Night call 📲

11. Рабочая неделя началась тяжело и очень рано. В первый день у Ёнбока было много дел, да и Хёнджин был весь в проектах, ещё и заказчики остались недовольны, поэтому нужно было в кратчайшие сроки всё переделать. Последующие дни оказались ещё более напряжённые. Как и говорил Феликс, иногда он мог задерживаться на работе почти до двух-трёх часов ночи, особенно, если их отдел расследовал новое дело. И почему-то Хёнджин в такие дни не мог заснуть до тех пор, пока Ёнбок не вернётся домой. Как только замок щёлкал, у Джина —будто груз с души, и он, мысленно пожелав соседу спокойной ночи, засыпал. Беруши так и не купил и слышал, как Ли часто разговаривал с коллегами по телефону среди ночи, иногда ругаясь на них, чтобы не звонили по пустякам так поздно. Ёнбока блондин к себе старался не подпускать: ни в душу, ни на расстояние ближе чем полметра. Вероятно, боялся разочароваться и потерять единственного после Джисона человека, к которому тянуло. ............... Хёнджин проснулся и, услышав, что в квартире тихо, подумал, что Ёнбок уже ушёл. Блондин направился в ванную комнату, чтобы тоже начать собираться на работу. Зайдя, он никак не ожидал увидеть купающегося брюнета, стоящего почти полностью в пене. Мужчина включил воду и умылся, смывая шампунь, и сам удивился нежданному гостю. — Ох, чёрт, Феликс прости. Я не слышал, что ты дома и… дверь была открыта… Я… — Ничего. Я сам виноват. Дурная привычка — не закрывать дверь. — лёгкая и непринуждённая улыбка. Хван быстро отворачивается и выходит. Чёрт, а я и забыл, какое у него шикарное тело! И зачем я думаю об этом? Через некоторое время ванная освободилась, и Феликс вышел, обмотанный лишь банным полотенцем. Хёнджин пытался не залипать на чужом теле и быстро перевел взгляд, но про себя опять отметил эти шикарные руки и рельефное тело полицейского. Блондин провёл гигиенические процедуры и вышел, чтобы быстро позавтракать и ехать на работу. Он торопился и почти ничего не съел, а только лишь выпил кофе, ведь слегка опаздывал из-за чужого долгого купания. — Джин, могу подвезти. Я сегодня целый день буду по городу ездить от одного участка к другому с бумажной волокитой. — предложил брюнет, допивая свой бодрящий напиток. — Если тебя это не затруднит, то я только за, потому что… Чёрт, я опаздываю уже на десять минут. Хван быстро оделся и, закрыв свою комнату на ключ, стоял у двери. Ёнбок же никогда не закрывал свою — привычка, оставшаяся после длительных отношений с парнем. Или ему просто нечего было скрывать от Хёнджина… Полицейский автомобиль быстро доставил Хвана к рекламному агентству, и он почти не опоздал. — Спасибо, Феликс! Лёгкого дня и будь осторожен. — вырвалось ни с того, ни с сего у блондина. — Спасибо, Джинни! И тебе хорошего дня!.. А это «Джинни» звучало так дружелюбно и так по-родному. Мужчины одарили друг друга улыбками и каждый занялся своим делом. Клиенты остались довольны рекламой их продукта, поэтому у Хёнджина день был, и правда, очень хорошим. Босс был вне себя от радости и отпустил домой пораньше. Хван по пути зашёл в супермаркет и увидел тот самый торт «Красный бархат», который купил для него Ёнбок на День Рождения. У блондина аж слюни к горлу подступили — вкус вспомнился моментально. Хван не долго думая уже держал коробку в своих руках и счастливый ехал на такси домой. Феликса ещё не было, и мужчина решил приготовить ужин. Хоть он и не знал, когда вернётся сосед: но, во-первых, есть хотелось безумно, а во-вторых, не всегда же Ёнбоку готовить. «Умная кастрюля» уже варила рис, а блондин был занят овощами. Почему-то именно сегодня у Хёнджина было такое хорошее настроение, и он, включив несколько своих любимых песен на повтор, пританцовывал на месте, нарезая зелёный лук. Он даже решил попробовать приготовить куриные ножки в кисло-сладком соусе. Хван так увлекся готовкой, что не заметил, как вернулся Ёнбок. Тот тихонько разулся и, подойдя ближе, стал наблюдать за соблазнительно танцующим соседом. — Такое увидишь нечасто. — громко сказал Феликс, полюбовавшись около