Contraindicated

— Здравствуй, Габриэль, — тихо сказал Натаниэль, прижимаясь к стене. — Натаниэль! — воскликнул мужчина на обратном конце провода. — Что произошло? Тебе нужна помощь? — Частично. Сможешь приехать ко мне в Южную Каролину? Тут Эндрю решили снять с лекарств, после изнасилования. Вообще, его планировали отправить к Прусту, но я вроде как отговорил. С оплатой проблем не будет, ну, ты знаешь… — Это довольно серьёзная просьба… Ты же знаешь, что у меня много сеансов. А это затянется недель на семь-восемь, а может и больше. Нат, у меня есть время на подумать? — Не особо много. Час-два — максимум, который я могу тебе предложить. Извини, что так врываюсь, просто это очень важно. — Ничего. Я решу и перезвоню тебе, хорошо? — размеренный голос немного успокоил Натаниэля, но крики за дверью очень мешали. Вот Ники кричит Эндрю, который даже разговаривать с ним не хочет. А вот уже Эндрю предъявляет Ваймаку, что у него работа на полную ставку… Что?! — Буду ждать. Тихий стук через пару минут вырвал Натаниэля из раздумий. После разрешения войти, Моро присел к нему, перед этим закрыв дверь на замок. Натаниэль медленно повернулся на него с абсолютно отстранённым выражением лица и пустотой в глазах. После недо-убийства Дрейка эмоции практически пропали, так что перед Лисами их пришлось выдавливать. Нормальный человек ведь должен чувствовать радость, да? Жаль, что ещё с самого детства Натаниэлю вдалбливали, что эмоции это слишком низко. Ты плачешь? Отвратительно, мужчины не плачут. Ты рад? Ничего, сейчас исправим. Ты грустишь? Уходи, не порть настроение. Тебе больно? Да. Это просто прекрасно. Им нравилось причинять боль. Чёртовы психопаты. Натаниэлю же удовольствия это не доставляло. Ему было больно расчленять животных, было больно видеть, как страдают люди. Ему было больно там жить. Хотя больно было и в Гнезде. Больно было, когда Рико накачивал его наркотой. Больно было, когда его насиловали. Больно было, когда Кевин раненый приходил к нему, потому что сам не мог обработать порезы. Больно было рассказывать Стюарту, что с ним происходило в отчем доме. Больно было смотреть Ичиро в глаза, игнорируя их схожесть с Рико. Больно было, когда Стюарт признался, что они с Мориямой встречаются. Больно было каждый день ходить к психологу. Больно было начать доверять людям. Больно было, когда Элиот признался в любви, а он согласился встречаться, ведь захотел поэкспериментировать. Больно было, когда Гарнер в первый раз на него замахнулся. Больно было, когда Элиот захотел воспользоваться его телом. Больно было ковылять до дома, где Стюарт увидел его разбитое состояние. Больно было видеть сожаление в глазах дяди. Больно было видеть печаль в глазах Жана, когда он отказал ему в дружбе. Больно было видеть, как Моро кидал на него раздосадованные взгляды на банкетах. Больно было, когда Жан увидел, как он пытался оттолкнуть от себя Элиота в попытках не поддаться панической атаке. Больно было осознавать, что его кто-то пытался защитить ценой собственного здоровья. Больно было, когда он учился заново дышать с Моро, пока тот не то что не кричал, но даже не трогал его. Больно было осознавать, что Моро не кинул его одного, а довёл до дома под ручку. Больно было осознавать, как Аарону плохо и не иметь возможности помочь. Больно было, когда Миньярд рассказывал, что его брат-близнец отверг его. Больно было слышать, как Аарон ревёт в трубку из-за того, что Тильда умерла. Больно выходить на сцену, осознавая, что все эти люди любят лишь образ. Больно читать негативные комментарии. Больно выкладывать новый альбом, понимая, что некоторые песни там реально дерьмовые. Больно было осознавать, что через пару лет о них многие забудут. Вся его жизнь была полна боли, которую Натаниэль так привык скрывать, что сейчас просто не мог рассказать даже Габриэлю, что почти убил человека. Боль была, есть и будет всегда. Только теперь Натаниэль выдавал себя за шута, скрывая всё, что сидит