Под знаменем дракона

День трудов, 31 Ародуса (VIII) 4710 года Линдзи смотрела так, будто у него выросла вторая голова. Октавия захихикала, прикрыв улыбку ладонью. Странствующая торговка книгами по имени Тесси Пёрышко следила из-за прилавка за развернувшейся сценой с любопытством. Тристиан почувствовал, как стремительно краснеет. Разве мог он предположить, что Линдзи и Октавия именно в этот час решат отправиться за покупками? И застанут его в такой двусмысленный момент. — Книга об отношениях? — переспросила Линдзи и тут же неразборчиво забормотала под нос: — Наконец-то любовная линия начала развиваться. Полгода тянули… — Мне кажется, ты можешь обойтись и без теории. Кай будет рада показать всё на примере, — Октавия лукаво улыбнулась, точно в её словах крылось несколько смыслов. Тристиан покачал головой. Может, Кай всё и понимает, но вот сам он окончательно запутался. И её объяснения яснее ситуацию не делали. Он надеялся, что в книгах сможет найти ответ… нет, чужие слова, которыми сможет выразить все те странные чувства, что обуревали его последние месяцы. Но книг оказалось столько, что он совершенно растерялся. Тесси Пёрышко пыталась помочь, но как можно объяснить, что тебе нужно, если сам не понимаешь? Поначалу Тристиан хотел обратиться за советом к Октавии, поскольку среди смертных, с которыми он часто общался, лишь она состояла в постоянных отношениях. Но её связь с Регонгаром имела иную природу. На первый взгляд похожая на его собственные чувства к Кай, в её сути лежало нечто другое. Это было на грани ощущений, но Тристиан видел, что их отношения — это цепи, которые связали их вместе и позволили пережить все ужасы рабства, как единому целому. Но теперь на свободе эта связь начала их душить. И всё же Тристиан завидовал им. Они смогли выжить и вырваться из хватки своих тюремщиков. У него такой роскоши нет. Он один. И каждый свой вздох он чувствует на горле невидимые пальцы обезумевшей нимфы. Одно неверное слово, нет, даже неверная мысль, и даже это жалкое подобие жизни оборвётся. Это невыносимо. Каждый день в этом слабом, чуждом теле, каждое слово лжи, каждая улыбка Кай, каждый миг томительной тишины в ответ на молитвы, каждая попытка вывернуть наизнанку жестокий приказ так, чтобы пострадало как можно меньше невинных, подтачивали его дух, точно жуки — древесную кору. Он всё ближе подходит к краю и лишь вопрос времени, когда чужая злая воля сломит его окончательно. — Хочешь, мы тебе поможем? — предложила Линдзи. — Я был бы очень благодарен. Линдзи оглядела весь ассортимент книг и решила: — Нам нужно что-нибудь простое, чтобы побольше романтики и обязательно со счастливым концом. — Есть сборник сказок, — предложила торговка. — Там же от любви только «и жили они долго и счастливо»! Октавия предложила первую книжку из стопки, которую отобрала для Тристиана Тесси Пёрышко. — Может, эту? — Не-е, там в конце героиня утопилась. Октавия подняла другую. — А здесь героя закололи. Третью. — Сатира на светское общество Талдора. Герои — парочка милых идиотов, которые тысячу страниц не могут признаться друг другу в любви. В голосе Линдзи мелькнуло раздражение, и она почему-то в упор посмотрела на Тристиана. При виде четвёртой она подпрыгнула на месте. — О, вот это отличная! Но она больше про перевоспитание и принятие себя, чем про любовь. Герой в конце больше идет как приз за хорошее поведение. После пятой Тристиан перестал считать и просто следил за стремительно сокращающейся стопкой книг. — Здесь любовный треугольник. В конце девушке так надоедают её ухажеры, что она женится на своей соседке. — Эпистолярка в виде дневника, вещь на любителя. — Классическая восточная поэма о любви. Очень чувственная, если забыть о бесконечных описаниях одежды и