десяти минут на блондина. Громкие аплодисменты вырвали Джина из собственных мыслей и отвлекли от готовки. Хван увидел полицейского и моментально перестал танцевать. — Не слышал, когда ты вернулся. Сегодня ты рано. Короткий день? — поинтересовался Хёнджин. — С бумажной волокитой я справился быстро, расследование пока приостановили из-за нехватки улик, поэтому сегодня я рано. — Ясно. Скоро будет готов ужин. — Тебе помочь? — итересуется Феликс, раздеваясь на ходу и расстёгивая чёрную рубашку, под которой был бронежилет. Естественно, Хёнджин это заметил и не мог не полюбопытствовать: — А почему ты теперь носишь бронежилет под одеждой, а не поверх, как раньше? — Меры предосторожности. И я кое-кому не доверяю… Джин слегка запереживал. — У тебя проблемы или недоброжелатели? — Аххаха! И то, и другое, но не бери в голову. Ого! Ты столько приготовил… — резко перевёл тему инспектор. Хёнджин накладывал пибимпаб и маринованные грибы, курочка дожаривалась и практически была готова. — У тебя завтра рабочий день? — интересуется Хёнджин. — Вообще, завтра у меня выходной, но могут вызвать, конечно. — Ясно. А мне дали выходной, клиенты остались довольны моим проектом, над которым я работал почти две недели. — Чудесно! Поздравляю! — Выпьешь со мной? — аккуратно интересуется Хван, доставая несколько банок пива. — Можно немного. Сейчас переоденусь. Феликс сходил в душ и оделся в удобную домашнюю одежду. Ужин уже был на столе. Мужчины расположились друг напротив друга и принялись есть. Хёнджин с замиранием сердца ждал вердикт. — А говорил, не умеешь готовить! — ухмыляется Феликс. — Курочка охуенно вкусная получилась. — Это рецепт из интернета. Мастер-класс на Ютубе смотрел. — улыбается Хёнджин, оставаясь довольными словами полицейского. Мужчины поели и допили пиво. Ёнбок уже хотел вставать из-за стола и убирать за собой посуду. — Стой. А торт хочешь? — интересуется Хван, доставая десерт. — Торт? У нас что, праздник? — Будем считать — да!.. Пятница ведь. — улыбается Хёнджин. Через пару минут торт и чай уже были на столе. Хван не удержался и своровал вишенку. Он закрыл глаза и насладился ягодкой, вымоченной в ликёре. Феликс любовался своим соседом и восхищался каждым его жестом, мимикой и, вероятно, даже этой небрежно выпадающей прядью волос. Собственно, именно эта прядь постоянно бесила Хёнджина и он без конца убирал её то за ухо, то пытался закинуть её наверх. И вот сейчас обозленный парень в третий раз пересобирал хвост, чтобы волосы не мешали ему накладывать торт. Вдруг неожиданно быстро рядом оказался Феликс и резко стянул резинку с волос. Хван то ли испугался, то ли удивился и, не успевая задать вопрос, услышал сводящий с ума голос: — Не вздумай подстричься! Ты прекрасно выглядишь с любой причёской, а на твои распущенные и взъерошенные волосы я готов молиться. Всё, приехали! Снова у меня начинается эта трясучка в ногах, тахикардия и сбитое дыхание. За все эти пять дней их такого тесного соседства это был первый раз, когда Ёнбок подошёл так интимно близко. Обычно Хван либо избегал и сразу отходил, либо брюнет сам не решался приблизиться к своему соседу. Однако сейчас просто не мог сдерживать внутри желание быть ближе, максимально близко, а возможно, и внутри Хёнджина. Брюнет запускает свою руку в чужие шелковистые волосы, а потом хватает их и сжимает в кулак, слегка оттягивая голову блондина назад. — Феликс, ты что, мать твою, делаешь? Хёнджин уже давно успел охренеть от действий соседа. Хотя и пытается стойко держаться и не показывать страх… Но, чёрт, этот страх так заводит… Удивлённые глаза Хвана устремляются на Ли, чужая хватка не ослабевает, а тянет голову ещё сильнее назад. Теперь Хёнджин смотрит снизу-вверх на подбородок нависающего над ним брюнета и пытается не потерять равновесие и не стать на мостик от таких действий. — Делаю то, что хочу сделать уже несколько дней… Полицейский быстро накрывает своими губами алые губы блондина и жадно целует шокированного парня, который пытается сопротивляться и вырваться из неудобной позы. Однако чужие