Падение

Розовое зарево утреннего солнца освещало небосвод, окрашивая вершины гор и извилистую тропу золотистыми бликами. Лес шелестел, словно дышал вместе с путниками, а воздух был прохладным, напоённым ароматом хвои и влажной земли после ночного дождя. Отряд двигался неторопливо. Его ритм, казалось, сливался с природной мелодией — журчанием ручья, треском веток под копытами лошадей и редкими перекликами птиц. Впереди ехал Лань Ванцзи, его фигура выделялась на фоне гор строгой осанкой и безупречной белизной одежд. Его лицо оставалось непроницаемым, будто природа и суета не могли до него дотянуться. Позади него, с заметной разницей в ритме, следовал Вэй Ин. Он держался в седле легко, чуть наклонившись вперёд, как будто не ехал, а летел. Его взгляд скользил по окружающим пейзажам: то он замечал блеск росы на траве, то следы зверей на влажной земле. Иногда он задумывался, почти открывал рот, чтобы сказать что-то, но замолкал. Рядом с ним ехал Вэнь Нин, его тихий, чуть смущённый взгляд то и дело устремлялся на Вэй Ина. Чуть дальше следовал Лань Фэнь. Его лицо сохраняло холодное выражение, но иногда в глазах мелькали тени беспокойства. Словно внутри он переживал какие-то перемены. Он даже не так пытался поддеть Вэй Ина, как делал это обычно. — А здесь красиво, — неожиданно произнёс Вэй Ин, нарушая утреннюю тишину. — Тишина важнее, — отрезал Лань Фэнь в тот же миг, словно поспешил заткнуть разговорчивого пленника. — Тишина важнее? — задумчиво повторил Вэй Ин, словно чужие слова не имели смысла. — Так совсем неинтересно. Вот так в старости оглянешься чтобы вспомнить прошлое — а ты всю жизнь молчал. Лань Фэнь метнул на него холодный взгляд, его глаза на мгновение затвердели, но ответа не последовало. — Иногда тишина скрывает за собой не мудрость, а пустоту, — это Вэй Ин сказал, повернувшись к Вэн Нину, словно делился с другом мыслями. Однако тон не убавил, и слышно это было для всех. Вэнь Нин тихо вздохнул, а Лань Ванцзи, ехавший впереди, слегка обернулся, словно эти слова что-то в нём задели.

***

К полудню караван достиг бурной реки. Поток шумел так громко, что заглушал голоса людей. Старый мост, которым всегда пользовались путники, был разрушен: обломки досок валялись на берегу, смешавшись с ветками. Солдаты остановились, переговариваясь: — Нужно искать обходной путь. — Это займёт десять дней, если не больше. — А если переправиться вброд? — Вода слишком сильная, — мрачно заметил кто-то. Вэй Ин внимательно смотрел на реку, замечая, как её течение блестит на солнце. Спустя некоторое время было решено идти до следующего моста. Это продлевало их путь ещё на десяток дней. Вэй Ин почувствовал от этого облегчение. Хоть в Гусу его ждал брат, душа совсем не желала оказаться там. Казалось, что как только он вступит в эти земли — свобода его останется за спиной, вдали, и когда он сможет к ней вернуться — он не знал. Близилась ночь. Путь проходил в тишине, и даже Вэй Ин замолк. Внутри него зародились тревожные мысли, которые он так старательно гнал от себя все это время. Их отряд остановился, разбивая лагерь на ночлег. Вэй Ин словно отдалено наблюдал за размеренной суетой солдат; на фоне уходящий закат, небо, что медленно теряло свет. Вмиг ему сделалось так грустно, что защемило сердце. Он здесь, один. Как и его брат — одинокий в стане врагов, как и его милая, любимая сестра. Ему даже не позволили взглянуть на нее в последний раз. Что с ней сейчас? Добр ли к ней ее муж? Он слышал, что тот был стар — Вэй Ин боялся, что эти слухи окажутся правдой. Теперь они втроем разделены, на разных частях материка, и незнание что с его близкими терзало. Когда началась война — жизнь омрачилась, переменилась, но с тех пор как он покинул родную столицу — казалось, что жизнь его перемолола, выбила почву из-под ног. Он даже не смог прийти проститься на могилу человека, что вырастил его. От всего этого становилось невыносимо тяжело на сердце. Темнело. Тишина ночного лагеря наполнилась треском костров и тихим шёпотом солдат, обсуждающих предстоящий путь. Луна уже поднялась высоко, её холодный свет скользил по земле, окрашивая лес серебристыми тенями. Вэй Ин сидел чуть в стороне от остальных, облокотившись на ствол старого дерева. Его пальцы машинально теребили небольшую травинку, а глаза устремились куда-то вдаль, в глубину ночи. Мысли, тяжелые, как камни, тянули его вниз, не давая покоя. Вэн Нин подошёл тихо, как всегда, но Вэй Ин сразу почувствовал его присутствие. — Господин Вэй? — робко начал он, прижимая руки к груди, как будто боялся нарушить мысли друга. Вэй Ин не ответил сразу. Он лишь слегка улыбнулся краем губ, словно хотел успокоить Вэн Нина, но улыбка вышла какой-то пустой. — Ты тоже скучаешь по дому, Нин? — неожиданно спросил он, не отрывая взгляда от луны. Вэнь Нин замер, будто вопрос застал его врасплох. — Да… — прошептал он после долгой паузы. — Я скучаю. Но мой дом… его больше нет. Вэй Ин понимающе кивнул, продолжая глядеть в никуда. Ему казалось, что его дома тоже больше нет. — Знаешь, — продолжил он, наконец повернув голову к Вэнь Нину, — когда мы в последний раз ужинали вместе всей семьёй… Мне казалось, что так будет всегда. Что ничего не изменится. Но всё изменилось так быстро, что я даже не успел осознать. Вэнь Нин осторожно присел рядом, чувствуя, что слова Вэй Ина таят в себе боль, которую он не может выразить иначе. — Господин Вэй… — начал он