Night call 📲

9. Хёнджин выбрал новую одежду и даже поменял бельё на более сексуальное. Ещё год назад он прикупил себе такое для особых случаев, но, к сожалению, за всё время его коротких отношений так и ни для кого и не станцевал. Быстро надев обтягивающие кожаные штаны и полупрозрачную гипюровую блузку со специальными вырезами прямо на месте сосков, парень осмотрел себя. Чёрт, а не слишком ли вульгарно? Будто я не танцор, а блядь… Нет, не годится. Штаны оставил, а наверх надел чёрную атласную рубашку с вырезами на ключицах; тонкий красный галстук дополнил образ. Ох, надо было прикупить себе одежды для стриптиза… Эта уже такая устаревшая… Подумал Хёнджин. Поправив волосы, он неспеша вышел в зал. Почти невозмутимо и пытаясь выглядеть хозяином ситуации, Джин подошёл к ноутбуку. Он начал размышлять, под какую же песню ему лучше танцевать. — Ну, если ты так выглядел и тогда, когда танцевал в клубе, то я не удивлён, что тебя хотели те два мужика… — А? — блондин был вырван из собственных мыслей и не сразу понял, что хотел сказать Ли. — Говорю, ты слишком красивый и слишком соблазнительно выглядишь сейчас. — Оу, спасибо. К сожалению, это старый наряд, я давно не следил за нынешней модой в мире стрипа. — А мне нравится, особенно — галстук. — в глазах служителя закона блеснула искра. — Не против, если я начну под ту же самую песню, что и была. — Делай всё, как считаешь нужным. Хочу сполна насладиться шоу и твоим телом. Хёнджин скрыл улыбку, и включив песню, начал разогреваться. И снова пожалев раз сто, что у него здесь нет шеста, Хван вышел в центр и стал напротив дивана. Он начал сексуально двигаться и вращать бёдрами. И это не выглядело пошло и дёшево. Ёнбок был несколько раз на стриптизе и ему ни разу не понравилось, даже вызвало такое отвращение, что он оставил Криса в том стрип-баре, а сам поехал домой прямо посередине выступления, чем обидел своего уже бывшего парня. Блондин играл со своим телом и показывал весь свой талант, всю свою гибкость и плавность движений. Руками блуждая по собственному телу, играя с галстуком и вызывая самые грязные фантазии у офицера, Джин медленно подходил к дивану. Он не спешил раздеваться и хотел как можно дольше дразнить и как можно сильнее заводить Феликса. Хотя куда уж сильнее? Ёнбок уже хотел сорвать всю эту возбуждающую одежду и начать трогать Хёнджина. Первая песня закончилась, и только после следующих двух Хван разошёлся и начал потихоньку раздеваться. Он подошёл почти к самому дивану и начал делать волну телом и расстёгивать пуговички. Глаза офицера снова сверкали, было видно, как ему нравится всё происходящее, а особенно сексуальный блондин, отбросивший черную рубашку с белоснежного тела; оставшись только в чёрных штанах и красном галстуке, он наконец-то подошёл к полицейскому. Хван не понимал, зачем тому всё это и почему ему самому хочется видеть этот интерес, этот огонь в чужих глазах. Джин приблизился максимально к чужому лицу и начал совершать довольно пошлые танцевальные движения. Феликс не выдержал и потянулся руками к чужому соблазнительному телу. Схватив за галстук и потянув танцора к себе так, что тому пришлось опираться руками о спинку дивана по обе стороны от сидящего офицера, чтобы не упасть. Несколько раз Ёнбок огладил чужие косые мышцы и провёл вниз по талии, намекая, что пора снимать и нижнюю часть одежды. Однако Хёнджин лишь ухмыльнулся и шепнул на ухо: — Вы слишком спешите получить десерт, Офицер, но тогда он не будет вкусным — лучше растянуть удовольствие. Феликсу стало жарко и нечем дышать от такого горячего соседа по квартире. Хван работал тазом и двигал телом так искусно, что полицейский уже не мог спокойно усидеть на месте. Песня закончилась, и Хёнджину нужно было переключить свой плейлист, ну и немного отдохнуть и попить воды. Именинник наклонился к ноутбуку и включал новую песню, когда почувствовал как к его заду прижались, а по спине начали водить пальцами. Хёнджина торкнуло, будто 220 вольт прошло через него, но он знал, что ему не о чем переживать, и офицер не станет на чужой территории делать что-то неприличное. Хотя стоп! Это ведь уже и его территория… Признаться честно, Ёнбок еле держался. Он уже был на взводе, он уже был готов зацеловать эту спину, а красный галстук, охватывающий