у него внутри. Жан смотрел жалостливо, из-за чего у Натаниэля подкатила тошнота к горлу. Он еле поднял руку, отворачивая лицо Моро, дабы тот не мог прожигать его своими чертовски серыми, как грозовые тучи, глазами. А грозу Натаниэль любил. — Ты как? — Больно, — тихо кинул Натаниэль, сразу же жалея, что вообще открыл рот. — Он тебя ранил? — тихо воскликнул Жан. — Нет. Мне больно из-за того, что я не осознал, что почти убил Дрейка. Если бы не ты, я бы убил его, — Натаниэль повернулся к французу, чувствуя, как слёзы текут по его лицу. — Мне больно из-за того, что я становлюсь таким же, как Натан. Я уверен, что я улыбался, пока хуячил Дрейка. И мне больно из-за того, что я перенял всё от отца. Я стал отцом. — Ниэль… — Жан, скажи мне правду, я улыбался? — истерика уже начала подкатывать к его горлу, а руки слегка затряслись. — Ниэль, ты — не твой отец, — Жан протянул к нему свои руки, и Натаниэль слегка наклонился к нему, как бы давая позволение. — Значит, улыбался… — практически беззвучно сказал Натаниэль. — Конечно. Конечно, я улыбался. — Дорогой, ты никогда не станешь своим отцом, — сказал Моро, крепко обнимая парня, что обвился вокруг него, словно коала. — Вы похожи внешне, но ты другой. Ты не должен бояться, что когда-либо станешь им. Понимаешь? — Конечно, — смахнув слёзы, Натаниэль улыбнулся, но, видимо, это получилось слишком наигранно, ведь Жан его не отпустил. — Ниэль, не принимай меня за идиота, я же вижу, что ты слишком быстро перешёл на позитив. Если бы ты подождал минут пять, то, может быть, я бы и поверил, но серьёзно? Пара секунд?! Натаниэль усмехнулся, хотя чувствовал разочарование, что показал никому ненужные эмоции. Да, Габриэль долго пытался вбить ему в голову, что чувства это не лишняя часть человеческой жизни, но у него, что логично, не получилось. — Тебе ли не знать, что я переменчивый человек! — задорно воскликнул Хэтфорд, отодвигая все плохие мысли. — Ниэль… — сказал Жан, беря лицо своего парня в руки и немного сжимая щёки. — Я понимаю, что ты мне не доверяешь. Но, пожалуйста, не скрывай свои чувства. Я могу уйти и закрыть дверь, могу увезти тебя отсюда, главное — не ври сам себе. Хэтфорд опустил взгляд в пол, ведь просто не мог смотреть в глаза Моро. — Я доверяю тебе, Жан, просто не вижу смысла показывать отрицательные эмоции. Разве тебе хочется видеть, как я страдаю? — Нат, ты делаешь мою жизнь намного счастливее и лучше, так почему я не могу помочь тебе? Я только рад поддержать тебя в трудный момент. Можешь поплакать у меня на плече. И если тебе плохо, то ты можешь высказаться мне, можешь высказаться Габриэлю или Аарону, хотя ему сейчас тоже дерьмово, — отошёл от темы Жан. — С Добсон он отказывается общаться, но, знаешь, я его понимаю. — Ну она реально какая-то конченая, — тихо сказал Натаниэль, улыбнувшись. Гнобить людей он привык с наглой ухмылочкой, поэтому сейчас не смог устоять. — И я опять отошёл от темы, — вздохнул Моро. — Слушай, ты понял главную мысль? Ты не один, и мы всегда готовы тебя поддержать. Натаниэль кивнул и прижался к груди Моро, чувствуя чужое сердцебиение. Провести вечность так было бы неплохо, но, только он успел подумать об этом, телефон зазвонил. — Чёрт, — тихо кинул Хэтфорд, подбирая мобильное устройство. — Да, Габриэль. — Вновь приветствую тебя. Я организовал некоторые моменты и теперь с уверенностью могу сказать, что скоро прилечу к тебе и твоему Эндрю. Но знаешь, я заставлю тебя ходить ко мне на сеансы очно, понял? — Конечно, я организую тебе личный самолёт, когда тебе будет удобнее? — Сейчас вещи соберу и могу выезжать. — Отлично, до скорой встречи. Не дождавшись ответа, Натаниэль скинул вызов, откидывая устройство на кровать и залезая на Моро. — Надо убедить Эндрю, что он может ехать в больницу, а то он материл Ваймака, что Кевин — работа на полную ставку и с ним просто так не справиться. — Так вот что он имел в виду… — протянул Натаниэль, наконец понимая смысл слов Миньярда.

