Night call 📲

7. Уже дома блондин понял две вещи: первая — Феликс однозначно тащится от игр с холодным оружием, от кровавых губ Хвана и, скорее всего, не только от его губ; а вторая — Хёнджина и самого нехило завёл Джеф, а ещё полные безумства глаза Ёнбока. Прошло ещё несколько дней, но больше офицера Ли Хван не замечал. Либо тот хорошо маскировался, либо просто-напросто не приезжал. И кажется, вторая версия расстраивала Хёнджина больше и даже злила, скорее всего. Хотел ли Хван увидеть безумного офицера? — Да! Хотел ли целоваться с ним под дождём в полицейской машине? — Да, чёрт возьми! Хотел бы, чтобы Феликс играл с ним и с Джефом? — Скорее, да, чем — нет… Сука! Ну так же нельзя! За что мне всё это? Хёнджин нервно ходил по комнате и то брал телефон в руки, то снова бросал на кровать и снова брал, намереваясь позвонить Ёнбоку. Он хватает смартфон и набирает уже наизусть выученный номер. — Алло! Привет! Ты не занят? ...... — Отлично. Приезжай ко мне, пожалуйста, пока я не сошёл с ума. ...... — С нетерпением жду. Через тридцать пять минут на пороге уже стоял взволнованный Джисон. — Друг, привет! Что случилось? — Я опять с ним виделся. — С кем? — Да с тем полицейским — с Ёнбоком. — И что вы делали? — Да ничего. Он подвёз меня домой, мы поговорили немного, потом он слизал мою кровь и я пошёл домой. — быстро рассказывал Хван, смотря на телефон, будто на врага народа. — Эмм… Я конечно не в курсе ваших игр… Но слизал твою кровь? В смысле? — Джи, блять. Да! Я проткнул свою губу — пошла кровь, он облизал мою губу и подбородок. — невозмутимо объяснил Хёнджин, немного злясь, что ему приходится повторяться. — Ну, а я чем тебе могу помочь? — Забери мой телефон или спрячь от меня или разбей, потому что я хочу позвонить ему. Это самое малое и безобидное, что я хочу… А вообще, я думаю, что хочу его увидеть… Может, просто поговорить о гребучей погоде или о машинах… В общем, чёрт, я не знаю. — Я думаю, он заинтересован в тебе не меньше. Давай сюда свой смартфон. — О, спасибо, спрячь так, чтобы я не нашёл его. — Хёнджин будто успокаивается, но не надолго. Джисон водит по экрану, а потом подносит к уху. — Ты кому звонишь? Друг, ты Минхо звонишь? Джисон отходит подальше и довольно улыбается. — Джи, блять… Нет… Отдай нахуй телефон. Зачем ты? Ты кому позвонил? На том конце снимают трубку. Джисон, отбиваясь от Хёнджина и показывая ему «тсс», начинает разговор и включает сразу громкую связь. — Старший офицер Ли? — Да, это я… Простите, а кто это? — Ах, я не представился! Хан Джисон, я… — А, Господин Хан… Голос полицейского сразу меняется и становится дружелюбнее. — Что-то случилось? А это Ваш номер? — Нет, это номер моего друга — Хёнджина. Блондин хватается за голову, готовый в эту же саму минуту вырвать себе волосы и заодно снять скальп с Джисона. — С ним что-то случилось? (В голосе — тревога, и много вопросов сразу же обрушиваются лавиной на Хана.) Где он? На него снова напали? — Кажется, он потерялся или его похитили… Я точно не знаю… Но без Вас я его не верну. Хан пытается говорить серьёзно, но еле сдерживает смех, когда Хёнджин показывает жестом по горлу, что Джисону кранты, и идёт на кухню выбирать нож, чтобы убрать Друга. — Когда Вы его видели в последний раз, что он говорил, с кем встречался и кто последний его видел. — Я видел его давно, разговаривал по мобильному пару раз. И кажется, Вы последний, с кем он контактировал. Джисон выжидает небольшую паузу, а потом продолжает. — …А сейчас я вот приехал, телефон его лежит, а его нигде нет. Он случайно не у Вас? — У меня? С чего бы? (В голосе невероятное удивление и явная улыбка.) Хёнджин возвращается с ножом и ритмично бьёт рукоятью по столу. — Что у Вас за шум? — А, это… Соседи ремонт делают. — В девять вечера? — Да, они немного психопаты… Хёнджин обхватывает голову руками и почти рвет волосы на голове. — Господин Хан… Давайте так, если Джин… Если Господин Хван не вернётся до обеда, то Вы мне сообщите и я подъеду к Вашему дому, и будем решать, что делать. Во сколько мне лучше приехать? — Днём я