чужую шею, не оставлял выбора и очень манил своим цветом. Едва уловимый поцелуй остался на шее, заставив Хёнджина быстро развернуться и немного испугаться. — Господин Ли, прикосновения к танцору разрешаются только руками, никаких иных взаимодействий быть не должно. — Извини, Джин, я просто… Просто хотел убедиться, что ты настоящий и это не сон. О, Святые Пилоны, ну что он такое говорит? Ну, и как мне это воспринимать? Новая песня заиграла, и блондин указал жестом, чтобы полицейский проследовал на своё место. Chase Atlantic — Slow down Ох, что вытворял Хёнджин под эту песню одному Богу известно, но даже он закрыл глаза, когда Хван уселся на одну ногу гостя и начал буквально ездить по ней своим задом. Он выгибался то назад, то вперёд, играя с Феликсом и чувствуя свою власть над ним. Тот просто приоткрыл рот и жадно хватал воздух, пытаясь не задохнуться от такой близости, от таких горячих и пошлых движений и от ужасного напряжения в его штанах. Хёнджин специально смотрит в глаза, смотрит так похабно, дразнит языком, касается своими пальцами собственных чувственных губ. Танцор чувствует, что следующая песня может стать последней для офицера и для него самого. Хван всё же боялся, что тому захочется большего, чем простой приват, и Феликс мог взять его силой. Да, именно силой, потому что Хёнджин не собирался отдаваться за миллион вон — он не шлюха. Он не хотел секса, тем более со своим новым соседом по квартире, поэтому он начал танцевать слегка полегче, чтобы дать брюнету остыть. Хван уже продумывал хореографию для следующей песни, как вдруг… — Поставь эту на повтор. Можешь под неё танцевать? Хван удивился, но кивнул, ведь слово клиента — закон! Хван начал медленно расстёгивать ширинку своих специальных штанов для стриптиза, пристально всматриваясь в Ли, чтобы не упустить ни малейшей реакции, ни малейшего взгляда. Когда начался повтор песни и Хёнджин уже готовился снять (сорвать с себя нижнюю часть одежды), он никак не ожидал громкого: — Джин, стоой! Хван замер и так в удивлении и стоял. — Не нужно дальше. Не снимай их. — Что-то не так? Не нравится хореография или…? — с расстройством спросил Хёнджин, не совсем понимая, что случилось с его зрителем. — Нет, что ты? Хореография очень горячая, твоё тело потрясающее, ты весь невероятный. Хёнджин всё так же стоял в недоумении. — Но Джисона нет с тобой рядом, а я не хочу уподобляться тем неблагодарным зрителям, о которых ты рассказывал. До Хвана долго доходит, в чём дело… Ему конечно приятно, что его танец настолько понравился и разжёг Ёнбока, что тот готов трахнуть его прямо сейчас, но в тоже время и расстраивает тот момент, что он будто нагло украл чужие деньги и не отработал их. — Но получается, что я ведь даже и половины не отработал твоей оплаты. Да и утро ещё не наступило. Ты ведь купил приват на всю ночь до шести утра включительно. — Да, я знаю, но мы можем просто посидеть вместе и поговорить. Мне хочется узнать своего соседа лучше. — Эмм… Как скажешь… Любой каприз за Ваши деньги! — улыбается Хёнджин, вспоминая его любимую фразу. — Так уж любой? — ухмыляется Ли и поднимается со своего места. — Ну… Кажется, Хёнджин погорячился с этой фразочкой! — Любой, если он в пределах разумного и без вреда для меня. Офицер подошёл поближе. — Тогда… давай попьем чая вместе с тортом. — Извини, но торта нет, я не покупал… Я вообще не планировал отмечать этот День Рождения. Это Джисон, можно сказать, заставил меня. — Тогда поехали за тортом. Одевайся! — скомандовал офицер. — Феликс, ты это серьезно? — обескураженный Именинник не понимал, что задумал этот непредсказуемый офицер. — Да, вполне! Ты что, не любишь сладкое? Я вот… очень люблю. — Люблю, наверное! — неуверенно произнёс блондин. — Только где мы сейчас найдём торт? Думаю, придется объездить полгорода в его поисках. — Ничего! Покатаемся заодно. Вызывай такси, а я пока в уборную. Хёнджин стоял в полнейшем шоке и не знал, что ему делать. Он бы так и стоял дальше, если бы не почувствовал чужой низкий голос за спиной: — Ты почему ещё не одет? Вызвал такси? — Ооу… П-прости, я… я не успел. — испуганно ответил Хван и быстро развернулся. Ох, чёрт! Снова так близко! И снова его голос вызывает во мне миллион молний и холодок по телу! Взгляд Ёнбока завис на чужом