мягко, но замялся, подбирая слова. — Всё это… всё, что произошло… не ваша вина. Вэй Ин посмотрел на него, глаза его блестели в лунном свете. — А кто сказал, что я ищу виновного? — он усмехнулся, но в голосе звучала горечь. — Иногда мне кажется, что всё это просто… жизнь. Её нельзя остановить или повернуть вспять, как бы я ни хотел. Лань Фэнь появился из темноты неожиданно, его шаги были почти неслышны, словно он сливался с окружающей тишиной. Он остановился неподалёку, скрестив руки на груди, и его холодный взгляд скользнул по Вэй Ину и Вэнь Нину, сидящим под деревом. — Вам не следует оставаться здесь, — строго произнёс он, голос прозвучал тихо, но твёрдо. — Особенно в такое время. Вэй Ин медленно поднял голову, его взгляд на мгновение встретился с взглядом Лань Фэня. На лице пленника появилась лёгкая, едва заметная улыбка, словно он только что услышал что-то забавное. — В такое время? — переспросил он, поднимаясь на ноги. — Что за бедствия грозят мне под светом луны? Лань Фэнь чуть нахмурился, глаза его на мгновение сузились. Ему всегда казалось, что Вэй Ин слишком лёгок в своём поведении. Даже сейчас, когда его положение было столь уязвимым, он вёл себя так, словно не ощущал этого груза. И это раздражало Лань Фэня. — Это не место для разговоров, — его голос стал резче. — И не время. Твоя палатка ждёт, господин Вэй. Вэй Ин с явной насмешкой поклонился, изображая подчёркнутое уважение. — Как пожелает ваш высокий нравственный долг, господин Лань, — протянул он, и в его голосе скользнула насмешка. Лань Фэнь стиснул зубы, но виду не подал. В глубине души он чувствовал, как нарастает противоречие. Его раздражал этот человек, его легкомыслие, его неуместные слова. Но в то же время что-то в нём притягивало. Этот дерзкий свет в глазах, это упрямство, эта странная, порой непонятная сила духа. Лань Фэнь не мог решить, восхищаться ли этим или ненавидеть. Вэнь Нин молча поднялся следом за Вэй Ином. Он поклонился Лань Фэню, как и полагалось, но чувствовалось, что его жесты скорее из страха, чем из уважения. Когда трое двинулись к палаткам, тишина между ними тянулась натянуто, словно хрупкая нить, готовая разорваться в любую секунду. Лань Фэнь шёл чуть позади, следя за каждым шагом Вэй Ина. Когда они дошли до палатки, Лань Фэнь остановился, чтобы бросить напоследок: — Твое положение и так шаткое, Вэй-гунцзы. Лучше не усложняй его. Вэй Ин обернулся, и на его лице появилась полуулыбка. — О, я усложняю? И чем же? Лань Фэнь стиснул кулаки, не сдержавшись: — Своими играми с Лань Ванцзи, — резко сказал он. Легкая улыбка и веселый настрой вмиг спали с лица Вэй Ина. Он напряженно глядел на Лань Фэня. Он не мог понять, с каким намерением Лань говорил ему об этом; эмоции в чужих глазах были непонятны для него, но одно было ясно — тот знал что произошло той ночью в Цзиньчжэне и был недоволен этим. — Ложитесь спать, — сухо сказал Лань Фэнь, разворачиваясь, чтобы уйти. Когда он исчез в темноте, Вэнь Нин осторожно, с подозрением шепнул: — О чем он? Какие игры? — Не важно, не бери в голову, — отмахнулся Вэй Ин, убирая занавес палатки, чтобы войти внутрь. Но тревожный Вэнь Нин, заподозрив друга в опасных действиях, не смог унять беспокойства. — Почему вы его провоцируете? Вэй Ин усмехнулся: — Потому что он слишком предсказуем, злить его меня забавляет. Так он ответил, но, признавшись себе в этом однажды, Вэй Ин знал — его злило, что это он был победителем в битве, что это он одолел врага. Но теперь он — пленник, будущий наложник другого мужчины, хуже, чем просто «никто», а тот, кого он вымазал в земле, — его надзиратель. Это раздражало. Тысячи и тысячи человек кричали его имя, и битва его должна была войти в историю, а теперь все ждали от него, что он будет проявлять послушание перед тем, кто стоял перед ним на коленях, связанный и униженный? Но перед глазами вновь мелькнуло лицо Лань Фэня — напряжённое, но почему-то… смущённое? Генерал Лань вел себя странно. Постоянно пытался как-либо задеть Вэй Ина, напоминая, что он будущий наложник Ванзци, а как принц Лань наконец присоединился к ним — вдруг не доволен тем, что они как-либо взаимодействуют. Вэй Ин нахмурился, прежде чем отбросить эту мысль. — Лань Фэнь… — пробормотал он себе под нос. — Сложный ты человек. Или только кажешься сложным? Однако ответа не было, и ночь вновь укутала своим молчанием. Лунный свет тихо пробивался сквозь полог деревьев, заливая лагерь серебристыми отблесками. Вэй Ин ворочался в своей палатке, пытаясь уснуть, но мысли, как назойливые комары, не давали покоя. Он вспомнил слова Лань Фэня, взгляды Лань Ванцзи, беспокойные глаза Вэн Нина. Всё смешивалось в голове, создавая путаницу из образов и чувств. Наконец, вздохнув, он принял решение. Ему нужен был свежий воздух, чтобы избавиться от этого гнетущего состояния. Осторожно, чтобы не разбудить Вэн Нина, Вэй Ин выскользнул наружу. Лагерь был тихим, только угольки костров иногда трещали, нарушая спокойствие. Вэй Ин огляделся, потянувшись, чтобы размять плечи. И тут он заметил знакомую фигуру чуть поодаль, в стороне от лагеря. Лань Ванцзи сидел на камне, его спина была идеально прямой, а в руках поблёскивал клинок, который он точил, несмотря на поздний час. Его лицо, освещённое лунным светом, казалось выточенным из мрамора — безупречным и совершенно безэмоциональным. Вэй Ин на мгновение замер, а затем улыбнулся себе под нос. «Почему же он