Разбитые в кровь коленки

      Тот самый самородок оказался бедным студентиком Сорбонны, французского государственного магического университета, по имени Джордж Пол. Он оказался амбициозным учеником выпускного курса и поэтому весьма легко, а главное быстро согласился на сотрудничество. Мы начали активную переписку без посредничества Слизнорта.       Через пару дней мы сошлись на отличном дизайне, согласовали цену. Не слишком дорого для артефактных изделий, но моих сбережений было недостаточно. Я сразу обговорилась про большой заказ, но просила выполнить пару изделий и прислать мне в качестве примера. Такая авантюра в виде отсутствия предоплаты сработала только благодаря молчаливому участию Слизнорта в нашей сделке. Доверительное отношение профессора ко мне повлияло и на доверие Джорджа.       Прошло еще несколько дней, и мне пришли зачарованные аксессуары. Время поджимало. Я оттягивала популяризацию нового стиля, и поэтому постепенно теряла свою репутацию. Сейчас я вляпалась в крупные проблемы. Если вдруг что-то пойдет не так, и мои манипуляции общественным влиянием дадут трещину, я потеряю все. Я сама буду выглядеть посмешищем, не имея возможности купить новой одежды, ко мне возникнут претензии из-за долга перед Джорджем и отношения со Слизнортом могут потерпеть крах. Мой успех зависел во многом от удачи и от того, что изменить я уже не успевала.       Я нацепила одну простую, не зачарованную брошь на себя, и сначала рассказала о своей покупке школьным подругам. Потом появилась в несезонной одежде в облике Вальбурги Блэк перед не близкими ей людьми, проделала подобную операцию и с другими не чересчур популярными, но влиятельными девушками, и, все так же неловко, как и с Розье, вписавшись в компанию уже знакомых из клуба Слизней личностей, сказала о своем новомодном приобретении и дала контакты поставщика. Проделала эту операцию пару раз, и, иногда находясь на грани провала, уходила с быстро бьющимся сердцем с места «преступления».       Я одобрила заказ Джорджу, сказала делать большую партию и ждать потока клиентов. Они должны были обращаться к нему напрямую, а он отдавать мне 15% с продаж. Цену мы подняли для того, чтобы казаться люксовым брендом, придумали оригинальное и ужасно смешной название бренду: «Джорджия», но решили оставить его, ведь звучало круто.       Оставалось только ждать. Я прислала зачарованные броши самым влиятельным и прекрасным, по общему мнению, слизеринкам. Передала их через декана, чтобы они прошли проверку и подписала: «От тайного поклонника». Девушки, весьма романтичные особы, убедившись в безопасности изделия, надели их на себя и окончательно привели машину в движение. Все, увидев такой ажиотаж среди популярных в школе особ, ринулись покупать изделия у Джорджа, тем более, что такое поведение демонстрировало и их политические и идеологические мотивы: «Будь выше времени. Чистота лучше природы».       Никто, за исключением, наверное, разве что пары моих подруг, так и не вспомнил, что была какая-то первогодка Софи Делоне, которая раньше на полторы недели начала следовать новой моде. Да и мне нужно было не это. Я наконец-то получила деньги, полученные почти легальным путем. Да и не важен был способ, главное было то, что теперь я вполне смогу вести пусть и не самый роскошный образ жизни, но весьма неплохо поддерживать такой образ.       Да, я была довольна и теперь могла продолжить свое существование без лишних трудностей. Сделала заказ на мантии похожие по параметрам на уже у меня имевшиеся, но немного отличавшиеся по цвету или фактуре. Посредине учебного года я никак не могла обновить свой гардероб кардинально, а ходить в одном и том же было вредно для репутации, да и мне, хотя и ужасно не хотелось тратить деньги, до безумия хотелось не только подражать той самой богатой жизни, но и жить ею.       Близилось Рождество и каникулы. Меня приглашали погостить мои школьные подруги, но я решила пока не рисковать. Сказала, что у меня уже есть планы и загадочно улыбнулась, не отвечая на дальнейшие расспросы.       Планы у меня конечно же были, но не такие, как думали эти романтичные особы. Никакой поездки во Францию или к родителям в Китай, отдыха у родственников в поместье на берегу моря, как они предполагали. Я собиралась остановиться в маггловском Лондоне, закупиться вещами на Косой аллее и, возможно, в Лютном, встретиться с Джорджем и создать определенный вид деятельности, после которой я смогу придти к Тому, и предоставить ему данные о его родственников без лишних вопросов с его стороны. Короче говоря, никакого плана не было. И когда я оказалась на платформе 9¾, я немного встала в ступор. Маггловских денег у меня не было. А я через минуту оказалась в Лондоне в предвоенное время. Напряженная обстановка, хмурые лица, возросшая бедность — после волшебного мира все казалось еще ужасней, чем оно было. А падать уже было некуда.             Я с горем пополам добралась до нужной улице и остановилась в захудалом отеле на соседней улице. Хозяин явно был рад хоть какому-то притоку денег, и с огромным удовольствием проводил меня в полупустую комнату с кроватью, столом, стулом и дверью.       — Вы уж простите, что тут не очень опрятно. Вы знаете, время сейчас тяжелое, но вы чувствуйте себя как дома.       Он похлопотал немного, подправил кровать, задвинул стул и, увидев мою вымученную улыбку, поспешил оставить меня в одиночестве. Я в тот же момент вернула свою внешность, как Салли Боттон. Вздохнула. Да, поддерживать внешность Софи было тяжело, мало того, я сама начала становиться ею, Софи Делоне, чистокровной волшебницей с беззаботным детством. Но притворяться совершенно взрослым человеком, каким я предстала перед хозяином, отеля было еще сложнее. Руки были чересчур длинными, ноги с непривычки делали странные вещи, да и такие изменения во внешности после изнурительной дороги давались невероятно тяжело. Все-таки гением магии я не была, и даже единственное у меня умение-преимущество давалось мне с трудом.       Я закрыла дверь и прямо так, в одежде, грязной после дороги, плюхнулась на эту странную, не слишком белую и абсолютно твердую кровать. В конце концов я была Салли Боттон, обычной маглорожденной девочкой, впервые вернувшейся в обычный мир после такого магического, невероятного и обалденного.