лице, но уже через пару секунд глаза устремились лишь в одну точку. Не в силах перестать глазеть на чувственные губы блондина, Феликс с трудом перенес взгляд и устремил его в свой смартфон, который достал из кармана. Минута, и Ли уже вызывает такси. Ещё пару минут, и Хван в спешке надевает первую попавшуюся футболку, снимает галстук, собирает волосы в хвост и так и оставаясь в кожаных штанах направляется к двери. Даже простая белая футболка выглядела на Хёнджине нарядно, а в совокупности с дерзкими штанами вообще — произведение искусства. Красивый! Должен ли я ему это сказать? — Красивый! Такой праздничный. — говорит Ли и улыбается. — Разве? Автомобиль, как автомобиль. — отрезает Хёнджин и прыгает в подъехавшее такси. Феликс громко смеётся, но причину смеха не озвучивает. Блондин непонимающе пожимает плечами. Полицейский садится рядом на заднее сиденье. Водитель интересуется, куда ехать и искренне удивляется, когда слышит от брюнета: — Нам нужен торт! — Торт? — водитель на миг задумался, а потом завел машину. Ехали долго. Молча. Пока таксист не нарушает тишину, задавая интересный, но очень личный вопрос: — У Вашего бойфренда День Рождения? Хёнджин возмущён до невозможности и уже собирается грубо ответить, но не успевает. — Бойфренда? Для начала хотелось бы стать просто другом. Таксист стеснительно улыбается, понимая что ляпнул лишнего. Хван устремляет взгляд на полицейского и еле слышно говорит Феликсу: — Другом? Аххаха! Думаешь торт тебе в этом поможет? — Ну, мне же надо с чего-то начинать. Кстати, какой ты любишь? — осторожная улыбка растекается по лицу офицера. — Да не знаю я… Я торты практически не ем. Наверное, последний раз ел несколько лет назад. А у тебя есть любимый торт? — Пока нет. Но знаю, что любой торт может стать любимым, если есть его с любимым. — Офицер Ли, Вы пьяны? — улыбается Джин, удивляясь таким романтичным словам из уст человека любящего оружие, татуировки, кровь и порезы. — Возможно. А Вы? — А я думаю, любовь — это выдумка и это слово используют в основном те, кто хочет быть обманут собственными иллюзиями. Феликс хотел что-то ответить, но автомобиль остановился у супермаркета, в котором не оказалось тортов — их просто раскупили ещё днём. Тот же таксист повёз молодых мужчин дальше, а те в свою очередь продолжили свой тихий разговор. — А разве у Джисона и Минхо не любовь? В каких они отношениях? — распрашивает Ёнбок. — У них просто отношения, которые они выстроили, чтобы не быть в одиночестве, чтобы было с кем завтракать и ужинать, спать и проводить иногда свой досуг. — Хорошо, раз так. Почему Джисон не выстроил такие отношения с тобой? Вы ведь давно знакомы и жили вместе…Кстати, сколько Вы знакомы и сколько жили в этой квартире? Хёнджин задумался. А и правда, почему? Практически такие же отношения были у них с Джисоном, но тот оставил его и переехал к Минхо. А ведь было всё: и классное проведение досуга вместе, и ужины и завтраки вместе, и вдвоём им было не одиноко, одно время они даже спали вместе, пока не купили второй диван. Чего же тогда не хватило? И Джисону явно я нравился, ведь тот не раз отвешивал мне комплименты. Да и я не раз высказывал ему про его сексуальный вид. — Дружим десять лет, живём вместе около трёх лет. Вернее, жили. — Ого! Немаленький срок, чтобы выстроить те самые отношения, но почему-то Джисон выбрал Минхо. Хван молчал и думал. — Я не думал о Джи в таком ключе, да и мне это не нужно было. Меня и так всё устраивало. Он мой друг! — Не ври, Джин, думал и не раз. А я тебе скажу, почему он выбрал Минхо. — Почему же? — ухмылялся Хёнджин, думая, что все эти философские разговоры забудутся уже через пару часов. — Потому что у Вас не было этого родства, единения душ, ментальной связи, непреодолимой тяги друг к другу. А к Минхо у него есть, и у того соответственно тоже. Да они же как два пазла одной картины. А вот с этим Хван был согласен на все сто процентов, потому что лучше и не скажешь. Автомобиль остановился у следующего круглосуточного магазина, но и там не оказалось ни одного торта. Таксист снова заводил машину и вёз пассажиров в новое место. На улице свежо и хорошо. Ночной город показался Джину необычайно красивым, таким, будто из параллельной Вселенной, хотя он часто ездил по этим улицам. Однако