всегда такой серьёзный?» — подумал он и, не раздумывая, направился к нему. — Лань Ванзци, ты тоже не спишь? — бодро спросил Вэй Ин, подойдя ближе. Лань Ванцзи даже не повернул головы. Его движения оставались плавными и чёткими, словно он не услышал Вэй Ина или намеренно игнорировал его. — Эй, — не унимался Вэй Ин, — это же не караул, а наказание самому себе. Почему бы не дать мечу отдых, а заодно и себе? — Возвращайтесь в палатку, — тихо, но твёрдо сказал Лань Ванцзи, не прекращая своей работы. Вэй Ин вздохнул, огляделся и с беззаботным видом опустился на землю неподалёку. Трава здесь была мягкой, а среди неё росли крохотные полевые цветы, едва заметные в ночном свете. — Здесь хорошо, — сказал он, беря один из цветков и разглядывая его. — Свежий воздух, тихо. Может, Лань Фэнь был и прав, иногда тишина действительно важнее слов. Лань Ванцзи наконец поднял взгляд. Его глаза были бесстрастными, но в них читалась скрытая тяжесть. — Случай в городе, — произнёс он, внезапно нарушив молчание, — ничего не значит. Вэй Ин, неожиданно застигнутый этими словами, моргнул. — Что? — Вам не стоит… — Лань Ванцзи сделал паузу, подбирая слова. — …придавать этому значения. — О, ты про ту догонялку? — усмехнулся Вэй Ин, опираясь локтями на колени. — Так ты всё-таки помнишь ее? Эти дни так усердно притворялся что меня нет, что я уже было думал мне все приснилось. — Это было недостойное поведение, — произнёс Лань Ванцзи, опустив глаза к мечу. — Приношу свои извинения. Вэй Ин не смог сдержать смеха. Лань Ванцзи на миг посмотрел на него с удивлением. — Ты извиняешься? За то, что хоть немного повеселился? Лань Ванцзи, ты, наверное, самый строгий человек в мире, даже к самому себе. Лань Ванцзи ничего не ответил, лишь вернулся к своему занятию. Вэй Ин, улыбаясь, взял маленький цветок с земли, осмотрел его и, не думая дважды, протянул его Лань Ванцзи. — На, держи. Это тебе. Рука Лань Ванцзи на миг застыла, а глаза сузились. — Уберите это. — Эй, это же всего лишь цветочек! — Вернитесь в палатку, — резко сказал Лань Ванцзи, его голос стал твёрдым, почти холодным. — Да ладно тебе, Лань Ванзци. Ты даже не взял его! — Это приказ. Поняв, что на этот раз спор будет бесполезным, Вэй Ин театрально поднял руки в знак капитуляции и встал. — Хорошо, хорошо, я ухожу. Спокойной ночи. Он исчез в темноте, оставив Лань Ванцзи одного. Некоторое время Лань Ванцзи сидел неподвижно, взгляд его был устремлён куда-то вдаль. Затем он посмотрел на цветок, лежащий рядом, тот самый, который Вэй Ин оставил. Лань Ванцзи протянул руку, осторожно поднял его и долго смотрел на него, словно размышляя, что с ним делать. Затем, не издав ни звука, спрятал цветок в складки своих одежд и вернулся к своему мечу, будто ничего и не произошло.

***

Рассвет настал неожиданно, мягко разливаясь по равнине светлыми золотистыми красками. Путешественники начали собираться: каждый делал это по-своему. Лань Ванцзи аккуратно сворачивал свой плащ, проверял меч и снаряжение. Вэнь Нин — словно потерянный, но старательный — складывал вещи в седельные сумки, порой тревожно оглядываясь на Лань Фэня, который руководил всеми сборами. Вэй Ин, в своей привычной манере, выглядел совершенно расслабленным. Он сидел на ближайшем валуне, наблюдая за утренним пейзажем, и лениво потягивался. Глаза его все ещё сонно щурились. — Эй, Ванцзи, — он повернулся к нему с озорной улыбкой. — Ты случайно не бодрствовал всю ночь? Или ты всегда выглядишь таким собранным и идеальным? Лань Ванцзи равнодушно бросил на него взгляд, никак не отреагировав. Он действительно выглядел так, словно ночная безмятежность не тронула его. — Ох, ну конечно, молчишь, — хмыкнул Вэй Ин, сцепив руки за головой. — Знаешь, ты все больше напоминаешь мне ледяную статую. Только иногда двигаешься. — Меньше слов, больше дела, — сухо бросил Лань Фэнь, затягивая ремень на седле. — Мы уже теряем время. — Ладно, ладно, вы такие серьезные, — вздохнул Вэй Ин, поднимаясь на ноги. — Даже утром. Это что, особенность вашего семейства? — Нам пора, — перебил Лань Ванцзи, повернувшись к нему. Группа двинулась в путь. Они пересекли холмы и равнины, пока впереди не замаячили очертания нового города. Он лежал на твердой, утрамбованной земле, а его высокие стены казались надежной защитой от любого врага. Башни на стенах возвышались, как стражи, а крыши домов, покрытые красной черепицей, блестели на солнце. — Лоцин, — сказал Лань Ванцзи, указывая вперед. — Лоцин? — переспросил Вэй Ин, прищурившись. — Звучит знакомо. Я о нем слышал, кажется, это старый торговый город? — Да, — подтвердил Лань Фэнь. — Этот город был построен как перекресток торговых путей. Здесь всегда были рынки, а в последнее время — еще и кузницы, известные по всей округе. — Еще говорят, что здесь лучшие горячие источники, — вставил Вэнь Нин, робко взглянув на Лань Фэня. — Хм, горячие источники, значит? — Вэй Ин с интересом обернулся к Вэнь Нину. — А ты хорошо осведомлен, Нин! — Я… я просто слышал, — пробормотал Вэнь Нин, нервно опуская глаза. Лань Фэнь на это лишь презрительно хмыкнул. Вэнь Нин нахмурился, но ничего не сказал. — Эй, не обращай внимание на этого зануду, — встрял Вэй Ин, чуть замедляя лошадь, чтобы идти рядом с Вэнь Нином. Тот бросил на него смущенный взгляд, но Вэй Ин лишь улыбнулся, подбадривая друга. Подойдя ближе к Лоцину, они почувствовали запахи жареного мяса и свежего хлеба, доносящиеся с