природы. — Сборник пьес. Они хорошие, но на такое лучше идти в театр. — В конце все умерли от чумы. — Этого автора вообще не трогай, там главные герои всегда властные козлы «как я сказал, так и будет», хотя некоторым такие нравятся. — Любовная лирика древних тассилонцев. Она сложная, на каждой странице есть отсылки к политике или магии. За неё лучше взяться немного позже. — Трагедия про одержимость. — Демонами? — предположил Тристиан. — Любовью, — исправила его Линдзи, — но дьяволы там тоже есть. Там главная героиня спускается в Ад за душой своего возлюбленного и соглашается на сделку с дьяволом. В конце он её предает, девушка кончает с собой, становится эринией и утаскивает предателя обратно в Ад, чтобы мучить его до конца дней. Тристиан прикрыл глаза. А ведь он едва не купил именно эту книгу, решив, что в синопсисе описан весь сюжет, а не только его завязка. Он представлял себе литературу смертных совсем иначе. Мелькнула мысль, что будет легче последовать совету Октавии и напрямую обратиться к Кай. Сама Октавия уже нашла среди товара Тесси Пёрышка книгу для себя «Нефритовый стержень отпирает яшмовые врата». — А вот эту я куплю сама. Тристиан краем глаза заметил, что книга состоит из детализированных откровенных изображений. Ему была известна эта сторона жизни смертных. Особенно хорошо он ознакомился с ней, когда в соседней от него комнате дворца поселились Октавия и Регонгар. Они не умели и не видели смысла скрывать свою страсть. В особенно жаркие летние ночи, когда Тристиан не мог из-за духоты закрыть окно, ему приходилось ночевать на диване в своем кабинете с другой стороны дворца. Потому что иначе он мог уснуть только под проклятием глухоты. На миг, против воли, на месте женской фигуры из книги он представил Кай. Её платья из лёгких, полупрозрачных тканей оставляли слишком мало места для фантазии. Тристиан поглубже натянул капюшон на глаза и постарался думать о чем-нибудь постороннем. Например, о налогах. — Нашла, — Линдзи гордо продемонстрировала оранжевую книгу с золотистыми барханами на обложке. — Ночи в Катапеше. Литературная ценность в ней полностью отсутствует, зато это лучшее, что можно найти про, хи-хи, настоящие возвышенные переживания. Герои любят друг друга всеми возможными способами, их романтическая линия развивается от незнакомцев до самых близких людей, ещё конец хороший и все живы. Тристиан с долей недоверия посмотрел на книгу. Череда отброшенных произведений и двусмысленное «хи-хи» пробудили в нем некоторые подозрения. Но Линдзи с таким усердием пыталась помочь, не посоветует же она что-нибудь плохое? Он взял книгу и прочитал первый абзац. — К слогу нужно привыкнуть, — попыталась оправдаться Линдзи. — Ну, это перевод с келешита. Они любят чтобы все было цветасто и с огоньком. Я хотела найти оригинал, но это надо на восток ехать… Зато там есть знакомые тебе места и названия! И концовка хорошая! И все живы! *** Кай разложила документы по аккуратным стопочкам, свитки смахнула в верхний ящик, достала конспекты, перо и посмотрела на время. Джейтал опаздывала уже на десять минут, чего не позволяла себе ни разу. К их занятиям она всегда подходила ответственно. Может, в суде какие-то проблемы? Кай закинула ноги на пуфик и закрыла глаза. Можно пока немного отдохнуть в тишине. Все во дворце отлично знают, что беспокоить её во время учёбы чревато. В последний раз Октавии пришлось сидеть рядом и решать юридические задачки. Причем пользуясь их же собственными законами! Так Джейтал проверяла, насколько действенно их юное пока законодательство в настоящей жизни. И заодно знакомила Кай с азами законотворчества и реального применения нормативно-правовых актов. Эх, Джейтал, чтобы я без тебя делала, подумала Кай и позвала Рози, чтобы