Night call 📲

4. Следующие два дня прошли в тишине, и Хван был занят работой. Полицейский, конечно, не выходил из головы, но Джин был реалистом, поэтому понимал, что выйти сухим из воды и заполучить при этом горячего офицера практически невозможно. И с одной стороны даже был рад, что сейчас тишина — и Ёнбок забыл о нём и о его деле. Однако забыл ли? Оказывается, совсем нет… Напротив, офицер вёл своё расследование и копал информацию, но теперь уже на Хёнджина. Пробив некоторые данные и узнав в агентстве недвижимости, что квартиру по указанному в заявлении адресу снимают двое и платят за неё абсолютно равные части два человека, он предположил, что они, вероятнее всего братья или друзья. Узнав о месте работы и о графике, Ёнбок лукаво улыбнулся и, откинувшись на своё кресло, довольно прокрутился на нём несколько раз. .............. Ещё один нудный рабочий день завершился. Впереди пятница и заслуженные выходные. Хван любил ходить пешком: во-первых, он любил прогулки на свежем воздухе, а во-вторых, Джин не хотел часто брать машину Джисона, боясь за её целостность. Да и на такси каждый день не покатаешься. Мужчина вдыхал свежий майский воздух и медленно шёл по извилистым улицам своего района. Было уже не холодно, но и не так жарко, как летом, поэтому погода была именно для прогулок. Хван свернул в тот самый опасный переулок и улыбнулся. Пройдя пару шагов, блондин услышал, что за ним кто-то идёт, и ускоряет шаг. Хван напрягся, но не особо. У меня ведь нет паранойи. Люди тоже идут домой с работы. Но с какого хрена они ускоряют шаг, когда и я ускоряю? А вот теперь сердце тревожно забилось — выброс адреналина в кровь — и Хван уже думал о том, что ему лучше делать: бежать, кричать или защищаться от неизвестного психопата? Но кричать точно не вариант — вокруг ни души; бежать — очень сомнительно, но попытаться можно. Хван сто раз пожалел, что до сих пор не прикупил перцовый баллончик. В итоге, блондин рванул вперёд и побежал так отчаянно быстро, словно участвовал в Летних Олимпийских играх 2024 и бежал пятикилометровый марафон. Главное, добежать до места, где начинается освещённая часть, а там рукой подать — и дом. В универе Хёнджин всегда прибегал первым и считался лучшим бегуном в их группе, но это было раньше. Сейчас же его буквально в три прыжка догнали и схватили за руки. Очень крепко сжимая их за спиной. Всё происходило молча, и через секунду блондин уже практически целовал каменную стену опасного переулка. — Да ну… Это что, карма, блять? Отпусти! Что тебе надо? Деньги? Портмоне в кармане. Украшения? У меня только цепочка. Забирай. Преступник был в маске со встроенным динамиком, который очень искажал голос. — Мне нужен ты. Деньги меня не интересуют. Если будешь тихим и не будешь привлекать внимание — с тобой всё будет хорошо. Хван дёрнулся и попытался развернуться, чтобы увидеть хоть что-то и запомнить одежду и лицо грабителя. — Тише. Тише. Не дёргайся, если не хочешь быть исполосованным моим ножом. Хёнджин почувствовал, как через тонкую ткань его рабочего пиджака в спину упирается что-то острое и тонкое. Злодей прижимался к спине своей жертвы и, видимо, продумывал дальнейшие действия. Он резко развернул испуганного Хвана лицом к себе, и даже в темноте можно было разглядеть довольно большой нож. Но он не был похож ни на кухонный, ни на армейский, возможно это охотничий или сделанный спецом, но Хёнджин не разбирался. Единственное, что он заметил, это красивую резную рукоять, украшенную гравировкой. Блондин дёрнулся и попытался сорвать маску с преступника, но бороться с вооруженным человеком, который водит перед твоим лицом холодным оружием, не лучшая идея. Прохладная боковая грань клинка коснулась щеки, затем нож начал скользить ниже по подбородку и остановился на нижней губе. У Хёнджина аж кровь захолодела в жилах, он даже попытался не дышать. Но ,видимо, нарушителю закона было не интересно, что его жертва полностью повинуется, поэтому он продолжил свои игры. Хван стойко терпел весь накативший на него ужас и, возможно, он бы вытерпел эти