Night call 📲

8. А он однозначно на взводе! И явно хочет увидеть стриптиз в моём исполнении! Подумал Хёнджин. Как там говорил Джисон: «Будь собой и делай то, что любишь делать больше всего!»? Ну, что ж, значит я станцую стриптиз для офицера полиции! Аххаха! Дожили! — Ну, ладно. Вы сами напросились… Только прошу, держите свои члены в своих штанах!.. — Хёнджин смеётся, но выглядит уверенно и подмигивает так горячо и соблазнительно, что Феликсу уже нравится. Минхо стеснительно улыбается и переглядывается со своим парнем. Хван задумался: Эх, жаль здесь нет шеста! Было бы ещё эффектнее… Хёнджин взял ноутбук и переставил чуть дальше. Именинник включил ту самую песню, которая так всем понравилась. Чтобы было больше места — стол отставили, а диван и кресла-пуфики, на которых сидел Минхо и Джисон, быстро развернули на танцпол. Джин немного пожалел, что хитрил с алкоголем, поэтому для смелости он нагло выпил из рюмки Ёнбока и пошёл начинать шоу. Парень начал двигаться: сначала просто легко танцуя, покачивая и вращая бёдрами, потом начал играть с собственным телом: проводил рукой по своей шее, потом пальцами по груди. Конечно, он играл с каждым из зрителей и смотрел и на Джисона, и на Минхо, но всё же больше внимания, безусловно, доставалось Феликсу. Блондин в танце сексуально распустил волосы и, блядство, это было так резко и дерзко, но так изящно, что офицер аж сглотнул. Затем Именинник подошёл почти впритык к полицейскому и начал имитировать движения как при сексе прямо перед лицом слегка обескураженного брюнета. Вращая тазом и делая сексуальную волну, Хван почти не касаясь — на весу, будто трахал в рот Феликса. По крайней мере со стороны для Минсонов это выглядело именно так. И Минхо от напряжения даже сжал чужую талию, слегка впиваясь ноготками в мягкую кожу. Затем Хёнджин отошёл от офицера, у которого глаза уже горели адским пламенем, и снова вышел на танцпол. Он начал медленно расстёгивать красную сатиновую рубашку с орнаментом, изящно перебирая длинными пальцами маленькие пуговички. Но снимать вещь танцор не спешил, он играл, причём играл по полной: то повернулся спиной и оголил плечо, продолжая сексуально вертеть задом, то развернулся лицом к смотрящим и скользнул под рубашку собственной рукой. Джисон, в принципе, знал, насколько изящно и сексуально умеет танцевать его друг, а вот Минхо и Феликс, конечно, были не в курсе, поэтому их лица говорили сами за себя. Однако важны не только плавность движений и умение красиво снимать с себя вещи. Особую роль занимает также мимика лица, поэтому Хван приоткрывал рот и скользил языком по губам, затем просто играл языком, иногда прикусывал нижнюю губу. В большинстве случаев это действовало на зрителей не меньше, чем и само раздевание. Секунда, и рубашка летит на диван. Оголенный торс выглядел потрясающе, а извивающийся Джин, и двигающийся, как змей — это убийство для Феликса, которого моментально флешбекнуло в дождливую пятницу, когда Хёнджин сидел сверху и так же извивался на члене Ли, как сейчас в танце. Хёнджин снова подходит к офицеру и вертит перед ним своим подтянутым задом в чёрных обтягивающих джинсах. — А трогать можно? — шутит Феликс, а у самого в глазах пылают все костры преисподней. — Только если за деньги! — отвечает блондин, но никак не ожидает, что Феликс из кармана своих чёрных брюк достанет тонкое портмоне и вытащит несколько купюр, запихивая их в два задних кармана стриптизёра. Кажется, теперь глаза загораются и у Хвана. (Ох уж эта стриптизерская жизнь в прошлом! Азарт не пропал бесследно.) Танцор поворачивается передом и снова сексуально ведёт пахом, делая волну, прямо у чужого лица. Именинник залез на диван и навис перед Феликсом, опираясь о спинку мебели. Джин имитирует секс, но не садится на чужие бёдра и не касается чужого паха. Феликсу стало жарко, он достал ещё несколько купюр и засунул глубоко в передние карманы, не забыв коснуться и чужого бугорка в штанах. Ли провёл своими пальцами и по животу блондина, любуясь его идеальным пупком и слегка выступающими рёбрами. Наконец-то Хван