***

Следующее утро встретило Натаниэля ярким солнцем в лицо и Жаном, что уместился у него на груди, не желая отпустить ни на секунду. Лениво разбудив и скинув с себя Моро, рыжий посмотрел на часы и застонал. Ему уже надо было выезжать в аэропорт. Ополоснув лицо и закинув жвачку в рот, Натаниэль вышел из комнаты. Некоторые уже не спали, но, проигнорировав их вопросы насчёт самочувствия и завтрака, Натаниэль покинул квартиру. Холодный воздух неприятно ударил в лицо, Хэтфорд поморщился. Его машина уже стояла на стоянке, и на том спасибо. Когда он преодолел большую часть расстояния, ему на телефон пришло сообщение о том, что самолёт приземлился без происшествий и через десять минут Габриэля можно будет уже забирать.

***

— Натаниэль! — воскликнул чей-то радостный голос. — Здравствуй, как ты долетел? — перехватывая чемодан у психолога, спросил Хэтфорд, приторно улыбаясь. Сейчас утро, от него просто противозаконно ждать активных эмоций! — Всё в порядке, полон сил и энергии. А ты всё так же не научился мне врать. Перестань лыбиться, выглядит слишком притворно. — Ну, я пытался, — кинул Натаниэль, толкая дверь плечом. Мужчина ничего не говорил до того момента, как они сели в машину. — Я разговаривал с Кевином по этому поводу, потому примерную историю знаю, но мне интересно узнать с твоей стороны. — Ну, были мы у Хэммиков, Жан сказал, что у него плохое предчувствие. Эндрю и Лютер вышли поговорить, когда второй вернулся, кто-то спросил, где Миньярд. Я узнал, что он с Дрейком. Побежал на второй этаж, Аарон за мной. Выбил дверь, там Спир уже готов снять с Эндрю одежду, ну я и отомстил за всех. Он почти умер, но меня оттащил Жан. Половина событий пропала у меня из памяти, типа, как я спрашивал у Эндрю, в порядке ли он. Ну и так далее. — У тебя частые провалы в памяти? — Первый раз за последние пару лет. — Как думаешь, из-за чего это? — А то ты не знаешь. Мой мозг всегда отключается, когда я хуячу людей. Привычка из детства. — Тебя это сильно беспокоит? В последний раз, когда ты пропустил момент драки, у тебя была истерика. — Ну, я немного пожаловался Жану, так что нормально. — Так значит, ты доверился Жану! Это очень хорошо. Что по эмоциям? — Ничего, притворно улыбаюсь и ладно. — Давай обсудим это, когда ты снизишь скорость, — схватив Натаниэля за руку, сказал Габриэль. Переведя взгляд на спидометр, Натаниэль округлил глаза. Он опять погрузился в свои мысли и не заметил, что подверг опасности не только себя, но и мужчину. Блять. — Извини. — Ничего, просто теперь в машине на такие темы мы говорить с тобой не будем. Как там экси?

***

Когда они с Габриэлем зашли в дом, никто уже не спал. Кевин лениво подошёл, дабы поздороваться с психологом, Эндрю кинул на него незаинтересованный взгляд, но улыбнулся своим фирменным оскалом. Габриэль не обратил на него никакого внимания, ведь привык к такому проявлению эмоций уже давно. Познакомившись со всеми, включая мужичка, имени которого Натаниэль хоть убейте не помнил — Уоррен, Уолтон, Вайлд. Пока он перебирал варианты, психолог отошёл с Бетси и УУВ (так он назвал мужичка) в соседнюю комнату, дабы обсудить некоторые моменты по лечению. — Пустая трата времени, — кинул Эндрю, продвигая взглядом закрытую дверь. — Я не поеду. — Не тебе это решать, — повторил в сотый раз Ваймак. — Всё решено. Даже Бражник с Алиэкспресса прилетел ради тебя, — кинул Моро, заваривая кофе. — Прояви уважение. — Нахуй пошёл. — Wenn Sie so besorgt um die Sicherheit Ihrer Familie sind, kann ich Ihnen einen Dealvorschlagen. Sie bekommen eine Behandlung, die Gabriel nicht zu sehr durcheinander bringt, und ich werde Kevin, Aaron und Nicky beschützen. — Und warum sollte ich Ihnen vertrauen? —Nun, Day ist meine Verteidigung, also wird es hier keine Probleme geben. Bei Aaron ist es dasselbe, und Nicky ist kein großes Problem. Ich habe also den größten Teil deiner Familie beschützt. Einige von ihnen selbstlos, aber ich habe Kevin schon vor langer Zeit ein Versprechen gegeben. Натаниэль долго смотрел на Эндрю, ожидая его решения. В конце концов, Миньярд кивнул и повернулся в Ваймаку. — So soll es sein. Aber wenn ihnen etwas zustößt, werden Sie mit Ihrem Kopf bezahlen. — Also gut. — кинул Натаниэль, без особых манер вламываясь в комнату, где сидели взрослые. Все взгляды устремились на него, когда дверь с грохотом захлопнулась. — Он согласен. — Я же говорил, что Нат договорится, — снисходительно сказал Габриэль, улыбаясь во все зубы. — Действительно… — задумчиво произнёс УУВ. — Ну раз так, то всё решено. Осталось подписать некоторые бумаги.