та заварила чай и принесла кровяные колбаски. После её небольшой, но очень успешной прогулки в поисках проклятий (Джод сутками не вылезает из кабинета и скорее всего не появится на людях до самой зимы) Кай вернулась к ставшим уже привычными государственным делам. А их за время разборок с паладинами Шелин и путешествиям по болотах скопилось немало. Да и потом их число даже не думало уменьшаться. Застройка столицы шла полным ходом. Временные деревянные стены сменились каменными, одинокий причал превратился в маленький порт с маяком, дом собраний — в настоящую ратушу, казармы выросли до полноценного форта в темницах которого уже сидело несколько бандитов, ожидая исправительных работ. Парочка маленьких лавочек превратились в центр торговли региона. А ещё разбили настоящий парк с водохранилищем. Теперь в случае пожара можно не бояться, что половина города превратится в пепел. Недалеко от него одна ушлая маман открыла бордель. Кай посещать такие заведения слегка брезговала, но не видела в них ничего плохого, пока работники следят за здоровьем, занимаются своей деятельностью добровольно и платят налоги вовремя. Дома росли как грибы после дождя, и Кай оставалось только хвалить свою предусмотрительность. Ещё на стадии проектирования города архитекторы разметили территорию под каждое новое строение, отчего улицы были ровными, красивыми и широкими. Теперь новым поселенцам оставалось только выбрать на карте участок, согласовать его размеры с городской администрацией, выкупить его за символическую сумму и, вуаля, они становились счастливыми обладателями недвижимой собственности. Теперь Клыкоград больше напоминал маленький город, а не глухую деревню. И защищать всю эту красоту теперь нужно было не паре ополченцев под предводительством Регонгара. Нужны были офицеры. Выбор стоял между Алдори и магами. Потенциальные шпионы Рестова или маги, каждый из которых может превратиться в машину смерти, способную уничтожить всё живое? Что же выбрать… Разумеется Кай выбрала вторых, и Рег её полностью поддержал. Также они обговорили общий план развития армии. У них было два варианта: ополчение и элитные войска. Первых можно набрать быстро и много, а затем кинуть на убой, надеясь, что они задавят противника числом. — Мясом закидать, — метко выразился Рег. Вот только если им на пути попадется хоть один по-настоящему могущественный маг или фея, то армии у Кай больше не будет в принципе. К тому же ежегодные рекрутские наборы с последующим недовольством населения и затраты на снабжение стольких голодных ртов могут сильно ударить по государству. Лучшим примером такой тактики был Мендев, который без всякого толка закидывает трупами Мировую язву уже сто лет. А потом их королева-паладин сидит на своём троне с удивлённым лицом и спрашивает: «а почему наши новобранцы не могут победить демонов»? Нет, лучше сделать ставку на профессионалов. Боевых магов, чародейских лучников, магусов, мистических теургов, которые уничтожат вражеское войско раньше, чем те успеют приблизиться. Дорого, да. Для обучения нужны люди и место. Пришлось ещё раскошеливаться и стоить магическую башню. Но зато какая эффективность! В этот момент Кай была безмерно благодарна своим связям в Абсаломе. Среди «утят» Мастера Нейрис было много выдающихся магов, колдунов и алхимиков. Большую их часть Кай знала ещё детьми. Мастер финансировал несколько приютов и набирал из них себе в ученики детей с магическими талантами. Когда эти маленькие мальчики и девочки вырастали, то превращались в могущественных чародеев, каждый из которых был лично предан своему патрону и имел хорошие отношения с Кай. Потому что именно она выделяла им деньги на еду, одежду и учебные материалы. И среди них были люди достаточно рисковые, чтобы