угрозы ножом и отдал все свои деньги. Но то, что он никак не ожидал, что преступник начнёт специально упираться своим бедром в чужой пах, вдавливаясь так, что кажется, можно было прочувствовать не только мышцы подозрительного мужчины, но и его бедренные косточки. — Ай, блять, мне больно. Отойдите от меня. Забирайте деньги и проваливайте, пока не приехала полиция. Здесь часто ездит патруль. — соврал Хван, пытаясь напугать незнакомца. — Таким отбросам место за решёткой. — Закрой свой рот, пока я не закрыл его собой. И тут Хёнджина флешбекает. Фраза звучала до боли знакомо. Да нет! Ахаха! Я совсем уже сбрендил? Так помешался на том звонке и на офицере, что надеюсь, что этот мудак окажется Ёнбоком. Какой бред! Заметная улыбка появилась на губах блондина и явно удивила грабителя. — Тебе весело? Или думаешь, что я шучу? — Я думаю, что ты псих, по которому решетка плачет, а твои руки должны быть в наручниках. Острый кончик погрузился в нежную кожу губы, прокалывая её. Она сразу же окрашивается алой кровью. Хван всхлипнул, но если честно ему не было прям особо больно, жаром обдало всё тело. Блондин начал часто и шумно дышать. Острие ножа спустилось на подбородок и прошлось по шее, но едва ощутимо, и остановилось на выпирающей ключице. Незнакомец оставил один неглубокий порез на чужом теле, чем вызвал то ли полустон, то ли полувсхлип из уст Джина. В принципе всё было терпимо и Хван бы стойко смог вынести все эти экзекуции, если бы при всём при этом преступник не ёрзал по члену своей ногой. — Пожалуйста, хватит. Нахуя Вам это нужно? У вас психическое расстройство? Но кажется Хёнджин понял, зачем псих такое делает… Он просто напросто испытывает возбуждение, чувствуя чужой страх и видя кровь на губах и теле. Клинок прошёлся и по второй ключице блондина, срывая громкий стон, который пугает не только самого Джина, но и, видимо, преступника. Он убирает оружие и словно пытается рассмотреть жертву. Блять! Я что, простонал? Ну, этого ещё не хватало… Я что, позорно застонал, будто от удовольствия? С тонкого пореза моментально просочились капельки крови. Преступник в одно мгновение прячет нож и начинает облапывать жертву: нащупав портмоне, он забирает всю наличку. Не тронув документы и водительское удостоверение, бросает портмоне на землю и молча быстро уходит. Хёнджин в шоке. Пять минут ему понадобилось, чтобы прийти в себя, ещё пару минут, чтобы сообразить, что делать дальше. Такая наглость злодея очень возмутила парня, и стресс, который он испытал, снять будет тяжело даже алкоголем… Хван хватает смартфон Джисона и ищет номер офицера Ли. Судорожно набирает его и ждёт. Ответ не заставил себя долго ждать: — Господин Хван, добрый вечер. Я собирался… — но полицейский не договаривает — его перебивает поток слов. — Офицер Ли… Я…М-меня… т-только что с-снова ограбили. Я в том самом п-проулке, где это с-свершилось в п-первый раз. — Хёнджин задыхался и заикался. — Успокойтесь, Господин Хван. Я еду с дежурства. Выходите к фонарям и на дорогу, сейчас я вызову патруль, чтобы они объехали район. Я уже еду. Джин подбирает свой кошелёк и плетется к проезжей части. Его слегка трусит, но не от холода или страха, а от нервов. Через шесть минут подъехала полицейская машина и из неё выбегает уже знакомый офицер, но в гражданском. — Вы… Вы так быстро приехали! — удивился Хван. — …О, Господи, у Вас кровь. — Ёнбок осторожно и с какой-то особой нежностью прикасается к чужому порезу на ключице. — А… Нормально… П-почти не б-болит… — Скорее, идёмте в машину. Расскажите, что случилось. — перебил Ли и жестом махнул следовать за ним. Блондин поковылял за полицейским, и они сели на передние сидения. Машина завелась и медленно поехала в сторону дома Хёнджина. Хвана до сих пор трусило, но странное чувство не покидало его все пять минут, что они успели проехать. Пострадавший дотронулся до губы и облизнул её, характерно всхлипывая от неприятной боли. (Или приятной?) — Стойте, Вам нужно оказать первую помощь. Машина остановилась на обочине меж двух фонарей. Было в меру светло, и