Night call 📲

6. Полицейский не хотел донимать вопросами пассажира и молча вёз блондина домой. Через десять минут машина остановилась в жилом квартале у небольшого двухэтажного дома. — Приехали. Джин вздрогнул и открыл глаза. — А, спасибо. — Давай я проведу тебя. — и Ёнбок, открыв дверь машины, вышел вместе со своим пленником. — Это не обязательно, я и сам дойду. — проговорил, еле шевеля языком, блондин. Хван достал ключи из пиджака и открыл дверь. Сразу ко входу подбежал перепуганный Джисон и, не видя за спиной полицейского, начал быстро тарахтеть: — Джинни, блять, где ты был? Я уже в розыск хотел подавать? Твою мать, а что с твоим лицом, а шея? Вдруг Хан замолкает, когда видит чужого человека. — Всё в порядке, Джи. На меня напали в проулке. Офицер Ли после всего довёз меня домой. — сказал устало Хёнджин. — Ох, спасибо огромное, офицер Ли. Смотрю, и Вам досталось? — парень показывает на чужую порезанную грудь, немного выглядывающую из-под одежды. Ёнбок не успевает ответить, как новый вопрос вылетает из уст Хана. — Преступника ведь поймали? Вот же мудак! — Джи, успокойся! Поймали и наказали со всей строгостью. Всё в порядке. Блондин повернулся и, натянуто улыбаясь, обратился к Феликсу: — Спасибо, офицер Ли, за помощь и за то, что подвезли. Доброй ночи и будьте осторожны на дороге. Брюнет хотел что-то сказать, но не успел, Хван направился закрывать дверь за случайным гостем. Тот кивнул, легко улыбнулся и молча вышел. Хёнджин, не говоря другу ни слова, пошёл в душ — там он стоял около получаса просто под струями воды. Сил покупаться полноценно не было, поэтому он просто обмылся водой без геля и выключил воду. Подойдя к большому зеркалу, парень осмотрел себя: шея в синяках, на груди и на бёдрах тонкие свежие порезы. М-да уж! Вид, и правда, будто меня пытал маньяк… Хёнджин замотался в полотенце и вышел в зал. Джисон всё так же сидел на диване и пытался что-то понять, что он не в состоянии был проанализировать. — Друг, почему не идёшь спать? — Джинни, не хочешь поговорить и рассказать мне. — Джи, я в порядке. Уже в порядке. Просто устал. Пойду спать. Спокойной ночи. — Ладно. Если захочешь поговорить, то я всегда рядом. Хёнджин легко улыбнулся и пошёл в свою комнату. Он лёг в свою кровать и пытался понять, что он чувствует. Сначала, конечно же, чувствовал вину за то, что одурачил полицейского, а в итоге получилось, что тот практически сразу всё понял и сам поддержал игру, придуманную блондином. Не обошлось и без удивления и скрытой радости — увидеть Ёнбока в действии и получить с ним три крышесносных оргазма… Это самый запоминающийся секс, который был у меня! Джин ухмыльнулся. Однако с другой стороны, Хёнджина почему-то не покидало неприятное чувство, будто его использовали. Молодой мужчина пытался улечься поудобней, но всё тело чертовски болело — на какую сторону бы не лёг. Так он ещё не трахался ни разу в жизни! От усталости сон окутал Джина моментально, и парень проспал до самого обеда. Хан подходил к чужой двери несколько раз, слушая, спит или ходит по комнате Хёнджин. — О, Джи, доброе утро! Что ты здесь делаешь? — Проверял тебя. Всё нормально? — Да. — Я хочу на этих выходных поехать к Минхо. Его родители хотят познакомиться со мной и пригласили в гости. Пожелай удачи! И посоветуй, что лучше надеть? — Здорово, что родители твоего парня поддерживают его выбор и не такие консервативные, как твои. — улыбнулся Хёнджин, потягиваясь. — Да, тут ты прав! Жду тебя. За час Джисона собрали, будто на свадьбу. — Родители Минхо будут в восторге от тебя. — подбодрил блондин друга и ещё раз осмотрел его. — Так, Джин, мне нужен мой телефон. Если тебе будет звонить незнакомец-полицейский — я не буду брать. — А! Точно! Вот, забирай свой смартфон. Уже не будет звонить. Можешь даже заблокировать тот номер. — Блокировать я не буду, но брать