приехать в Украденные земли. Когда из портала прямо посреди тронного зала вышел Мико, Кай обняла его и закружила, а он наколдовал фанфары и блёстки. И их совсем не смутило, что она графиня, а он — престарелый мастер воплощения с седой бородой до пояса. Воевать на передовой он был уже стар, но стать главным инструктором в армии был совсем не против. Следом за ним из портала вышли ещё десяток магов, что готовы были присоединиться к её армии. Все они были молоды, амбициозны и заинтересованы в военной карьере. Столько компетентных и лояльных людей! Что ещё нужно для счастья? После генерала к Кай пришел Харрим с просьбой дать жрецу очередной малоизвестной веры право проповедовать в её землях. Кай была веротерпимым драконом и придерживалась мнения, что каждый может верить во что хочет, поэтому разрешение дала. Но предупредила, что если выяснится будто сам жрец или его паства занимаются призывами демонов, принесением в жертву девственниц и прочим вредительством, то они быстро окажутся за пределами её земли, причем далеко не с полным комплектом конечностей. А сегодняшним утром за завтраком Октавия рассказала о забавном случае. Пастух и его соседка не поделили корову (она принадлежала пастуху, но паслась на лугу у соседки) и готовы были даже прийти на суд лично к Кай. Настолько они теперь доверяли её решениям. А всё потому, что история с Тигом разошлась по всему королевству и обросла такими дикими подробностями, что в глазах народа она превратилась в настоящую героиню. К счастью, с этой проблемой Октавия справилась сама. Причем в этом ей помогли задачи Джейтал! Корова осталась у хозяина, но по официальному графскому решению ей в дальнейшем было запрещено пастись на лугу у соседки под угрозой штрафа. Сама соседка получила компенсацию за порчу имущества, которую пастух мог выплатить в виде денежных средств, установленного числа вёдер с молоком или телёнка, который должен был отойти соседке в случае, если корова отелится. Рози принесла чай с колбасками. Кай открыла глаза и покосилась на часы. Уже половина. Ну в самом деле, не могла же Джейтал по пути напороться на инквизитора Фаразмы, который окончательно её упокоил? Кай взяла свои конспекты и перечитала последнюю тему. Правоспособность, дееспособность… Это понятно, это она помнит, тут, эм, надо расшифровать. Ну почему у неё настолько отвратительный почерк? Почему нельзя заставить Линдзи писать конспекты? Кай пририсовала кляксе на поле три пары ножек и длинные усики. Получился жук. Время шло. Кай по второму разу пролистала все учебники и проверила решения задачек, которые ей задала в качестве домашнего задания Джейтал. А ведь ей ещё эссе для Джубилоста писать на завтра. Дурацкие узуфрукты и сервитуты. Ну вот зачем древние тассилонцы их использовали? Неужели не было ничего получше? Хотя, сервитуты и сейчас есть… Наверное, это хорошо, что в её окружении есть два настолько компетентных человека. Джейтал обладает колоссальным опытом в юриспруденции и конкретно в процессуальном праве, а Джубилост отлично разбирается в истории и политике. И лектор из него хороший. Правда, в конце каждого занятия Кай едва сдерживается, чтобы не запустить в него чернильницей, но это всё мелочи с которыми можно смириться. Ну, ладно все эти мучения ради блага государства и хорошей жизни самой Кай. Повезло, что хоть в экономике она что-то понимает и может спорить с казначеем на равных. Дверь резко распахнулась, и в кабинет Кай вошла Джейтал в сопровождении пленника под конвоем стражи. Его швырнули на пол, и Кай разглядела за каштановыми кудрями жёлто-зелёные глаза странствующего торговца-полуэльфа, который совсем недавно появился в столице. И когда он успел перейти ей дорогу? Сама Джейтал была совершенно на себя непохожа. Её