***

С отъезда Эндрю прошло чуть больше месяца, а защита Натаниэля ещё ни разу не понадобилась, чему он был бесконечно рад. Каждую неделю ему приходилось ездить в больницу, где лежал Эндрю, дабы пообщаться с психологом, ну заодно и подбодрить уже более здравомыслящего Миньярда, который, впрочем, не особо понимал, кто перед ним, ведь мучился от ломки. В этом году рождественский банкет для команд экси юго-восточного округа проходил в университете Брекенриджа. В пути предстояло провести целых семь часов. Осенний сезон закончился две недели назад, и теперь, когда сессия тоже осталась позади, все мысли вращались вокруг нового альбома, который они должны были выпустить первого января в ноль-ноль. Все песни уже были записаны и отправились на коррекцию. Натаниэль не особо волновался, ведь Жан уже месяц доказывал ему, что они получились просто идеальными, но мысль об одной не давала ему покоя. В неё он вложил всю душу, все переживания и свою историю. Стадион украсили к Рождеству. На всех стенах были развешаны алые звезды, в углу стояла высокая ель. Искусственная, но ель. Тяжелые маты под ней защищали покрытие от царапин, тут же горкой были сложены небольшие презенты. Интересно, тоже фальшивые или настоящие, подаренные Шакалами друг другу и временно использованные в качестве декора? Лисам отвели места напротив Шершней из университета Уилкса-Майерса. Натаниэль сел между Жаном и Кевином. Рыжий допускал, что бывшие соперники поведут себя враждебно, ведь в том матче победу завоевали Лисы, но, поскольку сезон для Шершней уже закончился, держались они шумно и непринужденно. Когда все наконец были в сборе, Тэцудзи Морияма постучал пальцем по беспроводному микрофону, чтобы привлечь всеобщее внимание. Бодрая рождественская музыка стихла, и Морияма окинул публику бесстрастным взглядом. — Итоговый рейтинг команд подсчитан, — без каких-либо предисловий объявил он. — По результатам квалификационного отбора на весеннем чемпионате юго-восточный округ будут представлять четыре команды. Перечисляю их по местам в турнирной таблице, от первого до четвертого. Итак, это сборные университетов Эдгара Аллана, Пальметто, Брекенриджа и Бельмонта. Натаниэль нисколько не удивился, ведь весь сезон они пахали как проклятые, особенно после отъезда Эндрю. Так, Рене была отличным вратарём, но долго на воротах выстоять не могла, и Натаниэлю приходилось иногда её заменять. Спасибо старикашке, что заставлял его играть на всех позициях, когда он был в Воронах. Официанты подали обильное угощение, и команды принялись за еду. Беседа за столом сделалась оживленной и шумной. Кевин вступал в разговор, когда речь заходила об экси, выходил из него, едва менялась тема и украдкой поглядывал в сторону Воронов. Натаниэль пару раз давал ему подзатыльники, как и рекомендовал Габриэль. Нет, вообще он сформулировал задачу немного по другому: — Надо оградить Кевина от Воронов настолько, насколько у тебя есть возможность. Если он будет долго на них зацикливаться, то переводи фокус внимания. Но, богом прошу, не бей его! Ну, в бога он не верит, да и подзатыльник практически то же самое, что и дружественное объятие. Да? После пары конкурсов официанты убрали практически все столы и вынесли напитки. На смену рождественским композициям пришла ритмичная музыка, и поле превратилось в танцплощадку. Для большинства гостей сезон завершился, и они определенно собирались напоследок повеселиться как следует. Ну, набухаться, короче говоря. Кевин в этот раз предпочёл стоять возле стены, разговаривая с Аароном. Натаниэль маячил в его поле зрения, поэтому Дэй смог расслабиться, понимая, что Рико добраться до него не сможет. Сеансы с психологом позволили проработать многие травмы, и Кевин сейчас почти не боялся Мориям. Но волнение всё равно охватывало каждую клеточку