точно мне нет смысла. — Он раскусил меня, Джи, так что звонить не будет. — спокойно сказал Хван и начал включать ноутбук, чтобы занять свой выходной. — В смысле? — испуганно выкрикнул русоволосый парень. — Не бери в голову! Смотри не опоздай и — удачи. Буду держать за тебя кулачки. Джисон решил вернуться к этому разговору после того, как погостит у Минхо, а Хван будет более настроен на беседу. .............. Выходные блондина прошли, можно сказать, в одиночестве, если не считать компании ноутбука. Хёнджин даже смог немного поработать и закончил один рекламный проект. Иногда он брал свой телефон и смотрел на номер Ёнбока, размышляя о необходимости удалить тот безвозвратно, но потом что-то останавливало и он блокировал смартфон, убирая подальше от глаз. В воскресенье ночью приехал Джисон: как показалось Джину, друг был счастливый как никогда и слегка навеселе. Было уже очень поздно, поэтому соседи перекинулись лишь парой слов и разошлись по комнатам. Работа слегка вытянула Хёнджина из океана мыслей того пятничного вечера. Домой теперь Хван возвращался строго на такси или просил, чтобы Джисон забирал его, когда был свободен. ................ Феликс стоял поодаль, одетый в гражданское. Он был на своей машине и наблюдал, как Джин выходил из рекламного агентства, улыбаясь и махая Джисону. Красивый! Такой лёгкий и непринуждённый! И одновременно статный и аристократичный… Пронеслось в мыслях у офицера. Вообще, он не собирался нагло сталкерить за Хёнджином, но вот уже второй раз оказывается случайно у чужого места работы и именно в то же самое время, когда у того заканчивается рабочий день. Джисон заводит машину, и они проезжают мимо машины Ёнбока. — Джи, стой. Сто-ой! — резко вскрикнул блондин, замечая кого-то знакомого и резко оборачиваясь назад. — Джинни, что случилось? Я не могу здесь парковаться — меня сразу оштрафуют. — А! Ничего! Скорее всего, мне просто показалось. Бля, кажется узнал меня! Ну, ещё бы, гений конспирации! Ты бы ещё встал у самых дверей его работы… Всё! Нужно оставить эту затею и перестать следить за ним, а то теперь он, и правда, мог бы заявить на меня. Друзья приехали домой, и Хёнджин всё не мог выкинуть из головы того темноволосого человека, что стоял недалеко от его работы. — Ты что, призрака увидел? Что с лицом? — Не знаю, но мне показалось, что там стоял офицер Ли. — И что? Может по работе, а может просто похожий человек. — спокойно ответил Джисон. — Кстати, мы ведь так и не поговорили… Что случилось в тот вечер? А офицер очень горяч, кстати. Джисон подмигнул и принялся доставать тарелки для ужина. — Я не хочу говорить ни о том вечере, ни о том полицейском. — недовольно ответил Хван, давая понять, что не хочет развивать эту тему. — А я думаю, что ты, наоборот, хочешь рассказать мне и поделиться тем, что тебя тревожит эти несколько дней. Если Джисон хотел что-то разузнать, то он сделает это любой ценой и даже сейчас, накладывая другу побольше риса и маринованного обжареного мяса, он знал, что Хван рано или поздно расколется. Поев и став слегка более разговорчивым, Джин сам начал развивать эту тему. — Ты правда находишь его горячим? Того офицера? — интересуется Хван, запивая безалкогольным пивом вкусный ужин, который приготовил Хан. — Очень. А его голос такой необычный… — Блять, чёртов его голос… Он не выходит у меня из головы, а его шёпот… — Хван почти взвыл и опустошил банку за раз. — Это ведь он, да? Тот самый звонивший тебе, которого ты искал? — Ага. — Хван устало отклонил голову назад и прикрыл глаза. Через секунду он резко распахнул их и вскочил из-за стола, испугав Джисона. — Мне надо сменить номер телефона! — Джинни, успокойся… Зачем? Разве он тебе названивает? — Нет… — Тогда я не понимаю… — Джисон в удивлении смотрел на друга. — Джи, это он… — Кто — он, что — он? Ты можешь нормально объяснить? — злился