отошёл, и Феликс смог спокойно начать дышать. Блять, как же жарко! Это тело создано, чтобы его ласкали и целовали всю гребанную ночь, пока губы не отсохнут! Да что там ночь? Всю жизнь! Хёнджин пошло провёл руками по паху, и начал расстёгивать пуговичку и ширинку. Зрители открыли свои рты так широко, что их можно было, без проблем, подходить и поочередно трахать, а они бы даже не заметили, что в их ртах есть член. От этих мыслей Хёнджин довольно улыбнулся и решил запустить руку в штаны, дразня всех присутствующих. Снова подойдя максимально близко к офицеру и призывно смотря, будто требуя денег, Хван запускает руку себе в джинсы и немного ласкает свой член. Брюнет в шоке от таких похабных движений, и его собственный член начинает пульсировать и вздрагивать от возбуждения. Мужчина достает все последние купюры из кошелька и, показывая, засовывает их прямо в штаны поглубже, проводя пальцами по чужому окрепшему члену в белье. Джин на секунду прикрыл глаза, а его половой орган сразу захотел поздороваться и моментально отреагировал на нового гостя. Музыка закончилась, и Хёнджин ловко выкрутился в изящном повороте и манерно поклонился, поправив пряди волос, которые лезли в глаза. Тишина, — которую первым нарушил Минхо, громко аплодируя танцору. К нему присоединился и Джисон, а потом и пришедший в себя Ёнбок. — Хани, я тоже хочу на свой День Рождения такой стриптиз… — пепельноволосый улыбается и смотрит на своего любимого. Джисон игриво улыбается и говорит: — Аххаха! Я подумаю! И если Джин не будет занят на твой др другими клиентами, то мы договоримся… Хёнджин звонко смеётся. Феликс счастлив слышать этот смех и, не отрываясь, он смотрит на Именинника, будучи полностью очарованным его красотой. — А теперь, извините, мне нужно спрятать свой заработок… — Хван улыбается и уходит в уборную. Там он достает деньги из всех карманов и самих штанов, заодно поправив слегка вставший член. Парень немного освежился и вышел обратно. Блондин берёт с дивана свою рубашку и надевает её, быстро застёгивая, но всего на три пуговички, чтобы спрятать живот и грудь. Он садится на своё место рядом с Ёнбоком. Пока Джисон наливает алкоголь и любезничает со своим полубожественным парнем, Феликс наклоняется немного в сторону блондина, будто за мясом, но сам приближается к чужому уху и шее и говорит шёпотом, обжигая кожу горячим дыханием: — Господин Хван, это незаконно — так танцевать. Вы будете арестованы за нарушение моего покоя. Хёнджин довольно расплывается в улыбке, чувствуя жар по телу и от лестных слов, и от шепота в шею, и от руки, которая скользит сейчас по внутренней стороне бедра. Однако — секунда — и она уже перехвачена рукой Хвана. — Сегодня я — Именинник, и я командую парадом. И не позволяю Вам трогать меня бесплатно. Ёнбоку нравится такая дерзость. — Но у меня больше нет денег: я отдал и свои личные, и те, что должен был Вам. — Это не мои проблемы. Принимаю оплату и другими способами. — ухмыляется Хван, понимая, что офицер так просто не сдастся. — Я найду способ расплатиться. — улыбается дружелюбно Ли и берёт несколько кусочков мяса. Вечер продолжается, атмосфера становится какой-то особой, более праздничной, более раскрепощённой, более доверительной, хотя всего пару часов назад все эти люди были чужими друг другу, ну кроме Джисона и Джина, которые дружат очень давно. Ёнбок отвечал на вопросы и рассказывал немного о себе. Хван и сам с интересом слушал, потому что многого не знал, например и того, почему тот решил стать полицейским. Оказывается, будучи маленьким, он был свидетелем тяжёлого преступления, но убийца оставил его в живых и скрылся с места преступления. С тех пор мальчика не покидали мысли стать служителем закона, чтобы очищать мир от таких негодяев. Минхо был очень любопытный и дружелюбный, фактически Хёнджина он знал только по рассказам своего парня и это первый раз, когда все собрались такой компанией. — Джин, а теперь поделись, как менеджер по рекламе умеет так танцевать? — задаёт вопрос полубожественный Минхо и щурит свои хитрые милые глаза. — Эмм… Ну, это