городских рынков. Крики торговцев смешивались с шумом проезжающих повозок, а над крышами домов кружили птицы. — Ну что, пойдем посмотрим, что за город? — бодро спросил Вэй Ин, оборачиваясь к Ванцзи, но тот лишь молча продолжал идти вперед, сохраняя неизменное выражение спокойного безразличия. — Ты когда-нибудь улыбаешься, Ванцзи? — вздохнул Вэй Ин, глядя на него. Но вместо ответа Ванзци вмешался Лань Фэнь: — Хватит доставать принца, — раздраженно сказал он, — Не видишь, что у него нет желания говорить с тобой? — Ну и ладно, — протянул ничуть не смущенный Вэй Ин, поворачиваясь к Вэнь Нину. — Тогда ты будешь моим собеседником, Нин. Вэнь Нин слабо улыбнулся, явно смущаясь, но все-таки шагнул чуть ближе к Вэй Ину, радуясь, что кто-то относился к нему с теплотой. Лоцин встретил их оживленным гулом — улицы были наполнены горожанами, а рынок шумел неустанно. Лишь только их небольшой отряд приблизился к центральным воротам, как на пороге появилась группа людей, явно ожидавших гостей. Мужчина средних лет, облаченный в роскошный халат с золотыми нитями, склонился в глубоком поклоне перед Лань Ванцзи. Его голос звучал громко и уверенно: — Добро пожаловать в наш город, Ханьгуань-цзюнь! Ваш приезд — большая честь для нас! Вэй Ин приподнял бровь, заметив, как толпа знатных людей и стражников также преклонила головы. Он невольно усмехнулся, чуть повернувшись к Вэнь Нину: — Ну-ну, кто бы мог подумать, что Ванцзи у нас настоящая легенда? Вэнь Нин бросил робкий взгляд на Лань Ванцзи, который спокойно принял почести, как будто это было для него делом привычным. — Да, Ханьгуань-цзюнь… очень уважаемый человек, — пробормотал Вэнь Нин. — Уважаемый? Да он, кажется, как бог здесь! — Вэй Ин вздохнул, наблюдая, как толпа буквально расступается перед Лань Ванцзи, оставляя широкую дорогу к большому особняку, который, очевидно, был домом главы города. Каждому выделили роскошные покои: просторные комнаты с резной деревянной мебелью, шелковыми занавесями и мягкими коврами. Вэй Ин мгновенно распахнул окно в своей комнате, впуская свежий воздух, и оглядел улицы Лоцина. — Ну и ну, тут не так уж и плохо, — пробормотал он. — Все это из-за того, что с нами Ванцзи? — Скорее всего. Это… очень красиво, — признался Вэнь Нин, все еще держась на расстоянии от мебели, как будто боялся что-то испортить. Лань Фэнь, проходя мимо открытых дверей покоев, бросил на Вэнь Нина короткий взгляд и добавил: — Постарайся не испачкать ничего, слуга Нин. — Лань Фэнь, ты всегда такой душка, — фыркнул Вэй Ин, подходя ближе к Вэнь Нину, чтобы тот не чувствовал себя слишком неловко. Лань Фэнь в ответ закатил глаза. — Глава Хуань устраивает званый ужин. Вы тоже там будете, не позорьте своим поведением Хангуань-Цзюня, — пригрозил он, смотря только на Вэй Ина. Тот в ответ лишь лукаво улыбнулся, пожав плечами.

***

Вечер уже близился, и Вэй Ин чувствовал, как изможденность последних дней постепенно отпускает его. После долгого пути и ночей в походных условиях, наконец-то ему предоставилась возможность нормально помыться и переодеться в новые, нарядные одежды, предоставленные главой города. Размер был не совсем его, но это не особо волновало Вэй Ина. Да и черный наряд с золотистой росписью неплохо ему подошел. Волосы были тщательно вымыты, расчесаны и заботливо уложены Вэнь Нином. Вэй Ин посмотрел на себя в зеркале, чуть растрепал прическу и повязал свою любимую красную ленту. Вот теперь в отражении он видел старого себя — ещё до его похода в Юнпин. Когда стемнело, в центральном зале дома был накрыт богатый ужин. Длинный стол ломился от разнообразных блюд. Глава города с его советниками обсуждали последние новости, стараясь втянуть в разговор Ванзци. Они сидели за высоким столом, чуть отдаленном от остальных, окруженные значительными и важными людьми города. Беседа протекала плавно; Лань Фэнь, намного более разговорчивый, чем Ванцзи, активно поддерживал разговор. В углу музыканты, игравшие спокойный, ненавязчивый мотив, вдруг заиграли трепетную, волнующую мелодию. В этот вмиг в зал вошел Вэй Ин. Его уверенная походка, гордая осанка, и дерзкий игривый взгляд притягивали внимание. Пронеслись шепотки «кто же этот незнакомец?». Его красота была огненной, неуловимой и яркой, как пламя, которое невозможно затушить. Он не был похож ни на традиционных красавцев, чье очарование скрывается в невидимых и мягких чертах, ни на могучих воинов, чья красота была холодна и полна силы. Нет, Вэй Ин был нечто большее — его внешность была словно вызов всему миру, вызов, который манил за собой и не оставлял равнодушным. Лань Фэнь, в тот момент вовсю разглагольствующий о политических вопросах, вдруг запнулся. Его речь, до этого уверенная и гладкая, застряла на полуслове, когда взгляд поймал фигуру Вэй Ина, что направлялась к столу с местной знатной молодежью. Лань Фэнь буквально впился в его образ, не в силах оторвать взгляд. Он тут же мысленно дал себе пощечину, надеясь, что никто не заметил его ошибки, но, обернувшись, наткнулся на проницательный взгляд Ванзци. Смутившись, он отвернулся и испил из чашки; одновременно со стыдом в нем возникла и злость: на себя и Вэй Усяня. — В наших краях редко встретишь юношу такой красоты, — с интересом заметил один из советников. — По походке могу сказать, что он умелый воин, — тут же вставил другой с видом знатока. — Хангуань-Цзюнь, кто же этот юноша? Утолите наше любопытство, — весело