буду очень занят… Не могу прерываться во время работы. Давайте я Вам позвоню со своего, как что-то узнаю и если что, скажу время, когда буду дома. — Хорошо, без проблем. — Доброй ночи, Господин Ли! — И Вам Господин Хван, то есть Хан. Джисон завершает звонок и улыбается. — Джи, блять… Ты совсем чокнутый? Нет, ты ебанулся серьёзно? Ты видел, сколько времени? А вдруг бы он спал? — Он полицейский — они почти никогда не спят и голос у него был бодрый. — Соседи ремонт делают? Ты хоть бы придумал что-то более оригинальное. — Ну, извини, я ж не думал, что ты будешь стучать ножом по столу. Кстати, положи-ка его лучше на место. — «Потерялся или похитили?» Ты чё, сбрендил? — Ну, а как ещё можно назвать твое состояние? Ты потерялся в мыслях об этом офицере, но смелости не хватает поговорить с ним и сказать, что течёшь от него, как сучка последняя. — Джи, тебя по лицу или в живот бить? — злится Хёнджин, но улыбается. Хан тоже улыбается, понимая, какой же он молодец и как завтра его будет благодарить Хёнджин, ведь у того завтра День Рождения. — Ну, блять, а почему на завтра ты договорился, чтобы он приехал? Почему именно завтра? Не через неделю, не через месяц, а блять, завтра. — Ну, потому, что мой друг пропал и мне нужно как можно скорее вернуть его и его адекватное состояние. А завтра как раз у тебя праздник… — Тем более… Нахуя? Я не собирался отмечать его и даже тебя не собирался приглашать. — Ты чё? У тебя, мать его, юбилей! Твоя первая тридцатка. Давай хоть дома посидим соджу выпьем? — У него, блять, парень дома будет один сидеть, а ты будешь со мной соджу пить… — Так я и Минхо возьму! Вместе веселее. — Ну, не знаю, я твоего бойфренда всего пару раз видел и то… Вдруг я ему не понравлюсь… Не дай Бог запретит нам общаться. Хан громко смеётся. — Ты и не должен ему нравиться, главное, что ты мне нравишься и я тебя терплю уже десятый год. А вообще, ты не можешь не нравиться… Есть в тебе какая-то неземная притягательность. — Ага, только, блять, притягиваются не понятно кто. — Ладно, завтра ещё поблагодаришь меня. До встречи, Джинни! И прошу, будь осторожен. — Давай, Джи. Ничего не покупай, понял? — Понял-понял. Однако Джисон и не собирался ничего покупать, он решил подарить деньги, так как знал, что они сейчас другу нужнее. ........... В честь Дня Рождения босс разрешил работать из дома и устроить короткий день, чему блондин был очень рад, а ещё более рад он был премии, которую шеф решил выдать чуть раньше. И все было бы прекрасно, если бы эту информацию знал и Ёнбок. Умный, но очень встревоженный полицейский, простоял несколько часов под рекламным агентством и, не наблюдая Хёнджина, который бы выходил с коллегами радостный домой, сразу же начал искать номер того самого Хан Джисона. — Господин Хан, это я — офицер Ли. — Ой, добрый вечер! Я как раз хотел Вам звонить… (Русоволосый парень сделал встревоженный голос). — Я так понимаю, что Хёнджин не вернулся домой, потому что на работе Вашего друга тоже сегодня не было. А вот тут уже Джисон реально испугался. — Как не было? Даже на работе? Не может быть, он бы не пропустил работу! — Вы уже освободились? — Да. Давайте встретимся, и я дам показания. Можете подъехать к нашему дому. Адрес… — Я знаю адрес. Через сколько мне подъехать? — Давайте через сорок минут. — Хорошо. Теперь уже занервничал Джисон. — Хани, с кем ты разговаривал? — Хо, собирайся. Поедем чуть раньше. — Я нервничаю, а вдруг я не понравлюсь Хёнджину и он не разрешит нам встречаться… — пепельноволосый парень выбирал, что надеть. — Аххаха! Однозначно понравишься, потому что он сказал точно так же. Господи, я надеюсь этот придурок ничего не натворил. У меня плохое предчувствие. — Любимый, не нервничай, зато у меня чертовски хорошее. Ты ведь знаешь, что моё чутьё меня никогда не подводит. — В этом ты у меня — Ясновидец. Парни собрались, взяли алкоголь, немного закусок, подарочный конверт с деньгами и вызвали такси. Уже в машине Хан позвонил Хёнджину. — Ты дома? — Ну, а где, блять, мне быть в свой самый отстойный День Рождения? — Правильно, будь