внутри горел слабый свет. Хёнджин поворачивает голову и видит руку и шею полицейского. Его вроде бы как успокоившееся недавно сердце снова начинает биться в неистовом ритме. Не то чтобы у Хёнджина был кинк на татуировки на теле, но эти он явно уже видел. Вот же недавно. — А давно у вас эти татуировки? — А, это! Давненько. После армии сделал и всё никак не сведу. Слишком броские для представителя закона. — Да, и правда. Ёнбок часто смотрел на Хёнджина, и было в этом взгляде что-то хищное, немного нездоровое. Тёмные глаза всё больше смотрели не на лицо, а на изрезанные ключицы пострадавшего. Казалось, тот ими любовался и даже не хотел вытирать кровь. — Так, моя аптечка… — будто вышел из транса Ли. — Она вроде бы в бардачке. Ёнбок наклоняется к бардачку и начинает его открывать, а потом зависает на секунду, вспоминая… — Давайте, я помогу. Вам, наверное, не удобно тянуться. — Джин помогает открыть и тянет ручку на себя. Открыв, Хван в ужасе застывает, видя среди бумаг, салфеток и маленькой баночки антисептика, тот самый нож с красивой резной рукоятью и гравировкой. Блять! Как я так неосторожно-то?.. Подумал офицер. …Секунда, и импульсы прошли через мозг, помогая Хёнджину анализировать всё произошедшее. Хван открывает в ужасе рот, глаза расширяются, будто у героя аниме; он рукой тянется к двери, чтобы поскорее выйти из ловушки, в которую сам же и попал. Однако щелчок… и двери оказываются заблокированы. Джин не знает, что говорить. Он всё ещё тешит себя мыслью, что Ёнбок — старший офицер и, возможно, они уже поймали преступника, а улику просто положил в бардачок без зип-пакета. Однако взгляд Ёнбока говорит совершенно о другом. — Эмм… Господин Ли, высадите меня здесь… Я дойду домой сам. Мне нужно подышать свежим воздухом. — Не думаю, что в ближайшие тридцать минут ты выйдешь отсюда, если выйдешь вообще. Представитель резко откидывает кресло Джина назад и тот оказывается почти в лежачем положении. А через секунду практически на его бёдрах сидит офицер. — Ах, вот оно как — играешь на две стороны. — переходит на неформальный стиль Хёнджин, чувствуя, как над ним нависает полицейский. Ли только ухмыляется и, доставая наручники, пристёгивает руки Джина к ручке дверцы автомобиля. — Ненормальный психопат. Ты преступник, а не служитель закона. Я заявлю на тебя… Слышишь? Ёнбок лишь усмехается, сверкая тёмными как бездна глазами. Брюнет пальцем проводит по чужой окровавленной губе, чем пугает блондина, и он в ужасе дёргает лицо в сторону, но сильные руки хватают за подбородок и возвращают в исходное положение. А далее офицер шепчет в шею: — Разве это я преступник? Как думаешь, что тебе светит за ложные показания и за попытку одурачить меня. — О чём ты? Против меня действительно было совершено преступление. Я не преступник. Ёнбок низко пещерно рассмеялся. — А ты ловко врал и почти не краснел. Я сперва даже поверил, но, когда ты начал разговор о играх с ножом твоего мнимого грабителя, это кое-что мне напомнило. Ёнбок достал свой нож и показал блондину. — Знакомься — это Джеф. Красивый, правда? — Не вздумай резать меня им. Отпусти. Нет! — сопротивлялся и дёргался Хван, но лишь распалял желание Ли сделать это с красивым парнем, что сейчас полностью был в его власти. Ёнбок наклонился и почти в самые чужие губы сказал: — Не делай вид, что тебе не нравится. Тебе понравилось ещё тогда, когда я случайно позвонил на твой номер. Ты так звонко стонал… Офицер на миг прикрыл глаза, будто пытаясь вспомнить эти стоны. — Ведь если нет, зачем ты тогда захотел меня найти и даже пришёл в полицейское отделение с этой историей? — Я… Мне… Мне, правда, сначала было интересно, что за человек разговаривал со мной с той стороны...