проговорил советник, — Неужели новая восходящая звезда Гусу? Лань Фэнь, не в силах совладать с собственными мыслями, почувствовал, как волна раздражения прокатилась по его телу. Он попытался снова сосредоточиться на разговоре, но взгляд невольно снова потянулся к Вэй Ину, так уверенно находившему место среди местной знати. Ему хотелось что-то сказать, вскрыть этот уверенный образ, открыв всем правду: не восходящая звезда так привлекла их внимание, а всего-то будущий наложник принца. — Он… — Он наш спутник, — отрезал Лань Ванзци, прерывая кузена, мгновенно прекращая разговор на эту тему. Лань Фэнь застыл, не ожидая такого ответа. Он оглянулся на Ванцзи, потом снова на Вэй Ина, пытаясь понять, что именно привлекло внимание принца, почему тот защитил имя этого юноши. Это было странно, учитывая, что Лань Ванцзи всегда был равнодушен к подобным обсуждениям. Но Лань Фэнь быстро осознал, что дело, вероятно, было не в защите чести этого пленника, а в неприязни к пустым слухам. За столом продолжилось обсуждение послевоенной обстановки в городах, и поставок продуктов в военные пункты. Тем временем Вэй Ин, не зная о разговорах о нем, вжился в атмосферу веселья и непринужденного общения. За соседним столом среди местной знати он легко завоевал симпатию и расположение всех присутствующих. Его манера общения была искренней и непринужденной, а его природное обаяние заставляло людей чувствовать себя рядом с ним как дома. Уже через несколько минут он влился в их круг, и вскоре окружение воспринимало его как своего, даря восхищение и улыбки. Это у него всегда хорошо получалось. Проводя время за праздной, шумной болтовней, он вновь почувствовал себя тем беззаботным юношей из Юнмена. — Ну и стол, — восхищенно проговорил он, потянувшись к жареному мясу. — Неужели это из-за нашего приезда? — Это в честь Ханьгуаня-цзюня, — пояснил один из близ сидящих мужчин, — Его победа над Вэнь Жоханем спасла нас всех от ужаса войны. Вэй Ин едва заметно напрягся, услышав это имя. Он бросил быстрый взгляд на Вэнь Нина, который тоже выглядел взволнованным. — Победа, значит, — пробормотал Вэй Ин, отпивая из чаши вина. Все были в хорошем настроении, и вскоре началась вторая, уже более живая волна веселья, сопровождаемая множеством шуточек и разговоров. Вэй Ин не утратил своей жизнерадостности, несмотря на происходящее в его жизни, создавая вокруг себя атмосферу легкости и беззаботности. Когда глава города поднялся с места, все присутствующие замолчали. С улыбкой на лице тот торжественно сказал: — Завтра на главной площади будет устроен праздник в вашу честь, Ханьгуань-цзюнь. Танцы, музыка, пир — все, чтобы выразить нашу благодарность и уважение! — глава Хуань глубоко поклонился Ванзци. — О, праздник? — оживился Вэй Ин, краем глаза отмечая, что Лань Ванцзи отреагировал на речь лишь сдержанным кивком. — Как здорово! Я люблю праздники! — Надеюсь, ты не испортишь его своим бесцеремонным поведением, — язвительно бросил оказавшийся рядом Лань Фэнь. — О чем это ты? Я всегда хорошо себя веду! — весело возразил Вэй Ин, вызвав смех среди новых знакомых, которые уже успели оценить его характер. Лань Фэнь лишь покачал головой, закатил глаза и поспешил покинуть зал, всё же не в силах этим вечером держать свои эмоции под контролем. С каждым моментом пир подходил к концу, и гости начали расходиться, с нетерпением ожидая праздника, который обещал быть ярким.

***

Утро следующего дня было мягким и ясным. Вэй Ин проснулся рано, чувствуя себя полным энергии и предвкушения. Вчерашний вечер, несмотря на его шумную атмосферу и скрытые напряжения, оставил в нем ощущение легкости и свободы. Он ещё долго не мог забыть, как он вжился в веселье и как ловко привлёк внимание гостей. Никакой усталости, только предвкушение праздника. Он сидел на краю кровати, глядя в окно, где лучи утреннего солнца мягко касались горизонта, как в то время, когда он был еще в Юнмене, в своей прежней жизни. Легкая улыбка тронула его губы. В этот момент, кажется, можно было забыть обо всех заботах и просто наслаждаться миром. За дверью уже послышались мягкие шаги Вэнь Нина, который, как всегда, старался не шуметь. — Нин, ты готов? Сегодня нужно быть в самом лучшем виде! — весело проговорил Вэй Ин, завязывая свою красную ленту и поправляя волосы. — Да… Но… Вы уверены, что мы можем пойти? — осторожно начал Вэнь Нин, но умолк под возмущенным взглядом Вэй Усяня. — Ну конечно! Почему нет-то? Подумаешь, лично не пригласили. Я уверен, нас ждут с нетерпением! — усмехнулся Вэй Ин и хлопнул его по плечу. Однако стоило им выйти из комнаты, как прямо перед ними возник Лань Фэнь. Его взгляд был суров, а руки скрещены на груди. — Вы двое, стойте, — приказал он, не оставляя сомнений в своей решимости. Вэй Ин приподнял бровь, глядя на него с явным недоумением. — Что-то случилось, Лань Фэнь? Ты выглядишь так, будто только что узнал, что весь рис в мире пропал. Лань Фэнь сжал губы, стараясь проигнорировать саркастичный тон Вэй Ина. — Вам запрещено идти на праздник. Вы забыли своё место? Ты, — он посмотрел на Вэй Ина, — пленник, который скоро станет наложником моего кузена. И ты, — его взгляд переместился на Вэнь Нина, — просто его слуга. Вам обоим там не место. Вэй Ин застыл на мгновение, а затем горячо возразил: — Запрещено? И кто это решил, позволь узнать? — он сложил руки на груди, отзеркалив позу Лань Фэня. — Я решил, — отчеканил тот. — Не забывайся, Вэй Усянь. Там полно знати, и ты только унизишь их своим присутствием. — Унижу? — переспросил Вэй Ин, растягивая губы в надменную улыбку. — Я, кажется, вчера прекрасно справился без твоего разрешения. А сегодня, уверен, будет ещё лучше. — Молодой мастер, — вмешался Вэнь Нин, осторожно потянув Вэй Усяня за рукав. — Может, лучше остаться? Не стоит… — Нет! — резко прервал его Вэй Ин, но тут же помягчел. — Мы пойдем, я же обещал тебе.  