Contraindicated

— Позвони Стюарту, а то он, бедный, переживает. А нам ещё Натана убивать, — гладя рыжего по мокрым волосам, напомнил японец. — Да блять…

***

Путь от Бингемтона до Балтимора оказался не таким долгим, каким мог его представить Натаниэль. Всё же ехать в тёплой и знакомой машине недалеко от Ичиро было приятнее, чем с той же командой в автобусе, хотя и рядом с Жаном. — Ты написал? — отвлекаясь от бумаг, спросил Ичиро. — Да, они попросили быть осторожнее, — усмехнувшись, рыжий откинулся на сидение, стараясь размять ноющее после игры плечо. — Конечно. Балтимор никогда не был безопасным городом, вся Америка знала это. Туристы нередко пропускали его на своём пути, чтобы не дай бог не нарваться на неприятности. А коренные жители прекрасно знали районы, куда лучше не соваться, а где вряд ли произойдёт нечто криминальное. Как печально, что дом Натана никак не вписывался во вторую категорию, хоть и находился в районе Виндзор-Хиллз. Один из самых безопасных, говорит интернет. Как бы не так. В подвале милого кирпичного дома на Дувалл-авеню практически каждый день происходит резня неугодных для Мориям или Мясника людей. Как окружающие могли ещё этого не заметить, Натаниэль искренне не понимал. Да, дом стоит немного обособленно, но это же не значит, что приходящие туда люди должны без вести пропадать. «Люди слепы» — сказал ему в детстве Натан, и спустя года Натаниэль понял, что тот был чертовски прав. — Скоро нас позовут, только усмирят его, — кинул Ичиро, поправляя пиджак. — Его ведь после этого убьют, да? — рассматривая проходящих мимо журналистов, жаждущих узнать ещё немного о деле Мясника, спросил Хэтфорд. — Не стоит переживать насчёт этого. О, Натаниэль совсем не переживал, он от страха ссался, что может увидеть отца ещё хоть раз в жизни. Но не скажет же он так, ну серьёзно! — Не переживаю, просто интересуюсь, — безбожно соврал Натаниэль. «ボス、安全だから入っていいよ» — хрипло оповестила рация, отчего парень подскочил на месте. Нервы были на пределе. Чтобы переодеться в деловую одежду, которую приветствовали Мориямы, Натаниэлю пришлось зайти в какую-то комнатку. Маленькая, тускло освещённая, она выглядела максимально непривлекательно, а небольшая кроватка в углу только своим присутствием выбила из Натаниэля весь дух. Это была его детская-чёртова-комната. — Хэтфорд, если ты не хочешь, можешь не переодеваться, просто покончим с этим побыстрее, — донёсся тихий голос из-за двери. — Я в порядке. Быстро скинув спортивную одежду, он старался не зацикливаться на старых воспоминаниях. Жаль, что лежавший под кроватью снимок привлёк его внимание, когда он надевал ботинки. На нём Нат обнаружил улыбающуюся мать, державшую маленького мальчика, что прижался к ней, обнимая. Фото было сделано в каком-то парке, вряд-ли Натаном, Мэри никогда не была по-настоящему счастлива с ним. Бережно, со всей любовью, он приложил фото к груди, вспоминая свою мать. Свою маму. Маму, которая любила его больше жизни, хоть редко показывала это. Маму, которая готова была на всё, лишь бы её сын жил. Маму, которая лишь раз сказала, что хотела бы стать певицей. Она хотела, а Натаниэль стал. Сжав подаренный на своё семилетие кулон с непонятной субстанцией внутри, Натаниэль тяжело выдохнул. Вся её жизнь была ради него, а вся его жизнь будет ради неё. Уже уверенно он вышел из комнаты, готовый вершить правосудие. Спускаясь в подвал, Натаниэль всё чётче слышал знакомый голос отца, из-за которого раньше его бросало в холодный пот, но сейчас он был абсолютно спокоен. За два года, проведенные за решеткой, отец ничуть не изменился. Разве что сбросил килограмм-другой, а в остальном выглядел точь-в-точь как прежде. В доме Натана Веснински все кричало о безвкусной роскоши, однако сам он одевался весьма просто. Он сидел на полу в темно-серых джинсах и черной рубашке, застегнутой на все пуговицы и с закатанными до локтя рукавами. — Конечно не ожидал, что для нашей встречи ты прилично оденешься, но надежды всё же были. Здравствуй, отец. — Младший, давно не виделись, — оскалившись, Натан поднял голову вверх, смотря сыну прямо в глаза. — Да, и ещё не скоро встретимся. До встречи в аду, ублюдок, — перехватив у подручного пистолет, Натаниэль нацелил его на мужчину. — Надеюсь, там есть сердце. Натан дернулся — две пули пробили его грудь. Натаниэль расширенными от удовлетворения глазами смотрел, как из отцовского рта потекла кровь — сперва брызнула струйкой, затем хлынула вниз, заливая рубашку и джинсы. Натан начал заваливаться назад. Его труп с влажным стуком упал на пол. — Я напишу это у него на надгробии, — положив руку на плечо Натаниэлю, сказал Ичиро.