дома. Праздник уже едет к тебе! Шары надул? — Джи, блять, какие, нахуй, шары? Минхо засмеялся, слушая громкую связь. — Ладно, не расстраивайся, когда увидишь свой подарок, они надуются автоматом. — Джи, ты уже накидался, что ли? Что ты несёшь? Какие шары? Минхо звонко заливается со смеха. — А что за стриптизер с тобой там едет? — интересуется Хван. — Если ты для меня заказал, то не стоило тратить такие деньжищи. Они ж сейчас дорогущие, как Porsche Cayenne. — Ой, кстати, как хорошо, что напомнил. Всё, жди. Через десять минут Джи со своим парнем приехали к Хёнджину. Конечно же, с порога они дружненько пропели Гимн любого Дня Рождения и вошли в дом. — Хёнджин — это Минхо. Минхо — Хёнджин. Именинник будто расстроился, что ребята приехали без стриптизера. — Эй, ты что, серьёзно ждал, что я привезу тебе стриптизёра? — Хан громко рассмеялся и по-хозяйски прошёл на кухню, будто домой. — Ну, надежда была. — улыбнулся блондин и жестом показал Минхо проходить на кухню, потому что тот был не таким наглым, как Джи. — Держи — это тебе первая часть подарка. Если захочешь, закажешь себе стриптизера, а если нет, то оставь на всякий случай. — Ну, Друг, не стоило… — начал Хёнджин, но в душе приятно-приятно. В смысле, первая часть подарка? Ты ещё что-то придумал? — Второй подарок в пути. Кстати, Джинни, у тебя ДР или похороны? А ну, пойди оденься празднично… Господи, эта рубаха тебя старит. Минхо улыбался, глядя на друзей, он приблизительно понял о плане Джисона, потому что тот рассказывал об этом ещё вечером, что пригласил без ведома Хвана на День Рождения какого-то полицейского. Хёнджин надел красную сатиновую рубашку с черным орнаментом и чёрные джинсы. — Господи, Джинни, блять, ну что за дедовское шмотье? Ладно, ничего! Быстрее снимешь… Хёнджин округлил глаза, не понимая, что несёт его друг, видимо, уже хорошо принявший на грудь. Джисон быстро накрывал на стол, и парни уже наливали соджу. Не успел Хёнджин выпить первую рюмку, как ему наливали снова; стол был уже полон закусок, которые появились из ниоткуда, и даже тёплое мясо тоже лежало на тарелке. — Джи, я не помню, чтобы в моем холодильнике было столько еды. — Я так и знал, поэтому мы привезли с собой. — Ох, Джи, я сейчас заплачу. Минхо, ты знаешь, как тебе повезло?.. Береги это сокровище… Пепельноволосый улыбнулся и одарил Джисона таким любящим взглядом, что Хёнджин не поверил, что так вообще можно на кого-то смотреть. Джисон уже наливал третью рюмку. — Джи, подожди… Куда ты гонишь? Вы спешите? Ещё полчаса не прошло, а ты наливаешь и наливаешь. — Пей. Ты — Именинник! Тебе надо. Хёнджину пришлось выпить и быстро закусить. Волосы мешали, и он решил пойти в ванную, чтобы собрать их в хвост. В это время Джисон взглянул на часы и пошёл к входной двери, потому что раздался звонок. Господин Ли — минута в минуту. — Заходите, Господин Ли. — улыбнулся Хан и указал жестом на кухню. Как раз в этот самый момент из ванной комнаты вышел Хёнджин и поинтересовался: — Джи, что, шары привезли? Тебе не обязательно… Минхо и Хан улыбнулись. Хёнджин увидел темноволосого мужчину в форме, но без шаров, и споткнулся о собственный порог. Ёнбок повернул голову на голос и, увидев пропажу, обомлел. Какой красивый! А рубашка! Мммм красная!.. — С Днём Рождения, Господин Хван. Вернее, с Днём Рождения, Хёнджин. Шок в глазах блондина улетучивался постепенно, сменяясь бурей эмоций на лице: от злости на Друга, до радости от долгожданной встречи и до смущения от такого горячего взгляда на себе. — Эмм… Спасибо. — Я смотрю — пропажа нашлась. Тогда я поеду — я ещё при исполнении. Хёнджин быстро соображал, что ему стоит сказать или сделать, чтобы задержать этого горячего полицейского. Именинник подошёл ближе к брюнету и почти раздел глазами офицера, потому что в форме он выглядел ещё сексуальней. — Вы должны мне деньги. — резко бросил Хван и сложил руки крест накрест на груди. Джисон округлил глаза от такого поворота. — Да, я помню. На работе я не вожу такие крупные суммы. Давайте я Вам привезу завтра. — почему-то Ли снова