уста опьяняют даже сильнее заспиртованной вишни и вскоре Хван сдаётся — он отвечает на чужие напористые и страстные прикосновения. В этой позиции «вверх головой и задом наперёд» целоваться неудобно, и Хёнджин разворачивается лицом к полицейскому и выпрямляется. Хватка на волосах ослабевает, но Ли всё равно не выпускает чужие волосы и продолжает удерживать голову. Хван же держит свои руки при себе, не касаясь соседа. Целовались долго, пока оба не начали испытывать нехватку кислорода. Первым отстранился шокированный блондин. — И что это было? Зачем ты…? — парень быстро отходит за противоположную сторону стола, пытаясь выглядеть как можно спокойнее. Но у него это получается крайне плохо: сердце гулко стучит в груди, отдавая куда-то в виски и в пах; руки дрожат, и Хван быстро опускает их на стол, а заодно опираясь на них, чтобы не потерять равновесие от таких головокружительных поцелуев. Вкус и прикосновения чужих губ до сих пор ощущаются так ярко. — Джин, я ведь говорил, что ты мне нравишься и я… — Прекрати… — злился танцор. — Прекрати снова это говорить. — Почему ты мне не веришь? Я хочу быть ближе к тебе, но ты не подпускаешь меня, будто чего-то боишься. Я не буду делать ничего, что тебе не будет нравиться. Я просто хочу узнать тебя лучше. — Ближе? Лучше? Зачем? Мы и так соседи. Куда ещё ближе? Или ты таким образом подбираешься к моему заду?.. Я не из тех, чей секс можно купить за миллион вон… — продолжал сердиться Хван, накручивая себя и придумывая несуществующие преграды. — Мне не нужен секс… Вернее, нужен, конечно… С тобой он потрясающий, но мне нужен в первую очередь ты! Именно ты — настоящий. Ёнбок незаметно приближался и делал маленькие шаги в сторону Хёнджина. И вот тут хорошо бы блондину снова услышать слова Джисона: «Не проеби!» Но почему-то сейчас испуганный танцор-рекламщик абсолютно забыл о них. И если раньше он и сам не против был узнать Офицера Ли поближе, то сейчас воспоминания неудачного опыта всех его прошлых отношений стопорили парня. Хван так боялся всё испортить и разочаровать Феликса, что между ними образовалась огромная пропасть. Блондин отвлекся на собственные мысли и не заметил, как Ёнбок схватил изящного Хёнджина в свои крепкие руки и прижал к себе. Хван давно не чувствовал себя так неловко и стеснительно, наверное последний раз такое было в старшей школе, когда его обнимал нравящийся на то время одноклассник. — Позволь просто заботиться о тебе, любоваться тобой, быть для тебя кем-то близким. Знаю, что не заменю Джисона, да я и не буду пытаться. Знаю, что ты по нему очень скучаешь, но хотя бы не отталкивай мои попытки узнать тебя лучше. — разносится соблазнительный голос рядом с ухом. Хёнджин пытается утихомирить своё беснующееся сердце. Он неуверенно приобнимает Феликса и спрашивает совершенно негромко почти на выдохе: — А что ты ждёшь от меня? Что хочешь взамен? Я не разбираюсь в ножах, я не умею удивлять и у меня ничего интересного в жизни не происходило… Она скучна и размеренна по сравнению с твоей… — Мне достаточно твоей компании вечером, завтракать с тобой по утрам, смотреть иногда с тобой фильмы… Только умоляю: не детективы и не триллеры — я их терпеть не могу. А ещё можем иногда кататься по городу и ездить вместе в магазин. — Ёнбок улыбается и его глаза снова начинают сверкать своим привычным интересом. Хёнджин смеётся, понимая, как глупо было с настоящим детективом полиции смотреть эти бредовые триллеры, которые он, вероятно, раскусил ещё с первых пяти минут фильма. — Хорошо, тогда давай всё-таки поедим торт и посмотрим комедию… — предлагает Хван и зависает на чужих аппетитных губах. Феликс кивает и отпускает своего соседа. Они идут за стол и начинают чаепитие. Хёнджин наслаждается вкусом торта и обдумывает всё, что сказал ему Ёнбок. Джин возвращается из своих размышлений, когда слышит: — Любимый… — А? — блондин не сразу улавливает интонацию сказанного. — Любимый? Спрашиваю, теперь это твой любимый торт? — детектив улыбается и кивает на десерт. — А! Вероятно, да! Все два раза, что ел его, чувствовал