***

Разговор с Лисами был не лёгким, но Натаниэлю всё же не слишком хотелось распространяться о своей семье, поэтому, кратко пересказав произошедшие события со своей точки зрения, он наконец избавился от очередной тайны, что хранил слишком долго. Половина команды это уже знала, поэтому восприняла нормально, остальные же не были столь спокойны, но быстро усмирили пыл.

***

Матч с Воронами проходил в Эверморе, что не могло не подкосить бедного Кевина, которому даже в алкоголе не давали забыться. За час до начала матча все парковки в кампусе университета Эдгара Аллана были забиты под завязку. Вокруг стадиона кишели толпы одетых в черное фанатов. Короткими очередями трещали вспышки фотокамеры; появление крепких парней в костюмах означало, что прибыла очередная знаменитость. Повсюду кишели полицейские, для репортерских минивэнов отгородили отдельное место. Натаниэль знал, что его отцы уже час назад прибыли и находились в восточной башне. Четверо охранников проводили «Лисов» от автобуса до стадиона, причем вдоль дороги на этом коротком отрезке стояли еще шестеро. Возможно, такое количество охраны и не требовалось, однако администрация университета не хотела рисковать. Раздевалка оказалось достаточно большой, чтобы вместить в себя команду на человек двадцать-тридцать, но Лисов было в два раза меньше, что не могло не нервировать. — Университет Эдгара Аллана приветствует своих сегодняшних соперников, — объявил начальник охраны, когда Лисы расположились на скамейках. — Все билеты проданы, как на трибуны, так и в ложи. Представители властей штата и администрация университета расположились в Северной башне, руководство национальной сборной — в Южной, члены КРЭ — в Западной. На игре присутствуют двенадцать наблюдателей от Большой лиги и шестеро — от профессиональных команд. Вам запрещается приближаться к кому-либо из них, если только вас не проводит в ложу сотрудник службы безопасности. — Охранник сделал паузу, затем продолжил, — В ближайшие тридцать минут вы можете свободно перемещаться по внутренней зоне. После прибытия «Воронов» вам предписано находиться на своей половине стадиона. Вопросы есть? Ники поднял руку: — Да. А кто сидит в Восточной башне? — Восточную башню занимают гости семьи Морияма и их деловые партнеры. Сегодня там Господин Ичиро Морияма и Лорд Стюарт Хэтфорд. — Разве это не конфиденциальная информация? — спросил Жан, недовольно оглядываясь на своего парня, что будто не обратил внимание на эту вопиющую ситуацию. — Господин Морияма приказал не скрывать эту информацию от своего сына и его, цитирую, нелепой команды. Натаниэль кивнул мужчине, и тот скрылся за дверью. Оставив экипировку в раздевалке, они вышли во внутреннюю зону. Снаружи могло показаться, что поддержать команду Пальметто никто не приехал, однако там-сям черный фон трибун разбивали кучки студентов и просто фанатов, одетых во все оттенки оранжевого. Всякий раз, увидев дружелюбное лицо, Лисы оживленно махали, а поклонники приветствовали их нестройными возгласами и энергично вскидывали в воздух кулаки. — Какая нелепица, — кинул Хэтфорд, глядя, как Лисы подбегают к семьям, что уже сидели на трибунах. — Ты завидуешь, потому что твоя семья… — начал Жан, но его быстро поправили: — Наша семья. — Наша семья, — исправился Моро, — не пришла обнять тебя и прошептать парочку пожеланий на ушко. — Ой, иди ты, — Натаниэль, не дожидаясь разрешения тренера, пошёл обратно. Ваймак позволил подопечным немного пообщаться с родными и друзьями, а потом загнал всех в раздевалку. Лисы, чье настроение заметно улучшилось, не мешкая переоделись, вышли на пробежку и нарезали круги по внутренней зоне, пока не появились Вороны. Если на трибунах и до этого стоял шум, то от рева, которым фанаты встретили свою команду, у Натаниэля зазвенело в ушах. Чтобы не оглохнуть, Лисы вернулись в раздевалку и там же занялись упражнениями на растяжку. Полностью экипировавшись, они собрались в большой комнате. Ваймак дал им время отдышаться, после чего снова вывел во внутреннюю зону. Арбитры уже заняли свои места у гостевого и домашнего выходов на поле и ожидали разрешения впустить команды. В центре поля Дэн и Рико подбросили монетку, и право первой подачи досталось Лисам. До выхода команд на поле оставались считанные минуты, и Ваймак собрал их тесным кружком, чтобы сказать пару ободряющих слов. — Как по мне, все эти напутственные речи — хрень собачья, — не сильно получилось. — Признаюсь, я не репетировал, так что вам придется сделать вид, что вы услышали нечто складное и убедительное. Договорились? Вы продвинулись так далеко не ради кого-то, не ради мести или чтобы сказать Рико в лицо пару ласковых, нет. Вы тут, чтобы доказать самим себе, что вы можете стать лучшими. Что вы и есть лучшие. Сегодня вы находитесь здесь, потому что не сдались и не сломались. Никто не верил, что вы доберетесь до этой вершины, но вот вы здесь, и ни один человек не вправе сказать, что вы недостойны сыграть в сегодняшнем матче. Все смотрят только на вас. Пришло время показать, чего вы стоите. Больше нет места колебаниям, сомнениям, ошибкам. Сегодня — ваш вечер. Это ваша игра. Ваш шанс. Хватайтесь за него изо всех сил. Нынешний король правил слишком долго. Пора сравнять его замок с землей, — над головой прогудела сирена. Ваймак хлопнул в ладоши и коротко скомандовал, — Погнали! — Лисы! — в один голос протянула команда, и участники стартового состава направились к двери.