сосед, потому что не мог понять, что так тревожило его друга. — Это он тот самый преступник, который напал на меня в пятницу. — Что, блять? Как? — Он тот самый человек, который изрезал меня… Джисон вскакивает со стола и, подбегая к другу, хватает его за плечи. — Джин… Я… Что я могу сделать? Ты заявил? — миллион вопросов в глазах испуганного русоволосого парня. А Хван продолжал: — И он же тот самый человек, от которого я стонал, как сука, и получил три оргазма меньше чем за полтора часа. Хёнджин уселся на диван и, закинув нога на ногу, продолжал этот диалог-монолог. — … Знаешь, я уже думал, что меня ничем не удивить… И секс это просто способ расслабиться и выпустить пар… Но с ним… Я будто заново родился. Будто моё тело стало в тысячу раз чувствительнее, а оргазм… — Джин снова резко замолчал и закрыл глаза. — А оргазм?.. — переспросил Джи, сгорая от любопытства. — А оргазм был такой мощный, что моё тело меня потом около получаса не слушалось. Он псих… И у него явно проблемы. Эти игры с холодным оружием… Это ведь ненормально? Какой нормальный человек будет возбуждаться от порезов на теле и крови на губах? — задавал вопросы блондин, но сам же на них и отвечал, не давая Хану и слово вставить. — Хотя в этом что-то есть. Кровь на губах — это, и правда, сексуально, а особенно, на его пухлых губах. Джисон решил выпить пива, хотя бы пива, потому что соджу у них закончилось. Парень, шокированный рассказом, сидел рядом и продолжал слушать друга. — Я вот думаю, Джи, а что, если я такой же псих? И судьба не зря нас свела? Тот звонок и потом моё желание найти его… Что скажешь? Сосед был рад, что наконец-то спросили и его мнение, но только он открыл рот, высказать свои мысли, как его снова нагло заткнули. — Вероятно, я всегда был таким… Но списывал это на то, что партнёры плохие попадались. Никто не мог меня нормально удовлетворить: секс всегда получался какой-то бесчувственный, сухой, жадный на эмоции. Не такой, от которого бы хотелось кричать на всю полицейскую машину и выстанывать имя психа, который только что изрезал твою грудь, а потом искусал губы до крови, а ты продолжаешь стонать и не можешь остановить его, потому что тебе это до судорог в ногах нравится и ты готов на всё, что он предложит. Джи, я ненормальный? — Ну, смотря с какой… И снова Джисон не успевает ничего сказать. — В общем, я понял, почему ни с одним из моих бывших бойфрендов у меня не сложилось… В них не было того самого безумства, которого мне так не хватало. А этот офицер одним своим взглядом, одним прикосновением ножа, уносил меня в небытиё удовольствия… Хёнджин, наконец-то, замолчал и широко открыл глаза, ожидая совета от Джисона и его мыслей касательно всей этой истории. — Джин, он применил к тебе насилие, он трахал тебя в своей машине и удерживал тебя в ней несколько часов. Ты понимаешь, что это преступление? — Где — преступление? Я остался жив, он выполнил свои обещания и отпустил меня после трёх моих оргазмов и трёх мольб. Я позволил это насилие, и оно мне, на минуточку, понравилось. Джисон сидел в ахуе. — …А самое интересное… Я ведь мог выбраться, мог кричать и звать на помощь, когда к нам подошёл случайный водитель. А вместо этого я подыграл ему и принял правила игры, возбуждаясь от того, что лежу под пледом полностью обнаженный, в наручниках, истекая смазкой и кровью от порезов, проклиная этого любопытного человека (желающего помочь), что он лезет куда его не просят. Хёнджин безумно улыбнулся и сверкнул глазами. Он выглядел, как сумасшедший, которому давно не кололи успокоительное. Такого Джина Джисон ещё не видел. Сосед залпом выпил банку пива, пытаясь перевести дыхание от этого рассказа. — Джинни, друг, а может тебе к психологу сходить? У Минхо родственник есть, как раз таким занимается и помогает справиться с психологическими травмами. — Нет. Мне