я сейчас менеджер, а на первых курсах универа я подрабатывал танцором в клубе, потом несколько лет танцевал стриптиз в закрытом клубе. Платили очень хорошо и, если честно, иногда даже больше, чем сейчас в рекламном агентстве. — блондин рассмеялся и потянулся за рыбным рулетиком. Феликс опередил и, взяв последний, протянул его к чужому рту, желая покормить Хёнджина со своих рук. Именинник почти не удивился, по крайней мере, со стороны это выглядело естественно. А вот в глубине души было приблизительно такое: Ооохххууееть! Он что, решил меня покормить со своих рук? Ааа, блять! Просто мастер вызывать тахикардию! Джин с удовольствием приоткрыл рот, куда и отправилась закуска. — А почему бросил этим заниматься? — всё не успокаивался Минхо и продолжал расспросы. — Аххаха! По многим причинам: во-первых, стало скучно, да и танцевать для всех подряд — это как-то по-блядски, что ли. Перестало нравиться. И потом нужно было доучиться, а совмещать учёбу и ночные танцы — то ещё приключение… А ещё в работе стриптизёра много неприятных моментов. — Хван не планировал продолжать эту тему и хотел начать есть, но неугомонный Минхо снова спрашивал. — Например? Каких неприятных моментов? Хёнджин убрал еду ото рта на мгновение и начал отвечать на вопрос: — Например, когда после смены два мужика хотят тебя изнасиловать просто потому, что считают, словно стриптизёр — это те же тебе проститутки. Но спасибо администратору клуба и моему дорогому Джисони, что смогли меня отбить у этих мудаков. Минхо как и Феликс были шокированы рассказом и не знали о таких нюансах. — Или ещё, например, когда те, кто смотрел на танец и сам же кидал деньги к моим ногам, вдруг решает, что эти самые деньги, которые я честно заработал своим танцем и телом, я должен после своего выступления им вернуть. Ох, неприятные разборки. — Ужас какой! — занервничал пепельноволосый. — В таком случае, лучше танцевать для узкого круга и чтобы у тебя была охрана. Хёнджин рассмеялся и, наконец-то, начал жевать закуски. — Джи, когда там у твоего ненаглядного др? Я станцую для него… А может, лучше научу тебя и ты устроишь ему приватный танец? — Мммм… Как здорово звучит. Хани, я даже готов оплатить тебе уроки танцев у Хёнджина. Теперь уже смеётся Джисон. — Милый, к сожалению, я деревянное бревно и танцы это не моё… от слова совсем. Так что лучше закажем тебе на праздник нашего талантливого Джина. — А можно поподробнее про приватный танец? — вклинивается в разговор Ёнбок. — Это когда танцуют лично для одного человека. Программа может включать разные вариации танца, и время варьируется от часа или же до самого утра. Правда, всю ночь мало кто сможет танцевать. — А ты для кого-то танцевал приват? — интересуется Минхо. — Несколько раз мне предлагали, но я не решился. Рискованная затея, особенно — делать это для совсем незнакомого человека. Стрёмно, короче, и ожидать можно кучу всего и не всегда пристойного! Пепельноволосый был удовлетворён ответами и уже поднёс рюмку к лицу, намереваясь выпить. — Хо, подожди. Господин Ли, вернее Феликс, ещё не сказал тост. Ёнбок немного растерялся. Хотя чего он ожидал? Всё-таки на День Рождения попал, пусть и нежданно-негаданно. — Это необязательно. Всё уже сказали и нажелали мне тут такого, что я должен быть и самым счастливым, и самым богатым, и все мои желания сто процентов сбудутся. Хотя желание у Хёнджина было лишь одно. Это встретить такого же полубожественного и идеального, чтобы так же смотрел на него, чтобы так же любил, чтобы просто быть рядом без условий и без всякого сложного дерьма, чтобы любить просто за то, что есть такой какой есть. Именно так было у Джисона с Минхо. И это было для Хёнджина чем-то невообразимо сложным, но в то же время волшебным: вот так взять и найти любовь всей своей жизни, чтобы и смотреть на других не хотелось. Мысли были прерваны внезапными пожеланиями Феликса — Желаю встретить того самого парня, которому ты сможешь танцевать приват и стриптиз и в 30, и в 40 лет. И чтобы делал тебя настолько счастливым, что у тебя не будет времени думать о