его тела. Почему так, Дэй не понимал. Возможно, опора в виде Эндрю его успокаивала? Рико отыскал их через полчаса, хотя сюрпризом его появление не стало. Кевин, поднеся к губам стаканчик с пуншем, так и замер. Натаниэль прошмыгнул мимо толпы, становясь рядом с Дэем. Гримаса Рико напоминала выражение лица малолетнего психопата, обнаружившего беззащитное животное, которое можно помучить. — Ой бля, Рико, иди нахуй, — кинул Натаниэль, не обращая внимание на устремлённые на них взгляды. — Советую тебе бояться, ведь кто знает, что ещё может произойти с вашей командой. Передоз у Сета лишь малая часть неудач, которые я могу обеспечить. Натаниэль вскинул ладонь и продемонстрировал Рико неподвижные пальцы. — Дрожу от страха. — А стоило бы, — сказал Рико. — Думаешь, ты можешь бросить мне вызов, потому что я не твой отец, но забываешь одну важную вещь: я из того клана, которого твой отец боялся. Да, Натаниэль, еще как боялся. — Только не тебя, — со злостью прошипел он. — Ты ведь не часть семьи, забыл? Ты — изгой, — Хэтфорд видел как перекосило лицо Мориямы. — Что, задел за живое? Рико быстрее молнии метнулся к нему, выбил из пальцев стаканчик, стиснул запястье, словно клещами, и скрутил ему руку. Боль обожгла до самого плеча. Почти незаметно для других Натаниэль приставил к горлу Мориямы нож, слегка надавив на кожу, отчего маленькая капелька крови покатилась вниз. Рико отпустил его руку, понимая, что Натаниэль — бесстрашная скотина, готовая перерезать ему горло даже тут. Когда Хэтфорд спрятал нож, то краем глаза увидел, как Сет бьёт кого-то по лицу. Рико тоже повернулся на Гордона, что отряхивал руку, непрерывно смотря на Клэена, у которого были явные проблемы с носом. — Блять, — прошипел Август, стараясь убрать струйку крови, текущую по его лицу. Натаниэль удивлённо разинул рот, вспоминая, как месяц потратил, чтобы научить Сета нормально бить и замечать малейшие движения в свой адрес. Конечно, Гордон был ужасным учеником, но Хэтфорд с горем пополам научил того базовым приёмам. Но не это стало главным удивлением вечера, а фраза Гордона. — Слышь, некрофил, не смей даже пальцем трогать нашего Дэя, а то в следующий раз, получишь больше, чем сейчас, понял?! Натаниэль по-птичьи наклонил голову, повторяя излюбленное движение Марго. Он понимал, что Сет сейчас блефует, ведь это его максимум, но Августу видимо совсем мозги отшибло, раз он отошёл от Дэя и Гордона. Как говорится, кто лучше запугал противника, тот и выиграл? — Оставь моих ребят, Морияма. — Да, я Морияма, — согласился Рико, — и Рождество ты проведешь у меня на корте. На каникулы ты едешь в «Эвермор». Нет, — не дал он возразить Натаниэлю, — не провоцируй меня снова. Я — единственная причина, по которой ты еще жив. — А вот и нет, — спокойно ответил Хэтфорд. Рико целую вечность сверлил его взглядом. Рыжий смотрел на него снисходительным взглядом, ведь понимал, что империя Мориям за его спиной, ведь он сын Ичиро Мориямы, главы клана, а Рико всего лишь побочная ветвь. Его не убили, ведь думали, что он сможет принести хороший доход, но эта грань очень шаткая. Один проигрыш и всё. Выстрел в голову решит все проблемы. — Ты об этом вашем вратаре? — Хэтфорд хмыкнул, да, да, именно коротышка с ножами сможет его защитить. — Ну, ты понял, кого я имею в виду. Мелкий такой, с гадкими привычками. Он еще возомнил, будто может присваивать мои вещи. Кстати, давненько я его не видел. Рико оглянулся, словно ждал, что Эндрю вот-вот материализуется из воздуха. Морияма опять посмотрел на Натаниэля и наставил на него указательный палец, словно что-то припомнил. — А, ну да, я слышал, его упрятали в больничку. Вроде как сводный братец оттрахал его до потери пульса. Какое безобразие. Какая душевная травма. Но самое интересное впереди. — Рико, ухмыльнувшись, продолжил. — Вдобавок