обычно холодное и застывшее лицо пылало яростью. Несмотря на близость разъярённой нежити, торговец выглядел скорее обеспокоенным, чем испуганным: — Если мне дадут высказаться, я смогу всё объяснить. — Надеюсь, что сможешь, полукровка, иначе… — зашипела Джейтал. — Джейтал, остынь и дай ему всё объяснить. Если ты отрубишь ему голову прямо тут, никаких ответов мы точно не получим. А платить жрецам за воскрешение я не буду! — Именно поэтому, — Джейтал сделала паузу, — …уважая твою власть, я и привела этого жалкого торгаша сюда. А не вытащила из него правду сама. Своими методами. Инквизиторы и их любовь к пыткам ближнего своего, как мило. Полуэльф поднялся на ноги и со вздохом оправил одежду. — Благодарю за возможность высказаться, ваша милость. Рассказ будет не слишком увлекательным. Уж точно не как история про пьяную регату в границах Ока Абендего! — Джейтал нехорошо прищурилась, и торговец вернулся к теме: — Вчера к северу от города я наткнулся на мёртвого кабана. Рядом не было никого, но из шеи несчастного зверя торчал кинжал. Не представляю, зачем бы владельцу оставлять его в туше. Возможно, зверь сбежал от охотника, прихватив ранившее его оружие? Так или иначе, я неосторожно решил присвоить найденное, за что и поплатился. Джейтал отдала Кай клинок эльфийской работы с щербинами на лезвии и пустыми гнездами на месте камней, некогда украшавших рукоять. Судя по запаху, последний раз им разделывали сырую свинину. Где-то сутки назад, судя по гнилому душку. Кай приподняла брови в немом вопросе. Такая мелкая вещица не стоит таких громких разборок. — Кинжал исчез в ту же ночь, когда меня настигла смерть, — сказала Джейтал. Прошлое соратников мало интересовало Кай. Пока оно не начинало мешать жить уже лично ей. Эх, паладины Шелин, такие паладины Шелин. В любом случае, о Джейтал она знала ровно два факта: она была судьей в Кьонине, а теперь является нежитью-инквизитором Ургатоа. Намного больше Кай интересовало, как ей живется в не мёртвом состоянии, нужно ли ей спать и есть, может ли она заниматься сексом, чувствует ли боль… Иногда расспрашивала об Ургатоа и сравнивала мнение Джейтал с собственными воспоминаниями о Кьонине. — Где именно ты нашел тушу и кинжал? — В окрестностях Старого платана. Это дерево вам, конечно же, известно. Кабан лежал к западу от Платана, в той стороне, где протекает Тернистая река. Кай вспомнила, как Джейтал на их занятиях рассказывала ей о разных следственных методах, включая допрос, но представляла всё как-то поинтересней. — Это всё? Ничего больше не хочешь добавить? — Был бы рад, но увы, — в ярких жёлто-зелёных глазах полуэльфа читалось спокойствие. — Дохлый кабан — мой единственный соратник и свидетель. Но я надеюсь на вашу справедливость, графиня. Вы можете проверить мою историю и во всём разобраться. Ладно, прогулка на свежем воздухе, так прогулка на свежем воздухе. Остаётся надеяться, что клопы или кобольды не превратили кабана в кабаний гуляш. — Хм, будь я твоей убийцей, то не стала бы предлагать тебе кинжал на продажу. Это же… ну, нелогично. Слова Кай подействовали на Джейтал — она нахмурилась, но успокоилась. — Нужно быть совсем никчёмным дураком, чтобы допустить такое, а никчёмные дураки не выживают на дороге. И всё же его историю нужно проверить. Необходимо. Так или иначе, но кинжал должен привести… К моему убийце. — Можем заняться расследованием, — Кай достала из стопки конспектов нужный и перелистнула несколько страниц в поисках правильного определения. — Проведем обыск. Ты же мне обещала показать, как это правильно делается? Джейтал отвесила изящный полупоклон: — Конечно. И я… Благодарна. Это важно для меня. А ты, полукровка, молись за наш успех. Если ты солгал — я найду способ извлечь из тебя правду.