сегодня он казался нереальным, особенным и таинственным и Хван не понимал почему… Блондин засмотрелся в приоткрытое окно. Спать ещё не хотелось, но усталость после насыщенного дня и эмоций слегка уморила парня — он откинулся на сиденье и прикрыл глаза. Феликс пристально смотрел на неземного и потрясающего Именинника и не мог отвести взгляд. Даже сонный, слегка уставший и ещё явно под алкоголем, Джин был прекрасен. Хван приоткрыл глаз, потому что каждой своей клеткой тела чувствовал, что на него глазеют. — Ты что делаешь? — спросил наконец-то Джин и открыл глаза. — А что я делаю? — Ты глазел на меня около двух минут, если не больше. — Начнём с того, что я не глазел, а любовался тобой, а ещё я бы делал это даже дольше, если бы ты не открыл глаза. Просто Бог Подкатов, блять! Рассмеялся в глубине души Хёнджин. Однако уже через пару минут он понял, что сказано было это искренне настолько, что какое-то невообразимое тепло окутало пушистым облаком Именинника и он по-дурацки улыбнулся. Машина снова остановилась, но и здесь мужчины не нашли то, что искали. — Феликс, может, ну его нахрен этот торт? Поехали домой, а? — Поедем, когда найдём торт. А мы его обязательно найдём, и он будет самым вкусным и, надеюсь, твоим самым… — Ещё скажи — любимым… — рассмеялся Хёнджин. — Ну, я не знаю твоих вкусов. Но, надеюсь, он хотя бы понравится и запомнится тебе. Мужчины вошли в супермаркет. — Если и здесь не будет, то едем домой. И Хёнджин только сейчас понимает, как это уютно прозвучало. Ехать с кем-то домой! В их уже общий дом, в общую квартиру на двоих. Это… Это… Хёнджин не смог до конца сформулировать мысль, так как воскликнул почти на весь кондитерский отдел. — Нашли! Надо же! Нашли и не один, а здесь целых три. — Выбирай. — улыбнулся брюнет. — А чего — я? А вдруг — невкусный? — Вкусный. Обязательно будет вкусным. Хёнджин посмотрел на все три, но взгляд зацепился за Красный бархат, украшенный сверху вишней. — Давай тот с вишенкой. — Хёнджин уже потянулся за деньгами, но крепкие руки офицера перехватили чужую кистью. — Я куплю. — Ну, если так хочется. — удивляется Хван. Через пять минут мужчины, счастливые и довольные, вернулись в автомобиль. Добравшись домой, Хёнджин посмотрел на часы — 03:10. В принципе, можно начинать завтракать! Подумал Именинник и поставил чайник, затем он достал блюдечки, а пока ждал, когда закипит вода, любовался тортом. Всё-таки охрененный День Рождения! Шары и торт, куча денег, новый сосед и какое-то непонятное безумное чувство радости внутри. Феликс снова подошёл тихо со спины и напугал задумчивого блондина. Он вздрогнул и повернулся на нового соседа: — Чёрт, может хватит подкрадываться и пугать меня, я ещё после того твоего нападения не отошёл. — Извини, больше не буду. — Ты слишком тихий. Я просто привык к громкому Джисону и теперь не могу в такой тишине. Ёнбок улыбнулся и начал помогать с чаем. Хёнджин взял в руки нож и думал, как лучше разделить торт. Ему было жалко резать такую красоту. — Давай лучше я? — и офицер осторожно перехватил нож. Соседи сели за стол и принялись пить чай. Они почти не разговаривали, иногда могли невзначай перекинуться парой тройкой слов о быте и о привычках, будто готовили друг друга к совместному проживанию. Торт оказался безумно вкусным: а особенно, в День Рождения, особенно, купленный чужим человеком именно для тебя. Хёнджин всё ещё не мог поверить: как так кардинально поменялась его жизнь и восприятие? Если бы ему лет пять-шесть назад сказали, что он с лёгкостью возбудится от голоса незнакомца; будеть иметь мазохистские наклонности; кинк на ножи и кровавые игры, то он бы рассмеялся этому человеку в лицо и сто процентов послал того лечиться. И что же имеем сейчас? Хёнджин ест торт с человеком, который возбудил его лишь одним голосом и своими безумными играми; с человеком, который заставил его с лёгкостью кончить три раза в полицейской машине; с человеком, который оказался служителем закона. Ну, и ко всему прочему, теперь он мой сосед! Похоже на бред или галлюцинации пьяного мозга. Хван устал и не хотел ни о чём думать. Решил лишь, что проблемы будет решать по мере поступления. И первая проблема нарисовалась уже утром, вернее, ближе к обеду, когда Хван выспался и наконец-то решил выйти из своей комнаты.