я подкупил одного из докторов. Этого ты тоже не знал? Если не хочешь, чтобы лечение в клинике превратилось в реконструкцию прошлых событий, то завтра сядешь на рейс до Западной Виргинии. Все понял? — Ну теперь скажу я, хорошо? Во-первых, ты конченый. Единственное, что получил Дрейк, это двадцать пять ножевых, вспоротое брюхо и могилу, где мои люди закопали его заживо. При смерти, но заживо, — Морияма нахмурился, видимо, об этом ему не передали. — Ах, ты не знаешь?! Дрэйк сдох. Сдох от моих рук. А ещё, перед тем как врать, лучше проверь информацию. За Эндрю двадцать четыре часа в сутки присматривают мои люди, лежит он в больнице, принадлежащей моему знакомому, и я каждую неделю вижусь с ним. Ты идиот, Морияма. Слова у Натаниэля закончились, поэтому добавил он кулаком. Места для замаха было маловато, но ему хватило, и он вмазал Рико прямо по губам, с которых слетали дурные слова. Брюнет отшатнулся, сделав шаг назад, места стало чуть больше, и Хэтфорд ударил вновь,теперь в глаз. Морияма хотел было на него налететь, но Натаниэль легко отклонился, перенаправляя его тело в столик с напитками. Одна чаша с пуншем упала, выливая на Рико содержимое. — Ой, не рассчитал… — притворно прикрыв рот рукой, Натаниэль продолжал улыбаться, ведь понимал, что это всё равно сольют в сеть, так почему же не поиграть на камеру. — Рико, ты в порядке? — он протянул разгневанному Морияме руку, но как только тот попытался сбить его с ног, отошёл пожимая плечами. — Видимо сам справится. Появившийся из ниоткуда Ваймак оттащил Натаниэля, как пушинку. Между ними собралась толпа тренеров, и возбужденный гул голосов почти сразу оборвался. — Что, черт побери, здесь происходит? — потребовал ответа тренер брекенриджцев. — Это рождественский банкет! Если кто забыл, Рождество — светлый праздник, когда люди веселятся и желают друг другу добра. Объясните немедленно, в чем дело! — Я просто показал Рико, что стоит сначала думать, перед тем как открывать рот. Компромат именно так и собирается, знаете ли. — О чём ты говоришь? — не понял Тетсудзи. — Пройдёмте, я вам всё покажу. Натаниэль резко развернулся, шагая в сторону выхода, краем глаза видя, как Мориямы и Ваймак идут за ним по пятам. Когда дверь в самую дальнюю комнату оказалась закрыта, Натаниэль потянулся в карман, откуда достал диктофон. Включив звук на максимум, он устремил взгляд на Рико. “Ты об этом вашем вратаре? Ну, ты понял, кого я имею в виду. Мелкий такой, с гадкими привычками. Он еще возомнил, будто может присваивать мои вещи. Кстати, давненько я его не видел. А, ну да, я слышал, его упрятали в больничку. Вроде как сводный братец оттрахал его до потери пульса. Какое безобразие. Какая душевная травма. Но самое интересное впереди. Вдобавок я подкупил одного из докторов. Этого ты тоже не знал? Если не хочешь, чтобы лечение в клинике превратилось в реконструкцию прошлых событий, то завтра сядешь на рейс до Западной Виргинии. Все понял?”. Запись закончилась. Натаниэль же не настолько конченый, чтобы записывать компромат и на себя, поэтому отключил там, где нужно было ему. — Советую играть по правилам, ведь эта запись может пойти на стол к Ичиро Морияме и запиской, где говорится, что от вас слишком много шума. А если и Ичиро не отреагирует, то Кэти Фердинанд будет рада такой сенсации. Все всё поняли? Вот и отлично, — Хэтфорд, потянув тренера за край рубашки, покинул комнату, оставляя Мориям одних обдумывать произошедшее.

***

— Ты специально затеял эту драку, чтобы Рико всё рассказал? — спросила Дэн по дороге назад. — Нет, Рико — мудак, которому я уже давно хотел врезать, а запись, это просто плюс в мою копилку. Не переживайте, даже без неё Ичиро меня послушает. — С чего ты так решил? — кинул Кевин. — Предчувствие, — он повернулся на Жана и Аарона, подмигивая им.