Но, чёрт, ты безумен. — Все мы безумны в своей якобы нормальности. Взять, к примеру, тебя… Чувствуешь, как твердеет твой член, когда я веду Джефом по твоей коже? — Ничего не твердеет. Поомоогиите! — неожиданно закричал Джин, когда боковая часть клинка коснулась верхней части груди. Полицейский ловко расстегнул ножом пуговички, и они отлетели куда-то за сиденье автомобиля. — Закрой рот или так жаждешь быть заткнутым? Снова этот пещерный и глубокий голос проникал в каждую клетку Хёнджина, вызывая холод по коже и дрожь по телу. Парень замолчал, а потом всмотрелся в тёмные глаза и попытался решить всё мирно. — Слушай, Ёнбок… — Феликс. Называй меня Феликс. — улыбнулся более мягко брюнет. — Послушай, Феликс, давай решим всё мирно, а? — Например? — поднялся слегка Ёнбок над своей жертвой, продолжая остриём ножа медленно поддевать пуговички на рубашке. Второй рукой офицер нежно приоткрывал вид на безупречное тело парня перед собой и хищно улыбался. — Например, ты забываешь о моём обмане, а я забываю о твоём сегодняшнем нападении и об этом всём. Мы больше не пересекаемся и удаляем номера друг друга. — Аххаха! — громко рассмеялся Ли. — Думаешь, я теперь так легко отпущу тебя? Отпущу того, из-за кого меня преследуют навязчивые идеи; из-за кого я поругался со своим парнем, причём, не раз?.. Хотя там и так всё шло по пиз…де. Но чёрт, даже когда я играл с Джефом со своим бойфрендом, я никогда не чувствовал такого бешеного возбуждения, как с тобой. А твои звонкие стоны… Я бы хотел поставить их и на звонок, и на будильник — настолько они впечатлили меня. О, а сколько раз я воспроизводил в памяти наш разговор и… Ёнбок прикусил нижнюю губу и не договорил, но и так стало понятно, чем занимался представитель закона. Собственно тем же, чем и Хёнджин, слушая запись того телефонного звонка. Хван слушал это и был слегка потрясён таким интересом к своей персоне. Блондин чувствовал, как скользил холодный металл по коже, как клинок коснулся соска и тот моментально затвердел, а Хёнджин снова громко всхлипнул, еле сдерживая вырывающийся наружу стон. — Пожалуйста, Феликс, перестань… — почти умолял Джин. — Ммм! А мне нравится, но я хочу, чтобы ты просил меня о другом. Я хочу снова слышать твой звонкий голос и знать, что тебе хорошо. Позволь поиграть с тобой? Обещаю, тебе не будет больно… Ну, может совсем немного. Я не сделаю ничего такого, что может навредить тебе. Хван слушал томный и тихий полушёпот своего мучителя на ухо и уже просто истекал предэякулятом, как позорная шлюха, которая была голодна́ до секса. Хёнджин сопротивлялся изо всех сил, но, когда чужой горячий язык прошёлся по ключицам и слизал подсохшую кровь и засосал нежную кожу шеи — Хван сдался. — Ааах! — простонал он шумно. Десять секунд на размышления… — Блять, хорошо. Можешь делать всё, что хочешь, но чтобы я остался жив и прошу без шрамов на животе. Ёнбок вопросительно изогнул бровь. — Я проспорил своему другу и за это в свои 30 лет должен станцевать своему парню стриптиз. Ну, знаешь, хотелось бы, чтобы живот был цел. Брюнет рассмеялся. — Хорошо. Но я и не собирался трогать живот, я уже давно изучил и знаю, где шрамы будут заживать быстро и без особых следов, а где лучше не трогать. — полицейский задирает свою рубашку-поло и демонстрирует своё тело. Оно всё было увенчано тонкими порезами и еле заметными шрамами от острого лезвия. — О, чёрт! — Хван не сдержался и вскрикнул то ли от ужаса, то ли от удивления. Хотелось кончиками пальцев коснуться каждого шрама, но руки были в наручниках, которые уже слегка делали больно. — Ты мазохист-садист или фетишист? — слегка улыбнулся Джин, чувствуя какое-то спокойствие. — Я всё и ничего одновременно. Просто люблю острые ощущения, возбуждаюсь от холодного оружия и вида крови. У Хвана был миллион вопросов и, возможно, появилось бы ещё больше, но пока задавать их было некогда, потому что Ёнбок уже засасывал чужие губы и вылизывал рот Хёнджина с таким упоением, что, казалось, будто у блондина не губы вовсе, а конфеты. Бляяя… Как же охуенно целуется этот псих! Божечки, надеюсь я останусь жив сегодня и не разрешу ему исполосовать себя полностью. Хван расслабился и перестал бояться Ёнбока, но вот острого Джефа всё же опасался. Но тоже до поры до времени! Слишком уж умело и ловко управлял им офицер. Когда два напряжённых члена практически упирались друг в друга, мужчины решили не мучиться и освободиться от