не нужен психолог… Мне нужна ещё доза этого безумия, а лучше две. А что если мне позвонить ему и поговорить? Хотя это так глупо… Что я скажу ему? Что я могу предложить такому человеку, когда я даже не смог сделать ни одного пореза на его коже? Теперь Джисону стало действительно страшно за друга. Он даже побоялся, что от пережитого стресса тот мог поехать кукухой и сотворить с собой что-то плохое. Хёнджин, видя невообразимый страх и волнение в глазах Хана, улыбнулся своей обычной улыбкой и успокаивающе сказал: — Джи, не волнуйся обо мне. Я в порядке. Как ты? Как родители Минхо? Хван знал, куда перенаправлять разговор, и Джисон около часа рассказывал о том, как прошла встреча, и самое главное событие — Минхо предложил съехаться и жить вместе в его квартире, которую ему подарили родители, чтобы он туда мог приводить будущую невесту. — Хан засмеялся, и его глаза снова сияли счастьем. — Как же это чудесно! Я рад за тебя, Друг. — А как же ты? — неожиданно спросил русоволосый парень. — Потянешь эту квартиру сам? — Не волнуйся обо мне. У меня есть кое-какие сбережения, так что без проблем. — соврал Хван, по-доброму улыбаясь и растворяя все тревоги его соседа. — Ладно, тогда я на днях соберу вещи. После этого разговора прошло несколько дней; и три огромных ящика стояло у выхода, один чемодан с одеждой и одна сумка с разными важными вещами. Джисон ещё около пяти раз спросил у Джина: «Будет ли он в порядке?», «Хватит ли денег?» Хван убеждал, что всё будет хорошо, а в глубине души уже скучал за Джисоном. Ведь только с ним он был в самых долгих дружеских отношениях за всю его жизнь и больше ни с кем не жил. Хан съехал, и блондин был предоставлен сам себе: он перестал тесниться в одной комнате и занял под рабочий кабинет комнату своего бывшего соседа, разложив там свои рекламные наработки, плакаты и баннеры, которые были его самыми первыми работами и принесли первый неплохой заработок. Теперь после работы он ездил домой на такси или на автобусе, стараясь не ходить по подозрительным переулкам поздно вечером. В четверг Хван задержался. Темнело… Стоя на крыльце, мужчина пытался вызвать такси, чтобы добраться домой. Начинался дождь, и все машины были заняты. Хван громко выругался, проклиная своё везение и рассеянность, так как забыл зонт. Хёнджин рассматривал два варианта: первый — бежать домой, пока не спустился ливень, и второй — продолжать ждать такси неизвестно сколько времени… Он решил бежать домой, пока дождь не начался сильнее. Разогнавшись и ловко перепрыгнув две небольшие лужи, он чуть не упал, когда чьи-то крепкие руки схватили его и потащили в неизвестном направлении. — Да что за хуйня? Почему все хотят обокрасть именно меня? — выругался опять Джин и, доставая баллончик со своей наплечной сумки, пару раз попытался пшикнуть в сторону лица обидчика. Неизвестный ослабил хват и рассмеялся. — Господин Хван, неужели Вы наконец-то приобрели средства защиты? — ответил низкий знакомый и до боли сексуальный голос. Хёнджина пронзает молнией и он поворачивается, пытаясь убрать свои мокрые пряди волос с глаз, чтобы посмотреть на… — О, чёрт, офицер Ли? Что Вы здесь?.. Как Вы? Простите, Ваши глаза? Ёнбок наощупь вытащил бутылку воды из машины и много раз промыл глаз, в который попал перцовый раствор; второй пострадал меньше, но тоже был промыт. — Всё в порядке. Могу подвезти. Я проезжал мимо по работе и… — соврал Ли, но его резко перебили. Хван нагло садится на водительское сиденье и улыбается, понимая, что мимо никто, конечно же, не проезжал, и понимая, что в тот раз он видел именно эту машину и именно этого человека в гражданском. — И как Вы собрались меня подвозить с такими-то глазами, будто вы подвержены зомби-вирусу? — смеётся блондин и открывает соседнюю дверь пассажирского сиденья. Феликс тоже улыбается и садится рядом. — Права