***

Игра началась без особого накала, но очень быстро его достигла. Тела с грохотом врезались в борта и летели на пол, клюшки скрещивались в силовых приемах, чуть-чуть не задевая бока и шлемы. Треск и звуки, с которыми выбитые из рук клюшки ударялись о паркет, эхом отзывались в ушах, заставляя двигаться быстрее. Защита и полузащита не щадили себя, обороняя свою половину поля и отражая атаки. Тем не менее, долго продержаться на одной решимости и воле было нереально. Защитникам просто не хватало скорости. Рене за их спинами отчаянно старалась удержать ворота, но Рико их буквально расстреливал. Всякий раз, когда вспыхивали красные лампы, Натаниэля, сидевшего на трибунах, передёргивало. К концу первого тайма Лисы были полностью истощены и выжаты. Ники едва успел доплестись до раздевалки, как его начало тошнить от обезвоживания. Эбби отвела беднягу в сторонку и принялась потихоньку отпаивать. Рене с побелевшими губами напряженно застыла посреди комнаты. Натаниэль смог выйти только во второй половине первого тайма, поэтому был достаточно свеж и готов биться дальше и больше. — Нам пиздец, — прокомментировал Эндрю, что весь тайм наблюдал за игрой со скамейки. — Ты чертовски прав, — прошептал тихо Натаниэль, ведь не хотел, чтобы недовольные взгляды сокомандников перешли и на него. — Счёт 5-7, это не так плохо, — кинула Дэн. — Вы еле ходите, я бы сказал, что всё это очень плохо, — сказал, лежащий у своего парня на коленях, Жан. — И кто в этом виноват? — рыкнул Сет. — Наши защитники даже противостоять нападающим Воронов не могут. Ники прерывисто вздохнул и сказал: — Как нам их останавливать, если они не бегают с мячом, а только пасуют? — Оттесняйте их, — настаивал Кевин. — Не пропускайте за линию четвертой четверти, не давайте им наносить скоростные удары. Заставьте их бить издалека, и у Эндрю появится больше шансов отражать мячи. — План — супер, — с издевкой проговорил Аарон, — только вот они почти такие же резвые, как и ты. Нам за ними просто не угнаться. — Значит, придумайте что-нибудь! — рыкнул Кевин, и на этом разговор закончился. — Я могу выступить в роли защитника, — поднял руку Натаниэль. — Вы в нападении и без меня можете справиться. — Сможешь в первой половине тайма набрать очков, а во второй оттеснять нападающих? — недоверчиво спросил Ваймак. — Конечно, тренер. Доверьтесь мне и вы удивитесь.

***

Вбивая Морияму в стенку, Натаниэль ощутил знакомый прилив сил, и радостно кинул: — Рико, ты можешь не поддаваться мне. О, Морияма не поддавался, он был на взводе. До конца матча оставалось три минуты, а их счёт оставался равным уже десять минут. Всё шло к серии пенальти, которые никто из Лисов бы не выдержал, поэтому, оставив Рико на Аарона, Натаниэль полетел в сторону Кевина, которого пас защитник Воронов — Родлин, не давая продвинуться. Две минуты. Защитник перехватывает мяч, и Натаниэль, не жалея себя и своё тело, вмазывает его в ограждение. Минута. Кевин перехватывает мяч и бежит к воротам. Сигнальная сирена оповещает о конце матча, и Хэтфорд без сил поворачивается к счёту. 13-14 в пользу Лисов. Это был не конец матча, а забитый Кевином мяч. Никогда ещё Натаниэль не хотел его так сильно расцеловать. А вот эта сирена уже финальная. Натаниэль снимает с себя шлем, чтобы наконец вздохнуть полной грудью. — Ебануться, — орёт Жан, поворачивая его на себя. — Мы выиграли, mon amour! Натаниэль расплывается в улыбке, поворачиваясь на своего парня. — Ичиро мне сотку проиграл, я же говорил, что победим. Жан смеётся и, наплевав на всё, целует его. Да, Натаниэль определённо самый счастливый человек на этом свете.