проблемах, а всё дерьмо этого мира будет казаться таким незначительным и неважным. Того самого, кому сможешь открыть своё сердце и показать себя настоящего; озвучить все свои желания, какими бы постыдными и ужасными они не казались на первый взгляд. За тебя Джин! — и Ёнбок быстро выпил до дна. У Хёнджина — аж ком в горле… Феликс что, мысли читает? Как же сильно это было сказано! Кажется, это тронуло не только Именинника, но и Джисона с Минхо. Несколько минут все молчали. — Почему такая тишина? Я что-то не так сказал? Плохое пожелание? — брюнет немного испугался, что мог ляпнуть лишнего. — Нет. Пожелание великолепное! Прям будто в душу мою заглянул и прочитал. Спасибо огромное! — поблагодарил Хёнджин и одарил Феликса тёплой улыбкой и стеклянным — то ли от алкоголя, то ли от скопившихся слёз —взглядом. — Джинни, у тебя есть лосось? — неожиданно спрашивает Хан. — Лосось? — удивился странному вопросу Хёнджин и задумался. — Не знаю. Нужно глянуть. А что, ты хочешь? — и друзья прошли на кухню, захватив пустые тарелки. Хёнджин принялся искать рыбу. Джисон прикрыл дверь и, схватив друга за плечи, сказал: — Джин, это он! — Кто? — совершенно не понял Хёнджин, что несёт его близкий человек. — Феликс! Это идеальный кандидат тебе в парни. Он тот, кто тебе подходит на 90%. Бля! А как он смотрит на тебя! Ты видел? — Да нет. Смотрит обычно так же, как и на всех. — Он смотрит… Бля, ты слепой!.. Он смотрит так, будто других не существует вокруг, будто ты один здесь; смотрит, будто ты идеальный! Восхищается тобой от ступней до кончиков волос. Да даже капелькой пота, падающей с твоего подбородка, он тоже бы восхищался. Если сегодня он останется у тебя, то утром уже не уйдёт без статуса парня. Умоляю, не проеби! Он из тех, кто откроется только тебе — тому, кому доверяет и с кем установит ту самую миндальную связь, блять. Хёнджин смеётся. — Ментальную… Придурок… И за что твой идеальный парень так тебя любит? А любит он тебя безумно! Рад видеть тебя таким счастливым. — говорит Джин и улыбается. Джисон смеётся, кажется даже своими счастливыми глазами. — Прости, лосося нет. Есть филе форели. Подойдёт. — Аххаха! Я это так ляпнул, чтоб тебя вытянуть на кухню, но бери, конечно. Парни порезали на мелкие кусочки филе, затем понесли в зал блюдо с рыбной закуской и морскими водорослями. Минхо о чём-то непринужденно разговаривал с Ёнбоком, но вошедшие не разобрали и нарушили чужую беседу. Потеряв нить разговора, начали новую тему. Снова немного выпив и закусив, продолжали баловать Именинника тёплыми пожеланиями и добрыми словами. На мгновение Хвану даже стало грустно, что всё хорошее заканчивается, гости разойдутся и уже завтра он будет один-одинёшенек в этой дорогущей квартире, которую он вряд ли потянет, если только не начнет снова танцевать стриптиз. Но это, конечно, была шутка, промелькнувшая в голове Хёнджина. Или всё-таки нет? На часах уже было далеко за полночь. Минхо мило потянулся и несколько раз зевнул, пытаясь сделать это как можно незаметнее, но его внимательный парень сразу это увидел. Хан одарил своего любимого умиляющимся взглядом и развернулся на блондина. — Джинни, ещё раз с Днём Рождения! Мой Котёнок устал, и мы уже поедем. Извини, что рановато уходим. — Без проблем, я всё понимаю! Это всё равно лучший др, который я отмечал с тобой, потому что остальные просто не помню. Все рассмеялись. Минсоны вызвали такси и моментально собрались — не прошло и пяти минут. — Оставляем тебя в надёжных руках Офицера Ли. Береги себя, друг. А вот это уже звучало слишком. Хван бросил осуждающий взгляд на Джисона, но дружелюбно кивнул. Хёнджин остался наедине с офицером. Неловкая тишина повисла в комнате. — Пожалуй, мне тоже пора. Спасибо, что заманили на праздник. — хитро улыбнулся Ли. — Это всё Джисон, я правда не знал, что… — не договорил Хван. — …Верю! Эмоции на твоём лице говорили сами за себя. Блондину нужно было придумать любой способ или предлог, чтобы задержать этого невероятного офицера и, как сказал Джисон: «Не проебать свой шанс…» — Господин Ли, а где Вы живёте? Ёнбок резко