приятные эмоции. — Это хорошо! Я рад, что у тебя появился любимый торт. Совместная уборка — и мужчины стояли и снова смотрели друг на друга, будто дети, стесняющиеся познакомиться и начать совместную игру. — Как насчёт просмотра комедии прямо сейчас? — спрашивает блондин и радуется в глубине души, когда видит согласный кивок. Хван приносит в зал свой ноутбук, и они снова усаживаются на небольшой диванчик, выбирая одну из списка «топ-10 комедий 2022». В итоге, не сумев прийти к всеобщему консенсусу, Феликс называет число — 6. Хёнджин уставился на соседа и пытался понять, почему именно шесть, ведь они даже не обсуждали этот фильм только что. — Шестого мая я первый раз услышал твой голос, когда ошибся и позвонил тебе. Хёнджин пытается держать себя в руках, но вспоминая этот звонок, улыбается. — Мда… Ты хотел сказать, моё сонное мычание и попытку понять, кто и почему мне звонит. — Ну, помимо мычания там были и сексуальное дыхание, и звонкие стоны, и твой оргазм, в конце концов. — полицейский игриво улыбается, понимая, что не прочь бы снова услышать эти стоны. Ох, бля, начинается! Мастер навевать воспоминания и вызывать у меня тахикардию… — Так, номер шесть! Включаю! — Хван быстро меняет тему разговора и усаживается поудобнее, пытаясь не думать о том, что происходило по телефону ночью шестого мая. Не сказать, что комедия была плохая и не интересная, но Хёнджин абсолютно не мог сосредоточиться на фильме, когда все мысли были заполнены горячим соседом, сидящим в обтягивающей чёрной майке, а лёгкие были заполнены дурманящим ароматом чужих духов с нотками бергамота и пачули. А вот Феликс громко смеялся с забавных моментов. И снова Джину было радостно слышать этот идеальный смех. Почему Хван сделал такой вывод и так высоко оценил его? Всё просто — этот смех не раздражал, его хотелось слышать и слушать для собственного успокоения и на постоянной основе. — Джин, почему не смеёшься? — интересуется сосед, замечая что Хёнджин бездумно таращится в экран, но, кажется, совсем не смотрит выбранный фильм. — Да я что-то отвлекся и всё пропустил. — признался Хван. Ёнбок поворачивает голову на блондина и пристально смотрит на него. — Если не хочешь этот, давай включим другой? Но он действительно смешной. — убеждает Феликс и смотрит в экран. — Да, я верю. Мне нравится твой смех. Ли удивляется такому неожиданному откровению и переводит взгляд снова на соседа. Мужчина протягивает одну руку на спинку дивана — пару сантиметров и можно дотронутся до шеи Хёнджина. — Мой смех? — Да. Он меня не раздражает. — честно отвечает танцор. Ёнбок улыбается. — А что ещё нравится? — Как ты готовишь пибимпаб. — А ещё? — Нравится твой парфюм… — Хван сначала смотрел куда-то сквозь Феликса, а потом глаза сами устремились на чужие идеальные губы. Почему Хван сделал такой вывод? Всё просто — ещё ни на чьи губы Хёнджин так долго не залипал, а вспоминая, как они выглядели в крови, у парня где-то внутри сразу разливался вишнёвый ликёр. Феликс хотел ещё что-то спросить, но Хёнджин продолжал, будто сзади в спине ему завели ключик и он говорил всё, что было встроено в его голосовом механизме. — …Нравятся твои губы, нравится твой голос, нравится твоя татуировка. Не своди её! Она тебе очень идёт… Теперь уже жарковато стало Ёнбоку. Он понимает, что уже несколько минут поглаживает чужую шею и играет с шелковистыми блондинистыми волосами. А Джин, как заведённая кукла, всё продолжал: — Нравятся твои, казалось бы, ненормальные увлечения, но для меня они вполне нормальные. Феликс продолжает нежно ласкать чужую шею, поистине кайфуя от того, что Хёнджин, сам того не замечая, иногда томно прикрывает глаза от этих прикосновений. — И… Наверное… нравятся… твои поцелуи… И, чёрт… эти прикосновения… они тоже мне нравятся. — Хёнджин не выдерживает и отвечает, запинаясь на каждом слове, когда чужая рука скользит по его коже и слегка сжимает шею. Доли секунды хватило Ёнбоку, чтобы притянуть Хвана к себе и усадить его на свои бёдра. Ещё мгновение — и Ли с упоением засасывает чужие губы, целуя своего