В этот момент раздались чёткие шаги, и из-за угла вышел Лань Ванцзи. Его спокойный, бесстрастный взгляд остановился на тройке, и тишина внезапно наполнила коридор. — Что здесь происходит? — его голос был ровным, почти равнодушным, но в нем угадывалась нотка строгости. Лань Фэнь тут же выпрямился, сложил руки перед собой и поклонился. — Кузен, я просто напоминал им о правилах. Эти двое не должны покидать свои комнаты и уж точно не имеют права идти на праздник. Ванцзи перевёл взгляд на Вэй Ина, чьи глаза метали искры, затем на тихого и смущённого Вэнь Нина. — Пусть идут, — отрезал он после короткой паузы, не меняя выражения лица. Лань Фэнь ошеломленно замер, как будто его ударили. — Кузен, но… — Я сказал, пусть идут, — повторил Ванцзи и, не дожидаясь ответа, двинулся дальше, оставляя за собой гробовую тишину. Вэй Ин замер на мгновение, а затем усмехнулся, довольно прищурившись. Он сделал шаг ближе к Лань Фэню, глядя на него с откровенной насмешкой. — Ну что, Лань Фэнь, как там насчёт “не твоего места”? — Его голос был наполнен злорадством. — Похоже, Ханьгуань-цзюнь решил иначе. — Не переоценивай свою значимость, — холодно бросил Лань Фэнь, но его лицо выдавало раздражение. — О, ну что ты, — отозвался Вэй Ин, улыбаясь всё шире. — Я лишь наслаждаюсь моментом. Лань Фэнь промолчал, развернулся и ушёл прочь быстрым шагом, оставив Вэй Ина и Вэнь Нина одних. — Итак, — сказал Вэй Ин, вновь повернувшись к своему спутнику. — Праздник нас ждёт! Вэнь Нин лишь тихо вздохнул, следуя за ним. Они вышли на главную площадь, где уже вовсю кипела праздничная жизнь. Сотни разноцветных фонариков освещали улицы мягким, теплым светом, а их огоньки отражались в сверкающей мостовой, словно маленькие звезды. Запах свежеприготовленных уличных угощений — жареного мяса, сладких лепёшек и пряного чая — заполнял воздух, смешиваясь с ароматом цветов, что украшали каждую лавку и колонну. В толпе мелькали красочные наряды, звонкий смех детей и звуки музыки создавали ощущение живого, пульсирующего праздника. — Вот это я понимаю! — восторженно воскликнул Вэй Ин, оглядываясь по сторонам. Его глаза блестели, как у ребёнка, впервые увидевшего фейерверки. — Здесь так многолюдно, — тихо проговорил Вэнь Нин, стараясь держаться ближе к своему другу. Его взгляд нервно скользил по лицам окружающих. — Ну, это же праздник! — Вэй Усянь хлопнул его по плечу. — Расслабься, Нин. Всё будет хорошо! Они прошли по площади, любуясь витринами, зазывающими продавцами и выступлениями уличных артистов. Вэй Ин не мог удержаться от того, чтобы попробовать сладости, что ему предлагали, или остановиться и посмотреть на танцоров, которые уже начали выступать на импровизированных подмостках. И вдруг, словно тень, перед ними снова возник Лань Фэнь. — О, это снова ты, — сказал Вэй Ин с лукавой улыбкой, чуть приподняв бровь. — Что ты здесь делаешь? Разве не ты говорил, что мы унижаем всех своим присутствием? Или ты решил унизиться вместе с нами? Лань Фэнь лишь фыркнул, сдерживая раздражение. — Я здесь, чтобы следить за вами, — отрезал он. — Не думай, что я позволю тебе позорить нас.  — Следить? — с усмешкой протянул Вэй Ин. Он театрально пожал плечами и обернулся к Вэнь Нину. — Ну, что ж, пусть следит. Не так ли, Нин? Вэнь Нин смущённо кивнул, стараясь не встречаться взглядом с Лань Фэнем. И, словно ничего не произошло, Вэй Ин продолжил наслаждаться праздником. Вскоре он встретил несколько знакомых, с которыми познакомился на ужине. Те тепло приветствовали его, окружая смехом и весёлыми разговорами. Вэй Ин был в своей стихии, легко завоёвывая симпатии окружающих. Даже Вэнь Нин постепенно расслабился, позволив себе стеснительно улыбнуться нескольким милым словам, адресованным ему местными девушками. К тому времени, как ночь накрыла город, праздник был в самом разгаре. Все гости постепенно начали стекаться к центру площади, где готовилось главное представление. Танцоры в ярких одеждах с длинными лентами начали своё выступление, их движения были грациозными, словно ветер, и завораживали зрителей. Вэй Ин смотрел, широко раскрыв глаза, восхищённо вздыхая. Когда музыка сменилась на более весёлую и ритмичную, танцоры сделали знак зрителям присоединяться. Толпа оживилась, и люди начали пускаться в пляс, смеясь и наслаждаясь моментом. — Это же весело! — Вэй Ин засмеялся, хватая Вэнь Нина за руку. — Идём же, а-Нин! — Молодой мастер, я… я не умею… — начал было Вэнь Нин, но его протесты были проигнорированы. Вэй Ин уже потянул его в круг, ловко вращая его вокруг себя. Его движения были грациозными, а лёгкость, с которой он танцевал, буквально завораживала. Вэнь Нин пытался подстроиться, но выглядел всё так же неуверенно, отчего Вэй Ин лишь смеялся ещё больше. — А ты чего стоишь? — вдруг бросил Вэй Ин в сторону Лань Фэня, который наблюдал за происходящим с каменным лицом. — У меня нет желания участвовать в этом цирке, — холодно ответил тот, но взгляд его всё же был прикован к танцующему Вэй Ину. — Да брось ты, это весело! — сказал Вэй Ин, делая шаг к нему. Лань Фэнь собирался отмахнуться, но тут Вэй Ин внезапно схватил его за руку. — Идём! Танец ещё никого не убил, — он улыбнулся своей фирменной задорной улыбкой и потянул Лань Фэня в круг. На мгновение Лань Фэнь застыл, чувствуя, как его сердце вдруг сильно заколотилось в груди. Он смотрел на руку Вэй Усяня, что держала его, и не мог избавиться от странного ощущения — смеси раздражения, смущения и чего-то ещё, непонятного.  