остановился и повернулся к Хёнджину. Вопрос был странный и неожиданный. — Называй меня Феликс. Ну… Если честно, последние три дня я практически живу на работе. Да и старый адрес уже не имеет значения, потому что я не планирую туда возвращаться — это не моя квартира. Хван подходит ближе. — Можем помочь друг другу. Могу предложить Вам комнату Джисона. Места там немного, но… — Да! — Так быстро? Вы ведь не дослушали все условия и информацию… — удивляется Именинник и снова общается формально. — Что бы там ни было: цена, личное пространство, общая уборная… — меня всё устроит. Хотя Ёнбок прекрасно знал цену, ведь он видел, сколько платили Джисон и Джин. — Это временно — пока Вы не найдёте жильё, а я не подкоплю нужную сумму на следующие полгода. Феликс снова кивает и улыбается. Джину кажется, что эта улыбка божественна. — Есть что-то ещё, что я должен знать?.. — Ну… я… не умею готовить… Обычно этим занимался Джисон. А ещё на выходных люблю долго поспать. И попрошу не занимать ванную с 7-7:30, потому что мне на работу и… — Я тоже не умею готовить, поэтому будем учиться вместе, а ещё, надеюсь, это поможет нам наконец-то перейти на неформальное общение? У Хёнджина кажется горят щеки и уши… Он сам с себя в ахуе… Вот так просто я предложил ему фактически переехать ко мне? И так просто он согласился? Хотя почему меня это удивляет? Он же безумец и немного псих, поэтому, видимо, и согласился. — Тогда я могу остаться уже с сегодняшней ночи? — Да, конечно. — и Хёнджин решил быстро сделать вид, что наводит порядок, потому что уши и щеки до сих пор горели и это точно не от соджу. — Я помогу. Ёнбок принялся помогать убирать грязную посуду и оставшиеся закуски. Все сделали за несколько минут и в полной тишине. Затем Хёнджин провёл нового хозяина в его комнату и всё показал. — Я завтра уберу свои вещи, а пока вот — новое постельное и подушка… — блондин достал белье из выдвижного ящичка дивана. Хван уже было почти вышел, как Ёнбок всего двумя словами остановил и обескуражил Именинника: — Хочу приват… — Что? — Хочу приватный танец. Хёнджин рассмеялся. — Я ведь и так почти для тебя только танцевал сегодня? — блондин с интересом заглядывает в чужие чёрные глаза. — Хочу на всю ночь… — Это стоит дорого. — снова расплывется в улыбке Хёнджин, чувствуя, как ему становится жарко. — Сколько? — серьёзно интересуется Ли. Хёнджин не думая, называет сумму наугад: — 1.000.000 вон. Ёнбок достает свой смартфон и долго водит по экрану, затем диктует номер счёта Хёнджина. — Посмотри, верно я запомнил? Хёнджин подходит ближе и заглядывает в смартфон. — Откуда ты?.. …Да, верно. Ёнбок нажимает "перевести", и практически мгновенно на смартфон в мобильном приложении Хвану приходит оповещение о зачислении средств. — Феликс, ты ненормальный… Ну, серьёзно. — Я готов и жду свой приват. — ухмыляется довольный клиент. — И хотел бы знать, что будет входить в эту сумму? Хёнджин улыбается, понимая, что его и, правда, купили на всю эту ночь. — Танец и обнажение до белья… — Что насчёт касаний? — нетерпеливо перебивает Ёнбок. — Касания можно, но без вреда для тела танцора. Брюнет кивает. — Тогда давай в зале — там места больше, — и я хочу переодеться, чтобы удобней было. Гость снова кивает и располагается на уже знакомом диване, рассматривая своё новое жильё. На самом деле ему было где жить и от Криса он съехал сразу же после того пятничного вечера, но кто ж откажется от такого соседства. Да и Ёнбок не из тех, кто будет упускать такой шанс. Хёнджин зашёл в свою комнату, он быстро соображал, чем лучше удивить офицера. Ещё никто не платил ему миллион вон за танец. Всё как-то спонтанно, как-то странно, как-то нереально происходит. Казалось, что они герои какой-то виртуальной игры и ними управляет кто-то очень могущественный. Блондину не было страшно или стеснительно танцевать для Феликса, он сто раз это делал для других людей и в его запасе было ещё много горячих хореографий. Скорее он переживал, что может случиться после стриптиза и не захочет ли Ёнбок чего-то того, что не входит в стоимость привата...