брюк и белья. А когда Джеф прошёлся по бедренным косточкам Хёнджина, тот первый раз за всё это время простонал так звонко и соблазнительно (именно так), как хотел услышать брюнет. Блондин даже подался бедрами вперёд от возбуждения и его член напряжённо дёрнулся, поблескивая смазкой, которая скопилась на головке. Обоих мужчин в себя привел звонок. — Оу! Это мой друг. — встрепенулся Хёнджин. — Хитро́, поменяться телефонами, но не настолько, чтобы я не раскусил тебя, Джинни. Прочитал имя звонившего. — Дай я скажу, что всё нормально. Он же не успокоится. Ёнбок поднес смартфон к уху пристёгнутого парня. — Алло! Джи, привет. Всё нормально. Ужинай без меня. Я?.. Полицейский выхватывает трубку и спокойно говорит: — Не волнуйтесь. Хёнджин со старшим офицером Ли Ёнбоком, он в безопасности. Да. И Вам хорошего вечера. До свидания. Звонок завершился, и телефон небрежно был откинут куда-то на заднее сиденье. Безумный взгляд брюнета и пугал, и возбуждал одновременно Хвана. У блондина слегка затекли руки, будучи всё это время в слегка подвешенном положении. Полицейский заметил это и отстегнул от ручки двери чужие кисти, но всё также оставил их скованными наручниками. Мужчины были уже полностью обнажённые, лишь рубашка Джина болталась на его руках, но это абсолютно не мешало. Они могли рассматривать друг друга при слабом автомобильном освещении. Идеальное белоснежное тело Хёнджина против слегка смуглого, увенчанного татуировками и шрамами, тела Ёнбока. Изящный, длинный и уже очень влажный член Хвана упирался в тяжёлый, большой, с более тёмной головкой, но такой же влажный от смазки, половой орган Ли. Не то чтобы Хёнджин любил болтать во время секса, но всё же некоторые нюансы он предпочитал знать заранее. — Ты актив, да? Брюнет усмехнулся. — Могу быть кем угодно. А ты? — Я универсал. Мне и так, и так нравится. — Отлично! Тогда не будем терять время. Хочу, чтобы ты порадовал меня. — ответил полицейский и почти улёгся сверху на Джина. Сиденье с неприятным хрустом ещё сильнее опустилось в лежачее положение. Руки Хёнджина были за головой и теперь доставали до пассажирского сидения сзади, и можно было их положить и не держать на весу. Хёнджин и злился, что это оказывается его обвели вокруг пальца, и боялся вооруженного служителя закона, который сто процентов смог бы прирезать его и выйти сухим из воды, зная всю структуру работы полиции изнутри; и был счастлив, что тот, на кого дрочил пять дней назад, сейчас смотрит на него с диким желанием и страстью. Возбуждение было на пике. Два члена упирались друг в друга, иногда можно было даже почувствовать чужую пульсацию в венах, которые выпирали от напряжения. Хван начал двигаться, пытаясь хоть как-то облегчить своё состояние. Трение членов и касание собственного живота было чертовски приятным. Смазка смешивалась и размазывалась по головкам обоих парней. Хёнджин прикрыл глаза, чувствуя наконец-то приятное соприкосновение с чужой горячей плотью. Хотелось громко стонать, но для блондина это бы значило полнейшее поражение. Да и слегка сопротивляться надо было, ведь это очень заводило Ёнбока. А тот время зря не терял и тоже двигался тазом вперёд, упираясь в чужой каменный стояк. На самом деле вполне можно было кончить и так, но Ли не планировал так быстро отпускать свою жертву. — Сегодня ты сделаешь это не меньше трёх раз и только потом выйдешь из этой машины. — будто предупреждая, сказал офицер. — Что-о? Умх… Что, сделаю? — не понимал Хван, пытаясь держаться. — Три раза ты будешь выстанывать моё имя; три раза будешь скулить, требуя продолжать; три раза будешь умолять меня прекратить и три раза получишь оргазм. — Не слишком ли ты самоуверенный?.. — с усмешкой спросил Хёнджин. — Хотя, знаешь, в полицейской машине я ещё не трахался, я не был пристёгнут наручниками и меня ещё ни разу не пытали ножом… Так что… всё возможно! — Это не просто нож — это Джеф. Запомни! Обращайся к нему по имени! — сказал, сверкнув глазами Ли. — Ладно-ладно, не кипятись! — слегка испугался блондин, когда Джеф снова блеснул перед лицом...