Но Вэй Ин даже не заметил его замешательства. Он уже вновь кружился, завлекая в движение окружающих. Его лицо светилось радостью, а движения были настолько плавными и изящными, что захватывало дух. И тут он почувствовал на себе чей-то взгляд. Остановившись, он обернулся и встретился с глазами Лань Ванцзи, который стоял чуть в стороне, наблюдая за происходящим. На миг Вэй Ин замер, его улыбка дрогнула. Взгляд Ванцзи был непроницаемым, но еще в нём было то, что Вэй Ин не смог разгадать. Лань Ванцзи, не проронив ни слова, развернулся и пошёл прочь от шумной площади. Его высокая фигура скользнула в толпе, как тень, уверенно и бесшумно. Вэй Ин успел только моргнуть, прежде чем спохватился. — Эй, куда это он? — пробормотал он себе под нос. Он обернулся к Вэнь Нину и Лань Фэню, быстро бросив: — Я скоро вернусь! — Молодой мастер! — взволнованно начал Вэнь Нин, но Вэй Ин уже исчез в людском потоке. Лань Фэнь только тяжело вздохнул, едва удерживаясь от гневного комментария, и мрачно взглянул в сторону Вэнь Нина. Тот пугливо сглотнул.  Вэй Усянь пробирался сквозь толпу, оглядываясь по сторонам, пока наконец не заметил белый край одежды Ванцзи, который исчезал за одним из углов площади. — Лань Ванцзи! Подожди! — выкрикнул он, ускоряя шаг. Едва ему удалось догнать брата императора, он схватил того за рукав, заставляя остановиться. — Ты куда это собрался? — Вэй Ин немного запыхался, но всё равно ухмыльнулся. — Веселье только начинается! Ванцзи повернул голову, встретив его взгляд с холодным спокойствием. — Это не для меня, — сказал он коротко. — Как это? — Вэй Ин фыркнул, делая вид, что не понимает. — Ты разве не человек? Люди должны веселиться! — Мне это не интересно, — спокойно повторил Ванцзи, вырывая рукав из его руки и делая шаг вперёд. — О-о-о, вот это да, — протянул Вэй Ин, не отставая и пристраиваясь рядом. — Настолько не интересно, что ты даже на танцы не посмотрел? Они были невероятные! — Я видел достаточно, — отозвался Ванцзи, не останавливаясь. — Ну, тогда ты точно пропустил самое интересное, — настаивал Вэй Ин, при этом чуть наклоняя голову, чтобы лучше видеть лицо Ванцзи. Лань Ванцзи остановился так внезапно, что Вэй Ин чуть не врезался в него. Он медленно повернулся, холодный взгляд пронизывал насквозь. — Вы всегда так настойчивы? Вэй Ин расплылся в улыбке. — Конечно. Особенно если думаю, что человек рядом слишком скучный, чтобы просто так его оставить. На мгновение они замолчали. Лань Ванцзи смотрел на него с выражением, в котором читалось раздражение и усталость. — Ну так что? — подмигнул Вэй Ин, махнув головой в сторону пустой тропинки, которая вела прочь от площади. Ванцзи ничего не ответил, но после секундной паузы всё-таки развернулся и пошёл по тропинке. — Вот так-то лучше! — радостно воскликнул Вэй Ин, догоняя его. Тихий переулок увёл их от громкой музыки и смеха. Здесь, вдали от ярких фонарей и толпы, царила спокойная атмосфера. Лишь лёгкий шелест деревьев и пение ночных цикад сопровождали их шаги. — И всё-таки, почему ты не остаёшься на празднике? — не унимался Вэй Ин. — У каждого есть своё место, — ответил Ванцзи, не оборачиваясь. — А твоё место — где? — хитро спросил Вэй Усянь. Лань Ванцзи вдруг остановился, глядя на звёздное небо. — Там, где нет лишнего шума. — Знаешь, это почти поэтично, — усмехнулся Вэй Ин, остановившись рядом. — А я вот люблю шум. Люблю, когда жизнь кипит вокруг. — Это заметно, — коротко заметил Ванцзи. Вэй Ин рассмеялся, явно не обижаясь. — Ну а как же иначе? Жизнь дана, чтобы её прожить, а не прятаться от неё. Ванцзи молча смотрел на него, его взгляд оставался строгим, но в нём вдруг появилось что-то мягкое, едва уловимое. — Вы слишком много говорите, — наконец сказал он, но в его голосе не было ни злости, ни раздражения. — Кто-то же должен, раз ты молчишь за двоих, — парировал Вэй Ин, продолжая идти вперёд, словно не замечая, как пристально Ванцзи смотрит ему в спину. Тропинка вывела их на небольшую площадку, откуда открывался вид на освещённый город. Мягкий свет фонарей снизу создавал ощущение, что они парят над облаками. — Красиво, правда? — Вэй Усянь присел на край площадки, глядя вдаль. — Тебе должно нравиться. Здесь ведь нет лишнего шума. Лань Ванцзи медленно подошёл, но не сел рядом. Вэй Ин долго смотрел вдаль, а затем, будто задумавшись, вздохнул и слегка опустил голову. На его лице промелькнула тень печали, которую он старательно скрывал за своей привычной ухмылкой. — Знаешь, Лань Ванцзи, иногда я забываю, что это — вовсе не путешествие, и не праздник, — вдруг тихо сказал он, не оборачиваясь. — А я не ваш спутник, не друг. Я… что-то типа пленника? Будущий твой наложник, ха-ха, — с долей неловкости закончил Вэй Ин.  Лань Ванцзи остался неподвижен. Его строгий взгляд был устремлён вдаль, но он внимательно слушал. — Мне, наверное, следовало бы бояться, — продолжал Вэй, чуть нервно засмеявшись. — Должно быть, я должен вести себя тише воды, ниже травы. Словно мышь, старающаяся не попасть под чей-то взгляд Он вздохнул, вдруг улыбнувшись.  — Но знаешь, я не могу. Не могу перебороть свой характер. Это так… по-моему, просто невозможно. Даже если я захочу, меня хватит разве что на пару дней притворства, а потом всё равно… Ну, ты знаешь, какой я. Лань Ванзци не ответил, лишь молчаливо слушая его.  — И потом, я верю в благородство Ланей, — признался Вэй Ин, — Я знаю, что как бы ни сложились обстоятельства, вы будете поступать по чести и справедливости? Он повернулся к Ванзци с лукавой улыбкой:  — Так ведь?  Лань Ванцзи встретил его взгляд, который был одновременно таким смелым и таким уязвимым. Некоторое время он молчал, словно решая, стоит ли вообще отвечать. — Мгм.  Вэй Ин слегка рассмеялся.  — Самый надежный ответ, сочту это за обещание, — пошутил он, но, неожиданно для себя, услышал ещё одно: — Мгм.  В приятном молчании они вернулись в дом главы. Лань Ванцзи, как всегда, холодный и непроницаемый, приказал ему вернуться в комнату, и их пути разошлись почти сразу у входа. Вэй Ин ещё раз коротко посмотрел ему вслед, и, пожав плечами, направился в свою комнату. Закрыв за собой дверь, он не спешил ложиться. В комнате было тихо, только свет лампы мягко освещал стены. Вэй Ин сел на кровать, упершись локтями в колени, и уставился на пламя. Всё происходящее вдруг навалилось на него. Праздники, танцы, смех — всё это стало казаться странным, почти чужим. Его сердце подсказывало, что ему слишком комфортно здесь, слишком хорошо. Лани действительно оказались добрее, чем он мог ожидать. Даже этот язвительный Лань Фэнь, несмотря на свои острые слова, был скорее забавным, чем опасным. Но в глубине души, сквозь лёгкость и радость, просачивалась вина. Он вспомнил Цзян Чэна, свою сестру… Что с ними? Ему казалось неправильным, что он, вместо того чтобы думать, как им помочь, смеётся и танцует. Груз вины вмиг стал давить на плечи, тянуть вниз, сжимая сердце. Вот так он выполнял обещание, данное Цзян Фэнмяню?  — Я не должен забывать, — тихо пробормотал он, сцепив пальцы. — Не должен терять из виду цель. Это путешествие — только путь к Гусу, а там всё начнётся по-настоящему. Он вспомнил Цзян Чэна: строгого, раздражительного, но всё же близкого, своего младшего брата. Всё, что он делает сейчас, — ради него. Ради того, чтобы он смог выбраться из этой трясины победителем. Ни доброта Ланей, ни легкость их пути, ни остановки в разных городах, ни заботливый Вэнь Нин рядом - ничего не должно сбивать его с намеченной цели. Он не имел права быть счастливым, пока не убедится, что семья Цзян в безопасности.  Его мысли прервал скрип двери. Вэй Ин резко поднял голову. На пороге стоял Лань Фэнь. — Ты не спишь? — холодно спросил он, прищурив глаза. Вэй Ин чуть приподнял брови, явно не ожидая такого визита. — А ты зачем явился? — насмешливо ответил он, все ещё не скинув с себя навалившуюся мрачность от тяжких мыслей, — Соскучился? Лань Фэнь закатил глаза, проигнорировав его подкол. — Мне приказали проверить, не сбежал ли ты, — сухо сказал он. — Сбежал? — Вэй Ин язвительно рассмеялся. — Ну, если ты хочешь, можешь привязать меня к кровати, чтобы убедиться, что я точно останусь на месте. — Ты невыносим, — тихо фыркнул Лань Фэнь, покачав головой. — Спасибо за комплимент, — улыбнулся Вэй Ин, откидываясь на кровать. — Но ты же понимаешь, что в этом нет смысла? Если я захочу сбежать, никто меня не остановит. — Ты слишком высокого мнения о себе, — ответил Лань Фэнь, не двигаясь с места. — А ты слишком серьёзен, — парировал Вэй Ин, снова взглянув на него с лёгкой улыбкой. — Но я всё равно не понимаю, почему ты здесь. Лань Фэнь промолчал. Его взгляд был холоден, но, казалось, он борется с чем-то внутри себя. Вэй Ин, прищурившись, внимательно смотрел в ответ. Его поза была расслабленной и уверенной, словно он всё ещё был тем, кто держит судьбы в своих руках. Это злило Лань Фэня. Он знал, что должен быть доволен. Ведь теперь их роли поменялись. Теперь он не пленник, а наблюдатель, и даже чуть больше — своего рода судья. Но почему-то каждый жест Вэй Ина будто бы кричал: “Ты не сможешь победить меня.” Лань Фэнь задержал взгляд на его руках — сильных, с тонкими пальцами. Он вдруг вспомнил, как эти руки когда-то сражались против него. Тогда они были врагами, и он проиграл. Это поражение до сих пор жгло, словно открытая рана. Но теперь… Теперь всё иначе. — Ты слишком расслабился, — бросил он, прерывая тишину. Голос вышел резким, почти язвительным. Вэй Ин замер, словно напрягся от этих слов, но уголки его губ все равно приподнялись полуулыбке. — Разве есть причина для напряжения? Эта улыбка раздражала Лань Фэня больше всего. Она будто бы говорила: “Я всё ещё выше тебя.” И всё же… что-то в ней было странно завораживающим. Лань Фэнь нахмурился, отводя взгляд. — Не забывай, где ты теперь находишься, — процедил он. Вэй Ин лишь рассмеялся. Этот смех, лёгкий, будто ветер, эхом разлетелся по комнате. Лань Фэнь почувствовал, как его охватывает злость — или что-то иное, более тягучее и непонятное. Он сделал шаг ближе, но тут же остановился. Нет, это не восхищение. Просто ненависть. Всё ещё ненависть… —  Не забывай, кто ты и для чего едешь в Гусу, — наконец сказал он и, развернусь, поспешил покинуть комнату.  Вэй Ин остался один, и тишина вокруг него вдруг стала давить.  Он не забывал.