соседа так чувственно, так отчаянно, будто это последние поцелуи в его жизни. Полминуты мозг Хёнджина пытается анализировать всё происходящее. В оставшиеся тридцать секунд он просто приоткрыл рот и с замиранием сердца наслаждался тем, что вытворял Ёнбок с его губами. От приятных ощущений глаза предательски закрывались у обоих мужчин. Ли хозяйничал в чужом рту, а Хёнджин позволял это делать и учащенно дышал. Иногда Хвану казалось, что полицейский читал его мысли, потому что тот целовал и делал всё именно так, как нравилось блондину. И даже сейчас Джину было абсолютно нормально ощущать на своём горле руки Феликса, которые сначала нежно удерживали парня, а сейчас властно держали того. А вот Ёнбок испугался такой своей наглости и вседозволенности и после нескольких минут убрал свою кисть с чужой шеи. Мужчины слегка забылись и только когда оба начали задыхаться, отстранились друг от друга. Отдышавшись и не говоря ни слова, они снова продолжили поцелуи. Комедия давно закончилась, хотя они бы не досмотрели её в любом случае, потому что у ноутбука села батарея и он погас. Поцелуи начали переходить ниже и через несколько минут Хёнджин был зацелован практически весь. Феликс хотел перейти к тому самому, что не было ещё обласкано, но громкий звонок мобильного прервал двух заведённых мужчин. Ли на секунду задумался, а потом проигнорировал звонок. — Фел… Феликс… Ты… Не возьмёшь трубку? — задыхаясь от удовольствия интересуется Хван. — Лучше я возьму тебя! — отвечает Ёнбок, стягивая футболку с танцора. Но телефон разрывался… — Думаю, стоит ответить… Феликс нехотя пошёл за своим телефоном. Хван слышал, как из комнаты доносился громкий и недовольный голос: — Слушаю… А на завтра нельзя перенести? Мы ведь решили подождать рассказа свидетелей и сверить данные, полученные от выжившей. Что, прям сейчас? Ох, блять, ладно! Ждите… Я выезжаю! Ёнбок быстро переоделся в рабочее, наспех почистил зубы и взял мятную жвачку. — Прости, Джинни, но мне срочно нужно на работу. Я пытался… — Ничего, я всё понимаю. — Информатор опомнился и сказал, что на месте преступления есть скрытые улики, которые не заметили ранее. Мне нужно съездить за ними, но не волнуйся — это быстро. И уже через час я снова буду дома и буду ласкать тебя всеми возможными и невозможными способами. — А ты умеешь подогреть интерес. Жду тебя с нетерпением. Будь осторожен! — Я вызову такси. А ты даже не смей одеваться обратно. — игриво улыбнулся Ли. Он чмокнул Хёнджина куда-то в грудь и вышел на улицу. Хван убрал на кухне и, улыбаясь, спрятал торт в холодильник. Это и правда мой любимый! Блондин принял душ и почистил зубы, готовясь и к ласкам от Ёнбока, и заодно ко сну. Хван завис на сайте с объявлениями. И зачем он начал смотреть, сколько стоит шест с установкой? Кажется, одному Богу было известно. Засидевшись и кинув в избранное два наиболее подходящих варианта, танцор не заметил, как пролетело время. Взглянув на часы, у блондина быстро забилось сердце то ли от предстоящей встречи, то ли от чего-то ещё. Через некоторое время сердце уже тревожно колотилось в груди, потому что прошло уже два часа, а Ёнбока так и не было. Так, почему меня начало трясти? Ну, задерживается… Всего лишь на час… Наверное, бумажная волокита и отчётности всякие нужно заполнить после получения улик… Успокаивал себя Хван. Ещё через полчаса он уже держал телефон, чтобы позвонить своему соседу. Однако сомневался в правильности этого решения. А не сильно ли я загоняюсь? Не сильно ли перегибаю, если начну сейчас наяривать инспектору полиции, которого вызвали на работу по срочному вопросу? Он взрослый и умный мужчина! Мне не стоит переживать так. Он ведь всего лишь мой сосед, а не парень. Хёнджин уже вырубался, но всё так же продолжал сидеть на диване. Он всё же раз быстро позвонил, но потом сбросил, испугавшись, что может отвлечь инспектора-детектива. Ещё он не выдержал и просто заснул там в зале, на их уже общем диване. Через некоторое время Феликс тихо зашёл, еле-еле проворачивая ключ в замке, боясь напугать своего соседа.