перешёл на формально — уважительный. — Нет! Сегодня. Мне за квартиру из-за Вас нечем платить. Ёнбок знал, что Хван теперь живёт один, потому что он снова случайно сверял данные и увидел, что теперь в договоре фигурировала одна фамилия и та сумма, что раньше делилась на двоих, теперь вся на Хёнджине, а сумма немаленькая. — Хорошо, я завезу после своей смены. Часов в девять Вы будете дома, или мне нужно будет подъехать куда-то?.. — Дома. — выпалил Хёнджин. — Хорошо, тогда я позвоню. Ёнбок дружелюбно кивнул и направился на выход. Хозяин закрыл двери за офицером и, подскочив к столу, с горла залпом допил не разлитое по рюмкам соджу. — Джинни, спокойно, выдыхай! — Джи, я тебя убью. Это ты придумал специально? — Конечно. Смотри, как шары надулись… — Хан улыбается и кивает на чужой пах, намекая на лёгкое напряжение в чужих штанах. Минхо звонко смеётся. — Тебе повезло, что у твоего парня такой успокаивающий смех. Сегодня не убью. Ладно, давайте отмечать. Тридцать лет раз в году. — Раз в жизни, Джинни. Раз в жизни! В компании друга и его парня Хёнджину было весело, хоть и немного завистно от взглядов, которыми одаривали друг друга влюблённые. И было видно, какие эти взгляды тёплые, наполненные не только желанием, коего там было полная Марианская впадина, но и заботой и уважением друг к другу. Да! Это и правда похоже на работу… Они ведь целый год шли к этому, работали над своими чувствами и эмоциями; берегли их; укрепляли и совершенствовали. Подумал про себя Хёнджин и решил сходить в уборную, заодно оставив парочку ненадолго наедине. Блондин осмотрел себя в зеркале и немного умылся, чтобы быть бодрее, так как алкоголь уже слегка туманил разум. Пересобрав волосы в свежий хвост, Джин остался недоволен, так как пряди всё равно выпадали, сколько бы он не поправлял. Однако после третьей попытки, психанув, оставил всё так как есть. Хёнджин с опаской открыл дверь, боясь увидеть страстные поцелуи своего друга с Минхо, но не обнаружив тех на кухне, вздохнул с облегчением. Но чуть не выругался, когда увидел их страстно целующихся прямо в зале на диване. Хван уже хотел было вернуться обратно в ванную комнату, но парни увидели его боковым зрением и быстро прекратили, чтобы не смущать. Искренние и тёплые пожелания от друга снова звучали, но теперь уже в зале за столом. Парни переместились на диван, чтобы можно было смотреть клипы и слушать музыку. Играли очень классные танцевальные мелодии, и ,в принципе, было весело. Джин любил танцевать, поэтому уже давно хотел двигаться в танце, но сдерживал себя как мог. — Кстати, Джинни, ты ведь помнишь, что ты должен сегодня сделать? Джин вопросительно вскинул бровь. — Ты должен станцевать своему парню стриптиз, когда тебе исполнится тридцать. — Аххаха! Помню-помню. Но хоть мне уже и тридцать, парня у меня до сих пор нет. Джисон задумался, а Минхо грустно вздохнул, будто жалея друга Джисона. На часах без пяти девять, и на телефон Хёнджина звонят. Он на автомате берёт трубку, ожидая очередные поздравления от коллег, но слышит тягучее: — Алло! Вы дома? — Да. Звонок в дверь — и Именинник застывает в дверях, когда видит Офицера Ли всё так же в форме, но без бронежилета и с охапкой цветных шаров, накачанных гелием. Тишина длилась чуть дольше, чем полминуты, пока Джисон дружелюбно: — О, Джинни, смотри, шары привезли. Ты ведь так хотел! Джисон более гостеприимно встречает нового гостя, быстро закрывая дверь за ним и забирая шары. Подхватывает его под руку и заводит в самый зал, молниеносно усаживая обескураженного мужчину на низкий диванчик. Быстро наливает тому соджу и спрашивает: — Вы уже не при исполнении? — Я… Нет! Уже с дежурства. Хёнджин, охуевший от такого, так и продолжает стоять где-то у входа, думая, что ему лучше сделать: сразу убить Джисона, или позже? Сразу нельзя — представитель закона в доме — лучше позже! Он проходит тоже в зал и садится на своё почетное место рядом с новым гостем. Все опрокинули рюмки, и только Хан успел сказать короткий тост: — За тебя, Друг. Хёнджин слабо улыбнулся. Ёнбоку было