хоть есть? — Вроде получал три года назад. — широкая и тёплая улыбка. Но Хван не спешил заводить машину, он смотрел на Феликса, будто ожидая объяснений или хотя бы чего-то, чтобы понимать, как вести себя дальше и что говорить… — Говорите, проезжали мимо по работе? — прищуривается блондин и осматривает брюнета, явно не веря в его слова. — Несколько дней назад Вы тоже проезжали мимо по работе? — ухмыляется мужчина и пытается вспомнить, как водить машину. — Ладно, не буду врать… Я нагло следил за Вами и хотел убедиться, что преступники больше не навредят Вам. — Преступники, имеете в виду себя, которые сталкерят меня уже, наверное, раз пятый… Но все остальные не такие безумные и решительные переступить закон. — ухмыляется Хван и, наконец-то, стартует. Тишина… Машина медленно выезжает на дорогу. — Советую пристегнуться — я давно не водил. — предупредил Хёнджин и бросил короткий взгляд на растерянного полицейского. — Тогда может остановитесь и мы подождем, пока мои глаза придут в норму, чтобы я отвёз Вас. Блондин тормозит, и они останавливаются, съезжая куда-то на обочину и находясь в трёх километрах от дома Джина. — Почему так официально? Или Вы неофициально разговариваете только с теми, кого трахаете, угрожая ножом. — хитро улыбается Хёнджин. Ли опешил от таких речей и сглотнул. — …Да ладно, всё нормально, можем разговаривать и официально. Мне всё равно на самом деле. Дождь пускается сильнее, барабаня по капоту и лобовому стеклу. Блондин улыбается, понимая, как же всё-таки этот дождь в тему сейчас и флешбекает Хвана в тот пятничный вечер, когда он открыл в себе кое-что новенькое. Феликс посмотрел в окно и, видимо, тоже вспомнил, потому что закусил губу и шумно выдохнул. Они сидели около семи минут в тишине, слушая лишь шум дождя и дыхание друг друга. За окном уже полностью стемнело и включилось уличное освещение. — …Я хочу извиниться… — начал Ли и медленно повернул голову в сторону водительского места. — За что? — переводит взгляд на брюнета Хван. — За то, что сделал в пятницу и причинил Вам боль. Я не знаю, почему я потерял контроль и так поступил с Вами. Если бы я мог всё исправить. — Уже поздно извиняться, Феликс, ты уже пошатнул моё представление нормальности и адекватности, а моё понимание о боли и удовольствии вообще пошло тёмной дорогой в неизвестном направлении… — Хёнджин перешёл на неформальный дружеский стиль. Ёнбок не знал, что сказать, поэтому молчал, смотря на красивого и слегка намокшего блондина. Его волосы были влажные и, ниспадая, невероятно подчеркивали всю идеальность чужого лица — скулы острые, напоминающие изящные клинки из коллекции Ли, губы алые, будто поверх были обмазаны свежей кровью. Феликс сообразил, что слишком уж долго зависает на чужом лице, и снова отворачивается. Хёнджин пытается скрыть улыбку и продолжает задавать вопросы: — Так зачем следишь за мной? Любопытство или хочешь предъявить мне что-то? Некогда смелый, решительный и дерзкий офицер Ли очень быстро потерял уверенность. Он не смог ответить и, посмотрев в зеркало, сказал: — Мой глаз уже почти в норме, а второй вообще отлично. Пересаживайся, я отвезу тебя домой. И если Феликс думал, что Хёнджин перелезет на заднее сиденье, чтобы не выходить из автомобиля и не мокнуть под дождём, то каково же было его удивление, когда блондин в секунду оказался верхом на Ёнбоке, опираясь на его плечи и пытаясь усесться на сиденье. — Что ты делаешь? — испуганно спрашивает брюнет, когда понимает, что по его паху несколько раз нагло проехались задницей. — То, что ты сказал — пересаживаюсь. — невозмутимо сказал блондин и перенес руки с плеч на изголовье кресла. — Водительское свободно. Феликс будто опомнился и тоже осторожно перелез на соседнее место. Он быстро пристегнулся, включил зажигание и дворники. Автомобиль резко тронулся с места. Ммм… А сидеть на