых поинтересовался: - Походу твоему дяде не очень нравятся обрезанные рукава. Интересно, он знает о твоем брате и моем Шиди? – Лань Чжань лишь отрицательно покачал головой. – Как интересно, у него же наверное сердце прихватит, если он узнает. - Вэй Ин, - позвал его Ванцзи, а после подошел и обнял. - Что случилось, Лань Чжань? - Люблю. - Правда? А я и не знал, что сам Хангуань-Цзюнь в меня влюблен, - из груди вырвался искренний хохот. Они еще какое-то время стояли, наслаждаясь друг другом, пока в дверь не постучались. Она открылась и в комнату вошел юноша. - Приветствую тебя, отец, и… - минутное молчание и паренек осознал, – Сянь-гэгэ?