неловко в чужой компании. Он думал, что подарит шарики, отдаст деньги и уедет домой, но вот он сидит рядом с именинником и слова сказать не может, уже умирая от охуенности этих блестящих глаз и алых губ. Хёнджин был рад видеть офицера и вдыхать его запах, который хорошо запомнился ещё с прошлых встреч — сильный, независимый, с нотками пачули, бергамота и кожи. Однако и был смущён, потому что не совсем был морально готов к такой скорой встрече, а ещё стеснялся быть пьяным перед служителем закона. Хорошо хоть умылся перед этим! Бля, а то бы вообще и слова не мог связать. — Офицер Ли, угощайтесь! Раз уж Вас тут пытаются напоить. — Хёнджин осуждающе посмотрел на Джисона, тот сделал вид, что не заметил этого взгляда. — Что Вы любите — мясо, рыбу? Я могу принести рулетики. Что нужно? Хёнджин уже было встал, как крепкая рука плюхнула парня на место, а низкий пещерный голос сказал: — Всё что мне нужно — уже здесь. Минсоны ухмыльнулись, а Хёнджин сглотнул слюну. — А, ну тогда берите, что хотите. Вот приборы и чистая тарелка. Я не ел с неё… — снова начал тараторить Хёнджин. — Уже взял. — продолжал спокойно и медленно говорить Ёнбок, утаскивая сознание Хёнджина в плен. Хван понимает, что его до сих пор держат за руку где-то под столом. Он что, флиртует со мной? Вот же чёрт! А я даже флиртовать не умею… — Ну, что ж, тогда за знакомство… — За знакомство — поддержали все. Однако Хёнджин в отличие от всех хитрил: он пил по половинке, остальное незаметно переливал в пустую тарелку, стоящую с его стороны. Слово за слово — и напряжения, как и неловкости между незнакомыми людьми, уже практически не было. Джисон был слишком болтливый и дружелюбный. — Джинни, пойдём, поможешь достать ещё мяса. — позвал друг и поднялся. Феликс только сейчас нехотя отпустил чужую руку. Друзья пошли на кухню, Хван захватил свою пустую тарелку и прикрыл двери. Хёнджина слегка трясло, и он часто убирал прядь волос за ухо. Джисон схватил чужую руку и опустил вниз, а потом тихо сказал: — Успокойся. Ты прекрасен и с этой выпадающей прядью. Вот твой шанс — прошу, не проеби его. — Джи, я не знаю, что делать и что говорить. Он, кажется, флиртует или это я себе придумываю. — Он говорит всё по факту и да, это его фишка — такой вот у него флирт. — Но, блять, я уже забыл, как это делается. Забыл, как флиртуют. — Будь собой и делай то, что любишь делать больше всего. — Джисон подмигнул. Хёнджин задумался и попытался расслабиться. Друзья взяли блюдо с мясной нарезкой и пару чистых тарелок и вернулись. Минхо дружелюбно беседовал с офицером, тоже слегка побаиваясь представителя закона. И по его лицу было видно, что он счастлив от того, что вернулся виновник торжества и с ним его парень. Когда все были расслаблены и навеселе слушали истории офицера, Хван на мгновение задумался о том, что это ведь лучший День Рождения, что у него был за последние неколько лет. И блондин поистине был счастлив такой разномастной компании в свои тридцать лет. Тут тебе и разгильдяй Джисон с его полубожественным парнем Минхо; тут и представитель закона, с любовью к холодному оружию и крови, и он — в прошлом (далёком, молодом прошлом) — танцор-стриптизёр в клубе. Заиграла очень сексуальная песня, и все резко замолчали. VOILÀ — Figure You Out — Джи-ин… — медленно, почти выпрашивающе протянул Джисон. — Не-а… Джи, нет… Я не буду делать этого. — Джин, ты проспорил и у нас был уговор. — А о чём речь? — влазит в разговор Минхо и уже не стесняясь нежно поглаживает Джисона сзади под футболкой. — В прошлом году мы поспорили и Джин проиграл — теперь он должен выполнить свою часть после уговора: как только ему исполняется тридцать, он должен станцевать для своего парня стриптиз. — Ммм… — улыбнулся пепельноволосый. — И если тридцать мне уже есть… — Хван посмотрел на часы, чтобы убедиться, что он родился уже двадцать минут назад. — …То парнем я так и не обзавёлся. Все задумались. — Ну, станцуй не для своего, а для чужого… — предлагает Джисон. — А лучше станцуй для ничейного… — предлагает Феликс и, кажется, он уже на взводе.