его бёдрах так же волнительно, как и чувствовать Джефа на своей коже. Хёнджин без спроса открыл бардачок и почему-то совсем не удивился, увидев там уже знакомый клинок с красивой резной рукоятью. Феликс увидел, что его вещь берут без спроса и уже хотел возмутиться, но мягкий голос Хёнджина вовремя меняет настрой офицера. — Я посмотрю поближе, можно? — Да, конечно. — Всегда берёшь его с собой? — Практически да. Он много раз спасал мою жизнь и на службе, и просто. — О, как интересно! Расскажи! — просит Хван и разглядывает нож. Мужчина вертит его в руках, проверяя насколько заточен сегодня Джеф. — Однажды, когда я был на дежурстве, несколько грабителей набросились на женщину. Одного я смог отогнать, а второй не послушал и игнорировал мои предупреждения, потом и вовсе набросился и намеревался выхватить мой пистолет из кобуры… Джеф оказался рядом и, в общем, после стычки… женщина спасена… — А тот грабитель? — интересуется Хёнджин, думая, что Феликс их убил. — А грабители сели в тюрьму после признания. А второй раз — в пистолете закончились патроны и снова мой помощник пришел мне на помощь. Хёнджин с интересом слушал истории, а потом неожиданно провёл остриём по внутренней стороне бедра и повёл наверх по своему телу. — Хёнджин, ты что делаешь? Положи на место. — Почему? Хван прекрасно видел, как поменялся в лице Ёнбок. — Ты можешь пораниться. Блондин играл с Джефом и касался самым остриём своих алых губ, слегка вдавливая кончик в свою мягкую плоть. Ёнбок нервничал и часто отвлекался от дороги. Он облизал пересохшие от волнения губы. — Офицер Ли, Вы отвлекаетесь от дороги. Так мы можем попасть в аварию. — Да, ты прав, поэтому… Пожалуйста… Убери нож от своего лица. — Нет. Ты не боишься, что я поранюсь, ты боишься, что возбудишься и снова сорвёшься. Офицер резко останавливает машину и съезжает на обочину. — Я сказал, прекрати и убери Джефа на место! — попытался более-менее спокойно попросить Ли, но получилось довольно агрессивно и властно. — Ладно-ладно. Не заводитесь, Господин Ли. — играя, повиновался Хёнджин, но в итоге, всё равно нечаянно проколол свою губу, и она моментально стала окрашиваться в алый. Однако Феликс завелся почти сразу, когда Хван начал скользить ножом по своей ноге и вёл Джефа по телу, а сейчас, видя алые блядски красивые губы… …А сейчас Феликс еле держался, чтобы не зализать их. Брюнет быстро заводит машину, и служитель закона молча ведёт её. — Кстати, Вы забрали мои деньги, Старший офицер Ли? А там была немаленькая сумма, между прочим. Ёнбок удивился, что Хван вспомнил о деньгах, которые он, и правда, нагло забрал. — А… Деньги… Я отдам, но не сегодня. — А когда? — удивлённо спрашивает блондин, специально не облизывая губы, чтобы кровь заполнила как можно больше пространства. — Через пару дней. Хёнджин, у тебя…это… кровь идёт сильно… Вытри. Там салфетки… — брюнет пытается не смотреть на соблазнительные губы. — Пустяки. Дома уже вытру. — отвечает Хёнджин и игнорирует то, что алый ручеёк течет уже по подбородку. Через десять минут автомобиль стоял у дома Хёнджина. — Спасибо, Господин Ли, но в следующий раз, если будете сталкерить меня — делайте это незаметно, а лучше просто скажите прямо, что Вам нужно. Ёнбок не выдерживает — застоявшаяся кровь так и манит. Хван слегка наклоняет голову в сторону водителя, когда отстёгивает ремень безопасности, а затем замирает от того, что его нижняя губа оказывается нагло засосана брюнетом, а подбородок облизан. — Господин Хван, предостерегаю Вас: «Не стоит садиться в машину к голодным безумцам!» — говорит Ёнбок и хитро облизывается после поцелуя. Хван лишь на секунду округляет глаза от удивления, а потом с невозмутимым видом отвечает: — А может мне нравится ездить домой под дождем и с вооруженными безумцами… — сексуальная улыбка и Хёнджин, подмигивая, выходит из автомобиля.